От Лукавого

Ангелина привыкла доверять только собственным ощущениям. Поэтому когда все не заладилось с самого утра, ждать чего-то хорошего дальше не было никакого смысла.  Пулково встречал привычной вывеской и очередью из таксистов возле въезда в аэропорт. Люди суетливо вытаскивали из машин чемоданы и везли их по вымощенной каменной кладке. Звук пластиковых колёс тяжелым тактом отстукивал в висках женщины. Неприятные ощущения усиливались, напрочь отбивая желание заходить в аэропорт.  Редакторы назвали везением тот факт, что все три экстрасенса отправятся на испытание вместе прямо из Питера. Им хочется хлеба и зрелищ, поэтому Ангелина искренне удивляется, когда никто не подбегает к ней с петличкой, пока она выходит из такси. Чёртовы стервятники, не понимают, какую ошибку они совершают, ставя их с Левиным в одну тройку. В этом нет никакого везения, только утопия и прямая угроза если не жизни, то как минимум здоровью. Как минимум психическому состоянию. И ещё непонятно, кто в бОльшей опасности. Максим не сомкнул глаз прошедшей ночью, как ни пытался. В голове то и дело всплывали флешбеки их последней встречи, обрывки фраз и звонкая пощёчина, которую она влепила, не справившись с эмоциями, о чём уже тысячу раз успела пожалеть. Обиженная женщина способна на самые непредсказуемые поступки, а обида определённо была. И, к сожалению, не только с её стороны. Он не раз представлял себе их встречу спустя несколько лет, испытывая разные эмоции; он следил за её судьбой на «Битве» и испытывал гордость; а ещё он ждал... до последнего ждал, что она напишет. Из всех, кто был рядом в тот непростой период, Макс был уверен едва ли не в ней одной, но, оказавшись в неволе, понял, что сильно ошибся. Сначала думал, что у неё просто нет времени: съёмки, постоянные поездки в Москву, сын, – но пройдёт пару месяцев, и она обязательно напишет и всё объяснит. Этой мыслью он жил целый год, то ли успокаивая, то ли уговаривая самого себя, но так и не дождавшись весточки от неё.  И вот он, тот самый момент, когда всё могло бы проясниться, но нормальному разговору не суждено было состояться. Пощёчина. Крафтовый пакет, скользящий по паркету. И средний палец.  Он заходит в бизнес-зал Пулково, озираясь по сторонам в поисках знакомых лиц, учитывая, что в шесть утра людей в помещении почти нет, и сам не замечает, как ненадолго выдыхает. Горизонт чист. И на него не надвигается очередная темноволосая буря, которая явно не договорила в прошлый раз. Да, идея отправить их вместе на испытание в самом начале сезона однозначно претендует на приз «Самой идиотской задумки сценаристов», но врубать заднюю не в его правилах, поэтому Максим располагается за одним из столиков и заказывает кофе. Разумеется, с коньяком, потому что день обещает быть тяжёлым. Райдос возникает в дверях лаунжа в тот момент, когда вторая чашка эспрессо подходит к концу. Он расплывается в ухмылке, замечая её издалека и машет рукой, одновременно здороваясь и приглашая к столу.  Они знакомы ещё с финала 22го сезона, где Виктория тонко намекнула, что они не товарищи, хоть и работают в одних традициях. Тогда ей виделся в его действиях плагиат своей работы, а сейчас всё это не имело значения. Они по сей день остаются конкурентами, но без подлости и взаимной неприязни.  Поэтому она условно принимает приглашение, сокращая расстояние между ними и через пару мгновений оказываясь возле стола. – Доброе утро, Виктория! – улыбается Левин, протягивая руку. – Доброе, – без особого энтузиазма кивает брюнетка, на долю секунды сжимая его ладонь и оглядываясь по сторонам, – А Ангелины ещё нет? Улыбка сползает с его лица так же быстро, как появляется, и Макс непроизвольно закатывает глаза. – Думаю, она прямо сейчас проводит ритуал, чтобы у меня отказали ноги, и я не добрался до испытания, – отзывается он, в целом не исключая такой возможности. Райдос вновь не разделяет его иронии, хотя очень надеется, что все колюще-режущие предметы у её коллег изъяли ещё на досмотре, и ей не придётся опасаться того, что кто-то из них не доедет до места испытания.  Об их непростых отношениях она наслышана, хоть и не была свидетелем той тёплой дружеской встречи на финале последнего сезона. И перспектива оказаться между двух практиков, питающих друг к другу такие пылкие чувства ненависти, её не пугала, но мысли о том, что эта поездка может закончиться ещё одним скандалом, всё же были. Ангелине плевать на все бизнес-залы, ей не принципиально, где нужно дождаться посадки на свой рейс. Будь её воля, она сбежала бы отсюда при первой же возможности. Поехала бы с Шепсом в любую точку мира, уверовала бы в медиумов, стянула бы самолично с него серпом трусы. Всё лучше, чем видеть утренние возлияния Левина бесплатным коньяком.  Поэтому она выбирает обычное сидение сбоку от нужного выхода на посадку. Надеется пройти в самолет первой и избежать лишней встречи с тем, с кем по собственной воле на одну землю бы не вступила.  Телефон вибрирует ровно в тот момент, когда Ангелина открывает книгу, которую никак не могла дочитать уже полгода. Она раздражённо смотрит на экран, теряя из головы только что прочитанную информацию. Звонок от Райдос оказывается насколько неожиданным, настолько и нежеланным. Не то чтобы она негативно относилась к женщине, но в силу общего состояния не хотела сейчас идти на контакт ни с кем. Тем более с потенциальными соперниками. Но подумав пару секунд, на последних гудках она всё же отвечает на звонок.  – Виктория?  – Ангелина, доброе утро! Вы уже в аэропорту? – голос женщины на том конце трубки очевидно бодрее, чем у неё.  – Да. А в чём собственно дело?  – Мы с Максимом встретились в бизнес-зале, подумали, может, вы захотите к нам присоединиться? Изосимова тут же усмехается от слов Райдос, удивлённо изогнув бровь. Так уж они вдвоём решили. Сомнения причастности Левина к этому предложению равны уровню презрения женщины к колдуну. То есть на двести процентов из ста возможных.  – Давайте так, – ей не требовалось много времени для ответа, – Мы тут с вами собрались, чтобы работать, а не чаи гонять, поэтому как-то без меня.  – Странная у вас позиция, – Виктория явно не понимает такого резкого отношения Ангелины к обыкновенному вежливому предложению, – Ваше право.  – Всего доброго!   Колдовка сбрасывает вызов и убирает телефон подальше в сумку. Она не нуждается в фальшивой игре в добрых соперников, ей не нужно ни одной кружки чая, чтобы понять, что они ей не годятся даже для посредственного общения на сторонние темы. Это просто невозможно после того, что было между ней и Левиным.  Ангелина открывает книгу, заново пробегаясь глазами по абзацу в надежде, что больше её никто не отвлечет. До посадки остаётся совсем немного времени. – Послала? – усмехается Макс, по выражению лица Райдос догадываясь, что ответили на том конце. – Сказала, что мы так себе компания, чтоб гонять с нами чаи, – поясняет Виктория, блокируя телефон и откладывая на стол возле своей чашки. – Ну, не прокляла – уже хорошо, – подмечает он, в отличие от своей коллеги, будучи готов ко всему. Райдос по-прежнему не интересует этот детский сад: её предложение было лишь вежливой формальностью и не более. Она тоже не из тех, кто станет делать вид, что они хорошие приятели, а не прямые конкуренты. Зато позиция Ангелины абсолютно ясна, и подобных приглашений, скорее всего, не повторится. Они сидят в бизнес-зале ещё какое-то время, пока милая девушка из динамиков, расположенных на стенах, не сообщает о начале посадке на их рейс.  Левин спешно закидывает зарядку от телефона в рюкзак, проверяет наличие паспорта и посадочного и направляется к выходу, предварительно получив от Виктории информацию о том, что ей нужно срочно позвонить мужу, и что она догонит его через пару минут. Таким образом тройка сильнейших вновь разделяется. Он находит своё место в самолёте довольно быстро и, закинув рюкзак и куртку на багажную полку, разваливается в кожаном кресле бизнес-класса «Аэрофлота».  – Пожалуйста, ваше место – 5A, – слышится голос стюардессы над ухом, вынуждая его поднять голову и замереть. Рядом с девушкой в голубой форме оказывается та, о которой он думал последние несколько часов дней, сверяясь с указанным местом и информацией на посадочном талоне у себя в руках.  – Чёрт... – выплёвывает Изосимова, чуть быстрее него осознавая, что её место находится у окна – прямо рядом с ним. – Как быстро ты забыла моё имя! – наигранно удивлённо сообщает он, тут же поднимаясь с места, чтобы пропустить её. Она успевает лишь разочарованно глянуть вслед удаляющейся от них стюардессе, не решаясь спросить, можно ли занять другое место. Или полететь другим рейсом.  Показывать слабость – не в её характере, даже если сейчас этого очень хочется и кажется практически жизненно необходимым. Ангелина хмурится, в следующую секунду оказываясь слишком близко и чуть ниже ростом, когда Левин выпрямляется и с вызовом смотрит ей прямо в глаза.  – Отойди, – сквозь зубы шипит колдовка, словно прилагая физические усилия, чтобы выдавить из себя хоть слово. Он меняется с ней местами и отступает на несколько шагов назад в проходе, давай ей возможность положить вещи и проскользнуть на своё место.  Ему тоже не кажется большим везением такой «джек-пот» в виде соседки по креслу, но он старается не подавать виду, что что-то не так. Внутри бушует целый ураган эмоций от всей этой ситуации, которая, к слову, вообще не выглядит, как случайность или совпадение. Возвращаясь в своё кресло, он смотрит куда-то в противоположную сторону и запрокидывает голову к потолку, даже краем глаза не глядя на неё, а затем не выдерживает. – Девушка, у вас есть виски? – интересуется Максим, обращаясь к проходящей мимо стюардессе. «Алкаш!» – проносится в голове Ангелины, что всем телом вжимается в кресло и тоже принципиально не смотрит в его сторону, изучая здание аэропорта в иллюминаторе. Кажется, только в этот момент они понимают, что испытание конкретно для них двоих уже началось и однозначно дастся нелегко.