In circles

      Мён-ги снова проснулся раньше Су-бонга, пока тот отсыпался за все те ночи, когда его мучали кошмары. Он пошел на кухню и стал готовить завтрак на них двоих, и не успел даже включить плиту, как в проеме оказался хозяин квартиры. Су-бонг просто стоял, опершись о косяк, и с улыбкой следил за действиями Мён-ги.       — Только не говори, что опять меня потерял, — усмехнулся Мён-ги.       — Нет, просто выспался, — сказал Су-бонг. — Не переживай так обо мне, женушка, — дразнил он.       — Не смей меня так называть, оставлю умирать с голоду.       — А что, только тебе можно?       — Да, — кивнул парень, разбивая несколько яиц на сковороду.       — Эх, а вот если бы ты мне сейчас разрешил, я бы тебя поцеловал, — невзначай кинул Танос.       Парень переживал, как Мён-ги отреагирует на эту шутку, но тот лишь посмеялся, а потом повернулся на репера.       — Зубы сначала почисти хотя бы, будь джентльменом.       — Ни слова больше! — засмеялся Су-бонг, убегая в ванную.       Вернувшись, он сразу накинулся на Мён-ги, пытаясь поцеловать в щеку, но тот сопротивлялся.       — Су-бонг, у меня есть нож, между прочим!       — Между прочим, это мой нож, и я знаю, что его ни разу в жизни никто не затачивал, so not scary.       Мён-ги все же сдался и подставил щеку, на которой Су-бонг оставил звонкий слюнявый поцелуй. Блогер, выпалив громкое «фу!», стал вытирать щеку и со смущением повернулся обратно к плите, продолжая готовку.       — Су-бонг, у тебя пубертат под сраку лет начался что ли? — недовольно взвыл Мён-ги.       — I’m just in a good mood, — посмеялся Танос, обхватывая чужую талию сзади.       — Да что с тобой? Ты перебарщиваешь, Су-бонг.       — You think so? — с очень неприятной громкостью произнес он у уха Мён-ги. — А ты у нас все еще в раздумьях над тем, что между нами произошло? — он развернул парня, немного отодвинул в сторону и усадил на столешницу. Он прижался к парню и уложил руки на его бедра. — Член не встает, когда это вспоминаешь? — он посмеялся. — Хватит уже строить из себя хер пойми что, I can see it, you want me.       Мён-ги в шоке смотрел на парня, пока наконец не заметил то, что заставило одновременно напрячься и разочарованно опустить плечи с шумным выдохом — расширенные зраки.       — Твою мать, Танос, ты когда успел закинуться?       — Да ладно тебе, я одну таблеточку, в этом ничего страшного, просто для настроения. Может, и тебя одной угостить? А то ты грустный ходишь, все время crying like a bitch.       Его рука скользила по внешней части бедра Мён-ги, а потом он переместил ее на внутреннюю, не переставая ехидно улыбаться. Мён-ги попытался отодвинуть парня от себя, но тот вцепился крепче и стал покрывать поцелуями шею блогера.       — Су-бонг, если ты от меня сейчас не отстанешь, то, во-первых, твоя кухня сгорит, а во-вторых, я тебе этого никогда не прощу.       Су-бонг с усмешкой убрал сковороду с плиты и выключил огонь.       — Ты готов простить мне намного больше, than you think, — произнес парень в чужие губы и оставил легкий поцелуй. — И ты со мной готов на большее. Просто признай это. Позволь сердцу добазариться с башкой.       Мён-ги, отчаянно пытающийся отлепить от себя Таноса, вдруг почувствовал, как его руки ослабли и теперь просто лежали на чужой груди, не давя на нее. Он, отключив голову, позволил сердцу (или телу?) делать то, что оно хочет. Руки блогера поднялись к чужой шее, и он впился губами в губы напротив.       Су-бонг с улыбкой ответил на поцелуй, который сразу вышел грязным, жадным и страстным. Мён-ги тянул парня за шею, прижимая ближе к себе, а Су-бонг встал вплотную и дернул парня на себя. Он несколько раз пошевелил тазом, потираясь своим пахом о чужой, и Мён-ги не смог сдержать стон, чувствуя, как у них обоих нарастает возбуждение.       Су-бонг целовал и кусал его шею, и Мён-ги в удовольствии откинул голову, полностью отдаваясь на растерзание. Он прикрыл глаза, но в один момент ласки прекратились. Блогер непонимающе нахмурился, а потом открыл глаза. И оказался в кровати.       Он привстал на локти, осматриваясь. Рядом лежал Су-бонг, смотрящий тик-токи с минимальной громкостью. Репер взволнованно уставился на Мён-ги.       — Кошмар? — поинтересовался он и вдруг задумался, что этот вопрос они произносят чаще, чем «доброе утро».       Мён-ги первым делом посмотрел в чужие глаза, но ничего подозрительного не заметил. А в следующее мгновение залился краской, повыше натягивая на себя одеяло — у него стоял.       — Даже не знаю, что ответить, — признался он.       Су-бонг, заметивший покрасневшее лицо парня, поднес руку к чужому лбу, чтобы проверить, не заболел ли он, но Мён-ги шарахнулся от его ладони как от раскаленного утюга, чуть ли не падая с кровати.       — Ты в порядке? — удивился Су-бонг.       — Слушай, давай, наверное, устроим утро без вопросов, — выдохнул Мён-ги.       — Ладно, как скажешь, — и он уткнулся обратно в телефон.       Мён-ги неловко смотрел на парня, не зная, что ему делать. Он не мог скинуть с себя одеяло, чтобы парень ничего не заметил, а тот, кажется, не планировал вылазить из кровати.       Су-бонг снова косо глянул на Мён-ги, видимо то, что что-то не так, было сильно заметно. Он выключил телефон и уставился на парня, и Мён-ги хотел увести взгляд, но почему-то не стал осматривать комнату, а случайно проскользил глазами по телу Таноса, от очерченных скул до ступней. Он зажмурился, по дернувшемуся члену поняв, что это было очень зря.       — Нет, все-таки скажи мне, все нормально?       Мён-ги не поднимал взгляд на парня, и тогда тот лег ближе к нему. Су-бонг пытался заглянуть в чужое лицо, но Мён-ги опускал голову все ниже. Танос хотел приподнять его голову за подбородок, но парень снова непонятно сжался, когда тот занес над ним руку. Су-бонг все-таки решился положил ладонь на чужую щеку, и Мён-ги коротко выдохнул, почувствовав холодную руку на пылающей коже.       — Ты чего? Боишься меня что ли? — усмехнулся Су-бонг, поглаживая его скулу.       — Нет, — прошептал Мён-ги.       — Тогда в чем дело?       Блогер, только проснувшийся, еще не совсем соображал, что происходит, и не мог поверить в то, какой ответ крутился в голове. Он поднял взгляд на Су-бонга.       — Хочу, — прошептал он, сам не веря, что говорит это.       — Что?       — Тебя хочу, — сказал он.       Оба забыли, как дышать. Су-бонг кивнул, будто ему сказали какую-то обыденную информацию, но потом, осознав, что именно сказал парень и заметив на себе выжидающий взгляд, нахмурился.       — Так вот почему ты во сне стонал, — задумчиво сказал он.       Мён-ги лишь невинно хлопал глазами, ожидая, что ему на это скажет Су-бонг. В какой-то момент ему стало уже даже забавно, словно в этой ситуации Танос смутился куда сильнее.       — Ну, у нас несколько вариантов развития событий, — отошел от шока Су-бонг и лег на спину, укладывая руки под голову. — Но я бы хотел верить, что у презиков и смазки срок годности не выйдет раньше, чем я решу ими воспользоваться, — усмехнулся он.       — Тащи давай, — выдохнул Мён-ги.       — Ничего тащить не надо, все рядышком, — Су-бонг перекатился в кровати ближе к тумбочке и открыл дверцу. Он взял в охапку целую гору презервативов и несколько тюбиков смазки и вывалил это все на кровать.       Мён-ги сел в кровати. Глаза его были расширены в удивлении, рот приоткрыт. Он рассматривал гору блестящих пакетиков, а потом посмотрел на довольного Су-бонга.       — Мне страшно спросить, как часто… К тебе приходят гости.       — Не, ты не подумай, я в кровать не всех тащу, тут только по любви.       — И сколько раз у тебя было по любви?       — Ну, — Су-бонг посмотрел вверх, мотая головой и прикидывая примерную цифру. — Ну я немного влюбчивый, может быть. Это сейчас реально важно? Выбирай свой размер.       — Так я еще и сверху?       — А ты готовился к тому, чтобы быть снизу? Не думаю.       — А ты готовился? — в шоке усмехнулся Мён-ги. — Ты не мог знать, что я проснусь с желанием тебя трахнуть.       — Знать не мог, но надеялся.       Мён-ги, отходя от шока, посмеялся и взял пару презервативов.       — Убирай остальное, а я пойду хоть зубы почищу, а то некрасиво как-то, не по-джентльменски.       — Пойдешь со стояком их чистить? — усмехнулся Су-бонг.       Когда Мён-ги хотел подняться с кровати, Су-бонг повалил его обратно, усаживаясь сверху. Он коснулся чужих губ своими, а потом спустился на шею.       — И как давно ты заметил, что у меня стояк? — засмеялся Мён-ги от того, что ему было щекотно от коротких поцелуев.       — Когда ты еще не проснулся, — посмеялся в ответ Су-бонг, спускаясь все ниже.       Он стащил с Мён-ги одеяло и без промедлений снял белье. Член Мён-ги уже казался тверже камня, и Су-бонг, с удовольствием припадая к нему губами, мечтал, чтобы блогер все-таки рассказал, что же ему такое снилось, и надеялся, что он, а не… Кто-либо еще. Хотя он бы вполне принял ответ «деньги».       Мён-ги прикрыл глаза, чувствуя такое облегчение, будто до этого момента он не спал в мягкой постели, а был на пытке. Он забыл обо всем — о графиках крипты, которые нужно чекнуть, о своих нечищеных зубах и о горе презервативов под боком. Хотя о последнем все же в какой-то момент вспомнил, снова посмеявшись.       Кончил он быстро, но ему даже не было стыдно, тем более, что силы на то, зачем они, собственно, собрались, еще были. Он выполз из кровати и пошел в ванную, и Су-бонг пошел за ним.       — Как насчет немного личного пространства? — цокнул Мён-ги, когда Су-бонг взял его за руку.       — Твой член только что был в моем рту. О каком личном пространстве мы говорим?       Мён-ги чистил зубы и через зеркало смотрел на Су-бонга, обнимающего его за талию и смотрящего в ответ. Ему было страшно завершать ритуал, так как казалось, что как только он наклонится, чтобы умыть лицо, а потом поднимется обратно, Танос на него накинется.       Собственно, так и произошло. Су-бонг развернул Мён-ги к себе и прижал к раковине, впиваясь в чужие губы. Теперь распробовать парня ему мешал химозный вкус мятной зубной пасты. Он недовольно простонал в поцелуй, мысленно пообещав себе, что языком снимет остатки пасты с чужой эмали, лишь бы наконец почувствовать желанный вкус.       Они вернулись в спальню, по пути Мён-ги снял всю одежду с Су-бонга, сразу же забыв, где ее кинул, но это уже будет заботой репера.       Мён-ги толкнул парня на кровать и забрался сверху. Су-бонг положил одну руку на чужую спину, вторую на шею. Сначала он вгрызался в пухлые губы и языком исследовал каждый уголок рта, но скоро сбавил пыл и позволил Мён-ги действовать самому, и тогда понял, что парню нравится по-другому. Су-бонг догадывался об этом еще во время их первого поцелуя, который заставил Мён-ги опешить не только из-за неожиданности, но и напористости репера.       Мён-ги никуда не спешил. Он мягко целовал парня и водил руками по его телу, исследуя. Это было нежно. Су-бонг бы даже сказал, что слишком нежно, он привык к сексу страстному и животному, когда было не понять, хочешь ли ты партнера трахнуть, убить или съесть заживо. С Мён-ги было иначе, и он с интересом прислушивался к каждому прикосновению парня, его губ, рук, соприкосновению их тел, и пытался понять, что тот пытается ими сообщить.       Посыл грубого секса крайне ясен — один человек овладевает другим и движения его это демонстрируют: он хватает, щипает, бьет, кусает, словом, показывает, кто хищник, а кто жертва.       Мён-ги покрывал поцелуями тело парня, аккуратно прикусывал кожу и при этом иногда поглядывал на Су-бонга, пытаясь понять, не переборщил ли. Но по лицу Су-бонга сложно было понять что-то кроме того, как он восхищен тем, что происходит, глаза его горели, и не как от наркоты, словно на глазное яблоко насыпали блестки, а парень светился изнутри, будто в его глазах царил ясный день.       Мён-ги согнул чужие ноги в коленях, усаживаясь между ними. Он взял из смущающей кучи принадлежностей тюбики смазки и стал их разглядывать.       — Тебе с каким запахом больше нравится? — спросил он.       — Еб твою мать, Мён-ги, — нетерпеливо выпалил Су-бонг.       Он привстал на руки, отобрал у блогера все лишнее, наугад оставляя с одним тюбиком — с запахом вишни. Он грубо поцеловал парня и рухнул обратно. Мён-ги с усмешкой смотрел на парня, осознавая, какая в его руках теперь власть, ведь терпеливость и Су-бонг — это что-то из разных отраслей.       Он открыл упаковку и выдавил немного смазки на пальцы. Он не знал куда деть себя от смущения, но возбуждение и желание все же помогали бороться с этим чувством.       Мён-ги поднес пальцы к анусу парня и размазал по нему смазку. Он вновь наклонился к Су-бонгу, увлекая того в поцелуй, и вместе с этим вставил один палец в проход парня, на что почувствовал на губах вибрацию от довольного мычания. Су-бонг снова попытался съесть лицо Мён-ги, а бедрами он нетерпеливо подавался навстречу пальцу, и Мён-ги, чувствующий, что парень пока очень тугой, и ощущения еще точно были не из приятных, был удивлен такому желанию быстрого развития событий.       — Ты куда-то спешишь? — усмехнулся Мён-ги в поцелуй.       Су-бонг, взявший чужое лицо в ладони, немного отстранил парня от себя и своим носом коснулся его.       — I want you, — прошептал Су-бонг. — Very-very bad.       — I want you too, — посмеялся Мён-ги. — Но ты же можешь немного потерпеть? Зато потом будет лучше.       — Лучше? — нахмурился Су-бонг.       — Ну конечно, не так больно, — Мён-ги, посмотрев вниз, добавил второй палец.       Танос сжал чужие плечи, но Мён-ги отстранился, снова усаживаясь. Он налил на пальцы еще немного смазки и продолжил разрабатывать проход парня.       Су-бонг смотрел за парнем как за пришельцем. До самого конца растяжки он не осознавал, что имел в виду Мён-ги, ведь секс с мужчиной для него всегда ассоциировался с удовольствием, прорывающимся через боль. Он и не знал, что бывает иначе.       Мён-ги скомкал одеяло под поясницей Су-бонга, чтобы тот немного прогнулся и им обоим было удобнее. Он наклонился к парню, прошелся поцелуями по его шее и груди, а между тем раскатал по члену презерватив и вылил на него смазку, размазывая рукой.       Парни посмотрели друг другу в глаза. Мён-ги коротко кивнул, смотря вопросительно, и Су-бонг кивнул в ответ, после чего почувствовал, как заполняется пространство внутри него. Он шумно выдохнул и с удивлением понял, что боли не было. Парень смотрел в глаза напротив, и, увидев в них осторожность и обеспокоенность, понял, что готов полностью довериться этому человеку, забыв все, что было раньше. Готов. Абсолютно. Целиком.       Мён-ги вновь не торопил события, первое время не двигаясь в парне вовсе, давая привыкнуть, а потом стал медленно входить и выходить, чувствуя, как с каждым разом это становится все легче.       Когда Су-бонг снова стал нетерпеливо двигаться сам, Мён-ги начал задавать темп. Сначала он двигался медленно, лениво целуясь с парнем и водя рукой по чужому члену. Потом отстранился от чужого лица, схватил руками худую талию и стал входить резче, прибавляя темп. Оба задышали тяжелее, и сквозь приоткрытые опухшие губы Су-бонга стали прорываться стоны удовольствия.       Мён-ги перевернул парня и поставил в коленно-локтевую позу. Он резко вошел на всю длину члена и, оставаясь внутри парня, провел рукой по чужой спине, а потом, наклонившись, укусил за выпирающие лопатки.       Он снова выпрямился, одну руку положил на плечо парня, а вторую на талию, и стал быстро ритмично двигаться. Но Су-бонг, даже захлебываясь своими стонами, все еще не чувствовал ни капли грубости, что, к его огромному удивлению, возбуждало только сильнее. Он чувствовал крепкую хватку Мён-ги, чувствовал, с какой скоростью тот в него вдалбливается, не давая времени на то, чтобы нормально схватить воздух, и при всем при этом не переставал удивляться — никакой боли.       Мён-ги вдруг замедлился, несколько раз входил полностью, а потом неспеша выходил, и снова вернулся к предыдущему темпу, вызывая у Су-бонга уже не просто стоны, а скулеж.       Мён-ги закрыл глаза, наслаждаясь этим звуком, но потом открыл, и от всей представившейся картины — скулящего под ним парня, прогибающегося в пояснице, сжимающего под собой одеяло и иногда прикрывающего им рот, видимо, чтобы не мешать соседям, — почувствовал, как екнуло сердце. Он наклонился к парню, лицом утыкаясь в изгиб плеча, тяжело дыша ему на ухо и горячим дыханием опаляя шею, и, перейдя на средний темп, кончил.       Мён-ги рухнул на Су-бонга, а тот упал на кровать. В глазах Мён-ги потемнело, и он чувствовал, что ему нужно пару минут, чтобы прийти в себя, но дело было не закончено. Он перевернул Су-бонга и рукой помог тому кончить, чувствуя, как парень тяжело дышит в страстный поцелуй.       Пару минут оба молча отходили от произошедшего — Су-бонг лежал на спине, а Мён-ги рядом, лицом уткнувшись в подушку. Скоро Су-бонг повернулся на парня и почесал его голову, отчего Мён-ги глянул на него. Они посмеялись. Мён-ги перелег на Су-бонга — оставив легкий поцелуй на его шее, устроился на груди.       У обоих было что сказать или спросить, но они все не решались. Мён-ги надел футболку и белье, со смехом смотря за Су-бонгом, ищущим свою одежду глазами по комнате, не помня, что она где-то в коридоре. Он надел вещи из шкафа, и парни вышли на балкон и закурили.       — Ты курил сигареты до того, как мы познакомились? — спросил Мён-ги. — Когда мы вышли… Когда нас вышвырнули из машины, у тебя при себе был только вейп.       — Вейп и куча наркоты, — поправил Су-бонг. — Курил, но у меня нет зависимости от сигарет. Просто иногда ими балуюсь. Мы однажды говорили об этом с другом, и он был сильно удивлен, потому что бросил все свои вредные привычки — и алкоголь, и наркоту, девушку ненормальную, но вот от курения избавиться так и не смог. Говорит, это самое сложное. А мне вообще на сигареты все равно. А ты давно куришь?       — Мы однажды с друзьями из универа решили снять свою короткометражку, и по сюжету мой персонаж должен был курить в нескольких кадрах. А так как мы были перфекционистами, мы переснимали каждую сцену по сто раз, и в один день после съемок я вернулся домой, стал выкладывать вещи из сумки и среди них была пачка сигарет, которую я курил весь день на съемках. И я подумал, что мне просто любопытно покурить вне кадра и что нет у меня никакой зависимости, но все-таки оказалось, что я ее заработал, — посмеялся он.       — Надеюсь ты об этом сильно не переживаешь, тебе идет курить.       Мён-ги засмеялся. Он вновь затянулся, смотря на Су-бонга, и понял, что тот совсем не шутил, восхищенно следя за чужими действиями.       — А можно не самый приятный вопрос?       — Честно говоря, тебе сейчас можно все, — с улыбкой ответил Су-бонг.       — Алкоголь, наркотики, лудомания, англицизмы — эти твои зависимости я знаю. Есть что-то еще?       Су-бонг задумчиво посмотрел в окно, но потом вернул взгляд. Смотреть на солнце, облака и летящих птиц было совсем не так приятно, как на Мён-ги.       — Может, нимфомания? — посмеялся блогер. — Ну или творчество?       — М-м, нет, ничего такого. У меня вообще зависимостей нет, — ответил Су-бонг.       Мён-ги рассмеялся.       — Нет?       — Not at all, — улыбнулся Су-бонг, отворачиваясь к окну, но повернулся обратно, чтобы посмотреть на смеющегося парня. — Ну смотри, я не хочу принимать наркотики — я их не принимаю. Не хочу пить — не пью.       — Ты так этим гордишься, будто десятилетия в завязке, а не просто сделал перерыв на пару дней.       — Это не перерыв, я в завязке. Уже два дня. Я больше не буду принимать наркотики. И пить поменьше буду.       — Правда, что ли? — прищурился Мён-ги. Су-бонг казался серьезным. — Тогда… Может, выкинешь все свои таблетки?       Су-бонг опустил взгляд. Он затянулся сигаретой и пожал плечами.       — Да, наверное. Просто они денег стоили, жалко как-то. Может, перепродам их Нам-су? А пока пусть полежат.       — Они будут мозолить тебе глаза. Если хочешь, я могу передать их Нам-с… — он нахмурился, — Нам-гю, — парень протянул руку. — Давай?       Су-бонг посмотрел в чужую ладонь. Та самая ладонь, которая несколько минут назад гладила и сжимала его тело. В ней была огромная сила, которую Мён-ги, к несчастью репера, начал осознавать. Он прекрасно знал, какая у Су-бонга зависимость, и задал вопрос просто для того, чтобы выяснить, понимает ли сам Су-бонг. И он понимал.       Су-бонг потушил сигарету, кидая в пепельницу, которой когда-то пользовались лишь гости, Мён-ги сделал то же, и репер вложил свою ладонь в чужую, переплетая пальцы. Они вышли с балкона, и Су-бонг достал из тумбочки свой крест. Парень немного помедлил, загипнотизировано смотря на аксессуар, и руки его затряслись, отчего он сжал ладонь Мён-ги крепче.       Танос притащил Мён-ги в туалет и расцепил их руки. Он открыл крест и занес дрожащую руку над унитазом. Парень посмотрел на Мён-ги, который смотрел удивленно и выжидающе, он и вправду не мог предугадать, решится ли Су-бонг.       Танос сглотнул ком в горле и, не смотря на крест, перевернул его, и все таблетки посыпались в унитаз. Он нажал на слив. Мён-ги смотрел на парня неверящим взглядом, будто только что увидел нечто мистическое.       — Жалко потраченные на них деньги, — пожал плечами Танос и вышел из туалета.       — Ты это сделал, — удивленно произнес Мён-ги и выбежал из туалета вслед за парнем. Он взял его за руку, разворачивая на себя. — Ты правда это сделал!       Взгляд Су-бонга был тяжелым. Очевидно, что решение это не далось ему просто, но оба головой понимали, что оно абсолютно правильное. Мён-ги в восхищении смотрел на Су-бонга, а тот мысленно боролся с той частью себя, которая постоянно просила лекарством заглушить пустоту внутри и сейчас не давала парню почувствовать себя освобожденным от оков.       Мён-ги поцеловал Су-бонга, и взгляд того наконец стал легче.       — Так, ладно, у нас куча дел, — сказал блогер. — Договорись со своим другом о встрече, я за завтраком составлю список того, во что мы вкладываемся, и попробую сам выбить нам скидку. Думаю, я найду к нему подход.       

***

             Встречу вновь удалось назначить лишь на вечер. Для Мён-ги это совсем не стало проблемой. С утра он позанимался анализом рынка; потом вновь посмотрел раскадровку клипа, которую нарисовал, и добавил еще пару рисунков.       Он не решился написать Чун-хи, но вспомнил, как разошелся с Дэ-хо на хорошей ноте, и спросил у того, как у девушки дела, на что получил неразвернутый, но удовлетворительный ответ.       В обед парень вспомнил, что людям положено есть, и из гостиной пошел на кухню, дабы что-то приготовить, но по пути заглянул в спальню, откуда за утро ни разу не показался Танос.       — Хей, — позвал Мён-ги, но остался незамеченным.       Тогда он подошел к парню сзади и заглянул в ноутбук, ловя дежавю. Он снял с парня наушники, и тогда Су-бонг обернулся, на этот раз совсем не пугаясь.       — Я хочу кимпаб быстренько приготовить, не поможешь?       — Уверен, что я не буду мешаться? — усмехнулся Су-бонг, поднимаясь с места и все не сводя взгляд с проекта.       — Если ты занят, то давай я сам.       — Не, не, нужно перерыв сделать и со свежей головой сесть, — улыбнулся репер.       Они зашли на кухню, Мён-ги достал продукты, раздал приказы, и парни приступили к готовке. Мён-ги успел лишь помыть рис, когда заметил, как Су-бонг начинает вести себя все более странно. Он стал бормотать себе что-то под нос, пританцовывать, а руки его дрожали. Блогер удивленно на него уставился, и Су-бонг, заметив чужой взгляд, уставился в ответ не менее удивленно.       — Что?       — Да нет, ничего.       Мён-ги поставил рис вариться и достал циновку для роллов. Он положил ее на стол и хотел спросить у Таноса, есть ли у него перчатки, но увидел, как тот нарезал уже четвертую морковь.       — Су-бонг, ты кролика завел? — спросил Мён-ги, следя за странными действиями.       — Чего? — будто выйдя из транса, спросил парень, и сам понял, что не так. — Ой. Да ладно, ничего, лишним не будет, съем, — он усмехнулся и положил все нарезанное на тарелку, откуда стал понемногу подъедать, и взял в руки огурец.       — Все в порядке, да? — неуверенно спросил Мён-ги.       — Все отлично, лучше и быть не может, — улыбнулся Су-бонг. — Слушай, а может на фон что-то включим? Музыку, например, или фильм какой-то.       — Ты и так все утро просидел за написанием музыки, дай голове немного отдохнуть.       — У меня голова никогда не отдыхает, too many great thoughts, — посмеялся он, доставая из кармана телефон.       — И какие ж там сейчас мысли, боюсь спросить?       Лицо Су-бонга изменилось — улыбка пропала, и из губ вырвался усталый вздох. Он включил свой плейлист на шаффл и кинул телефон на стол позади.       — Если боишься, не спрашивай, — на выдохе тихо произнес он, а потом снова натянуто улыбнулся, приблизившись к Мён-ги. — Просто думаю о том, как я сейчас счастлив, — он чмокнул парня в губы и стал нарезать огурец.       Мён-ги еще немного посмотрел за парнем, понимая только то, что несмотря на все изменения в жизни, они все еще не смогли разобраться с самой главной проблемой — с собственной башкой. Но все же не стал лезть к парню с разговорами, он хотел, чтобы хотя бы один день у них прошел как у нормальных людей — без откровений, без ссор, без разговоров о прошлом. Блогер просто сосредоточился на приготовлении пищи и даже не сразу заметил, как они с Су-бонгом вместе подпевали песням на фоне, по большей части, классике американского репа. А вот Танос сразу заметил, как начал подпевать блогер, но не стал подавать виду, с улыбкой его слушая и думая о том, что тот и вправду умеет абсолютно все.       Они пообедали за разговорами ни о чем, хотя оба пару раз пытались увести разговор в тему того, что же происходит между ними, но каждый раз все выливалось в шутку или историю из прошлого. Оба не стали придавать этому значение, ведь не чувствовали сильного дискомфорта или неловкости из-за недосказанности. Они пока не готовы к подобному разговору и, учитывая все недавние события, это абсолютно нормально. Им нужно было в первую очередь разобраться в себе.       Су-бонг и не был фанатом подобных «разборов полетов», находя их необязательными. Ему совсем не было интересно обсуждать, что там между ним и партнером, ведь о себе он все и так понимал, а партнер пусть разбирается сам.       Мён-ги не был такого мнения, он любил, когда все было понятно и обсуждено, но в данном случае, это точно не должно произойти сейчас. Ему есть о чем подумать и порассуждать, а личная жизнь пока пусть плывет по течению, по наитию, в любом случае, в этот раз хотя бы точно никто не залетит, уже плюс.       

***

             — Так, еще раз, тебя точно все устраивает? — спросил Мён-ги.       Парни ехали в такси, и блогер все объяснял, как решил распределить деньги. Су-бонг понял лишь вкратце и просто отмахивался от Мён-ги, даже не пытаясь сказануть что-то «умное».       — Вот как ты можешь ни слова не понимать, если ты все мои видео смотрел? — вскипел Мён-ги, когда репер вновь устало ответил, что во всем с ним согласен.       — Ты правда думаешь, я их смотрел, потому что мне было интересно про крипту или технику послушать? — усмехнулся Су-бонг.       — А зачем их тогда смотреть?       Мён-ги, хмурясь, смотрел на парня, пока на лице того расползалась улыбка.       — Do you know what celebrity crush is?       — Yes, — ответил Мён-ги. — То есть, да. Блять, можешь по-корейски разговаривать? Заколебал уже своим кружком английского языка.       Танос посмеялся.       — Ну вот. Когда у тебя есть селебрити краш, тебе, по сути, вообще похуй че он там делает и говорит, ты просто слушаешь и смотришь на красивую мордашку, а остальное не важно. У тебя было когда-то такое?       — Да я думаю у всех было, — пожал плечами Мён-ги и повернулся к окну.       — И кто у тебя селебрити краш? — любопытно поинтересовался Су-бонг. — Сто процентов кто-то из Blackpink, ты выглядишь как их фанат. Или Twice?       — Да всякие бывали, это дело такое, сегодня один, завтра другой. Это же не серьезно.       — А я тебе нравился когда-нибудь?       Мён-ги нахмурился, повернулся обратно на Су-бонга, усмехнулся, нахмурился снова, потом нервно почесал затылок и окинул парня надменным взглядом.       — Нет конечно.       Су-бонгу слишком хотелось улыбаться, чтобы он смог подыграть Мён-ги, делая вид, что поверил. Он, довольно откинувшийся на сиденье, смотрел на парня веселыми глазами.       — А как же сейчас? — он ткнул вновь отвернувшегося парня пальцем в ребро. — А сейчас я тебе нравлюсь?       Мён-ги, повернувшись, засмеялся, рукой поглаживая свою шею. Он почувствовал, как машина остановилась, и резко перевел взгляд на водителя.       — Мы приехали? — спросил он.       — Да, — ответил водитель.       — О, спасибо Вам большое, — вежливо произнес он и вылетел из такси.       Су-бонг все смеялся, оплачивая поездку. Поблагодарив водителя, он лениво вылез из машины, взглядом находя Мён-ги уже у дверей заведения.       — Он уже нас ждет! — крикнул парень, показывая внутрь. Су-бонг подошел ближе. — Неужели мы опоздали? Быть такого не может, — он нервно посмотрел в телефон.       — Этот придурок всегда приходит на встречи за полчаса, он поэтому ничего и не успевает, половину дня проводя в ожидании кого-то, не обращай внимание.       Су-бонг погладил Мён-ги по спине и открыл тому дверь, но блогер удивленно отшатнулся и отбежал назад, становясь за парнем, и Танос, усмехнувшись, зашел первым, придержав за собой дверь.       Парни вновь принялись обсуждать непонятные Су-бонгу темы, но уже не так часто сыпали терминами, а больше говорили о том, сколько могут заработать, и репер с каждой новой цифрой казался более заинтересованным в разговоре. Цифры были приличные. Очень. Хотя нет, они были очень неприличные. И парень видел сомнение в лице Мён-ги, но был там и азарт — если у них все получится, они смогут закрыть все свои долги. Но если что-то пойдет не по плану…       Мён-ги посмотрел на Су-бонга. Он уже не ждал от того никаких советов и пожеланий, но все же ему понадобилась пара минут, чтобы молча с ним о чем-то попереглядываться, после чего он наконец-то сказал, что поступят они «именно так».       — Вы уверены? — спросил консультант. — Я бы все-таки не вкладывал бо́льшую часть денег в криптовалюту, Вы же понимаете, что это то же самое казино.       — Вы же понимаете, что не совсем, — неуверенно ответил Мён-ги.       — Мы с Вами оба все понимаем, — улыбнулся ассистент. — Я почему-то уверен в этой монете, и Вы сами говорите, что в ней есть потенциал. Но вы прекрасно знаете, что даже люди с многолетним опытом могут ошибаться.       — В этот раз я не ошибусь, — твердо ответил Мён-ги. — Давайте сделаем именно так. Нам важно получить деньги как можно скорее, акции — это долгосрочное вложение, нам это не подходит. Не сейчас.       Су-бонг согласно кивнул, но блогеру это не то что не помогло почувствовать себя более уверенным в своих словах, но только сильнее засомневаться. Снова он ставит на рулетку все, и снова не просто впутывается в это сам, но и приплетает других. Большая часть вложенных денег — это деньги Су-бонга, и совесть Мён-ги просто изнывала от мысли о том, что он опять может все просрать. Но больнее становилось от той мысли, что ни он, ни Су-бонг не могут это изменить — они оба два придурка, ищуще легких денег, и другого способа разбогатеть не видят.       — Хорошо, мистер Ли, как скажете, — улыбнулся мужчина, и парни вновь перешли на собственный язык.       Су-бонг лишь непонимающе пялился на Мён-ги, ожидая объяснений о том, что они все-таки решили, пока получая лишь уверенный кивок парня, просящий не переживать о чем-либо, хотя взгляд и кричал о другом — как только эти деньги окажутся на счете, они их больше не увидят, вот в чем на самом деле был уверен Мён-ги.       Домой они вернулись поздно. Су-бонг решил сразу пойти в душ, но Мён-ги, выглядевший слишком бодро для человека, целый день занимающегося делами, потащил его в спальню.       Мён-ги сел за стол и включил ноутбук. Су-бонг, стоящий над ним, рассматривал парня с интересом, пока тот с нетерпением ждал загрузки рабочего стола. Как только на экране появились иконки приложений, он нажал на ту, которую уже с интересом тыкал ранее.       Мён-ги положил руки на колени и поднял взгляд на Су-бонга.       — Объяснишь, как тут все работает? — неловко спросил блогер.       Су-бонг усмехнулся. Он учился работе с этой программой долгие месяцы, и помогали ему в этом действительно знающие люди. Но ему стало интересно. Он навис над парнем и стал объяснять самые базовые вещи. На данную «лекцию» у него ушло полчаса, после чего он все же сходил в душ, вернулся, укутался в одеяло и, немного понаблюдав за ковыряющимся в приложении парнем, уснул.