🪖Сталь и соль🍲

Этого не было в СССР. Совсем. Никогда. Ни у кого. 😈 Пар от котлов застилал кухню молочной пеленой. Демьян, стоя спиной к входу, мешал в кастрюле что-то густое, от чего пахло укропом и грехом. Алексей замер на пороге, сжимая в руке испорченный чертёж. Он пришёл кричать, требовать, проклинать, но слова застряли в горле, когда цыган обернулся. Без фартука. В расстёгнутой рубашке, открывающей шрам от пули под ключицей. — Что? Опять пересолил суп? — Демьян щёлкнул ложкой о край котла. — Или сам принц захотел добавить перчику? Алексей шагнул вперёд, споткнувшись о ящик с картошкой. Демьян засмеялся, но смех оборвался, когда инженер схватил его за запястье, прижав к стене. Половник грохнулся на пол, обдав брызгами борща их ноги. — Ты… ты испортил всё! — Алексей дышал в лицо цыгану, чувствуя, как от его губ пахнет вином и яростью. — Чертежи, график, мою… — Твою что? — Демьян резко высвободил руку, запустив пальцы в его волосы. — Твою священную пунктуальность? Или твою холодную постель? Они рухнули на стол, заваленный луковицами и морковью. Алексей чувствовал, как лезвие ножа для овощей впивается в поясницу, но боль только подстегнула его. Он рвал рубашку Демьяна, а тот, смеясь, лил ему за шиворот холодный борщ. Суп стекал по спине, смешиваясь с потом и кровью. — Вот твой порядок, — Демьян вытер ладонью лоб Алексея, оставив малиновый след. — Всё в крови и грязи. Нравится? Ответом стал укус в плечо. Демьян взвыл, опрокидывая банку с перцем. Жгучая пыль взметнулась в воздух, заставляя их кашлять, но они не остановились. Алексей перекатился наверх и приподнял его, посадив на край стола. На плите выкипал и яростно плевался в воздух бульон в кастрюле. — Гори, гори, ясно, — прошипел Демьян, обвивая ногами талию инженера. Они двигались в ритме шипящего масла на сковороде. Алексей, стиснув зубы, впивался пальцами в бедра цыгана, оставляя синяки поверх старых шрамов. Кастрюли падали, крышки гремели, но гул цеха заглушал все звуки запретной страсти. Когда Демьян запрокинул голову и яростно выматерился, Алексей рванул его на себя и впился зубами в нижнюю губу. — Ненавижу, — прохрипел Алексей, падая лбом на его плечо. — Знаю, — Демьян провёл языком по его уху, оставляя солёный след. — Поэтому завтра снова придёшь. Он сполз со стола и чихнул, вытирая рукавом окровавленный рот. Алексей, дрожа, подобрал с пола смятый чертёж. На клочке бумаги, прилипшем к полу, красовалась капля борща — как печать.