Специальное предложение!

— "Не нравится мне это...!" — Бета внутри него вырывалась на свободу.

***

Нет никаких причин сомневаться в словах швейцара. Набрав в лёгкие по-больше воздуха через нос, Краун с характерным "Ха", выдохнул его через рот. Развернувшись задом к двери, так, чтобы его глаза смотрели на предоставленные ему апартаменты, он не забывал молвить себе под нос только одну фразу: "Это всё ради Анны!" — твердил ему внутренний голос, основываясь на реальных желаниях. Да! И только ради её одной!... Перешагнув через себя, он подошёл к большой двухспальной кровати. Решив тщательно осмотреть её на наличие впитывающей плёнки, он заметил ещё одну вещь. Мягкая... По его осязательным ощущениям она была такая-же мягкая, как и одеяло его сестры, когда ту, мать вынесла у себя на руках из роддома. Он наверное запомнит тот миг на долго: то прекрасное голубое полотно с фамилией "Краун" в углу и её не довольный, детский скулёж по поводу яркого солнца, которое светило ей прямо в глаза. Эх, родная сестра... Как же ему охота было вернуться в тот миг снова, но со стороны Лэнса, это было бы отвратно. Его посчитали бы эгоистом за такую мысль. Выпрямившись, он повертел головой в сторону широкого шкафа, по словам Вара в котором находилось всё нужное для прекрасного времяпрепровождения здесь. Ну что-ж... Щас и проверим это. Подойдя к нему и взявшись за ручки, он отворил его полностью. Его взору предстала картина множества стеллажей с постельным бельём, всё ещё красного цвета и вешалкой, на которой был повешен белый, шёлковый халат, с лёгкой внизу чёрной клеткой. Краун, повернув голову на бок, удивился, но всё же взяв в руки интересный предмет, повертел его и нашёл на его плече надпись гласившую: "Для посетителей". Теперь он хоть понял, почему ему сказали не брать свои вещи... Тут всё есть. Он вздохнул. На часах был час ночи. Лэнс снова посмотрел на лёгкий халат. Взяв в руки его чёрную вешалку, он перекинул его через локоть и не мешкая, быстро подошёл к ванной комнате, после чего взявшись за серебряную ручку, открыл дверь. Парень сразу же почувствовал странный аромат, который легко сопровождал его сразу же после того, как тот зашёл в номер. Мужчина вспомнил его. Он осмотрелся. Запах приятный, это можно было сказать легко, но здесь он читался намного отчётливей, чем в том же номере. После недолгой игры в прятки, Краун обратил внимание на похожую с одним предметом вещь, которая истощала этот запах. Она была странная, но определённо смотрелась в ванной комнате как своя. И Лэнс бы не понял, что нашёл её, если-бы не увидел две сомнительные особенности некоего робота: странная фигура и прозрачный дым выходящий из неё. Он сразу же догадался о название странной вещи. ... Благовония. Он снова вздохнул через рот. Приятный запах был сделан специально для тревожных омег или бэт, подвергшихся воздействию данного места. Но как бы Лэнс не хотел сказать другое, он всё же может согласиться с приятным воздействием внешнего дыма на него. Он и в правду начала успокаиваться, только в сознании у него остался шлейф, мужчина знал этот аромат, только не мог его вспомнить. Казалось, он чувствовал эти благовонии на мужчине с фиолетовой помадой, но только... Встряхнув головой, Краун откинул инородные мысли в сторону. Он закрыл замок. Положив халат на специально подготовленную для этого поверхность, мужчина начал раздеваться. Под лёгкий шум, на кафельную плитку незначительно упали спортивные брюки, после чего рядом с халатом поселился лёгкий пиджак, а следом за ним и белый свитер. Освободившись от плена мужских туфель и белых, коротких носков, похожих на балетки, он вошёл в вертикальную душевую кабинку, будто-бы специально впитавшую умиротворëнную благовонию. Здесь было на удивление тепло, не так как за мутными дверьми аквариума. Нагой, он стоял голым задом к щели двери. Повернув податливую ручку на себя, на его ложбинку упали первые холодные капли душа, медленно превращающиеся в тёплый, моросящий дождь. Он закрыл глаза. Теперь ему ничего не мешало постоять выше нормы в теплом, чуть-ли не горячем душе. Мужчина чувствовал блаженство. Вся малая территория была быстро окутана белым дымом, окутывающим подтянутое телосложение в своих мокрых ладонях. Мда, тёплая вода плодотворна... Решив облить ею только тело, Лэнс лениво повернулся, подставив под град стрел свою спину. Он простоял с минуту там, но теперь ему стало ещё слаще находиться здесь. Когтистые лапы воды напоминали ему массажные салоны. Они были схожи с длинным маникюром женщины, которая была не прочь сделать ему лечебный массаж с эффектом памяти на бледной коже. Тот момент запомнился надолго... Запамятов, он отворил веки и увидя как мокрые камни оставляли за собой прозрачный шлейф на стекле, решил покинуть душевую кабинку. Выключив воду, мужчина открыл купол и вышел из него, после чего не мешкая взяв с тёмной вешалки халат, удалился из комнаты. Выйдя из душного помещения в лёгкой тряпке, Краун уже напрягся, ожидая увидеть здесь донора спермы, ведь предположил, что в ванной он провёл долгое количество времени, но нет. Комната была чиста как и он сам. Это не было упущением... Лэнс соврет, если скажет, что ждал гостя. Мужчина успокоился. Он снова осмотрелся. Решив оставить свою одежду в ванной комнате, Сигма прошёл к кровати и сел рядом с тумбочкой. Под его боком находилась большая, перьевая подушка в красном одеянии. Открыв деревянную мебель, он увидел множество различных видов вещей, которые смогут облегчить его и другого человека сцепку. По идее, там ничего нового для него не нашлось. Не было там той вещи, которую бы он не видел, но даже смотря на их наличие здесь, его пробирала дрожь любопытства и азарта. Парень закрыл дверь тумбочки. Отыскав глазами чёрную повязку на глаза, он взял её в руки и начал водить по ткани большими пальцами ладоней. Приятная... Такая гладкая и шёлковая как и халат, что был на нём. Захотев уже было снова задумавшись о своём, Лэнса прервал резкий треск ручки. Она открылась, впуская в свою обитель постороннего человека. Прошло несколько секунд как та снова затрещала и закрылась. Послышался щелчок замка. Что либо думать уже было поздно, нужно было действовать. Расположившись спиной к гостю, Краун выпрямился. Он не знал, что делать, но точно знал, что знает другой. В комнате выключился свет и остались лишь по бокам дополнительные лёгкие огни. Те были лишь дополнением к общей атмосфере интимности между ними. Краун крепче сжал в руках повязку, когда услышал тяжёлые шаги в свою сторону. — Подожди!... — добавил голубоглазый, чувствуя как человек сзади прекратил поход к нему. — Я не хочу тебя видеть! Лэнс поднеся темноту к лицу, укрыл ею глаза и завязал на крепкий узел. — Не пойми превратно... Просто, это моё условие! Со стороны новоприбывшего слышалось терпеливое молчание. Когда Краун отпустил руки на колени, донор возобновил свои шаги в сторону заказчика. Подойдя к нему, томный мужчина не торопился развивать события. С минуту он просто стоял и смотрел на Сигму сверху вниз, благодаря чему другому лишь и оставалось подчинено смотреть вниз. Через шестьдесят секунд гость потребовал у Лэнса перелечь в центр матраса. Лёгкими касаниями по плечу, Краун понял чего от него требовали. Задрав ноги, но не оголяя их, он оказался в центре кровати, после чего над ним, рядом с его шеей сразу же повисла тяжёлая тень и в нос ударил резкий аромат тяжёлого металла, но тот был будто бы искусственно приглушен... Чем дольше Лэнс вчитывался в запах, тем меньше он понимал, что такой аромат существует. Он был слишком не настоящим, противным даже для Альфы. Мужчина конечно знал, что он, Сигма - тоже имеет не очень симпатичный запах в отличие от Омег, но его ситуация понятна ему ещё с детства, тем более он встречал таких как и он, но чтобы вживую чувствовать инородный запах у Альфы, это было в новинку... Ну, ему ведь не могли подложить ещё одного Сигму в качестве партнёра на один час, верно? Он думал, в тот момент когда к его шее приблизилось чужое дыхание, опыляя мягкую кожу собственной жарой и насылая табун мурашек. Мужчина вздрогнул. Подняв руки вверх, он почувствовал чужие оголённые бока. Такие тёплые и твёрдые одновременно. Коснувшись их на одно мгновение, он убрал свои ладони от другого тела подальше, будто-бы обжёгся об горячий чугун. Разбросав их рядом с собой по одеялу, Лэнс незначительно повернул голову, вскоре после почувствовал тот же самый аромат, только намного ближе. Рядом с ним была шея с пахучими железами, это он понял наверняка. Вдохнув его для того чтобы повторно попробовать на язык, Сигма чуть-ли не задыхается от ядерности желез другого. На его глазах появляются лёгкие слезы, когда в горле застревает ком кашля. Передернувшись от аромата, его руки рефлекторно сжались, в тот момент как голова ощутила с двух сторон препятствия в виде чужих локтей. Колени чуть отворились, почувствовав рядом чужие икры, а пальцы на ногах скрутились до хруста костей. Это было сильно. Этот запах точно принадлежит человеку с второстепенным полом из Красной книги. Раньше он читал про таких, но чтобы наяву чувствовать рядом с собой короля королей... Нет. Лэнс сжал зубы до скрежета тогда, когда почувствовал опьяняющее дыхание на своей шее снова. — Давай без церемоний! — он шипел. — Просто сделай это... Сигма внутри него противился королю. Он рвался отвоёвывать лидерство у Альфы. Но мужчина знал, что Сигма с треском проиграет Энигме. Энигма - не Альфа, тут не всё так просто. Мужчина сверху ответил тишиной. Лишь глубокое дыхание могло обозначить его как ещё находящегося здесь человека. Рядом, совсем близко к уху слышался гортанный хрип или приглушённое рычание. Краун не мог понять что это, но ему и не хотелось этого знать, ему нужен был только результат. Голубоглазый почувствовал как на его висок упали пару прядей чужих волос. Когда Лэнс ощутил палящее дыхание рядом с уголком губ, то быстро закрыл свой рот собственной ладонью, игнорируя по пути инородное тело и тот факт, что он случайно ударил мужчину сверху рукой по щеке. Он не ошибался. Энигма хотел его поцеловать. Приподняв кисть руки, Краун заговорил. — Без поцелуев.— абонент с другой стороны кровати чуть отступил. Голубоглазый убрал ладонь. — Это тоже моё условие... У Лэнса ломались внутри кости от того, как противился его второстепенный пол. Хотелось оттолкнуть мужчину сверху подальше, перенять инициативу на себя, защититься от давления или в конечном итоге если слияние очень нужно, перевернуть соседа и самостоятельно оседлать так, чтобы тот кончил уже через несколько минут после начала, но не ждать того момента, когда мужчина сверху осмелиться хоть что-то сделать для них двоих. Это была пытка. Поняв что воздух вокруг двух людей загрязняется пахучими железами, Лэнс это с добавкой уловил, он первый дал понять партнёру, что можно начинать отношения. Наклонив голову в бок и столкнувшись с другой рукой, мужчина открыл уже потную шею для того, чтобы другой познакомился с его ароматом быстрее. За короткое время они поняли друг друга. Вместо поцелуев Энигма подставил свой нос рядом с железой другого и лёгкой горбинкой на носу, коснувшись чужой орбиты, начал всасывать такой, казалось бы популярный, но в этом случае особенный запах. Запах сухой мяты заполнил объём лёгких у короля. Теперь он не мог чувствовать ничего, кроме его запаха и благовоний человек под ним. Это была и пытка, и подарок для мужчины. Проверив нижнего на наличие положительной реакции на такое, Энигма услышал в ответ глубокий вдох. Оставшись довольным на такое, Мэш перенаправляет свой вес на одну руку, после чего другой тянется к шёлковому халату другого. Лэнс сразу же почувствовал у себя на животе напряжение. Ему развязывали тонкий пояс. Когда тот сдался и отворился, мужчина сверху не мог не восхититься красотой чужого имущества. Выпуклая грудина как у любого хорошо сложенного атлета, впалый живот с шестью очертаниями кубиков, такая ровная, белая кожа и аппарат, прислащенный малой растительностью. Сигма был крепко постороен, даже не хуже некоторых Альф в округе. Берндэд глотнул вязку слюну, скопившуюся у него в горле. Грудная клетка взмывалась вверх от тяжёлого дыхания, но Мэшу смотреть на это стало ещё вкуснее. Его горбатый дружок подпрыгнул в трусах от такого количества сладкого и сразу же на его головке образовалось небольшое озеро. Грязно и приятно. Аромат этого мужчины добивал Энигму с концами. Немного отпрянул от запретного плода, Мэш быстро в один кадр разделся, после чего прильнул к чужому животу и начал всасывать в себя форменные кирпичи. Каждый останется обласканным, это он точно знает. Когда ладони верхнего слоя побродили к мягкой на вид грудине другого, Мэш почувствовал как тело под ним на короткий период колыхнулось. Он идёт в правильном направлении. Взявшись за них полностью, мужчина оценил их на упругость, такими действиями выдавив из другого раздраженный скулёж. — Не мельтешись... — шипел Лэнс. Решив подразнить нижнего, Мэш тут-же после этих слов взялся за маленькие горошины, после чего аккуратно, но твёрдо задрал их вверх. По опыту верхний знал, что в таких окончаниях человеческого тела спрятано много нервных окончаний. Грудь мужчины приняла форму неровного треугольника. — Ааагх... Бл..! — с голубых глаз полились слезы, сразу же впитывающиеся в глазную повязку. Его руки после недолгих блужданий схватились за красное одеяло как за спасательный круг. Когда грубые ладони отпустили красные бутоны, Лэнс почувствовал свои ноги на чужих бёдрах. Его таз был чем то возвышен, в тот момент когда всё остальное тело, кроме ног лежало на ровной поверхности. Мужчина чувствовал холод, когда собственные руки перехватились за подушку. Лэнс понял, что его обняли за грудную клетку. Не поняв прикола, Краун заметил, что человек рядом начал трястись, после чего почувствовал как рядом с пахом образовалось небольшое количество тепла. Через несколько секунд он ощутил член мужчины рядом с собственной пещерой. Пространство из сплошного мясо осталось без внимания, но оно и лучше. Значит Энигма его услышал. Обведя горбатым пахучую улицу, Мэш приблизился к входу в царство романтики. Рефлекторно мышцы у Крауна сжались тогда, когда хватка вокруг рёбер сталаусиливается. Он схватился за мускулатуру верхнего, в попытке раслабить капкан, но не успел. Когда Сигма чуть надовил на мышцу руки, он мнгновенно почувствовал как в его хранилище проник змей с грибоголовым основанием. Для него это стало неожиданностью, парень весь сжался, неосознанно причиняя боль Энигме. Лэнс и не понял когда это он смог всё пропустить, но в то время, как с его лба спустилась вниз капля пота, он понял, что уже давно ничего не замечал. Мужчина сразу же зашипел в попытке скрыть растущие внутренние стоны боли и блаженства. Как бы ему сейчас не хотелось оттолкнуть верхнего, он не мог. Если слияние началось, значит Энигма не оставит дело незавершённым. После недолгой паузы между ними, Мэш возобновил производство белка. Он начал сперва медленно, а после резко пошатываясь в зад и вперёд, создавая трение между так, чтобы другой чувствовал все венки на члене Берндэда. Мужчина не мельтешился, как ему и было верено. Прижимая высокого Сигму к кровати и принуждая свои силы работать, он создавал грубые толчки в пещере другого. Берндэд обнимал его в тот момент, когда заставлял вставший колом член оплодотворять ещё одну за сегодняшний день дырку. Это было не ново, но даже Энигме бывает трудно поднять настроение горбатому другу. Пыхтя и потея над мужчиной с голубым окрасом шерсти, Мэш думал как взял бы его без обязательств и обжарил бы каждый дюйм мощного тела с кровью. Его не нужно было бы просить об этом, ведь держит сознание здесь только одна блондинистая макушка и его клятва к нему. Но боги, этот парень был греческой статуей с его телом. Такой мокрый. Мэш не заметил когда начал потеть всем корпусом своего веса и капать мускусом на тоже не сухую кожу. Берндэд обнимал и рычал в одном флаконе. Он сгибался и разгибался, клацая белыми клыками в унисон с тяжёлым дыханием со стороны нижнего мужчины. Тот будто бы принял неизбежное и просто подставлялся моменту. Лэнс всё также сжимался и расслаблялся. Изредка он делал больно брюнету, но в большинстве случаев просто не сопротивлялся случаю. Он подскакивал вверх от толчков другого, иногда удивляясь их силе, но и сам не заставлял мужчину сверху скучать. Неосознанно ногти голубоглазого подступились к лопаткам меньшего, после чего вонзившись в мягкую платформу, начали оставлять там кровавые дорожки собственной боли и упущений инициативы. — Не бойся высекать свои касания на моей коже!... — томно сказал Мэш, находясь на седьмом небе от счастья. У него уже зудел член от того, как сильно он хотел оплодотворить эту пещеру своим семенем. У мужчины кончалось терпение, он хотел продлить этот момент, но не знал, что это в перемешку с гоном будет невозможно. Берндэд теплится одной мыслью, той идеей, что эти семена не уйдут в прозрачный пакет, после чего снявшись со ствола, выбросятся в урну. Они останутся с этим парнем. С этим чертовски приятным мужчиной. И это заставляло его ревновать к себе же. Эти маленькие головастики будут расти в чреве Сигмы и когда-то через девять месяцев станут особью, они будут его ребёнком. Малышом появившегося со слияния Энигмы и Сигмы, со слияния самых крепких из полов Альфы и Омеги. Этот плод будет очень сильным... Ха!.. Этот мужчина под ним стал в его жизни слоновой ложкой дëгтя. Постепенно расходуя свои силы и средства, Мэш приближается к концу. До него это начало доходит тогда, когда головка его горбатого члена стала чесаться сильнее прежнего. — Я уже на пределе!.. — выругался брюнет. Лэнс только тяжело дышал и изнывался, не находя места для удобного принятия заказа от донора спермы. Но решив переместить руки на кровать, Краун мимолётно почувствовал как внутри его таза появилось тепло и хватка Энигммы на короткий период стала толще. Он сразу понял что произошло. Всё, всё наконец-то закончилось. — Уходи! — отдышавшись сказал он. — Уходи, ты... Вы уже всё, что могли сделали! Мэш пытался востановить дыхание. Он терпеливо молчал, не смея прерывать свою проделанную работу. — Спасибо... — добавил напоследок Краун. Берндэду в ответ оставалось только повиноваться воле своего мужчины. Выйдя из тёмного оврага и быстро одевшись, он осмотрел разрушеного человека в халате, который прекрывал только десять процентов от всего тела. Красиво... Заметив вялое состояние у чужого достоинства, Мэш добро удивился. Вокруг чужой талии не было белых следов чужого белка, а свой собственный он отправил в глубины мрака. Тоесть выходило, что Сигма не возбудился в ходе их слияния и вообще, не чувствовал себя приятно. Это немного его разочаровало. Как Энигма он оскорбился, а как мужчина, как человек он устал. Всякое бывает и сейчас было такое ощущение, будто голубоглазый специально закрылся стеной в этом моменте. Он не хотел показывать свои истинные ценности совсем чужому человеку. Ну оно и логично. Мэш для него сей никто. Просто донор... — Это... Не бери в свой счёт мою вялость. — дыша говорил Краун. — Я... Я вялый потому что у меня уже прошла стадия цветения и сейчас настала очередь застоя... — мужчина положил свою ладонь на живот и начал медленно водить на нём круги и незамысловатые узоры. — Ты хорошо поработал чувак... Мне даже понравилось!... Мэш вспомнил, что за сегодняшний день ни разу не слышал слов благодарности. Он отвернулся от Сигмы и медленно подошёл к двери. — Спасибо!... — сказал он. Открыв её, мужчина вышел в коридор. А Лэнс в этот момент понял, что этот номер оплачен у него ещё до утра. Он снял маску... Какая ужасная трата денег... Когда Берндэд вышел из тёмного помещения, он сразу же увидел сбоку знакомого швейцара. Тот стоял облокотившись спиной об близлежащую стенку. — Всё сложилось хорошо? — поинтересовался блондин, чувствую как ранее горящая свеча силой потухла в крепком теле. Мэш затуманенно посмотрел на него, после чего отвернувшись в сторону гримерки, направился туда. —иЯ устал. — брюнет хрустнул шеей. — Через два часа жду у себя! Мне нужно расслабиться. — Через два? — почувствовав яркий аромат цветущего гона, Целл начал отмахивать ладонью неприятный осадок. — Через два часа у меня заканчивается рабочая смена. — мужчина отдалялся. — Неужели парнишка тебе так понравился, что ты закрыл от него гон и просто выполнял свою работу... — Вар издевательски устало посмеялся над ним. — Стареешь, Энигма!...