Ржавая ненависть с Плесенью

***

От внезапно возникшей тишины в зале закладывало уши. Потрескивание камина хоть и пыталось как-то поменять обстановку, но это явно плохо получалось. Вообще, атмосфера здесь царила и так не особо радужная и до этого момента, но теперь она явно превосходила по отвратительности даже внешний вид Моро. Дыхание Гейзенберга щекотало Итану щеку, от чего его и так нервно дергающийся глаз начинал дергаться только сильнее. Карл уже крепче сжал железные тиски на руках блондина. Итан явно был готов рвать и метать. Только почему молчал? Почему еще ни слова не сказал? Почему хотя бы в лицо презренно не харкнул?   А Итан сам не знал, почему до сих пор не послал нахуй этого мужчину в потрепанной временем шляпе. Он правда не имел и малейшего понятия, почему вместо того, чтоб начать разбрасываться ругательствами, он сидит и молча сжимает до посинения кулаки, снова и снова яростно кусая изнутри щеки.   Или знал?   Итан просто не понимал, как действовать дальше. Он был в ловушке. И нет, не потому что его руки и ноги обездвижены, а потому что он не понимает, что твориться в голове у четвертого лорда. До этого момента всё было куда проще. Итан просто пытался выжить и как можно скорее собрать все колбы с Розой, пока почти всё его окружение хотело сделать лишь одно- убить его. Но вдруг, ему выдвигают предложение стать союзниками. Не пытаясь убить его.   Да висеть на крюках в покоях Альсины было не так до невозможного херово, как вся сложившаяся ситуация!   Голова гудела от того, что его настройки, которыми он жил последние дохера часов резко сбили, вышибли из него и скомкали, пытаясь приписать новый алгоритм. Итан злился, что он не может сообразить, что ему дальше делать. Сознание кричало поскорее покрыть матом Гейзенберга, да довести его до такой ярости, что он бы просто прекратил держать здесь Итана и расквасил его личико молотом о стены замка. Но какая то маленькая надежда теплилась глубоко внутри, пытаясь достучаться до Уинтерса, дабы тот прекратил на все отвечать агрессией и просто-напросто бы выслушал Карла. Хотя бы выслушал. А после можно и кулаками махаться. Ну, или пистолетом.   —Уинтерс? Прием!--Карл пощелкал пальцами перед лицом Итана, который уже пару минут просто яростно глядел на его ботинки, ковыряя кожу у ногтей. —Заткнись. Просто заткнись на еще пару блядских минут.—Прорычал Итан, прикрывая глаза и стараясь расслабить напряженные в тисках руки.   Гейзенберг недовольно хмыкнул, но перечить не стал. Расслабив хватку на руках блондина, он принялся ходить в зад-вперед, подхватывая доспехи и в воздухе создавая из них невесть что, сначала сгибая, а потом снова возвращая в исходную форму. Итан бешено перебирал извилинами, пытаясь также унять чувство нарастающей тревоги, которая побуждала мысль о побеге. Он буквально физически ощущал подвох. Это неприятное ощущение того, что не все так просто обволакивало всю его грудную клетку и голову, неистового сильно сжимая ребра и сверля виски. Уинтерс уже и сам не хотел верить только в плохую версию развития событий, но тело, привыкшее только к тому, что его пытаются убить или сделать инвалидом, напрочь отказывалось как-либо сотрудничать со своим хозяином, мешая тому даже рот открыть. Он понимал, что прошло уже куда больше пары минут. Это можно было понять и по Карлу, который уже в десятый раз создает из железного нагрудника голову коня, всячески деформируя исходник. Было удивительно то, что он до сих пор терпеливо ждал ответ, не торопя Уинтерса, хоть и было видно, что терпение его на исходе. Движения его рук становились все более резкими, а носок ботинка довольно громко начал притоптывать в определенно заданном ритме. Итан это приметил, отчего только больше мыслей появилось в его голове.    —Что именно ты имеешь ввиду под «объединиться»?—Наконец то выпалил Итан осипшим голосом через еще пару минут. Было слышно, как ему тяжело далось после сглотнуть слюну. Гейзенберг вымученно  выдохнул, когда все же услышал его голос. Но от сгибания и разгибания головы лошади не оторвался.   —Ну…,— протянул Карл— если вкратце, хотелось бы вместе грохнуть Миранду.   —Чего?—Итан аж оживился и поднял недоумевающий взгляд на Карла.—То есть.. Ты не входишь в состав желающих грохнуть меня? —Уинтерс, какой же ты самовлюбленный. Но нет, не вхожу. Пока не вхожу.—Гейзенберг хитро прищурился, наконец то оборачиваясь к Итану и оставляя без внимания свое железное творение из нагрудника.   Несколько секунд они просто молча сверлили друг друга взглядами. Итан—озадаченным и с ноткой злости, а Карл же—хитрым и довольным. Но все-таки эта внезапная пауза еле завязавшегося диалога очень скоро надоела.   —Короче, Итан,-- первым прервал тишину Карл, прокашлявшись.—нам нужно это обоим. Не только мне, но и тебе. Ты не справишься в одиночку с этой тварью. Итан нервно усмехнулся.   —С чего ты взял, что не справлюсь? Димитреску и вовсе в дракона превратилась, но я ж с ней справился. С чего бы мне не справиться с Мирандой?   Железные тиски на его руках снова сжались   —Итан, ты, блядь, её не знаешь. А я знаю. Прекрасно знаю, уж поверь.—Практически прорычал сквозь зубы Карл, приблизившись к Уинтерсу.   —А если ты сейчас просто обвести меня вокруг пальца пытаешься? Вдруг опять воткнешь мне под ребра то, что под руку попадется и притащишь к своей драгоценной мамаше?— Итан дернулся вперед на Карла, презрительно вздергивая подбородок и с вызовом глядя на того.   Терпение Гейзенберга на этом подошло к концу. Даже сквозь линзы очков было видно, как широко были распахнуты его глаза, и как неодобрительно его брови сдвинулись к переносице. Он одним широким шагом сократил расстояние, оставляя какие-то пару сантиметров между их лицами. Теперь помимо и так еще сильнее затянутых железных тисков, на запястьях Итана были ладони лорда, которые также сильно и больно сжимали его и так ноющие конечности. Удивительно, но хоть он и был в перчатках, но то, что его руки были температурой сравнимы с раскаленной сталью- было сложно не заметить. Уинтерс опасливо качнул головой назад, когда громкий бас Гейзенберга прокатился по комнате.   —Не смей, черт тебя дери, даже думать о том, что я у неё на побегушках! Понял меня?! Эта сука не стоит и капельки моего внимания!—Гейзенберг отчеканил это так быстро, будто заученную фразу.   Неужели все думают, что он один из ее верных псов?   —Не ори мне в лицо, блядь! Всего оплевал.   И Итан ни на малость не врал.   Лицо Карла в мгновение ока исказила гримаса искреннего недоумения. Он, наверно, впервые в жизни видел человека, который смотрел на него после вспышки ярости не со страхом либо же… либо же страхом, а с полными злости и хладнокровия глазами. Именно человека, ведь Миранда либо Альсина таковыми уже давно не являлись. Итан даже не дернулся, не зажмурился когда он подошел, а просто продолжал сверлить его взглядом. От этого лорду стало неловко. Он промямлил неизвестный мат и отошел от Итана, разворачиваясь обратно к своему железному творению из нагрудника.   Итан выдохнул. На самом деле он испугался. Сильно. Он побоялся, что сейчас его убьют и некому будет спасать его маленькую Розу. Мысли о ней очень сильно одновременно воодушевляли Уинтерса, а одновременно заставляли панику внутри расти с колоссальной скоростью.   Ему надоело ничего не предпринимать. Только было он хотел потребовать у Гейзенберга то, чтоб ему дали возможность двигаться, как железные тиски, что сдерживали его ноги и руки отлетели, звучно врезаясь в стену. Итан лишь глупо похлопал глазами, прежде чем сразу подняться на ноги и начать растирать запястья. Только Итан поднялся, как перед глазами все поплыло. Он успел дотронуться до правой кисти, прежде чем мотнуть головой и отшатнуться назад себя. Все же, как Итан бы и не пытался строить из себя непробиваемого, усталость всегда возьмет свое. Ко всему прочему, важную роль сыграло и то, что не так давно он огрел по голове от Гейзенберга, а после просидел пару часов без сознания на стуле.   А вот позади Итана стоял тот самый стул, на котором он сидел пару мгновений назад. Итан снес его, когда попытался облокотиться, и теперь они вместе со стулом полетели прямиком на пол.   Железный звон прогрохотал по залу, когда предмет интерьера наконец-таки встретился с полом. Но падения Уинтерса не последовало. Вместо этого последовал звук соприкосновения  рук. Одной—в кожаной потертой перчатке, другой—шершавой и немного трясущейся от напряжения.   Итан действовал на автомате. Увидел—схватился. Он жил с этим правилом все эти сутки. Что же сподвигло Карла на это? Почему он так резко оторвался от своего заманчивого занятия и ежесекундно схватил блондина за руку? Карл и сам не знал. Они с Итаном играли в переглядки, оба удивленно и хмуро рассматривая то лица друг друга, то их руки, крепко сцепленные в замок.   Прошло то ли пару секунд, то ли четверть часа, прежде чем Гейзенберг подтянул на себя Итана, и они наконец отцепились друг от друга, показательно брезгливо оттирая руки кто о толстовку, кто о плащ.   —Ей богу, Уинтерс, ты даже на ногах устоять не можешь, а еще и мне что то про Миранду говоришь?—Пробурчал Гейзенберг, вопросительно поднимая бровь и щурясь.—Да ты с Моро то еле справишься в таком состоянии. —Иди нахуй.— Огрызнулся Уинтерс, глазами ища свою куртку по залу.   Снова оба притихли. За время молчания Итан умудрился отыскать свою куртку, заботливо сушившуюся у камина и всё свое оружие вместе с рюкзаком.   Уинтерс уже упаковывался и перезаряжал дробовик, когда Карл внезапно выдал:   —Я хочу использовать твою дочь против Миранды. В бою.   Итан сразу же  среагировал. За какие-то считанные секунды он умудрился перезарядить дробовик и  тут же выстрелить Гейзенбергу в область плеча. Он понимал и знал, что пуля попросту не успеет долететь до него и хотя бы ранить, останавливаясь и зависая в воздухе в паре сантиметров от тела, но все равно выстрелил. Палец дернулся.   Карл тоже дернулся.   —Ты, блядь, что?!—Рявкнул Итан, убирая оружие за спину и подходя к Гейзенбергу. Его руки начали трястись еще сильнее от того, как сильно он сжимал кулаки.   —Спокойно, папуля. С твоим карапузом ничего не случится от этого.— Гейзенберг извлек из кармана своего плаща портсигар, доставая очередную сигару и даже не смотря на Итана.   —Ты совсем идиот? Она еще младенец!—Не унимался Уинтерс.   —Ха! Я бы поспорил, кто из нас тут идиот. Уинтерс, -- повысил голос четвертый лорд, вертя уже подожжённой сигарой у лица Итана.—твоя лялька буквально расфасована по баночкам, будто ебучие маринованные огурцы! А ты до сих пор переживаешь за её сохранность?!   Уинтерс резко схватил Карла за плащ, глядя уставшим, но не менее решительным взглядом на линзы очков, пытаясь сквозь них разглядеть хотя бы очертания глаз, и проговорил каждое слово так четко, будто объяснял маленькому ребенку.   —Либо ты нахер меняешь весь свой план, либо сделке конец. Выбирай. —Есть вариант размазать твою голову молотом об пол.—Не унимался Гейзенберг, ядовито улыбнувшись. —Херовый вариант.—Он отпустил плащ, слегка отталкивая Карла от себя. Но взгляда они друг от друга не отводили.—Значит, каждый опять идет своей дорогой. Только вот я сомневаюсь, что будь ты уверен в своих силах, стал бы пытаться завербовать меня к себе в напарники.—Гордо выдал Итан, цыкая и на пятках разворачиваясь к лорду спиной.   Итан забрал свой рюкзак, проверяя еще раз все ли на месте. После, накинув его на плечо, быстрым шагом пошел к двери, ведущей к выходу из замка.   Карл в свою очередь все это время стоял на месте, быстро скуривая сигару и делая вид, что ему абсолютно насрать, что сделка сорвалась. Его каменное выражение лица не давало прочесть ни одной мысли из всей той какофонии, что творилась у него в голове. Он успел сто раз подумать о том, что Итан просто дурак и не хочет пошевелить извилинами, переживая лишь о малютке Розе. Потом двести раз поразмышлял о том, что его план и вправду плохой и стоит внести изменения. И напоследок триста раз поразмыслил о том, что без Уинтерса вероятность его победы уменьшается.   Может, Роза не столь важная часть его плана? Может, ее стоить заменить на кого-то более полезного?   —Scheiße…—Проворчал Карл, туша о плащ сигару и выкидывая ее, прежде чем сдвинуться с места и поймать руку Уинтерса, который находился в шаге от выхода. Итан остановился, молча оборачиваясь к Карлу и вопросительно приподнимая бровь. Гейзенберг в свою очередь долго не решался наконец то сказать о том, что он был не прав. Он ненавидел принимать собственное поражение. Поэтому они снова молча сверлили друг друга взглядом несколько десятков секунд. Если бы Итан не отдёрнул руку на себя, а Карл бы не ухватился за нее крепче- кто знает, может быть они бы так и молчали.   —Ладно, Уинтерс. Твоя взяла!—Отпуская руку Итана, прикрикнул Карл, поднимая руки в жесте капитуляции.—Не будем мы твоего карапуза использовать как оружие. Но! Тогда прекрати брыкаться, блядь, и пойми, что мы оба станем лишь пеплом под ногами этой сучары Миранды, если сейчас не начнем работать вместе. Так что..—последнее слово Карл будто пропел, хрипя на букве «о». Он прокашлялся и, снимая с правой руки перчатку, протянул ладонь Итану, сжимая и разжимая пальцы.— теперь твой ход, Итан Уинтерс.   Итан, поглядывая из-за плеча, угрюмо пялился на ладонь Карла, размышляя над тем, откуда на ней столько рубцов и мелких царапин? А, ну и конечно еще и о том, стоит ли ему ее все таки пожать и согласиться на сделку. Без Розы она казалась уже более заманчивой, но все такой же подозрительной. Стоит ли ему все-таки довериться еще кому то, кроме себя? Стоит ли хотя бы на миг перестать искать во всем подвох, думая, что всё равно всё пойдет по пизде? Итан не знал. А хотел ли? Какая-то маленькая частица надежды промелькнула на границах сознания, и Уинтерс за нее ухватился. Жадно, неистово сильно. Взял и переписал старый алгоритм. Он очень задолбался жить в страхе и вечной паранойи. Хотя бы один раз в жизни он может отключить голову и довериться сердцу, которое хоть немного, но замедляло свой ход, когда Уинтерс понимал, что всю эту жуть не придётся тащить лишь на своих плечах. —Ты такая заноза в заднице, ты знаешь?—Итан хмыкнул, оборачиваясь к Карлу и наконец-то пожимая его шершавую и горячую ладонь своей, пропитанной смесью реагента и трав. И до жути холодной.   —Ха!—Пролаял Гейзенберг, ухмыляясь и тряся ладонь Итана в своей.—Я вроде старше, но ты куда ворчливей, зануда Итан.  

***

Итан обматерил его с ног до головы, пока Гейзенберг бегал обратно вглубь замка и забирал свой молот, прихватив пару бутылочек вина Димитреску. Теперь им предстояла долгая дорога к фабрике, сопровождающаяся рассказами лорда о том, какой же сюрприз он подготовил для Миранды . И бесконечным отстрелом ворон. Итан не знал, на кой хер они отстреливают ворон. Но это было весело, ведь пару раз он почти продырявил Карлу шляпу. И пару раз получил снегом в лицо.