Ржавая ненависть с Плесенью

***

Уинтерс плелся по деревне как можно тише, пытаясь держаться дальше от главной дороги. Добрая свора этих слюнявых псин- переростков гуляла буквально в нескольких десятков метров от него. Итан уже тысячу раз успел пожалеть о том, что принял такое решение, как добраться до замка и переночевать там. Чертов Герцог. Легче бы было залезть в какой то дом и отбиваться от стаи этих тварей, чем сейчас пытаться обойти их без лишних приключений, мелькая светлой макушкой меж домов. Нет, конечно, Итан не хотел лишиться еще пары пальцев или другой части тела,а хотел всего лишь отдохнуть в тишине и спокойствии,  но вся эта хрень выглядит так муторно. Усталость и желание поспать как рукой сняло, как только он ушел вглубь деревни, ибо тут же пришлось прыгать в кусты, царапая лицо замерзшими ветвями, которые так назойливо пытались выколоть ему глаза. Ликаны и там уже сидели. Благо, драли чей то труп, что помогло тихо от них избавиться. Далее пришлось как то использовать свои умения тихо передвигаться, хоть таковых у него и не было. Каждый раз он шарахался любого звука, чуть ли не вскрикивая и обязательно об что то спотыкаясь, ведь под ноги тут же переставал смотреть. К его несчастью на улице начало быстро темнеть и ориентироваться становилось еще тяжелее, а голодных лохматых пастей становилось все больше и больше.  Вообще, удивительно, что его до сих пор хотя бы не куснули. Даже те ликаны, что рвали в кустах чей то труп не особо то сопротивлялись ему, когда он так старательно орудовал ножом. Ко всему этому, они будто бы просто наблюдали за ним. Уинтерс притормозил, подумав, что не к добру это. Значит, они либо ждут этого своего вожака лохматого, либо собираются в одну здоровую кучу и окружают, чтобы напасть. Тогда ты, Итан, точно не уйдешь со всеми конечностями. Однако, они не нападали. Рычали на него, огрызались, но не нападали. Будто бы наоборот, сторонились. Что за херня?  Ему, конечно, это было на руку, но также это не переставало казаться менее странным. С чего это вдруг эти вечно голодные чудики перестали жаждать его крови? Они ж только об этом и думали, замечая его еще за милю и весело несясь откусить ногу. Или руку. Че им вдруг перехотелось? Неужели, Альсина была права, говоря, что он начал тухнуть? А что это могло значить? Он же жив, значит, гнить никак не может. Пиздец как все странно.  Тем не менее, Итана пересилило его любопытство, отодвигая чувство самосохранения на задний план, и он решил подойти к одному из ликанов поближе. Тот был одним из немногих, кто не залез на крышу, сердито наблюдая за Уинтерсом свысока. Ликан стоял у одного из колодцев, также сердито смотря на блондина и пыхтя, выпуская пар из носа. Итан начал медленно приближаться, достав перед этим дробовик и держа его перед собой. Псина- переросток никуда не двигался, а лишь продолжал пялиться на мужчину. Уинтерсу надоело тянуть кота за яйца, поэтому он быстро пересек оставшееся расстояние между ними, останавливаясь лишь на полметра перед ним. Его удивлению не было предела, когда эта хрень, жаждущая, вроде как, только свежего мяса, даже не двинулся на него в ответ, чтобы  напасть. Тот лишь сильнее прижался к колодцу. Видно было, что ликана это не совсем то и радовало. Он злобно пыхтел, косясь красными от гнева глазами на Уинтерса и пуская слюни. Он очень сильно хотел уже наконец загрызть Итана, как и все остальные его сородичи. Но что то их останавливало.  Только вот, что? Итан так и не допер. Вернее, он знал правильный ответ, но не хотел, чтоб это оказалось правдой. Уж лучше бы его тогда загрызли или безжалостно разорвали на куски, чем то, что в дальнейшем может произойти. Он фыркнул на ликана, разворачиваясь, и уходя к дому Димитреску уже без опаски. Его никто не тронет. По крайней мере пока. Весь путь его голову не покидали мысли о том, что все это может значить. Он перебирал всевозможные варианты, стараясь как можно лучше избегать правильного ответа. Он не хотел и думать о том, что его кто то намеренно оберегает. Тут же ликаны на одном уровне с дворовыми шавками, которые на побегушках у лордов и Миранды. Но, так как половину лордов он уже перебил, то остаются два варианта. Либо Гейзенберг, либо Моро хотят заручиться его поддержкой за эту небольшую услугу, вот только зачем? Еще есть вариант, что это Миранде зачем то он понадобился, но он даже представить не может, с какой целью. Вернее, он не хочет представлять.  Моро же зачем он может пригодиться? Все тут очень хорошо понимают, что Уинтерс не встанет на сторону Миранды с распростертыми объятиями. Моро же обожает Матерь, ему очень важно ее мнение и похвала. Либо этот страшила хочет его как то уговорить примкнуть к Миранде, либо он наконец то обрел мозги и решил пойти против нее.  Гейзенберг.. вот тут уже посложнее. По этому самодовольному очкарику не скажешь, что у него на уме. Итан правда даже представить не может, зачем он ему. Ну, точно не для того, чтобы уговаривать вступить в их вечеринку чудил, ибо у Гейзенберга точно есть чувство собственного достоинства, в отличии от Моро. Тут в другом дело.. в другом. В любом случае, пора прекращать думать о всякой брехне. Может, Уинтерсу вообще просто повезло и теперь его бояться эти мохнаты страшилы? Почему сразу он кому то нужен? Хм, Уинтерс, ты слишком самовлюбленный, раз так думаешь. Оставшаяся дорога к замку прошла без приключений. Однако, Итана весь путь преследовало ощущение того, что неспроста все так спокойно. Не могло быть так легко.  Хоть все это время он шел в полной тишине, иной раз все равно останавливался и вертел оружием по сторонам, выискивая возможную опасность. Понятное дело, ничего он не нашел. Но чувство того, что за ним следят- никак не хотело покидать Уинтерса. В сам замок Итан решил пройти через главный вход, ведь там теперь некого было бояться и убегать не от кого, ведь весь дом Димитреску пал, не считая до сих пор бродящих на заднем дворе и, возможно, в некоторых углах Замка чудиков. Он все также напряженно, но уже не оборачиваясь через каждые полметра, шел по коридору замка, пытаясь попасть в главный зал, поближе к камину. Вообще, это не составляло особой проблемы, ведь пока он носился здесь от Альсины уже успел выучить все входы и выходы. В замке было очень тихо. Он даже не слышал кряхтения придурков с серпами или ор комаров- переростков с улицы. Эти было очень подозрительно, что Уинтерсу и не нравилось. Но, решив себя не накручивать зря, он открыл двери в главный зал, спокойно выдыхая, ведь там он никого не обнаружил. Прошел к камину, поставив рюкзак на кресло и скинув с себя куртку, что в некоторых местах очень неприятно прилипла к коже вместе с грязной толстовкой.  Миг. Итан слышит странный шорох и оборачивается, обдумывая, кто мог создать этот звук. Не успевает он выудить пистолет из кармана куртки, как ему в лицо прилетает стальной нагрудник. Голова кружиться, он падает. Секунда, и мир погружается во тьму. 

***

Голова ужасно гудит, в ушах неприятно пищит и скребется, а на виски будто надели железный шлем и сжимают его, параллельно вкручивая в кость ржавые и затупившиеся винты. Губы пересохли, во рту будто пустыня с привкусом кошачьего помета. Руки болят и ими нельзя пошевелить, будто их что то сдерживает. С ногами такая же история, они будто пристыли лодыжками к тому, на чем сидел Итан, не желая шевелиться.  Уинтерс пришел в сознание уже как минут пять, но все никак не хотел открывать глаза. Веки были слишком тяжелыми, а вся ситуация слишком непонятной и напряженной. Наверно, ему бы стоит привыкнуть к тому, что его жизнь ужасна непредсказуема и события нельзя вот так просто предугадать. Но даже не в этом суть. Он пытался сквозь звон в ушах прислушаться, что же происходит, но не было ни единого звука. Лишь приятное потрескивание камина и то, как кто то помешивал в нем дрова, иной раз разнося по комнате неприятный запах дыма. —Долго собираешься притворяться, Уинтерс?—прозвучал мужской голос со стороны камина, мурлыкая его фамилию.— Думаешь, я не вижу, как ты дергаешь своими ручками? Или как носом недовольно дергаешь,а?— теперь уже поддразнивая говорил голос, явно обернувшись к Итану. Итан не дурак и сразу понял, кому принадлежал этот голос. Человек, которому он принадлежал воткнул в него тот железный прут, от которого до сих пор немного ноет под ребрами. Тому, кто так яро спорил с Альсиной, кому блондин достанется. Тому, кто в итоге отправил его бегать по подземельям с убийственными штуками, шугаясь ликанов. Тому, кто перед этим довольно похихикал, задавая Уинтерсу самый наитупейший вопрос.  Гейзенберг. Только этот придурок может так мурчать и одновременно рычать на собеседника, ужасно раздражая.  —Какого хера?!— Итан чуть не подпрыгнул вместе со стулом, когда резко распахнул глаза и поднял голову, яро сжимая кулаки и скаля зубы.— Чего тебе надо, Гейзенберг?! Не хватило погонять меня по подземелью? —Хахахахаха! О-о, Уинтерс,—смех резал уши Итану еще сильнее.— вот этим ты мне и приглянулся. Всегда действуешь в порыве эмоций, а только потом шевелишь извилинами.  Гейзенберг поднялся с кресла, прежде еще раз помешав дрова в камине. Он размашистый шагом направился к Итану, покуривая сигару и довольно ухмыляясь, сверкая зубами.  приблизившись к Уинтерсу, он выдохнул дымом от сигары прямо тому в лицу, заставляя закашляться. Но блондин быстро взял себя в руки, в упор глядя на лорда сквозь слезы от дыма. —Еще раз спрашиваю, чего тебе надо, мудила?— скрепя зубами прорычал Уинтерс, нагло смотря тому прямо в линзы очков, стараясь разглядеть глаза наглеца.  —Хм,— Гейзенберг хмыкнул, отходя на шаг назад и снова затягиваясь. Через минуту он заговорил, выпуская очередное облако дыма.— Хорошо, Итан, буду откровенен и не буду долго мямлить. Ты же у нас нетерпеливый. Он затушил сигару о собственную перчатку, кидая ту на пол и резко разворачиваясь к Итану, упираясь руками в ручки стула по обе стороны от блондина. Между ними оставалось сантиметров десять, и Гейзенберг вновь затуманил грозный взгляд Итана сигаретным дымом. Когда Уинтерс прокашлялся и вновь уставился на Карла твердым взглядом исподлобья, тот заговорил: —Мне нужна твоя помощь. Хотя, нет. Нам нужна помощь друг друга. Нам нужно объединиться.