Между нами тьма

Трещины наверху медленно разрастались, ползли вверх, как паучьи нити. Казалось, в них пробирался тягучий дым, что ютился под потолком Стигмы. В пальцах у Хана вертелся ключ — его новая привычка, маленький личный талисман. Он до сих пор не знал, как себя здесь чувствовать. Ему было уютно и неловко одновременно. Будто за ним постоянно кто-то следил, проверяя на прочность. А порой ловил себя на мысли, что подглядывает он, за чем-то личным, тайным и порочным. Сюда стекались все, кому некуда было идти и те, кому хотелось испытать судьбу. И Хан был не исключением. С дальнего столика он краем глаза наблюдал за Крисом — тот что-то яростно втолковывал Чанбину, стуча пальцем по пожелтевшим счетам. Их разговор долетал до Хана обрывками, полными недовольства и раздражения. Джисон и сам был взбудоражен. Вчерашний вечер не шёл у него из головы. Воспоминания кололись, как заноза под ногтем, не давая передышки. С Лино было сложно — это как балансировать на лезвии ножа без страховки: можно потерять равновесие и слететь вниз. С ним тяжело, но… интересно. По каким-то космическим причинам Джисона влекла эта тёмная, мрачная сторона Лино, она засасывала чёрной дырой, не обещая ни капли света. Это было неправильно, дико, нормальный человек держался бы от такого подальше, но Джисон привык рисковать. Крис устало опустился в кресло напротив. Мешки под глазами, бледное лицо, он явно хреново провёл эту ночь. — Черён! — позвал он, оборачиваясь к стойке, однако, за ней сортировал бутылки лишь один Рикки. — Её пару дней уже как нет, — отозвался тот. — Что тебе принести, скажи, я всё сделаю, как ты любишь! — Красный Дайкири со льдом. И мясную нарезку, малыш, — добродушно пожелал Крис, улыбаясь парнишке. — Сейчас всё будет, Волк, я мигом! Крис посмотрел вслед Рикки, потом резко швырнул бумаги на стол, и те разлетелись, как кучка перьев. — Хоть кто-то в хорошем настроении. Музыка вязко вливалась в уши, пытаясь отвлечь от проблем. Вот только они лезли из щелей ядовитыми пауками, кусаясь со всех сторон. — Я ни черта не понимаю в этих цифрах! — Крис закрыл лицо руками, будто хотел спрятаться. — Я сейчас завою. — До полнолуния ещё пару дней. Рано, — хмыкнул Хан, выныривая из мыслей и улыбаясь краем рта. Крис строго посмотрел на него сквозь пальцы: — Мой человек, который шарил за эту хрень, уехал, а из меня бухгалтер, как из карася кирпич! Кулак Вожака резко опустился на стол так, что Рикки аж присел, ставя дрожащими руками коктейль и блюдо. Его круглые светлые глаза стали ещё круглее, делая его вид практически карикатурным. — Тебе нужно доверенное лицо и не абы кто, понимаю. Может, кто из своих? — предложил Хан, отпивая джин-тоник, который горечью резал язык. — Со Стаи никто не подходит, а остальные едва свои пальцы сосчитать умеют, — Крис собрал бумажки в стопку и придавил их своим стаканом, — Их мир улица, а не мир цифр и долгов. Джисон понимающе кивнул. Он и хотел бы лучше поддержать лидера, однако внутри крутился вихрь мыслей о другом. Они навязчиво скреблись, как мышки и щекотали затылок, заставляя Хана нервно трясти ногой. — С тобой всё в порядке? Ты какой-то наэлектризованный. Джисон бросил короткий взгляд на Волка, оценивая шкалу безопасности. «Спросить или промолчать? А если я сделаю только хуже?» Хан отставил подальше стакан, тот блеснул красным светом на гранях, будто предупреждающий сигнал. Зажатый ключ в кулаке больно впивался в ладонь. Джисон словно искал поддержку, сжимая талисман до побелевших пальцев так, что наверняка останется след. Если он сейчас не спросит, то просто взорвётся изнутри. — Я знаю про Лино. Крис замер. Стакан едва не выскользнул из пальцев. Его взгляд впился в Хана, будто сейчас на кону чья-то жизнь. — Что именно ты знаешь? — в голосе пропала усталость, уступая холодной настороженности. — О… Ну… Я про его историю с Тэджуном. А ты о чём подумал? — Да так… Он сам что ли рассказал? — Да, он в двух словах сказал, что тот его подставил. Такое ощущение, что у него стоит лимит. Наверно, если скажет чуть больше слов, то покроется чешуёй. Крис слегка прыснул, представляя чешуйчатого злобного кота, но вовремя скрыл улыбку. Джисон пристально смотрел на Волка: — Расскажи мне эту историю. — Зачем тебе это, амиго? — Крис как-то сочувственно склонил голову в бок и заглянул в глаза Хейза. — Хочу понять. — Историю? — Минхо. Впервые сказав вслух его настоящее имя, в его груди что-то встрепенулось и забилось в угол. Кончики пальцев покалывали. Голова закружилась, словно он сделал шаг в темноту. Вожак отпил Дайкири, откинувшись на спинку кресла. Прищуренный взгляд блуждал по Хейзу, пытаясь залезть под кожу. Шли секунды, в Стигме сгущался дым, скрывая чужие секреты. Внезапно Крис ухмыльнулся краем губ, как будто выяснил что-то интересное для себя. В его глазах замерцала хитрая искринка, он наклонился вперёд, оставляя пустой стакан на столе. — Что ты хочешь знать? У Джисона перехватило дух. В комнате стало меньше кислорода. Между ним и Лино образовалась незримая красная нить, что сейчас проходила сквозь Криса. Сердце забилось так, как перед полётом с вышки, и Хан цепко ухватился за нить, словно она способна вывести его из лабиринта хаоса Лино. — Он сказал, его продали. Это как? — с жадным интересом спросил Хан. — Тэджун… Он… был должен организаторам подпольных боёв. Хейз на секунду прикрыл глаза от осознания, куда вёл Крис. — Чтобы спасти свою шкуру, он сдал Лино как «ценный товар»: сильного парня, который умеет драться. — Ублюдок… — прошипел под нос Джисон. Пальцы сами сжались в кулаки. — Тэджун специально подставил его и сделал так, что те придурки подумали, что это он им должен денег. — Какой невъебенно лучший друг, — процедил сквозь зубы Джисон. Аура за их столом сгустилась, как свинцовые тучи над Дастфордом. Хан даже не пытался скрыть свое негодование. Ему было по-человечески жаль, что Лино пришлось такое пережить. Это было несправедливо. Он слишком хорошо знал, как это больно, когда тебя использует близкий человек. Югём регулярно вытирал ноги о Джисона. Хан сильнее сжал ключ в руке, который словно якорь удерживал его сознание. — Он оформил долг на Ли. Его поймали и избили, — челюсть Вожака выдвинулась вперёд, в глазах легли пеленой тени. — Сказали, что теперь он будет отрабатывать долг, — Крис свёл брови, от воспоминаний, которые лезли, что ветви деревьев в окно. Слова вязли в красной полутьме, было слишком тяжело копаться в костях прошлого, больно возвращаться в самое тёмное время Лино. И не только из-за Тэджуна. — Либо смерть, либо бои без правил, — закончил Волк, уставившись в одну точку перед собой. Хан какое-то время молчал. Шум бара перекликался с гулом мыслей в голове, он вдруг понял, что не дышал. Только сейчас до него дошло, насколько это чудовищно. Хейз угрюмо покачал головой. Он мог только предполагать, как это надломило Лино. Не удивительно, что он после такого держался одиночкой и кусался даже на добро. Он раненный зверь — истерзанный, забитый, но всё ещё воин, готовый порвать любого, кого посчитает врагом. Прочистив горло и стараясь говорить ровно, Хан посмотрел на Вожака: — Как он… Как он выкарабкался оттуда? — потрясённо спросил Джисон, тихо замерев. — Никак. Однажды, я пришёл на бои и увидел его. В нём кипела чистая ярость, такая, что выжигала изнутри огнём. Лють, которая рвала на части. Я видел в нём себя — в свой тяжёлый период жизни и не смог уйти, — Крис сжал пустой стакан. — До боли знакомое его состояние пробило во мне брешь и… я его выкупил. Приглушённая музыка в баре стала ещё тише, смешиваясь с шёпотом посетителей. По углам скопились тени, подслушивая личный разговор. Джисон какое-то время молчал, переваривая информацию. Ему не нравилось, как звучала история. Слова «продал», «выкупил» застревали в горле, отдавали чем-то грязным. Но, чёрт возьми, если бы не Крис, Лино бы там и сгнил. — Спасибо, Крис, — горло Хана что-то сдавило, от чего его голос звучал глухо. — Это было нелегко вспоминать тебе, не удивительно, что Лино вообще не захотел. Джисон сделал последний глоток напитка, уже совсем не чувствуя вкуса. Жидкость просто обожгла холодом глотку. Внутри было странное чувство, будто он на шаг ближе к Лино, но барьер словно стал ещё крепче. — Что за желание помочь Лино? — прямо спросил Вожак, не пытаясь даже зайти издалека. Хан бросил короткий взгляд на Криса. — Я ненавижу несправедливость. А по нему видно, что с ним случилось овердохера несправедливых вещей. Меня будто что-то влечёт к нему, зовёт что-то знакомое. Мне кажется, ему нужен… человек. Даже, если он миллиард раз это будет отрицать. Крис задумчиво задержал взгляд на Хане. В его глазах блеснула боль, отчаяние и что-то такое, что Джисон не смог бы описать словами. Стигма постепенно вернула свой звук и цвет, встрепенувшись от паузы в разговоре. Бар охотно принимал секреты. Стигма питалась ими каждый день, слушала как тот священник. А потом оборачивала их против тех, кто нёс опасность для бара и их хозяев. Музыка в Стигме перебилась новым шумом — у стойки появился какой-то незнакомец. — Простите, Крис сейчас здесь? — спросил парень с рыжими волосами, кидая взгляд на Рикки. Хан сначала не поверил своим ушам, а потом уже и глазам. Рикки махнул в их сторону рукой: — Он там, за дальним столиком. Всё внутри сжалось. Этот голос, эти движения… Сердце пропустило удар. «Не может быть…» Йен повернулся и словил ошарашенный взгляд брата. Оба неловко замерли. Крис удивлённо смотрел то на Хана, то на незнакомца. — Вы знакомы, ребята? Йен дёрнулся на голос Криса и впился в него взглядом, будто оценивая достоин ли тот его внимания. Хан отмер, и с трудом нашёл силы ответить: — Это… мой младший брат. Ян Чонин, — выдавил Хан. — Или просто Йена, — он усмехнулся краем губ, не сводя с Криса цепких лисьих глаз. Крис встретился взглядом с рыжим парнем, и внутри всё сжалось. В этих глазах было что-то беспокойное, чужое, и в то же время очень знакомое. Сердце Вожака ударило раз, другой, и только Хан заметил, как Крис с трудом отвёл взгляд. У Джисона в голове целый ураган: «Что он здесь забыл… Как нашёл…» Хан терялся в догадках, вопросы бегущей строкой пронзали его мозг. — Присаживайся, раз пришёл, — Крис указал напротив. Чонин занял место на диване рядом с братом. За столом повисла странная тишина. Хан пару секунд не мог выдавить ни слова, просто вглядывался в знакомое до боли лицо, только чуть более взрослое и резкое, чем в его памяти. — Нашёлся наконец, — Йен ухмыльнулся, но глаза у него были злыми, как у лиса, которого долго гоняли по лесу. — Получается, не только я был с секретами, — тихо бросил Хан, вглядываясь в родное лицо. Йен покачал головой: — Мы оба, брат… — Так что ты тут ищешь, Йен? — быстро возвратил к делу Крис. — Мне нужна защита, — Йен вальяжно уложил руку на диван, не сводя глаз с Волка. — Про тебя, Крис, ходят легенды, вот я и здесь. Говорят, к тебе идут, когда случилась жопа в жизни. Вожак сложил в замке руки, проходясь оценочным взглядом по наглому парню. — Проблемы? — напрягся Джисон, пододвигаясь ближе к брату. — Я влез в долги. Все закрыл, — поспешно добавил Йен, заметив, как изменилось лицо Хана. — Я не дурак. Но меня преследуют плохие люди, пытаясь выбить сверху проценты. А я думаю, им лучше выбить зубы, — сверкнул очаровательной улыбкой Чонин. — Каким боком ты туда влез? Где ты, и где какие-то бандиты?! — Джисон ушам не верил и глядел на младшего, будто впервые. Не зря он чуял, что-то подозрительное за ним в последнее время. — О, Хани, ты и половины не знаешь, — ухмыльнулся лисичьей улыбкой Чонин. — Впрочем, мы квиты. Очевидно, я вообще ни хрена не знал, — от Йена повеяло холодом. Слова укололи булавкой. — Почему ты не сказал мне?... — Джисон уже успел себя повесить мысленно за то, что долго игнорировал его звонки. — Я пытался сказать. Но ты исчез, нашёл новую семью, как ты выразился. Слова хлестали батогом. Липкое и грязное месиво бурлило у Хана внутри — вина за брата. Он корил себя, что отвлёкся, что потерялся в Стае, в Лино… Он не мог простить себе, что упустил из-под носа проблемы брата. А ведь он единственный родной человек, который всегда был за него. — Прости… — выдавил Хан, — я проебался. Должен был позаботится о тебе… — Бывает, — Йен пожал плечами, — просто… не исчезай больше. В груди у Хана что-то саднило, словно надавили сапогом на рану. Он хотел бы оправдаться, но не нашёл слов. Йен поделился своей историей, как занимался незаконными сделками, помогал с нелегальными документами и, конечно же, азартные игры. Он оказался ещё тем манипулятором и хитрецом. Проделывал нехилые схемы, чем и привлёк внимание не тех людей. Пока Йен рассеянно рассматривал содержимое бокала, Хан и Крис вкратце обрисовали ему обстановку: кто есть кто в Стае, зачем им нужен его брат и почему к ним иногда заходят такие, как он. — Ну, не удивлён, — подытожил Чонин с кривой усмешкой. — Видно же, что у вас тут не кружок по вязанию. — С проблемой порешаем, — серьёзно сказал Крис. — Мои Стальные побазарят с твоими утырками. — Заебись. Что я буду должен вам, мистер Волк? — он приподнял брови и наклонил голову, бесцеремонно разглядывая груду мышц перед собой. Скользкий взгляд Йена не остался незамеченным Вожаком, от чего он внезапно забыл, что хотел сказать, хотя с памятью всё было нормально. — Кхм… Новые долги тебе ни к чему, бесёныш, однако я возьму те… услугой, — он чуть было не оговорился, но вовремя нашёл нужное слово. — Найди мне толкового финансиста и мы в расчёте. — Зачем ходить далеко? — Йен хитро улыбнулся, выпрямляясь на диване. — Вот он, перед тобой. Я шарю в цифрах лучше, чем в своей жизни. — Он учится на финансиста, это правда, — не без гордости вклинился Джисон. Крис задержал взгляд на Йене, словно пытался просчитать наперёд все его возможные ходы. Лис отвечал чуть дерзко, но открыто, это и привлекло Вожака. — Ну что, Волк, рискнёшь взять в Стаю Лиса? — добавил Йен, не сводя глаз с Вожака. — Лино будет в восторге, — подытожил Хан, откидываясь назад. — Кто это ещё? — Один чешуйчатый кот, — гоготнул Крис, скосив глаза на Хана.

⋅───⋅❍⋅───⋅

Шум Дастфорда за окнами Хартстрея приутих. Вечерние тени мягко скользили по комнатам, вползали в углы и в души обитателей. При входе, как обычно, груда вещей: куртка Феликса висела на петле, косуха Минхо небрежно валялась на стульчике, на полу свалка из кед, ботинков и прочего барахла. Джисон закинул свою поверх Лино, прекрасно зная, что выбесит его этим. Свою куртку Крис аккуратно повесил на крючок. Вечерний свет от ламп мягко окрашивал Убежище в охристые тона, вытесняя усталый день. Хан скользнул взглядом по знакомым деталям: старые огромные диваны, видавшие и драки, и разговоры шёпотом, клетчатые пледы, под которыми можно легко спрятать всю Стаю и нависающие трубы с потолка, который, казалось, был под самым небом. Здесь оживало всё: дышало, гудело, шуршало по деревянным полам, отбивалось в бетонные стены. Как и голос Сынмина, который расколол тишину Убежища: — Эй, кто съел мой пирог?! — Не ной, он вчера уже чуть глаза себе не отрастил, — лениво бросил Хёнджин с дивана. — Да в смысле?! Мне его Черён недавно только испекла! — Недавно — это неделю назад? Хан усмехнулся в тени, наблюдая за этой забавной, но такой уже родной сценой. За грудной клеткой что-то сжалось в комок, и он поймал себя на мысли, что никогда не знал такой домашней лёгкости. Весь их быт пропитан уютом, теплом и тем уровнем семейности, который не снился Хану даже в самом лучшем сне. Он подавил в себе горькие воспоминания, которые так и норовили испоганить вечер. Повеяло травами и медицинским спиртом. Джисон как раз находился рядом с аптечной комнатой Ликса, куда без его ведома лучше не заходить. Не дай бог хлоргексидин будет стоять не рядом с перекисью — случится катастрофа. Джисон прошёлся вглубь Убежища, хрустя суставами и вращая затёкшей шеей. «Размяться бы…». Он бросил взгляд на отдаленную комнату в конце коридора, где висел спортивный мешок. Тренировочная Лино. Отчужденная комната, как и её хозяин — такой же закрытый и шероховатый. Не смотря на трудный характер Лино, Джисона почему-то охватывал азарт каждый раз, когда он с ним сталкивался. И тупому была заметна ярая броня Минхо, но от этого ещё больше хотелось её смахнуть с него. «Если я зайду без спроса, через сколько секунд я буду висеть вниз головой из окна?» — ухмыльнулся про себя Джисон. Хан подошёл поближе, тихо, чтобы не спугнуть Лино. Он смотрел, как тот туго наматывал бинты на руки с холодной точностью, виток за витком. Будто каждый из них мог спасти не только руки, но и его самого. В его движениях раньше Хан видел только браваду, а теперь видел его броню, которая не дает разойтись трещинам шире. «Нас обоих предали те, кого мы считали самыми близкими». Хан горько усмехнулся, как извилиста судьба: Тэджун, человек, которого Лино считал братом, продал его, как мусор. А Крис, человек, который даже не был ему близок — спас его. Волк буквально выгрыз его из того подземного ада. Сейчас Хану казалось, что после истории в баре он узнал Лино на один процент лучше. «Отлично, осталось еще девяносто девять, заебись» Но каждый раз, когда Хан пытался пробиться к нему, Лино будто нарочно избегал сближения, и это только сильнее распаляло интерес Джисона. Лино закончил разминку и хотел перейти к более серьезным ударам, как почувствовал какое-то щекотание в затылке. Глаза нашли, что искали. Он сразу заметил цепкий взгляд вора. Тот неподвижно стоял, сросшийся с тенью и просто долго и изучающе смотрел. Так, будто копался в его внутренностях. Вопрос только в том, что именно он там искал, ведь его жизнь свалка дерьма. — Твоё новое хобби — крипово пялиться на людей? Или тебе просто нравится лезть туда, куда не звали? — Может, ты не знал сам, что позвал? Лино сорвался с места, и через секунду стоял лицом к лицу. — У тебя есть свой мусор в голове, не копайся в моём, — опасным голосом предупредил Минхо. Хан не дрожал, не пытался ослабить свой натиск, хоть и был сейчас в заложниках у Лино, но давил он не меньше. — Веришь или нет… но я тебя понимаю. Лино смотрел слишком долго и пристально. Настолько, что Хан почувствовал напряжение всем телом. Лино сам осознал, что задержал на нём взгляд, и резко его отвёл. — Что? Побежал сплетничать с Крисом? Что он тебе выдал, а? — внезапная догадка дала пощечину Минхо. — Достаточно, чтобы понять, как тебя поломало. Слова ударили по Лино и он сглотнул комок в горле, по коже прошлась дрожь. «Что именно он знает? Какую из ран?» — Заткнись, — Лино шагнул ближе, сжав пальцами горло Хана. — Ты ничего не знаешь. Но Хан уже шагнул в бездну: — Думаешь, я не знаю, каково это? — просипел Джисон, не отводя прямого взгляда. — Когда тот, кого ты любил, вытирает об тебя ноги? — бинты Ли тёрли кожу, длинные пальцы цеплялись за шею, то ли как за ненавистный объект, то ли как за спасательный круг. — Отъебись, Бродячий… — замотал головой Лино, как в бреду. — Отъебись, пока я не сделал то, о чём пожалею. Джисон словно не слышал. Он ощущал шершавость стены и гладкость прохладной кожи Минхо. Этот контраст сводил с ума, толкал всё ближе к безумству. — Когда тот, кому доверял больше всего, режет тебя в самое больное место. Когда тебя используют, а ты всё равно продолжаешь верить, — не мог угомониться вор, давя туда, куда не следует. Минхо резко схватил его за ворот. Их лица разделяли какие-то сантиметры. Взгляд Хана был твёрдым, без жалости, и это бесило ещё сильнее. — Хватит на меня так смотреть, Бродячий! Но Хан смотрел. Пытался пробиться. Проникнуть чуть глубже. Хотя бы еще на миллиметр. И еще. Ли смотрел на него в ответ. Они вязли в каком-то сумасшедшем водовороте, без шанса выбраться прежними. И Лино увидел. В глазах Хана не было жалости, только понимание. И это его выбило, разрушая изнутри. Только не снова. Он же не хотел что-то ощущать. Но… — Минхо… Лоб ко лбу. Их больше не разделяли сантиметры. Сбитое дыхание обжигало кожу. Лино встретил его взгляд, и слишком долго не отводил. В этом было что-то опасное и… одновременно уязвимое. Ли смотрел, убивая взглядом и моля о чём-то своём. И оттого кружилась голова. И не только у него. Лино завис на миг. Задержался ближе, чем должен был. Между ними витала мрачная энергия, полная ярости и чего-то, что оба боялись назвать. Он резко толкнул Хана в грудь, разрывая не только дистанцию, но и всё то, что прорвалось между ними. — Ещё раз так посмотришь, я тебе глаза вырву, — рыкнул он, но голос слегка дрогнул. Ли выругался сквозь зубы и устремился в недра Убежища, мысленно ругая себя за слабость. Хан смотрел ему вслед и не чувствовал ненависти. Он ощутил его. Хоть и на долю секунды. Отдышавшись пару минут, Джисон вышел из-за угла, как будто вынырнул из под воды. «Что это было?» — подумал Хан, сворачивая в холл. Он всё ещё ощущал пальцы Минхо на своей шее. Хватка была сильной, удушающей. Это злило и будоражило одновременно. Прикосновение фантомом горело на коже, заставляя что-то переворачиваться в груди. Оглушенный событиями, Джисон побрёл на кухню, напиться холодной воды, чтобы остыть. Проходя мимо потрепанных жизнью диванов, он заметил, как Принц странно одергивал рукава длинной кофты. Он казался больным и каким-то скукоженным, не таким задорным как обычно. Смочив горло и лицо, Хан краем уха услышал копошение на диване. Обернувшись, он увидел, как рядом сидящий Феликс бережно взял в свою руку ладонь Хёнджина. «Я что-то упустил…? Что за нежности?» Делая вид, что подошёл за книгой на полке, Джисон прислушался: — Не дёргайся, ты же снова всё расцарапаешь, — Феликс неожиданно мягко перехватил запястье Хёнджина. Хан моргнул. Это было странно. Ликс всегда рычал, а сейчас обращался с ним как с хрустальным. Обычно, он не боялся задеть Хёнджина, чаще отталкивал, чем держал рядом. Для Хана это не было таким уж открытием. Который раз он убеждался, что Убежище будто меняло людей. Вне стен Хартстрея Стая действительно казалась стальной: выдержка, сила, горящие глаза. Но стоило Волкам вернуться в своё пристанище, как их чуть ли не подменили: теплый смех с оттенком вечного лета, мягкие прикосновения, всегда горячий чай. Здесь отношения были гораздо глубже, чем на публике. Даже Лино здесь был не таким холодным. Скорее, более живым и эмоциональным. Джисон машинально коснулся шеи. То, что должно было вызывать в нем злость и отвращение, вызывало любопытство и дрожь по телу. «Чёртов Ли, сука, Минхо… » Из размышлений Хана выдернул Вожак, взявшийся из ниоткуда. — Горло болит? — Что?... А… Нет, просто зачесалось, — глуповато улыбнулся Хан. — Ясно. А у этого «зачесалось» есть имя? — смотрел исподлобья Крис, вгоняя вора в краску. — Ты шёл куда-то или как? — К тебе. Пойдём пошуршим маленько, — в миг весёлые искринки покинули глаза Вожака, а тон стал ниже. Джисон напрягся, но молча последовал за лидером. В логове Криса на верхнем уровне он ещё не был. В его комнате кричало одиночество: оно валялось на едва заправленной кровати, стучалось каплями дождя, словно кулаками в грудь, отбивалось трещинами на бетонных холодных стенах. Тяжёлые промышленные окна до самого пола открывали вид на мрачный пейзаж Дастфорда, который прятался в бетонных руинах. Тусклый свет боязно просачивался внутрь, будто забыл спросить разрешения у Вожака. Крис подошёл к окну, закуривая сигарету. Одна затяжка. Другая. Пятая. Хан ждал, не осмеливаясь поторопить. Внешне оставался спокойным, но частые вдохи и выдохи выдавали его мандраж. «Зачем позвал… Вместе помолчать? Или я, может, сделал что-то не то? Боже, это же не из-за…» — он не успел додумать, как повернулся Крис и чётко произнёс, будто забил гвоздь в гроб: — У нас предатель, Хан. Эти слова ворвались так, будто кто чиркнул спичкой — и воздух вспыхнул. Словно в темноте сверкнула искра, готовая начать пожар. — Я не доверяю практически никому. Но ты вне игры. У тебя нет резона меня сдать: с местными бандами не связан, Уджина не знаешь, бывшая компания тебя отшила. Плюс, ты пришёл тогда, когда у нас уже были несостыковки в банде. Да и зачем тебе кусать руку, которая кормит, правда, амиго? — как-то хмуро ухмыльнулся Крис. Джисон молча сглотнул. Мышцы зажало, спина напряглась, будто на неё повесили гири. — Мне кое что нужно от тебя, — Крис пальцем сбил сгоревший пепел и, сощурившись, затянулся. Он вглядывался в Хейза так пристально, как снайпер в прицел. Казалось пауза длилась вечность, прежде, чем Чан продолжил: — Нужно проверить склад. Мои Вестники из полиции нашептали, что у Уджина есть второй. — И ты думаешь, после неудачного ограбления Уджин перенёс всё туда? — Смышленый. По моим данным — да. И, скорее всего, усилил охрану. Джисон хмуро кивнул, заводя руки за спину. Ноги затекли стоять, но он не смел сдвинуться даже на миллиметр. Стоял солдатом, будто сейчас решалась его судьба. — Нужно разведать. Хейз поднял на Волка глаза. Тот неспешно затушил сигарету и угрюмо посмотрел в ответ. — Я не могу послать опять Принца с Сином. В прошлый раз явно что-то пошло не так, и мне тошно от одной только мысли, что всё было нарочно. Хочется выйти в окно, — Волк провел рукой вверх по лицу, задевая растрепанные волосы. — Ты хочешь… чтобы я пошёл один? — Твой брат прикроет тебе спину. От такой заявки Джисон чуть не уронил челюсть на пол. Чонин и так нашёл себе проблем но задницу, не хотелось бы вешать ему сверху ещё. Это опасно. Заметив сконфуженный вид вора, Крис пояснил: — Он мне должен, как и ты. Хорошая возможность начать гасить долги, ты не находишь? — льдом, что исходил из Вожака, можно было резать метал. Джисон понимал, что он не спрашивает. Он приказывает. Без возможности отказаться. Иначе возникнут последствия. — Проверьте склад. Только тихо. Никто не должен знать. Ясно? — Прозрачно, как стекло, — сквозь зубы выбросил Хан. — У тебя будет отличная возможность узнать, какие там замки и не облажаться. Удар под дых. Но Хан даже не моргнул глазом. Он ровно смотрел в стальные глаза напротив. Сегодня лидер резал без ножа. — Выдвигаетесь через час. Зови сюда Лиса. Пора знакомить с бандой, раз он ещё и финансами займётся. Хан сморщил брови. Ему не хотелось приводить брата к уличным бандитам, однако он и сам неплохо справился — нашёл же Стигму, бесёныш. — Чего напрягся так? Вольно, солдат, — кинул с усмешкой Крис, но Хан даже не думал улыбаться.

⋅───⋅❍⋅───⋅

— Пиздец! Что за место у вас, я едва нашёл как сюда добраться! — Зато скрыто от лишних глаз, — Джисон приобнял брата одной рукой. — Ты как вообще? Как родители? — не охотно поинтересовался о них Джисон. Чонин потупил взгляд в пол. — Не парься, я знаю, что они меня не вспоминают. — Мать вспоминает иногда, — заключил Йен и тихо добавил: — Когда отца рядом нет. Было неудивительно. Ранее, когда мать открыла рот за Хана, они летали по квартире, как тряпки. — Я пытался поговорить… — Йена, — оборвал его Хан. — Не надо. Брат сочувственно постучал рукой по его плечу. — Большой этот ваш Хартстрей, — перевёл тему Йен, задирая голову вверх. — Монументальный. — Да, он.. нас оберегает или что-то вроде. — Ну давай, знакомь меня со своей новой лучшей семьёй, — легонько уколол Лис, и переступил порог Хартстрея. Убежище скрипнуло досками, где-то мигнул свет, пространство всколыхнулось, словно приветствуя новенького. На парня в дверях уставилось несколько пар глаз: Чанбин с Сынмином перестали играть в шахматы, Ликс застыл с кружкой в руке, Хван проходя мимо чуть не врезался в него. Крис стоял, сложив руки на груди посреди холла. — В общем…. — протянул слова Хан, собираясь с духом, — это мой… брат. Йен, — едва выдавил из себя слова Джисон, касаясь рукой затылка, будто он нашкодил. — У тебя есть семья?? А мы думали ты из инкубатора, — воскликнул Принц, делая восторженное лицо. Феликс улыбнулся и приветливо махнул рукой. — Как жизнь, Йена? — окликнул Чанбин из-за стола. — Злодействую помаленьку. Крис хмыкнул и подошёл пожать руку Йену. — Ян Чонин, волчата. Или Лис. Новый казначей. Смотрящий за кассой. Назовите как хотите. Я в цифрах как в пустыне, а он обещал помочь. — О, наш новый Счётчик, — хихикнул Сынмин. — Посмотрим, какой ты в деле. Ошибешься — полетит не только касса, но и твоя голова. — Проебать доверие Криса, что выехать на встречку с фурой. Надеюсь, ты понимаешь во что ввязываешься, — подметил Ликс. Чонин внимательно слушал и наблюдал. Лёгкая усмешка не сходила с его гладкого лица. Он был готов и к подколам, и к нападкам. — Йен когда зарплата, у меня трусы порвались. Надо новые купить, — не выдержал Чанбин. — Могу подарить свои и натянуть тебе их на голову, — с милой улыбкой предложил Чонин. — Боюсь, размерчик будет маловат. Хан только и успевал крутить головой туда сюда, краснея то ушами, то щеками. Хотелось быстрее его увести, и не слушать весь этот кринж. — Ян, пойдём, опаздываем. — Встреча с родителями в тихом семейном кругу, — пояснил Лис в ответ на вопросительные взгляды Стаи. Джисон лишь закатил глаза. Они собирались уходить, как в комнате на градус стало ниже. Лино медленно зашёл в холл, держа руки в карманах. — Что за хмырь? — очень доброжелательно поинтересовался Ли. — Крис, кого ты опять приволок? — А… я понял. Это тот чешуйчатый кот, о котором вы говорили в Стигме, — проговорился Лис. — Уже и там отметился… — мрачно фыркнул Лино. — Это наш новый Счётчик, будь вежливее, амиго. — Я проиграл вежливость в покер, осталось только хамство. Ли даже не смотрел на Хана. Его будто вообще не было в комнате. Зато Джисон не сводил с него глаз. Серебряные пряди переливались бликами под вечерним светом, чёрная майка очерчивала рельефный живот. Даже растянутые джогеры сидели на нём великолепно. И при всём этом великолепии он умудрялся быть самой большой сволочью на свете. Хан очнулся, лишь когда услышал «бывайте, ребята» и вылетел вслед за братом из Убежища. Вот и познакомились. Город дышал ржавчиной и дымом. Он оставлял на жителях пятна, отмыться от которых было невозможно. Это месиво из разрухи, бедности и погибших мечт въедалось под кожу, проникало во внутренности, заражая безысходностью. Здесь не за что бороться, некуда идти. И тем не менее, все боролись. Пытались вырвать клыками хоть какое-то подобие жизни. Город сам толкал людей на подлости, драки и преступления. Причина банальна — выжить. По сути, этим местные банды и занимались каждый чёртов день. Рвали когтями, выплевывали лишнее и топтались по костям. И вот сейчас двое из них намеревались урвать свой кусок. Вернее, чужой, но кого это волнует. — Для чего им вся эта поебень с этим, как его.. Уджиком, да? — Уджином. Он вредит банде Криса. Нужно добыть компромат, деньги, что либо, что поможет обрушить авторитет банды Ржавого. Братья прибавили ходу, чтобы быстрее управиться. — Мм.. А банда Криса, ты хочешь сказать, никому не вредит? Хан задумался. Всё, что он видел это как Стальные защищали свои территории, как настоящие волки. Но как эти самые волки они могли и напасть. Например, на бизнесменов, на должников, и кто его знает на кого ещё. Естественно за деньги. Всегда всё ради наживы. Если не знаешь причины — значит это деньги. — Они, конечно, не ромашки, но и не отбитые, как многие здесь, — почти уверенно ответил Хан, не сбавляя темп. — Ничего, что они занимаются рэкетом, вымогательством, а запугивать людей их хобби? — Ничего, что ты хренов манипулятор, мошенник и облапошил кучу богатеньких дядек? — Ой, кто бы говорил.. — Йен смешно скривился и толкнул локтем старшего. — Вот именно. Мы все давно в гнилых ямах. Вопрос только в том, кому раньше всех упадёт земля на крышку гроба. — Не знаю, как ты, а я собираюсь жить долго. Особенно, когда на горизонте появился отличный Волк. — Чего, блин? — Возможность. Появилась отличная возможность себя проявить, — глаза Лиса хитро заблестели. Ночной воздух освежал, обдувая кожу. В такую ночь играть бы на гитаре под звёздами где-то на крыше многоэтажки, но против судьбы не попрёшь. Парни тихо приблизились к серому кирпичному зданию, которое находилось через дорогу, и притаились за мусорными баками. Хан сразу отметил: три этажа, две видимых камеры, главный вход под охраной, пожарную лестницу можно использовать для отхода, если что пойдёт не так. Ближе к дороге стояла темно-синяя обшарпанная будка с окошком. Возле неё курил охранник в черной форме. — Нам бы в ту будку пробраться… — шепнул Ян на ухо брату. — Да что ты говоришь, — прошипел Джи и закатил глаза. Охранник, затоптав сигарету, вернулся в будку. Тусклый фонарь слабо освещал периметр, это играло им на руку. Над главным входом, как безучастный свидетель, висела камера, направленная на дорогу. «Значит будем пробираться дворами» — подумал Джисон. Улучив момент, когда рядом с ними на дороге остановилась фура, парни вышли из укрытия, и находясь в слепой зоне камеры, перебежали дорогу. Если их и было заметно, они бы показались двумя размытыми пятнами — радиус камеры плохо «видел» по краям. — Слушай, когда он выйдет снова на перекур, постоишь на стрёме, а я распечатаю его будку. У нас будет минут шесть-семь. — А если он раньше вернётся? — Будем импровизировать. Дождавшись через какое-то время нового перекура, парни двинулись к будке, стараясь не шуметь. Джисон надел перчатки, и медленно приоткрыл дверь до проёма. Первое, что он увидел — мониторы. Шесть штук. Значит всего шесть камер. Две на улицу, четыре внутри помещения. Джисон внимательно изучил картинки на экранах, особенно его привлёк кадр, на котором в углу был виден сейф. Третий этаж, дальняя комната с окном. «А вот и наша цель» Его мозг автоматически всё запоминал, мотал как на кассету. В таких делах Хан собаку съел, ему не нужно было даже записывать. «Надо будет не забыть отключить камеры перед тем, как проникать на третий», — мысленно добавил себе заметку Хан. Каждая секунда тянулась, как резина. Хейз быстро осмотрел всю будку: на столе кавардак из бумаг, чеков, остатки еды, упаковки, полный срач. Ничего полезного. Он бросил взгляд на стену за мониторами, и вот тут увидел действительно важное — график дежурств. — Поторопись, он докуривает, — шепнул тихо Йен. Хан задержал дыхание, сердце стучало в горле, будто пыталось вырваться наружу. Он не стал рисковать и быстро клацнул на телефон график. Покидая кабину, он старался ничего не нарушить и не сломать. Не хватало ещё, чтобы в последний момент они заметили что-то неладное и поменяли график. Выбравшись на улицу, братья сразу кинулись в кусты недалеко от будки. Ничего не подозревающий охранник зашёл в свою кабинку, и закрыл плотно дверь. Парни выдохнули. — Что теперь? — Осталось проверить вид на третий этаж и можно валить. — И что, мы даже ничего не взломаем? Всегда мечтал увидеть тебя в деле. — Это просто разведка, Йена. И с каких пор ты знаешь, чем я занимаюсь? — Да с детства подозревал, что ты пойдёшь по этой кривой дорожке. Не трудно было догадаться. Ты постоянно что-то цапал у матери. Помню, как она каждый раз ругалась на свою забывчивость и рассеянность, — хихиунул Чонин, — но я то знал, что это мой брат-щипач. — Поэтому ты взял с меня пример и тоже нашёл себе авантюр на жопу, да? — Так жить веселее. Кому нужны эти нудные правила, система, и всё такое. Скукотииища. Джисон хмыкнул. Система, конечно, отстой. Этот город пожирал своих жителей. Здесь не существовало справедливости или морали, а законы писали те, у кого было влияние. Мечтам тут сбыться не суждено. Это город потерявший цвет. Пробравшись на задний двор, Джисон увидел неприметную дверь, выкрашенную в тон здания. Другой бы может и не заметил, тем более, там рядом навалено досок, паллет, но только не Джисон. Его цепкий, опытный глаз сразу нашёл маскировку. Дождавшись, когда охрана начнёт двигаться в другую сторону, он дал сигнал брату сидеть на месте, а сам шмыгнул к двери. «Ага, таки есть серьёзные замки. Один цилиндровый, другой сувальдный. Хитрец, совместил». Пока он осматривал замки, послышались приближающиеся шаги. Деваться некуда. Он быстро накинул капюшон, и нырнул в нору между паллетой и каким-то хламом у двери. Больно ударившись о что-то железное, Хан прикусил язык, чтобы не заорать. Мысленно он молился, чтобы Йена испугавшись, не вышел из своего укрытия. Зря. Пошатываясь, будто бухой, Йен направился к подошедшему охраннику. — Дяяядь… ик!... а, дядь…? — Чего тебе, пацан? — Я… я потерялся… Где общежитие?.. Я думал это… это мой подъезд… — Иди, куда шёл, алкашня малолетняя… Студент, ага, щас! Пока охранник был занят братом и махал на него руками, Хейз выбрался за секунду из хлама и круто повернул направо. Прижимаясь к стене спиной, он отходил мелкими шагами, чтобы не попасть под камеру. Благо, она стояла высоко и под ней была слепая зона, то есть, как раз вдоль стены. Через пару минут к нему подбежал счастливый Лис, невероятно горд собой, за что получил подзатыльник от старшего. — За чтооо?! Я тебе жизнь спас! — держась за голову одной рукой, возмутился Йен. — Ты идиот! Какого хрена ты так подставился! Теперь он тебя видел, блин… — Я отвлекал его на себя, чтобы ты выполз, ты же оказался в засаде, — обиженно надул губы брат. — Я бы выбрался, когда он прошёл бы мимо, дурилка ты картонная! Везучий, как чёрт Лис только пожал плечами. Они шли вдоль дороги прочь от склада, на ходу пререкаясь, и кусая друг другу хвосты. Их голоса сливались с шумом улицы и с гулом машин. Дело осталось за малым — доложить Крису и снова ограбить склад. Вожак ждал их на улице недалеко от входа в Хартстрей и с кем-то переговаривался. Черноту улицы прожигала алая точка на конце сигареты и две пары упрямых глаз. Подойдя ближе, Джисон рассмотрел во втором собеседнике Лино. Дыхание вора немедленно сбилось, кончики пальцев покалывали. Он быстро сунул руки в карманы джинс и сжал свой ключ-талисман, чтобы не выдать волнения. — Докладывайте, — коротко бросил Крис, сквозь выдыхающий дым сигареты. Хан замешкался. Волк понял, что из-за Лино. — Я не предатель, Бродячий, расслабься, — наконец-то заметил его Ли. — Я за Волка жизнь, скорее, отдам, чем предам его доверие. Он мою шкуру спас. Крис похлопал Лино по плечу, будто подтверждая его слова. Джисон начал пересказывать важные детали разведки. Йена стоял тихо, не вмешиваясь, лишь наблюдал со стороны. Подмечал повадки Криса, его манеру говорить. То, как он закуривал сигарету, и как сжималась его челюсть, если ему что-то не нравилось. И как он изредка бросал короткие взгляды в ответ. — То есть, на этот раз взлома не будет? — Будет проще пробраться через окно на третий этаж. Зачем возиться с двойной защитой, и тратить время. — Что ж… придётся заняться парккуром. На несколько мгновений зависла тишина. Видно было, как крутится мысль, словно пластинка на проигрывателе в голове Вожака, как он приходит к какому-то выводу. Он посмотрел на присутствующих своим неоспоримым взглядом: — На дело идут трое. Джисон вскинул брови от неожиданного заявления. — Я, Хейз и Лино. Хан выронил в кармане ключ. — И это всё? Нас больше никто не подстрахует? — Нет смысла. Чем меньше народу, тем больше шансов на успех. Толпой мы уже сходили. — И что случилось? — вклинился Ян. — Эпик фейл, случился, но не только поэтому, — пояснил Волк. — На этот раз всё по-другому: Хан — мозг операции, Лино — сила, я на контроле. Усекли, амигос? — Если ты ещё раз облажаешься, я лично тебя через мясорубку пущу, понял? — Лино угрожающе впился взглядом в Хана. — Не понял, объясни на пальцах. — С удовольствием. Средний видишь? — Волчата, боевой настой нужен на дело, а не на друг друга. Тем более, нам завтра это всё проворачивать. И помните, никому ни слова. Крис шагнул внутрь Убежища, Йена поспешил за ним, оставляя Джисона с Лино. Он смотрел на Хана неотрывно, от чего сердце зашлось от волнения. Вор знал, что в такие моменты нужно быть очень осторожным с Лино, как с диким зверем. — Ты заигрался, Бродячий. Тебе вообще здесь не место, — низко рыкнул Лино. — Я сам решу, где моё место. — Так стремишься угодить Волку и заслужить его расположение, — Ли начал сокращать расстояние между ними, — аж противно. — Ооу, а ты ревнуешь? — бесстрашно (нет) заявил Джисон, шагая вокруг Лино. Тот толкнул плечом вора, заставляя остановиться. — Я все равно тебе не верю. Есть в тебе что-то такое, что… — Будоражит? — Хан играл с тигром в открытой клетке. Он буквально дразнил Лино, нажимал на опасные точки. — Бесит. Очень сильно, — Ли развернулся всем корпусом к Хану и сделал ещё шаг. — Ну так не сдерживайся, — Джисон аккуратно коснулся ладонью груди Лино, — выплесни всё, а то ещё лопнешь от перенапряжения. Он почему-то даже не откинул руку, а продолжал смотреть в глаза, будто пытался там что-то отыскать. Может хорошее, а может наоборот. — Если я отпущу контроль, — тихо и медленно проговорил Ли, — тебя придётся собирать по асфальту, Бродячий. — А ты попробуй… — Не дерзи мне, если не хочешь проверить. Хан сжал в руке футболку Минхо, комкая ткань: — А если хочу? Глаза Лино загорелись как два угля, Хан чувствовал, как под его рукой сердце рванулось вперёд, рот приоткрылся, что-то сказать, как из окна послышался крик Хвана, дробя их связь: — Вы долго там? Вас снова разнимать или как? Ли отвлёкся на крик, Хан отпустил его футболку и быстрым шагом утонул в темноте Убежища.