The social bottom.

***

      Волосы отрасли настолько, что их можно было свободно завязать в хвостик. Пусть эта прическа Гю и не нравилась, в вечной беготне и суете новой работы она часто спасала. Гю не знал, зачем отращивает волосы, почему просто не подстрижется как все? Может, пытался ухватиться за то единственное, что его выделяет хоть немного. Коллектив из официантов был полностью женским, что его, в общем и целом, не удивляло. С женщинами можно было обсудить то, что нельзя с многочисленными знакомыми. Пусть он и не питал особой любви к представительницам прекрасного пола, иногда было интересно послушать о проблемах в отношениях, сплетнях о коллегах и различных звездах. Это скрашивало рутину. Коллеги правда умели сделать дни чуть лучше, с ними было даже весело. Приняли его сразу, в подружку записали. Но добрых чувств к ним Нам Гю не испытывал. Ни к кому не испытывал. Все люди в его жизни были или мимолетны, или те, кто в будущем смогут принести ему выгоду. Денег занять, например, домой после веселой ночи отвести. Стыдно не было. Все кого-то используют, это нормально. Так и должно быть. В любом случае голову такими вещами он не забивал, хотя, может, и стоило. Ночные клубы часто романтизируют. Конечно, это хороший способ отдохнуть, но нужно знать меру. Те, кто ее не знает, становятся завсегдатаями таких мест. И часто это ничем хорошим не заканчивается. Зависимости, беспорядочные половые связи, стертая грань между удовольствием и реальным миром. Этих людей можно понять. Когда всю жизнь окружает общество, способное давить, осуждать, принимать решения за тебя, то ты рано или поздно сорвешься. Этих людей можно понять, но не оправдать. Звезды не люди. Или люди? Или они все поголовно избалованные, продажные и зависимые от общественного мнения несчастные люди со сломанной судьбой? В любом случае деньги у них точно водились, и немалые. И это был повод для зависти. Черной зависти, которая каждый раз при разговоре о знаменитостях вылезала со словами: «Да у него просто богатенькие родители». А если человек поднялся с низов, то всегда можно списать все на невероятную удачу. Нам Гю мало кого знал до работы в клубе. Но когда постоянно слышишь от новых подружек что-то вроде: «Посмотри, он тут», а далее следовал тупейший псевдоним, который придумать мог разве что ребенок малый. «Танос». Как только услышал это слово, повернулся на официантку, которая сказала это во время перекура. — «Танос»? Серьезно, бля? — Нам даже слегка прокашлялся во время горькой сигаретной затяжки. «Да, рэпер. Я его сегодня обслуживала», — совершенно не понимающая такой реакции ответила брюнетка. Тут Нам Гю прорвало на безудержный смех. — Блять… А еще тупее можно было выдумать? Как-будто школьник один фильм Marvel посмотрел и влюбился в злодея. А есть рэпер, ну там… Железный человек? — с трудом прекратив смеяться, заметив закатывающиеся глаза девушек, Гю вспомнил, что у него в руках тлеет сигарета. Сделав последнюю затяжку и потушив кедом маленький огонек окурка, все еще слегка хихикая, ушел работать. Ведь что еще на работе делают? Нам Гю вот, например, ищет глазами того самого фаната Marvel. Что было довольно сложно, учитывая, насколько клуб был заполнен в ночную субботу. Всю жизнь на Нам Гю смотрели либо с отвращением, либо с похотью в глазах. Чаще это был первый вариант. Нам Гю не жаловался. Не любил себя жалеть. Мать учила его держать спину ровно, голову прямо, эмоций не выражать. Так удобнее. Сдержанность, трудолюбие, ответственность. Если на собеседовании требовалось назвать три качества, то эти три слова говорил Нам Гю. И этот ответ устраивал. Но был ли он таков на самом деле? Может быть. А может и нет. Не спрашивал никогда. Из мыслей нужно было вылезать, иначе разобьет что-нибудь или еще хуже обольет какого-то богатого школьника. Ноги уже болели, а время к концу смены совсем не приближалось. Выдалась минутка посидеть. Курить, на удивление, не хотелось. Хотелось только спать. И напиться в хлам. Но, если честно, в этом клубе цены ему не подходили. Наверное, ему бы только водку понюхать дали. Но он и этому рад. Однако бармен хороший парень. Можно и попытаться уломать. После смены, конечно. Алкоголь язык развязывал, можно и наговорить лишнего ненавистному высшему сословию. Хотелось, но того не стоило. — Молю, Кан Сон, я так устал… Одну рюмку, и я от тебя отвяну. — Жизнь в клубе еще кипела, а брюнету пора было уходить. Но без капли горячащего напитка уходить он не собирался, всячески извиваясь около барной стойки и пристально смотря в глаза слегка стеснительного бармена. — Тут так не принято, Нам Гю. — «Тут»? Мы, блять, где, по-твоему, находимся? В мишленовском ресторане? Тут наркоту лично в руки отдают. Всем похуй, пойми. Налей мне, и я съебу со спокойной душой. — Взгляд человека за стойкой погрустнел, и он принял заказ. Главное, что Гю получил свое, остальное не имело значения. Он уже не в форме, а в обычной одежде. Значит, он обычный посетитель ночного клуба. По крайней мере, в его глазах это выглядело так. Конечно, подобное стало происходить каждую смену. Даже когда он работал до самого закрытия. — Готов принять ваш заказ. — Улыбка, идеально выпрямленное каре, легкая веселость в голосе. Все это могло расположить к себе клиента. А могло и оттолкнуть. Часто просили, чтобы Нам Гю позвал обслужить их какую-нибудь девушку. Он и не против был. Свалить свою работу на бедную коллегу без угрызений совести мог только он. Но этот столик точно не хотел его ухода. На диване сидело примерно 7 человек, каждый чем-то отличался. У того тату на лице, у этого косички забавные, а вот у парня по середине волосы фиолетового цвета. Цвет как будто из детской гуаши. У него еще мочки ушей проколоты. Форма лица красивая, вытянутая. На вопрос парня они ответили огромным количеством алкоголя. Это было совершенно неудивительно, учитывая местный контингент. Каждый следующий напиток градус повышался, что было правильно. Градус понижать нельзя, Нам Гю с малых лет было известно. — Ты недавно тут работаешь? — Вдруг между озвучиванием заказа парень с цветными волосами перебил своего друга. Тот лишь недовольно посмотрел на него, но ничего говорить не стал. — Около месяца. Итак, два джин-тоника, два куба либре, «Лонг-Айленд», «Кровавая Мэри» и… Бакарди. Все верно? — Да, и побыстрее. Танос ждать не любит. — На этот раз ответил парень с татуировками, слегка усмехнувшись, посмотрел на сидящего рядом парня. Сука, нужно быстрее уйти. Нам Гю еле сдерживал смех. Быстрым шагом он направился к барной стойке. Там ставила на поднос коктейли та самая девушка, которая и поведала о загадочном рэпере. — Рин, как ты могла? — Ничего не понимающая девушка вздернула бровь и вопросительно посмотрела на парня. — Как ты могла скрыть от меня этот факт? Ахуеть какой смешной факт. У него фиолетовые волосы. Фиолетовые волосы. — У кого? — Нам Гю хотел ответить, но понял, что вопрос задала не Рин. Вопрос задал кто-то сзади.