Прорыв через статику (Cutting Through The Static)

Стены вокруг Дрима быстро смыкаются, и он скулит. Хозяин покинул его. Куда он ушёл? Это чувство, ощущение очень внезапного ухода. Оно напоминает ему о том, как он сбежал. Хозяин телепортировался от него? Нет, это, должно быть, очень убедительная галлюцинация. Мастер трахнул его, чтобы он придумал ещё одну фантазию о спасении. Кажется, Ники и Фил медленно приближаются. Странно. Он часто мечтал о том, как Филза спасает его, а не Ники. И уж точно не вместе. Должно быть, у него совсем помутился рассудок. Скулит: — Хозяин. — Ему нужен член. Его нужно продолжать трахать. Почему он остановился? Дрим плохо себя вёл? Он очень старается не делать этого! Розовая фигура приближается: — Дрим? Дрим, ты меня слышишь? — Их голос звучит так искажённо. — Да, хозяин. — Боги, Дрим. — На нём чьи-то руки, но они кажутся маленькими и прохладными, а не тёплыми и мозолистыми, как у его хозяина. Эти руки мягкие не только на ощупь. Их кожа похожа на облако. Они подводят его к краю, и его зад больше не выставлен напоказ. Его щёку придерживают. — Дрим, это Ники. Я Ники, а не Сэм. Ты в безопасности. Можешь посмотреть на меня, пожалуйста? Его глаза с трудом фокусируются. Они всё ещё полны слёз и усталости. Звон разбивающегося стекла возвращает его в реальность. Раны перестают так сильно болеть. Они заживают. Дрим пытается посмотреть на неё, но видит лишь половину. По крайней мере, он видит, как она обеспокоена. — Ники? Филза? Что происходит? — невнятно пробормотал он. — Мы заберём тебя отсюда. Тебе нужно пойти с нами, хорошо? Ты понимаешь? — Не совсем. — Хорошо, ты можешь идти? Ходить он мог практически всегда, если достаточно сильно старался. Однако прогресс был очень медленным. — Может быть? — Садиться больно, но Дрим всё равно приподнимается. Это ненадолго. Очень скоро его задница снова оказывается на обсидиане. Всё в порядке. Он может попробовать ещё раз. С руками в кандалах это сложно, но Дрим перекладывает их из-за спины вперёд. Покачиваясь на ладонях, Ники протягивает руку, и Дрим ловит её. Наконец-то он стоит. Вроде как. Наполовину стоя, наполовину опираясь на Ники, которая значительно ниже его ростом. Вскоре она передаёт его Филу, и они вдвоём уводят его из камеры, где разбивается ещё больше стёкол. Его заманивают в озеро лавы, и Дрим готовится к тому, что его кожа начнёт пузыриться и лопаться. Этого не происходит. Всё равно чертовски жарко. На мгновение у него в голове что-то щёлкает, и он думает, что, должно быть, занимается сексом, поэтому ему так горячо. Его руки дёргаются, он сбит с толку и дезориентирован, но Фил направляет его. Оказавшись на другой стороне, Дрим наконец-то видит что-то, что имеет смысл. — Техно! — сказал он с таким энтузиазмом, на какой только был способен. Это немного. Тот выглядит странно без тюремной формы. У него двоится в глазах. — Дрииим! Ты выглядишь немного потрёпанным, приятель. Иди сюда. — Фил отступает при приближении Техно. Сбросив плащ, Техно перекидывает его со своих плеч на его, и тот развевается на ветру, прежде чем упасть на руки. Техно поправляет его так, чтобы прикрыть грудь. Если его пытались привести в порядок, то потерпели неудачу. — Где Сэм? — спросил Дрим. — Мы заперли его в караульном помещении. Он скоро выйдет. Нам нужно идти. Все они подпрыгивают от звука шипения, и комнату окутывает фиолетовый туман. Трое его спасителей в панике натягивают рубашки на лица. Дрим чувствует сильный запах и… Пахнет как цветок хора. В этом нет никакого смысла. Это не Конец. Разве портал не запечатали снова? Это его последние мысли перед тем, как у него подкашиваются ноги, а разум поглощает его целиком. Трое вокруг него выглядят обеспокоенными, но слова искажаются туманом, прежде чем достигают его ушей. Дрим знает только, что чувствует себя хорошо и спокойно. В его горле поднимается довольный, хриплый стон. Как будто он смотрит на всё сквозь фиолетовое матовое стекло. Все головы поворачиваются в одну сторону, кроме его. Он уже знает, кто это, даже не глядя. Низкое рычание, высокомерие и уверенность в своём праве на его подчинение чувствуются в его костях. И он знает, как тот ходит. Он чувствует, как в обеих сторонах нарастает злоба, пока Хозяин приближается. Они начинают кричать друг на друга. Он улавливает лишь несколько слов и понимает, что все они полны яда. Много оскорблений, особенно со стороны Ники. Большая часть этого отскакивает от него, пока его не пронзает эта песня, приправленная сладостью. — Дрими, — шепчет он себе под нос. Его драконий слух улавливает это. — Что будет, если ты уйдёшь, а? Я найду тебя. Я всегда тебя найду. Ни дримон, ни дракон не помешают мне вернуть тебя. Ты принадлежишь этому месту, и ты это знаешь. В любом случае, эта маленькая попытка побега не продлится долго. Ты снова будешь моим. Так что облегчи себе задачу. Ты ведь не хочешь быть наказанным, да? На Сэма кричат, угрожают, но Дрим ничего не слышит. Его внимание сосредоточено только на одном человеке. — Сразись с ними, Дрим. Сопротивляйся своим похитителям, и после этого мне не придётся причинять тебе боль. Сразись. С. Техноблейдом. Сражаться с Техно? Но он не хочет причинять ему боль! Техно — один из немногих, кто хорошо к нему относится, и разве он не причинил ему достаточно боли? Дрим изнасиловал его. И Сэм хотчет, чтобы он сделал ещё хуже? Он не может! — Заключённый. — От одного этого слова он вздрагивает. Сэм больше не шепчет, слова бьют по его слабому телу. — Сразись со своими похитителями, или я буду очень зол. Он звучит так зло. От одного этого тона Дриму хочется разрыдаться. Какой смысл идти против слов Мастера? Потому что он провёл несколько недель с Техно? Не стоит навлекать на себя гнев надзирателя. В конце концов, тот всегда получает то, что хочет. Сопротивление приказам приведёт лишь к ненужным трениям. И что с того, что он не хочет причинять боль Техно? В этих стенах его желания никогда не имели значения. На территории этой тюрьмы начальник является высшей властью. Нет смысла бороться с этим. Дрим тянется за мечом Ники и бьёт Техно в лицо. Техно перехватывает меч, прежде чем лезвие погружается слишком глубоко. Кажется, он ожидал чего-то подобного. В любом случае, на его лице всё ещё написано удивление. Филза в шоке отступает от него, и Дриму приходится очень нелегко, когда он в наручниках противостоит трём вооружённым людям. Его единственное преимущество в том, что они не хотят его убивать. Крылья хлопают, пытаясь снова поставить Дрима на ноги. Они кричат на него, просят остановиться, но он уже принял решение. На этот раз шаги надзирателя гораздо громче, он бежит, чтобы присоединиться к драке. Удар такой громкий. Должно быть, Мастер вкладывает в него всю свою силу. Такой мощный, сильный и страшный. Дрим знает, что выбрал правильную сторону. Чувствуя вину, Дрим переключается на самое слабое звено — Ники. Рукоять её топора довольно легко блокирует меч. Его движения вялые, он плохо соображает и слаб. Она пытается схватить его, но он отдёргивает руку, в процессе порезав Филу ногу. Тот бьёт его крылом, и Дрим делает то же самое. Он уже собирается полоснуть Фила по крылу, но его хватают за шею. Сначала Дрим сопротивляется и борется с тем, кто держит его за горло и тащит назад. Меч звякает о пол, когда его вынимают из ножен. От него отходят три фигуры. — Ш-ш-ш, не сопротивляйся. — Что-то острое упирается ему в ухо, и Дрим мгновенно сдаётся. Всё его конечности словно желе. Те, кто пытался его спасти, кричат Хозяину, чтобы он остановился, но здесь никто его не контролирует. Достигнув порога, они поднимают обсидиан, и между двумя группами вырастает прочная стена. И снова он остаётся наедине с Хозяином, когда его перекидывают через спину и бегут. Руки крепче обнимают его за талию. Его отводят в сторону от двери хранилища, ближе ко входу. Забавно, что его выводят, чтобы удержать внутри. Ему протягивают что-то сладкое, цветок. Как Мастеру удалось его достать? Это должно быть невозможно. Он прижимает его к лицу Дрима. — Дыши. — И он дышит. Он словно спотыкается и полностью опирается на Мастера, чтобы тот его поддержал. В его сознании всё кружится и плавится, как горячий воск. Дрим знает, что это плохо, но Эндер, ему так нравится. Цветок исчезает, и на его месте появляется лицо Сэма, который говорит тем глубоким, сильным голосом, который он так любит: — Ты мой, Дрим. Никогда не забывай об этом. Куда бы ты ни пошёл, как бы далеко ни убежал, я всегда найду тебя. — Дрим дрожит в его объятиях. Выражение чужого лица меняется. Трудно что-то разглядеть, хотя надзиратель так близко. Несмотря на это, каждая деталь чужого лица в фокусе. Фон исчезает, и всё, что Дрим может видеть, чувствовать, обонять, — это Мастер. Выражение его лица необычное. Если бы Дрим не знал наверняка, он бы сказал, что это выражение чистой любви. Брови Мастера слегка нахмурены, глаза блестят. Его глаза такие нежные, что это противоречит всем воспоминаниям Дрима о нём и сбивает с толку. Сэм гладит его по щекам, и он смотрит на него так, словно собирается признаться в чувствах. — Я так сильно тебя ненавижу. — И Сэм наклоняется, чтобы поцеловать его. Ладно, может, Дрим и невероятно не в себе, но даже он понимает, насколько это ненормально. Этот момент ясности быстро сменяется силой страсти, обрушившейся на его губы, и он открывает рот. Напор языка Мастера переполняет его слабый разум, и он отдаётся приятному гулу. Обидно, что они заканчивают так рано. Дрим трётся и скулит от желания. Мастер смеётся и бросает ему свежую оранжевую форму. Надев её, он снимает плащ Техно и бросает его на землю. Ему плохо, но Хозяин получает то, что хочет. Его закидывают на спину, и они снова отправляются в путь. Внезапно его хватают за рубашку и поднимают в воздух, к ожидающим рукам Техно. Сразу же начинается шипение и метание трезубцев. Кажется, что Дрим просто объект, с которым можно делать всё, что угодно, когда ему завязывают глаза и затыкают рот кляпом, чтобы он не кричал. Его лодыжки без труда связывают, а на плечи накидывают ещё один плащ. Этот большой и тёплый, пахнет мокрой шерстью и пеплом, и его завязывают спереди. Он скулит и тут же обмякает. Было бы странно сказать, что, будучи связанным таким образом, он чувствует себя в безопасности? — Извини, приятель. Не хочу, чтобы ты снова хватался за наши мечи. Дрим издаёт звук, показывая, что понимает. Он капризный. Это логично. — Администратор! — XD! Дрим кивает ему, как может. Остальные шикают на него, уводят, а Дрим разочарован. — Увидимся позже, Администратор! — Он такой весёлый. Он не хочет, чтобы XD уходил, но Фил уже убегает вместе с Дримом. Ну, они бегут изо всех сил, перекинув его через плечо и держась за его задницу, чтобы он не упал. Дрим раздражённо фыркает, когда его ведут в какую-то незнакомую часть тюрьмы, вероятно, в крошечный вырытый снаружи туннель. Там ещё одна пара шагов, Ники. Они с Филом шепчутся друг с другом, но он почти ничего не понимает. Он знает только, что они окунулись в лаву, прежде чем выйти с другой стороны. Шум текущей воды искажается у него в голове. Эта теплота на его коже — не лава. Она лёгкая, приятно тёплая и доброжелательная. Впервые за долгое время Дрим чувствует, как солнце согревает его кожу. — Э-э, почему он связан? — этот голос остаётся неузнанным, но это голос третьего человека, с которым он, должно быть, почти не разговаривал. — Он сопротивлялся. Нужно было, чтобы он успокоился и не зарезал нас. Поверь мне, я не хотел этого делать, Фанди. — А, так вот кто это. Ещё один человек, который по не понятным причинам, хочет его освободить. Может, они чего-то хотят? Одолжение в обмен на его освобождение? Но он даже не хотел уходить. Боже, если это из-за книги, он действительно покончит с собой. — Я поведу Сэма в противоположном направлении. Вот лошади. Поехали! Дрима поднимают на лошадь, он оказывается впереди. Фил прижимается к нему, и Дриму становится жарко от того, в каком положении они находятся. Он бы запаниковал, если бы не наркотики в его организме. — Должны ли мы прикрыть его? — Никто его не узнает, а мне особо нечего скрывать. — Никто, кроме Сэма. Используй свои крылья. Ощущение солнца на его бледной коже успокаивает. Перья щекочут ему нос. Дрим чихает сквозь кляп. — Поехали. — раздражённо говорит Фанди, и они втроём уезжают из тюрьмы. Это приятно. Он сражался, так что, Дрим надеется, Мастер не слишком рассердится на него позже. Значит, он может наслаждаться этим без опасений. На Дриме может быть повязка на глазах и он может быть связан, но он всё равно чувствует ветер в своих волосах, тихие звуки, которые издают лошади, и свист поводьев. От этого звука он вздрагивает. Вдалеке слышны крики людей, но он не может понять, о чём они. Несмотря на то, что он не в игре, Дрим почти уверен, что молнии не должны бить в солнечные дни. Крики стихают, когда они спускаются по туннелям. В основном всё тихо, и Дрим впитывает в себя всё, что происходит снаружи, и наслаждается этим спокойствием. Начинается тошнота от портала, за которой следует ощущение, будто его бросили в печь. Нижний мир. Быть связанным — это спокойно. Дрим рад, что они это сделали. Ему не нужно беспокоиться о том, что делать или говорить. Дрим может просто отдаться на милость своих похитителей, принимая всё, что ему уготовили. Это спокойно, не нужно много думать. В данный момент его мысли не самого высокого качества. Он чувствует себя… в безопасности. От жутких звуков он подпрыгивает в своих оковах, но это быстро прекращается. Видишь? Всё в порядке. Его похитители хорошо о нём позаботятся. Ему просто нужно делать всё, что они говорят. Когда они выходит с другой стороны портала, разница в ощущениях поражает его. Они только что были в Нижнем мире, но Дрим привык к постоянному перегреву. Ледяной воздух обрушивается на него без предупреждения, и он начинает хихикать. Боже, он любит холод! Это так приятно. Смех нарастает от его собственного внутренней шутки. Ники что-то спрашивает, но он не может разобрать слов. Однако она кажется обеспокоенной. Звуки, которые издают другие животные, чтобы заявить о себе, наполняют его чувства. Они рады, что их хозяин вернулся. Дриму немного грустно, что он не со своими. Это нормально. Они ещё встретятся. Дерево скрипит под ногами Филзы от его веса. Прохладный воздух сменяется теплом от горящего камина. Он видит, как пламя мерцает за тканью. Чёрт. Дриму нравился холод. Фил со стоном облегчения падает на что-то, похожее на кровать. Так вот чего он хочет? Он может это сделать. Дрим наклоняется вперёд и раздвигает ноги, а плащ задирается. — Нет! Нет. Ничего такого, Дрим. Успокойся. — Фил так расстроен. Что он сделал не так? Он надеется, на него не слишком злятся. Дрим поджимает ноги и лежит неподвижно, ожидая, пока другие решат, что делать с его телом. С Дрима снимают повязку и кляп, и он оглядывается по сторонам. Он находится в какой-то смутно знакомой комнате, а Ники и Фил лежат на кровати по разные стороны от него. Они оба почему-то очень обеспокоены. Ого, сразу двое. Дрим никогда раньше так не делал. Он надеется, они отнесутся к этому с пониманием. — Ты в порядке? Где болит? Вот. — Ники вкладывает целебное зелье в его скованные руки, прежде чем закончить предложение. Он откупоривает его зубами и быстро проглатывает содержимое. Кашель сотрясает легкие от слишком быстрого питья, но это не так уж плохо. Через несколько секунд он затихает. Она всё ещё в замешательстве: — Почему ты сражался с нами? Тебя заставил Сэм? — Не хочу, чтобы меня слишком сильно наказали, когда Хозяин заберёт меня обратно. — Не грубо ли называть его здесь Хозяином? Что, если они начнут ревновать? Должен ли он называть их Хозяином? Госпожой? Последнее, чего он хочет, — произвести плохое первое впечатление. Судя по тому, как Ники поморщилась от его ответа, он всё-таки что-то натворил. О нет. Что он сказал не так? Он бы точно испугался сильнее, если бы над ним не висел фиолетовый туман. — Простите! Простите, я сказал что-то не то. Я не хотел… Госпожа? — Теперь она выглядит ещё более расстроенной. Всё, что он говорит, неправильно. Дриму нужно зашить рот. — Нет, пожалуйста, не называй меня так. Пожалуйста. — Дрим кивает ей, боясь сказать что-то ещё. Фил наклоняется ближе, очень близко. Их носы почти соприкасаются, пока они пристально смотрят друг на друга. Они собираются поцеловаться? Должен ли он наклониться? Фил отстраняется, не дав ему шанса. Наверное, так будет лучше. — Кажется, он под кайфом. Зрачки расширены. — По какой-то причине это радует его похитителей. Им нравится, что он под кайфом? Будут ли они накачивать его ещё сильнее? По крайней мере, звучит интересно. Это что-то новое, а одно и то же — это скучно. Звучит не так уж плохо. — Слава Прайму. Думаешь, он будет вести себя нормально после хорошего сна? — Она вздыхает с облегчением. — Я не знаю, будет ли нормально, но ему, наверное, станет лучше. Я надеюсь. В любом случае, мне неприятно тебя об этом просить, Ники, но не могла бы ты присмотреть за ним какое-то время? Я хочу убедиться, что Техно вернётся в целости и сохранности. — Конечно, Фил. Я буду в порядке. Он всё равно никуда не денется. — Спасибо. Я сейчас вернусь! — и, взмахнув крыльями, Фил улетает. Дрим выжидающе смотрит на Ники. Её прохладная рука касается его лба: — Ты меня понимаешь, Дрим? Сколько будет 7 + 5? — Он не думал, что будет проверка. — Да, я, э-э-э… подожди минутку. — Это не было слишком требовательно? Ему следовало попросить минуту, а не требовать её. Боже, он так плохо это делает. — 15? — Надеюсь, это не диссоциативное состояние, — бормочет она себе под нос. — Если я тебя развяжу, ты убежишь? — Он отрицательно качает головой. Ники устало смотрит на него, затем опускает меч ему между ног. Дрим снова подпрыгивает, но она лишь разрезает путы на его лодыжках. Затем она осматривает наручники на его руках. — Не могу снять. Это не должно быть слишком тяжело. Хотя, для этого нужно больше сил. — Ах, она разговаривает сама с собой. О нем. Пока он рядом с ней. Дрим, может, и под кайфом, но это всё равно кажется немного грубоватым. — Вот. — Протягивая ему золотое яблоко. — Спасибо. — Честно говоря, его вот-вот стошнит, но было бы невежливо отказываться от её подарка. По крайней мере, на вкус это приятно, а он умирает от голода. Несколько кусочков проталкиваются в его горло, прежде чем он подносит руку ко рту и сдаётся. Ему кажется, что на него давит весь мир, и он ломается под этим весом. А потом всё взрывается. Но подождите, это не он разваливается на части. Это его новая… опекунша? Она начала плакать. Его опекун никогда раньше не плакал. Что ему делать? — Прости. Прости. Мне так жаль, Дрим. Прости. — Она даже не смотрит на него, уткнувшись лицом в ладони. Он собирался извиниться перед ней, так почему она делает это вместо него? Ей стыдно, что она плачет перед Дримом? Всё в порядке! Дрим тоже часто плачет, а он умеет хранить секреты. — Всё в порядке. Я в порядке, видишь? — Он протягивает ей свои не повреждённые руки. Это не помогает. На самом деле она начинает плакать ещё сильнее. Всё, что делает Дрим, — ошибка, но разве бездействие — это решение? Сев, он придвигается к ней ближе. Она не кричит. Хорошо. Очень медленно Дрим кладёт голову ей на вздрагивающее плечо. — Что ты делаешь? — Но она не останавливает его. — Тебе грустно. Я думал, тебе понравится обниматься. — Ты, — шмыгая носом, — пытаешься меня подбодрить? — Она недоверчиво смотрит на него. — Я надеюсь, что у меня получается. По какой-то причине Ники смеётся. Она запрокидывает голову, и звук, наполненный дымом, вырывается из её уст. Он хихикает несколько раз, чтобы она не чувствовала себя одинокой. Они продолжают в том же духе какое-то время, пока не прерываются со вздохом. — Иди спать, Дрим. Он смотрит на кровать и снова на нее: — Под одеялом? — Да, под одеялом. Ему не хочется уходить от неё, но она отдала ему приказ. Он должен подчиниться. По крайней мере, это очень приятный приказ. Дрим не спал в обычной кровати… ну, больше года. Его крылья путаются в одеяле, не зная, куда их положить. В конце концов Дрим решает лечь на живот, сложив крылья поверх одеяла. Они расправляются и свисают по краям. Руки, скованные под ним, неудобны, но обсидиан ощущается гораздо хуже. Дрим чувствует себя расслабленным, как никогда. — Спасибо?.. — Ники. Ты можешь называть меня просто Ники. — Спасибо, Ники. — Зевает. Это похоже на поле ромашек. Наконец-то события дня наваливаются на него. Бессознательное приветствует Дрима словно дом.