Бібліотека.

***

Ночь была непримечательная. Сан-Фран засиделся в эльфийской библиотеке, которая была закрыта в позднее время. — Франческо... — просвистел зеленоглазое чудо, и прильнул к парню сзади. Его яркое напряжение можно было чувствовать через обтягивающие брюки. Всем тазом он напирал на парня спереди, пытаясь разложить грудью на столе, сдвигая все книги и тетради в сторону. — Эб...ты!! — Чш-ш-ш...мой милый эльфёнок. Нас никто не застанет здесь. — Прекр-ращай, — сквозь зубы сказал он, — как ты вообще... — с трудом повернулся к парню, — ясно, — он закатил глаза и выхватил у парня из рук ключ от двери. — Ну что ты сегодня такой сердитый? Я так редко стал тебя навещать, что ты тут уже замариновался... — его мягкая улыбка резко перетекла в оскал. — Сладкий... — он хотел было потянуться к его мраморной шее, как ему зажали горло и острым ногтем большого пальца ткнули в кадык. Ну вот, обломали кайф. Он хотел было упиться его кровью и мягкими тягучими стонами. — Спасибо конечно, чудо крылатое, но я по тебе точно не соскучился. Зеленые глаза нездорово сверкнули. — Че, охренел?! — его запястье подорвали и вывернули. Послышался громкий болючий стон со стороны эльфа. — Да больно же, отпусти! — вторая рука попыталась отбиться, упираясь в чужое лицо. — Не отпущу, сучонок. Я жду объяснений, че за хуйня. — Он облизнул, а после укусил пальцы, что лезли ему на лицо. Тот вскрикнул. Второй рукой Эбардо перехватил нападающую. — Эб! Ты! Я... — спустя несколько секунд раздумий и осознания своего положения, тот прикусил губу. — Я просто не хочу, чтобы ты лез ко мне, этого мало? — мягче пробурчал он, всё ещё морщась от неприятного действия против его нежных рук. Тут чужой пах в упор вбился в него, а руки, удерживающие его запястья, резко скрутили их в один замок и уложили на стол вместе с их обладателем. Спина хрустнула, и он со вскриком, фактически скатываясь со стола, уткнулся в него лопатками. — А моего члена тебе мало? А?! — Уже больно и властно тот перевернул беловолосого на живот и прижал к столу, крепко удерживая руки. Это, конечно, не обошлось без лишней резкости и скулёжа. Эльф захныкал. — Т-ты не должен находиться в эльфийской библиотеке ночью. Тем более, у тебя есть свой рабочий корпус! — Неосознанно он стал тереться бёдрами о чужой стояк. Кому он врет, говоря о том, что не соскучился по этой ходячей жестокости? Прежде всего — себе. — Ты думаешь, меня это волнует? Я к тебе пришел, Фран... — в конце он приблизился к чужому чувствительному уху и прошептал тягучим тембром. — Пришел за тобой, к тебе, твоей заднице... — Эграссель и Лололошка и без того слишком много для нас поблажек сделали. — Ухо покраснело и задёргалось от наступающего наваждения глубоко в штанах. — О-отпусти, Эбардо... — он попытался игнорировать трение сзади, хотя неосознанно он сжимался всем телом и даже задним проходом. — Нет. — Он облизнулся и, оголив шею нижнего, вцепился в неё острыми резцами. ​Тут эльф с шоком раскрыл глаза и замычал, брыкаясь под более массивным телом, как кролик в капкане. И это сравнение было слишком близким к реальности.  Его грубые руки ещё крепче держали сцепленные ладони, да так, что на них можно было увидеть синюшные вены и тонкие артерии. А его бешеный взгляд. Эта мутная эйфория в глазах; язык, любвеобильно смакующий терпкую кровь на нёбе, кончике языка; таз, сильно втирающийся в аппетитные бёдра эльфа.  Да, они точно волк и кролик. Один хочет выебать его труп и сожрать — второй хочет быть выебанным и сожранным. Какое прекрасное дуо. Оба тащились от своих ролей "диких животных". Всё-таки хищник отстранился и убрал руки с парня, прижимая его одним лишь пахом, очевидно подпирая своим членом. Он не был оголен, но эльф уже чувствовал их обнажёнными. От этого улыбка сама по себе появилась на лице белоголового. Эбардо, отойдя от своего мнимого удовольствия, вновь вернулся к парню, который неподвижно лежал, вжавшись в стол, лбом уткнувшись в деревянную поверхность. Кровь тонкими струями текла по шее, но след после укуса был смазан слюной парня. Он так жадно вцепился в него, что чуть ли не добил своего мягкотелого эльфа. — Фран... — начал было парень, но его перебили. — Я был неправ, — на выдохе заскрипел его голос, такой обворожительный и заводящий шестерёнки внутри тела партнёра, — я тоже чертовски хочу тебя, с-сильно... — его голос дрогнул, и он прикусил губу, дабы очередные непристойные звуки не вышли из его похабного рта. Руки согнулись, и он приподнялся со стола, облокотившись об уже посиневшие от напряжения, и долгого отсутствия поступления крови ладони. Он тяжело вздохнул и вдруг, для самого себя неожиданно, часто задышал. Кажется, всё это время он был под водой. Действовал Эбардо излишне грубо и быстро, отчего оба теряли рассудок и давились собственными "инстинктами" Сан никогда бы не согласился с тем, что ему безумно нравится, когда его возлюбленный собственнически и жестоко вгрызается в шею. Было много раз, но этот... Слишком жестокий. Неужели этот безумец так уголодался по ласкам? Эбардо быстро прислонился к нему телом, руками сжимая талию, стал нежно и ласково слизывать кровь. Укус был достаточно глубоким, скорее всего, останется еле заметный шрам. Такое можно приравнять укусу собаки, или даже волка, просто пасть этого недоумка меньше по размерам. Это не пугало, наоборот — завораживало. Может они и психи — даже не может, а точно, ведь менее жестокие действия наблюдают другие участники их клана, правда — это парней никак не волнует. — Останется след, — отчего-то спокойно начал Эб, проигнорировав предыдущие высказывания. Хотя на самом деле он наслаждается своим возлюбленным: его словами, его голосом, который может быть нежным или грубым, его поступками, каждой родинкой на его теле, его характером и внутренним миром — всем без исключения. Да, Эбардо груб с Сан-Франом, даже жесток, но он искренне любит. Все действия взаимны, даже в постели... Иногда шатен очень любит быть под своим парнем. Хоть и не признаёт свою слабость перед другими. На самом деле, иногда они слышат его громкие стоны удовольствия. — Естественно... Я думал ты мне откусишь кусок плоти, — устало пробормотал эльф, укладывая ладони поверх других на его теле. — Я бы откусил, но ты мне дорог. — Слащавость лилась через край. Он вновь приблизился к ушной раковине и, облизнув нежный кончик уха, прикусил мочку. Послышался несдержанный стон. По телу пошли мурашки, а эльф, почувствовав электрический разряд, сильно вздрогнул. — Что? — Твой приятель всё ещё упирается мне в зад. И ты — бесстыдник, всё ещё трёшься о меня. — Он нахмурился. — Хочешь, чтобы я на сухую насадил тебя на свой хуец? — В его тоне была слышна усмешка. Он всё также продолжал вылизывать ухо, отчего эльф больше дрожал и тихо вздыхал. Знает ведь, зараза, его слабое место... — Ты уже рвал меня. Тебе так нравится моя кровь? — Фран скривил гримасу отвращения. — Хоть бы раз пожалел... — Ты меня уже вывел. Не хочу нежно. — Из-за увлечённости полез в ушную раковину, но эльф попытался отстраниться, ибо чужая слюна ему там не нужна. — Да, ну...чертов фетишист, — он всё-таки смог избавиться от навязчивого языка. — Время ради, тогда не томи, иначе я взорвусь, — конечно, под "я" имеется ввиду его половой орган, но Эбардо и без этого всё понимает. — Язык. Дай мне его откусить... — без приказа, как-то пьяно прозвучало со стороны. — Обойдёшься, — но его резко схватили за подбородок и притянули за поцелуем. — М-м... Зеленоглазый действительно прикусил язык собеседника, а затем и его губы. Снова кровь и снова мычание. Они активно облизывали друг друга и пробовали этот металлический вкус. Фран как-то привык и вновь начал получать удовольствие от происходящего. Лучший способ привести его в состояние невменяемости — кровь и боль, к которой он быстро привыкает. — Обожаю тебя, — безумно прошептал ему в губы Эбардо, как отстранился. Кровавая слюна стекла по подбородку. Обстановка накаляется с каждой минутой всё больше, а этот псих до сих пор тянет их драгоценное время. — Эбардо... — М-м-м? — промычал он, пока оставлял засосы на чистой коже плеч. — Ты такая тварина, — он прикусил губу а после раскрыл рот в крике. Его в очередной раз  больно укусили, пускай не настолько грубо, как ранее. — И я тебя люблю, — возбуждёнными тембром проурчал парень и стал лезть руками под знакомую белую рубашку эльфа, горячими руками проходясь по тонкому телу, касаясь рёбер так, словно в уме пересчитывая, всё ли на месте, даже нет, — какое будет хорошо вырвать... Как думаешь? — Хватит... — уши вновь задергались, от слишком горячих прикосновений. Особенно чувствительная была грудь и вставшие соски, от возбуждения. — Ну, Эб..! Его не пугали эти странные вопросы. Если захочет, то возлюбленный может убить его. Эльф не против, даже рад такому развитию событий, зная изощрённые способы от своего парня. И нет, он никого не убивал, но в полных красках описывал, как красочно с любовью делает это с Франом. Он заёрзал на месте, но затем тихо и с дрожью застонал. Этот нахал снова начал сжимать и поглаживать его нежные ареолы. Руки эльфа следовали за чужими, сжимая его пальцы и изредка пытаясь отвести руки возлюбленного от своих сосков.. — Что, сладкий? — кончик длинного языка стал проходиться за ушком, которое вновь стало дрожать. — А-а! М-м-м...хватит... — он опять застонал и зажмурился. Слишком...Слишком!! — Скажи. — Н-нет! — Давай... — пальцы больно зажали торчащие от возбуждения соски. — Что ты хочешь? — Тебя! Я уже говорил... — Меня что? — Продолжил мучительно давить на них и гладить. — Да ну не строй из себя идиота! — черные глаза закатились от неприятно-приятных ощущений. — Я и не строю. Ты сам меня им называешь. — Он заразился коротким истерическим смехом. — Ну возьми меня уже, хватит томить, а то кто-нибудь нас обнаружит... — Эльф прикусил кончик губы, пытаясь сдержать эмоциональный порыв. Всегда спокоен — нет, ну только не секс с Эбардо. — Никому нет до нас дела — все спят. Да даже если и придет кто-то, тебя разве не будоражит мысль о том, что они увидят, как я размашисто вхожу в тебя? — Он почувствовал, как тело эльфа задрожало в его руках. Эльф явно на грани, раз коленки прогибаются, и он почти валится с ног. — Как мой толстый член вбивается в твою промежность, как крайняя плоть оттягивается, а головка вбивается в прямую кишку, — для пущей убедительности тазом сделал поступательные толчки. — Как я в тебя кончаю, а ты задыхаешься... — Да заткнись ты уже! — Всхлипывает Фран и самостоятельно подрывается расстегнуть свою рубашку дрожащими пальцами рук. Как же сильно ведет эльфа от этого придурка. Каждый раз они мешают всем в округе. Особенно Эбардо, который стал работать с ними совершенно случайно. Ладно, не совсем случайно. Знаний в голове у него достаточно, как и связей. Лололошка оказался одним из тех, кто был близок этому зеленоглазому чуду. Таким образом они вместе оказались в одном здании, в одном научном корпусе, которым управляют ещё много раз вышеупомянутые друзья. Оставшись в библиотеке эльфийского корпуса, Фран днями и ночами мучал себя новыми знаниями, конкретно так долбя свои мозги. Прежде всего его партнёр — Эбардо — соизволил соскучиться. Ворвавшись, он почувствовал усталость эльфа и понял, что обоим нужен отдых — он же тоже работает во благо их общества. Как Эбардо так почувствовал состояние партнера? Дело в том, что они чувствуют тонкую связь между собой. Их искры чувствительны друг к другу. Объяснили им это тем, что они связали свои искры этакими "узами брака". Для обоих было шоком, но при этом очевидно хорошей новостью. — Давай помогу, — руки тут же тянутся к последним пуговицам и с лёгкостью избавляются от прикрывающей чужое тело ткани. Руки тут же забрались к ремню белых штанов и спешно расстегнули его. — Так и быть, я подготовлю тебя. Мы, конечно, с тобой оба любители крови, но я уже насытился. — Он ухмыльнулся и поцеловал его в висок. — Только пожалуйста, хватит тян... Резко его притянули за волосы, и затылок лёг на плечо парня. — Что? — В губы впивается с вопросом Эбардо и всё-таки забирается под ткань брюк, перед этим расстегнув ширинку. Языком копошась в глотке партнёра, тот берет чужой вставший член в руку. Эльф мычит в поцелуе и жмурится, пытаясь отстраниться, но ему не дают, наоборот, ещё более жадно вылизывают рот, — нервируя только-только окрепшие ранки от грубых укусов, — рукой удерживая за намотанные на ладонь белые шёлковые волосы. Всё-таки, не удержавшись, он начал массировать голову и вырывать редкие волоски от увлеченности. Рука снизу вновь мучительно задвигалась на головке, оттягивая крайнюю плоть и большим пальцем массируя уретру. Эльф застонал и с силой отстранился от чужих губ. Он тяжело задышал, захлебываясь в долгом поцелуе и слезах, которые текли от нехватки воздуха и переизбытка возбуждения. — Эбр..б...ар.. — он тяжело застонал и упал на стол, как почувствовал, что пряди его волос освободились. — С-с...сука, ты!.. — он закатил глаза, от резкого движения на члене. — О, да, мой эльфёнок... Ты так течёшь. — Он прикусил губу, и стал напористее тереться о чужое бедро. Постепенно, забываясь в наступающей эйфории, стал опускаться на пол, в конечном итоге приземляясь на колени и спуская с парня лишнюю ткань. — Повернись, — приказал он и тут же схватился за ствол эльфа, хозяин которого на дрожащих ногах спиной упирался о край стола. Вцепившись губами, он начал вбивать его в горло, закатывая глаза и с наслаждением работая языком. Его помутневшие зелёные глаза смотрели в чужие — такие глубокие чёрные, заслезившиеся. Эти всхлипы и громкие стоны лились ручьем изо рта: как он выгибался и дрожал; как хватался за его затылок, как подмахивал бёдрами; скрипел сорванным голосом; отбрасывал голову назад; вытирал потные руки о запутавшиеся волосы, о всё ещё надетую рубашку, которая сильно намокла. Кровь осталась отпечатком на ткани, а запекшаяся рана на шее пощипывала, сильно напоминала о себе — не мешала, только ещё больше будоражила от чувства подчинённости в любимых руках. Мешали до состояния наркотического опьянения лишь чужие волосы и  слюна, так обильно смазывая его член. Как он дрожит, кусает губы до крови, о боги... — Вкусный, — отстранился Эбардо и с ухмылкой всосал головку стояка, кончиком языка стимулируя чувствительную дырочку. — А-а...аха, Эб... — проглотил стон, — я, я...сь..час...внутр... — вскрикнул и излился прямо в принимающее горло партнёра, которое с удовольствием глотало сперму, а глаза закатывались в пене удовлетворения — П-придур... — Я! — он только успел отстраниться, как с жадностью вцепился в ляшку эльфа клыками. Послышался очередной больной писк. Даже после неприятного послевкусия спермы этот псих не прекращает. Даже с тяжелым дыханием не делает перерывы. Ему необходимо за один раунд несколько раз привести своего парня в состояние опьянения. Такой бурной ночи Фран точно не ожидал. Сидел себе спокойно, читал, уже засыпал, как пришел он... И это только начало, правда, орган вновь стоит столбом. Несмотря на это, ему безумно нравится эта жадность Эбардо. Как возбуждает этот хищный взгляд, эта ненасытная улыбка, даже не улыбка — оскал. Длинный язык, с аппетитом облизывающий его, где только вздумается больной голове и суматошным мыслям. — Тебе нрав-вится, — заикаясь произнёс Сан и нежно погладил, оставляющего засосы парня, — нуЭб... — проглотил тот разделение слов, закатывая глаза уже от раздражения. — Я, — утвердительно кивнул тот, наконец отпуская ноги парня, усыпанные его укусами и засосами. Он сделал уставший выдох, но тут же с новой силой поднялся с колен и притянул Франа в поцелуй — на сей раз мягкий и приятный. Язык шатена начал ласково проходиться по ранкам на дёснах и губах. Они не дышали и после с трудом отрывались друг от друга, как чувствовали недостаток воздуха в лёгких. Терпели до посинения, до дрожи и мурашек по коже. Первым отстранился Сан-Фран и вновь прикусил ранку, которую тут же облизнул Эбардо. Порой он вёл себя как послушный и очень ласковый пёсик, а может, котик. Не верится, но его преданности и даже выдержке можно позавидовать. Ведь так и есть. Он терпел до этого дня, до этой ночи, чтобы до потери своего собственного пульса отыметь эту роскошную попку. Для него другой быть не может. Когда-то до Франа — да. Но он даже забыть успел всех бывших партнеров на ночь, когда появился он... Весь такой нежный, сладкий, в меру серьёзный и грубый. Но горячности не занимать — ох, естественно. Порой Эбардо слишком терпит, что его жажда выливается при посторонних. Когда шлёпнет, или потащит среди конференции в комнату отдыха, придумывая аргумент на ходу. И все уже давно всё поняли, ещё по тому, как они начали свои взаимоотношения. Очевидно было с самой их встречи. Но а теперь... Они трахаются. Все знают об этом и молчат, очевидно радуясь за них. Эльф вновь — на чуть унявших дрожь ногах — перевернулся и разлёгся на столе грудью. Это ещё её Эбардо мало помял, хотя обязательно сделает это в удобный момент... После бурной ночи, например, когда они, расслабившись, распластаются на мягком диване, который был поставлен для таких случаев "экстренного сна" — Ты... — Возьми меня уже! — эльф нагло ударил пяткой по коленке парня. Зеленый не шелохнулся, но почувствовал очередной прилив энергии. — Попроси меня-я... — с хитрой улыбкой протянул слоги. — Да...я. Ты...т...ну пожалуйста! — каждый раз глотая новые возмущения, всё-таки сказал заветную просьбу. — И-и-и?.. — он вновь стал опускаться на колени, выцеловывая шею, плечи и лопатки, облизывая ткань и медленно стягивая ее за поступающими движениями. — Ты издеваешься?! — он хотел бы топнуть ногой от возмущения, но более чем откровенную просьбу из себя не выдавил. — Прошу, милый, ну возьми меня, глубоко, много, размашисто... — тембр его голоса словно стекал по ушам. Эльф сильно тушевался от своей же просьбы, но продолжал. — Ты пришёл ко мне разве за простым делом?  — Не думаю, что секс — дело простое. — Лишь задорно продолжает зеленоглазый и окончательно снимает рукава с запястий. Теперь Фран полностью обнажён. — Черт... — Я не чёрт, и ебет тебя не он, — Возмущённо послышалось от грубияна, и он оставил укус на аппетитной коже ягодиц. — Ай! Эй, ты что... — нахмурился и попытался вырваться из крепких лап. — Сдался мне чёрт — ты хуже сатаны будешь, исчадие ада. — Он поджал губы в недовольстве. — Если ты не прекратишь брыкаться, я тебя выебу без подготовки и смазки. — Нестриженными ногтями впился в кожу ягодиц, сжимая и разжимая. — Извращенец...да и так говоришь, словно вперв...Эбардо?! — воскликнул тот, как почувствовал, что его анус облизывают. Это было чем-то крайне неожиданным. — Успокойся, я уверен, что твой зад чистый, не так ли? — без стеснения уточнил тот и хмыкнул. — Даже если нет — я это устрою.  — Твою мать! Ты такую чепуху несёшь... — под конец сбавил громкость голоса от смущения и расслабил мышцы ягодиц. — Какой ты грубый! — шуткой возмутился парень, но похлопав ладонью по расслабленной булке, похвалил — умничка, — кончик языка проходится по крестецу и медленно через ложбинку спускается к расслабленным мышцам ануса. Пальцами он оттянул ягодицы и уткнулся губами, медленно погружая язык внутрь, приятно и обильно лаская, даже вернее — растягивая. Фран же был поражён приятным и влажным ощущениям и более ярким чувствам, чем с простой растяжкой пальцами. Может, он бы даже попрактиковал подобное ещё в дальнейшем. Но куда о дальнейшем, когда в тебе сейчас буквально язык двигается. — Ты меня съесть хочешь? — из груди вырвался удовлетворительный стон, как язык парня стал активнее раздвигать стенки, а он сам то и дело присасывался губами ко входу. В утвердительном жесте Эбардо углубил язык и стал интенсивнее разглаживать мышцы. Постепенно движения обрели темп. Он ловко входил и медленно выходил из промежности, кончиком обводя стенки ануса. На это Фран восхищённо выдохнул и выгнулся в спине, упираясь о стол, опустил голову с тяжёлым стоном. Не понимая того, он подмахнул бёдрами назад, тем самым упрашивая возлюбленного быть резче. Хотя это проблемнее с языком. — Эб, — отрывисто промурчал он, — ещё! — его послушались, и ускорились, насколько это было возможно. Нервные окончания всё время стимулировались, отчего парень чувствовал приятное щекотание. Излишне приятно. К черту смазку, слюна с языком приятнее. Он в очередной раз простонал, уже не пытаясь сдерживаться. В какой-то момент стало плевать. Секс в библиотеке звучит слишком красиво, чтобы его так неудачно проебать. — Да...да, Эбардо, это охуенно, — удовлетворительно выдыхает парень и вздрагивает, когда язык выходит из промежности. — Ты конечно везде превосходен, но я уже не могу держаться, — признался зеленоглазый и, встав с колен, поцеловал парня в плечо. — В любом случае, было приятно... — эльф мягко улыбнулся и приластился щекой к чужой. Долго нежности не длились, ведь два пальца были уже внутри него. Слюны достаточно, а вот растяжки — нет. — Расслабься, — уже грубее сказал тот и обвел чужой кадык кончиком носа, вдыхая запах любимого тела. Может мало уделяется внимания на его возбуждение, но оно действительно слишком сильное. Ткань уже полностью промокла, и это особенно ярко ощущает эльф. За всё время Эбардо ещё ни разу не кончил, что в очередной раз подтверждает его железную выдержку. С таким сексуальным эльфёнком это звучит как что-то невероятное. — Эб... — как-то ласково шепчет парень, — я люблю тебя. Что? Эбардо резко остановился и вытащил пальцы из промежности. Он схватил беловолосого за грудь и стал её агрессивно мять, очень мягко выцеловывая шею. Такой реакции ожидал Сан-Фран. Конечно, он слишком редко говорит слова любви хотя, казалось бы... — Мой, мой, мой... — судорожно шепчет в ответ, поднимаясь к щеке, целует уже лицо. — Твой, твой, — Сан улыбается и подставляется под нежные прикосновения. Вскоре прилив нежности утихает, но Эбардо уже не использует грубости по отношению к парню, если только немного. Его всегда на атомы разрывает, когда эльф говорит ему слова любви. Даже простая взаимность порождает в нём ласкового котёнка, которого он даже не прячет. Фран знает когда уместно надавить, чтобы включить в парне сочувствие и нежность. Удивительно, что такое работает только с ним. Бывало, Фран говорил это несколько раз за день, но при этом реакция такая же яркая. Какие они удивительные партнёры... Пальцы вновь проникли в эльфа и начали мягко разглаживать стенки ануса — куда приятнее, когда всё делается с нежностью. Фран тихо застонал, когда фаланги в нём стали двигаться интенсивнее, проникая глубже под углом. Эбардо пытался нащупать комок нервов, в который стоит биться. Фран же, понимая дальнейшие действия, самостоятельно стал насаживаться на пальцы, чтобы ускорить процесс. "Совместной работой" они добились успеха. Фран сладко застонал, когда по его простате прошлись пальчиками. Глаза сами ушли из орбит, а бёдра оттопырились. — Да... — он извился как змея и сжал руки в кулаки, от пробивающего удовольствия. — О, время, пожалуйста, милый... — уже скулил и дрожал эльф. — Скажи ещё раз. — Да... — Нет. — Пожалуйста! — Ещё? — Милый, — со слезами на глазах взмолился парень, когда пальцы нарочно медленно выходили из него. — Хорошо, — удовлетворительно прошептал и продолжил растягивать парня, то и дело упираясь в его простату. Сан-Фран залился громким "пением". Грудь вздымалась вверх-вниз, а бёдра покачивались из стороны в сторону. Лицо покраснело ещё сильнее, бровки сложились домиком, а с щёк стекали слёзы от чересчур приятных ощущений. После длительной растяжки двумя пальцами, Эбардо добавил ещё один, перед этим смочив слюной, — естественно, что смазки другой нет, а слюны в малом количестве недостаточно. Вошёл третий палец чуть труднее, но при этом не доставляя дискомфорта, даже наоборот — для эльфа сплошное удовольствие. Эбардо — воплощение экстаза для черноглазого. Его жестокий нрав и грубые прикосновения вызывают у него восторг. Особенно когда эти руки изучили его тело вдоль и поперёк и знают, куда следует надавить. Ощущать его тепло — слишком приятно, а может быть, приятно даже искрам в их телах. Они настолько разные, что это даже больше притягивает. Ведь такова истина. — Думаю, ты готов. Да, Франческо? — хмыкнув и вытащил пальцы из ануса, взамен подставив головку члена, перед тем подразня и поводя ей по сужающимся мышцам ануса. — Сколько раз говорить, не надо называть меня так! — Возмутился эльф, но его заткнули излишне грубо — толчком в задницу. — Эб! Он прогнулся в спине до хруста, до крика, до боли сжав член парня в себе. — Родной, расслабься, иначе ты из меня все соки выжмешь... — Эбардо ещё сильнее напрягся, чтобы действительно не кончить раньше времени. Губами стал нежно касаться плеч и шеи, руками нежнее оглаживая грудь и спускаясь к животику, сминая его, нащупывая свой же член пальцами. После, дабы ещё больше расслабить обоих, спустился к мошонке и стал гладить ствол у основания. Франу очень хорошо. — Эб... — хватило прерывистого стона и толчка, чтобы завести парня на всю катушку. Красный... Жёлтый... Зелёный свет!! Темп набирает обороты, когда головка члена бьётся по слабому месту, каждую секунду выбивая из того поток стонов. Ещё, ещё...глубже, глубже, да, да-да-да!! Ему мало, хочется больше, дальше, жёстче! — Эбардо-о! — ему тоже срывает голову, и больно плевал он на дрожь в ногах. — О, время! — Попка сама толкается назад, до самого упора насаживаясь на член, головкой конкретно "отпинывая" простату. — Ох, Эб, — вновь закатил глаза. Парень задыхается в собственных слезах и слюнях. Его руки беспокойно скользят по столу, порой тянутся к лицу — он грызёт пальцы, стирает с щёк мокрые солёные дорожки. Крик. Внезапно Эбардо шлёпнул его и с силой сжал живот одной рукой, а другой — в быстром темпе мастурбировал, оттягивая крайнюю плоть, и стимулировал уретру большим пальцем. Фран издавал громкие стоны удовольствия и изгибался от прикосновений. Толчки становились всё более частыми. Экстаз накатывал волнами, окутывая тело жаром. Хотелось достичь пика наслаждения, испытать мощный, обильный и яркий оргазм. Неимоверная жажда быть заполненным до краёв. Слишком правильным эльф кажется на первый взгляд, но только в помещении заявляется Эбардо — беды не избежать. Одна из бед сейчас внутри него, разрывает, наполняет как бутыль, только не водой а семенем. Он слишком хорош... — Хочешь больше, мой эльфёночек? — Опять лезет к уху, нарочито много уделяя ему внимания. Последовал кивок. — Тогда, — он вышел из парня под слишком разочарованный, нет, даже злой стон. — Позволь поменять позу, а то у тебя ножки — я погляжу — устали. — Он с лёгкостью подхватил дрожащее тело, которое мигом прицепилось к его шее руками, и утащил к ближнему дивану, — как же вовремя его туда поставили — сдвинув подушки, уложил парня на лопатки, нежно погладив талию и бёдра. — Готов? — Ну... — он томно выдохнул, когда член направился ко входу и медленно вошёл внутрь. Стенки ануса тут же "присосались" к нему, а эльф откинул голову назад, руками цепляясь за мягкий диван, а после протягивая руки к партнёру, который понял намёк и прижался к нему, позволяя позу сделать более "липкой" Тела потные и разгорячённые, липкие и ватные. Но оба всё ещё до безумия возбуждены, что пора бы исправлять. Эбардо прислоняется губами к чужому соску и облизывает его, ласкает их, ещё больше возбуждая эльфа под собой. Толчки возобновляются с новой глубиной и силой, фактически душа Франа. Он извивается как змея и шипит, когда толчки слишком быстрые. Вздохи даются с трудом, а сам Эбардо зубами цепляется за чужие, всё также больно разукрашенные засосами плечи. Терпение на исходе у обоих. Фран особенно сильно "поглощает" парня. Постепенно толчки становятся медленнее, но куда глубже, чем ранее. Толчок. Он вытягивается стрункой, раскрывает рот в излишне эмоциональном крике, прикрывая плывущие от экстаза глаза. Он кончил. Ярко, бурно, с затяжкой и долгожданной слабостью. Капли спермы попали на живот и грудь, но никого это не волнует. Волнует только всё ещё бьющийся в нём орган. Естественно, чувствительность выкручена на максимум, и он продолжает вскрикивать уже от болючего ощущения давления. Сильно сжался. Ждать долго не пришлось... Несколько решающих толчков — как ствол становился твёрже и взбухивает — Эбардо изливается внутрь, с полу-рыком, полу-стоном. Хрипел он от удовольствия и ранее, но после такого яркого оргазма всё ощущалось более обострённо. Ещё немного погодя, он вышел из эльфа с пошлым хлюпаньем. Тяжёлые вздохи и постепенно спадающий жар. В скором времени из дырочки начало сочиться семя. У Франа прошлись мурашки по всему телу от такого влажного и приятного ощущения. Он ждал этого, и теперь сполна упивается таким бурным концом. Признаться честно, это выглядело слишком... Черт вас дери!! Оба свалились в объятиях. Эбардо на диване, а на нём Фран. — Ну что, до сих пор не соскучился по мне? — хитро улыбается шатен и перебирает длинные, потрёпанные, по совместительству, мокрые волосы. Лежали они минут десять, пытаясь отдышаться. В скором времени обоих начало вырубать от усталости, да и ночь на дворе — может уже даже утро. — Какой же ты дурак, Эбардо... — устало выдохнул эльф и мягко чмокнул возлюбленного в щёку, удобнее укладываясь на его плече. «Ночью будет холодно» — думал крылатый — правда на сей раз без крыльев, но в миг укрывший ими обоих. Не будем объяснять то, как он использует свои способности. Просто ранее, Фран множество раз говорил, что крылья им мешают. Дело даже не в их размерах или какой-то эстетической неприязни, дело в их импульсивности. Хуже Эбардо в общем целом: перья во все стороны летят, бьют обоих, а сам шатен не в силах как-то их контролировать. Но в такие нужные моменты их не нужно скрывать, теперь они отлично справляются со своей задачей — согреть два любящих друг друга человека вполне себе возможно. Три часа утра, а они только-только уснули, укутавшись в клубок из чёрных, мягких крыльев. Может быть кого-то они и могли разбудить, но точно не друг друга. Оба любят спать мёртвым сном после секса. Очевидно, почему они каждый раз отсутствуют на лекциях или каких-то важных мероприятиях. На местах их нет, вся команда точно знает — у кое-кого была очень беззаботная и бурная ночь. Когда там спать — нужды справлять кто будет? Вот и сказочке конец, а кто читал — Вы молодец. ​​