Том Риддл: мальчик, который осмелился жить

      Большой стеклянный дом, утопающий в зелени магловского леса, светился теплыми огнями сквозь высокие окна. Рон и Гермиона, слегка запыхавшиеся от долгой прогулки по тропинке, постучали в резную дубовую дверь. Им открыла Луна, в ярко-желтом платье, украшенном бисерными звёздами.         — Вы почти опоздали на чай. — Она обняла каждого по очереди.       Из-за спины Луны выскочила лохматая собака, виляя хвостом. Она встала на задние лапы, тыча носом в ладонь Гермионы.         — Бродяга, фу! — фыркнула Гермиона, но пальцы нежно почесали за ухом пса.         Из глубины дома послышались шаги. Гарри вышел в прихожую, прислонившись к дверному косяку. Он был одет в свободную фланелевую рубашку и спортивные штаны. Его лицо, наконец лишенное напряжения, озаряла теплая улыбка.         — Приняли уже закон о запрете драконов в министерских туалетах? — спросил он, и Рон, не сдерживаясь, ударил его по плечу.         — Ты всё ещё такой же идиот, — проворчал Рон, но глаза светились весельем.         — Все собрались? — Гермиона сняла плащ, оглядывая гостиную с книгами до потолка (Тома) и магловскими гаджетами на полках (Гарри).         — Почти, — Гарри кивнул в сторону кухни, откуда доносился аромат выпечки. — Сегодня я экспериментирую с имбирным печеньем.       — А где твой муж? — Рон заглянул на полку, где отдельно стояли подписанные книги: «Волдеморт. Трактат о тёмной магии».         — В лаборатории, — Гарри закатил глаза.        — Он хуже ученый, чем Гермиона, — проворчал Рон, но подмигнул Гарри: — У нас с тобой отличный вкус, дружище.         Гермиона фыркнула, устраиваясь в кресле. Гарри согласился и подбросил Бродяге кусок мяса. В окно пробивался золотой закат, окрашивая комнату в медовые тона.         …Их план сработал идеально. В мешочке, который Гарри передал Тому в последний момент, лежал не крестраж, а мантия-невидимка — третий Дар. Том, став Повелителем Смерти, притворился павшим, а Рон и Гермиона сыграли свою роль: их «поединок» был спектаклем для толпы. Зеленый луч Рона — трюк со световой пылью из лавки братьев Уизли.         Теперь Гарри практиковался в кулинарии, коллекционировал магловские комиксы, а Том писал книги по алхимии и тёмной магии под смешным псевдонимом, который Гермиона называла «кризисом среднего возраста».         — Твои амбиции закончились на псевдониме? — Гарри вчера подколол его за ужином.         — Лучше, чем твое увлечение вязанием, — огрызнулся Том, показывая свитер с криво вышитыми их инициалами.        Луна поставила на стол поднос с чаем, прервав воспоминания.         — Гермиона-министр… — протянула она, разливая напиток по кружкам. — Мир точно станет страннее.         — Справедливее, — поправил Гарри.         За окном защебетали птицы. Где-то в лаборатории звякнули пробирки, и Том выругался. Гарри вздохнул, уходя:         — Пойду спасать человечество от гениальности.         Рон хмыкнул, а Гермиона, откинувшись на спинку дивана, подумала, что мир, наконец-то, в надежных руках. Их руках.       А Гарри… Гермиона посмотрела на его удаляющую спину. Гарри впервые за долгое время был не просто счастлив, он был умиротворен. Спокоен, тих, заземлен.       И взаимно влюблен.