Останусь

Эграссель склонился над сложной системой алхимических аппаратов. Колбы, реторты и перегонные кубы мерцали в приглушенном свете его лаборатории, заполненной тихим шипением и бульканьем. Он был погружен в изучение образца крови, полученного от первозданного существа – Начала. О своей работе он особо не распространялся, даже перед лучшим другом Лололошкой. В конце концов, он продолжает дело отца… Если не сможет окончить его, то опорочит его имя. Эльф уже добился значительного прогресса, но ему не хватало знаний в других областях, чтобы полностью раскрыть потенциал этого вещества. Что-то постоянно ускользало, но Эграссель не понимал даже, что именно. Чтобы расширить свои знания, Эграссель зачастил в библиотеку. Он часами просиживал там, пролистывая древние тома и свитки, перебираясь с них на более свежие исследования, если таковые были, пытаясь найти то, за что можно зацепиться. Он с головой погрузился в пыльные трактаты, отчаянно пытаясь найти ключ к разгадке крови первозданного существа. Солнечный свет, проникавший сквозь витражные окна, окрашивал листы в мягкие оттенки, но не мог проникнуть сквозь нависшее над эльфом разочарование. Прогресса не было, и с каждым часом он чувствовал себя все дальше от цели. – Простите, – тихий, немного хриплый голос совсем рядом выдернул Эграсселя из удручающих мыслей. – Я ищу книгу, но не уверен, где ее найти. Вы не могли бы мне помочь? Именно в этот момент что-то в Эграсселе откликнулось. Не только банальная вежливость, но и любопытство. Перед ним абсолютно точно человек. Люди Гохледдола предпочитали сводить к минимуму контакт с эльфами – значит, не местный. Если не ориентируется в главной библиотеке, то, скорее всего, из академии. – Да, конечно, я мог бы помочь. Что вы ищете? – спросил Эграссель, стараясь не выдавать своего замешательства. Ответ человека, признаться, ошеломил. – Я ищу трактаты по сангвимантии. Что угодно подойдет. Сангвимантия – магия багрянников. Магия крови. То, что эти знания потребовались человеку, не могло не насторожить. – Я не думаю, что здесь есть много книг по сангвимантии, – сказал Эграссель, обдумывая варианты дальнейших действий. – Эту практику изобрели и применяют исключительно багрянники. Изучить ее должным образом не представлялось возможным. Слова эльфа определенно опечалили молодого человека. Мгновенно появившееся чувство вины перед стремящимся к знаниям студентом заставило скорректировать ответ. – … Но небольшие крупицы информации все же есть. Лицо этого человека мгновенно просияло. Такой простой… Совсем как Ло. Эграссель повел его за собой в глубину океанов книжных стеллажей. Для кого-то – невозможное для поиска безумие, но когда ты сын величайшего научного гения среди эльфов, библиотека – твой второй дом. Пока эльф почти не глядя брел среди массивных шкафов, держа путь к нужной секции, он не мог удержаться, чтобы не рассматривать человека. Он такой… Обычный. Сомневаюсь, что смог бы узнать его в толпе. Найдя нужные книги и передав их любопытному студенту, Эграссель не смог удержаться от вопросов. – Прости, если лезу не в свое дело, но… Мне просто любопытно… почему тебя интересует сангвимантия?" Человек немного поколебался, и этот момент не ускользнул от внимания Эграсселя. – Я маг. – Не давая Эграсселю что-либо сказать, он тут же дополнил. – Но… я родился с очень слабой магией. Поэтому я подумал, что магия крови – неплохой способ усилить ее. Эльф не знал, как отреагировать, потому просто кивнул. Он никогда прежде не видел магов-людей. Он не был уверен, что это человек не решит использовать свои способности в коростных целях, но… Что-то внутри заставляло его верить, что он не причинит зла. Какое-то неведомое чувство убеждало его, что ни жажда силы, ни власти, ни желания богатства, ни тяга к запретным знаниям не интересуют этого человека. – Это… интересно, – наконец, смог выдать Эграссель. – Я никогда не встречал никого, кто хотя бы приблизительно задумался о подобном способе использования сангвимантии. – Если суметь добиться баланса между магией крови и магией воды, то откроется сколько новых горизонтов в медицине! Эльф удивленно замер. Он как будто начинал понимать. – Так ты студент медицинского дела? Человек кивнул и протянул руку. – Кстати, я Роланд. – Он сделал секундную паузу. – Из Эшхолда. Эшхолд… Суровый город-аванпост у дальней границы эльфийских земель… Иногда Эграссель забывал, что уровень межрасовых конфликтов на столько высок, что Архей почти все время находится на грани войны. Но Эграссель был удивлен. Он слышал об отдаленном городе, известном своей суровой архитектурой и людьми, которые были такими же крепкими, как скалы, на которых был построен город. И, смотря на Роланда, эльф бы в жизни бы не признал в нем Эшхолдца. – Эграссель, – пожал руку эльф. – Научный сотрудник исследовательского института. Последовавший за этим час пролетел незаметно. Роланд, на удивление, умеет увлечь в разговор. Они говорили о теории магии крови, о ее границах и возможностях. Эграссель задавал вопросы, тщательно подбирая слова, стараясь не выдать свою заинтересованность в этой необычной личности. В одно мгновение Эграсселя осенило. Круговорот мыслей в ту же секунду остановился, вызывая противный звон в ушах. Но сейчас было не до него. Возможно, в сангвимантии кроется решение, которое он так долго искал. Кровь первозданного существа – это могущественный, но нестабильный компонент. Но он все еще остается кровью. Возможно, сангвимантия, с ее способностью манипулировать жизненной силой, может стать недостающим звеном, позволяющим стабилизировать и усилить ее эффект… Роланд несколько раз окликнул Эграсселя, но к реальности он смог вернуться только услышав звонкий мужской голос: – Эграссель! Вот ты где! Тебя Лололошка обыскался! Неизвестно откуда выскочивший эльф с нетипично яркой внешностью, прервав мысли эльфа и их с Роландом беседу, хлопнул человека по спине. – О, а тебя искал я. Ну что, нашел что-то по своей санки-магии? – Сангвимантии, – смеясь, поправил его Роланд. – Да. Эграссель мне помог. Эграссель кивнул Маэдросу, коротко поздоровавшись. Они не были близко знакомы, но иногда пересекались по долгу работы. В такие моменты он просто не мог не засматриваться на необычный вид полукровки: длинные шелковистые рыжие волосы, костром переливающиеся на свету, и пронзительные голубые глаза… Эграссель завидовал белой завистью. Его внешность была совершенно обычной для эльфа – как внешность Роланда для людей. – Маэдрос, – опомнившись, окликнул его Эграссель. – Ты сказал меня ищет Ло… Где ты его видел? – На выходе из академии поймал, – пожал плечами полукровка. – Я так рад, что он восстановился! Нечего такому таланту без дела пропадать. Они знакомы?.. Эграссель снова кивнул. Он тоже был рад за своего друга, особенно учитывая обстоятельства, при которых он пришел к этому решению. – Прошу прощения, но я должен идти. Не буду заставлять его ждать… Был рад познакомиться, Роланд. – Мне тоже очень приятно познакомиться, – ответил человек. – Спасибо за помощь! Эграссель быстро собрал книги, которые ему были нужны для своих исследований. Он быстро направился к выходу, оставив Роланда и Маэдроса позади. Выйдя из библиотеки, Эграссель отправился на поиски Лололошки. Долго думать и бродить не пришлось, они столкнулись прямо на главной площади. – Лололошка? – Словно не доверяя своему зрению спросил Эграссель. – Эм..? А! Эграсса! Я как раз тебя искал… Да. Инертность и вялость в человеке мгновенно исчезли, словно он только что не смотрел себе под ноги стеклянными глазами. – Я знаю, – Эграссель нахмурился, заметив мешки под глазами Лололошки. За моим режимом следит, а сам не спит ночами! Ну и где справедливость? Лололошка тем временем, глупо моргая, смотрел на Эграсселя, ожидая пояснений. Эльф тут же спохватился: – Я встретил Маэдроса, он сказал, что ты меня ищешь. Лололошка протянул понимающее "м". Эграссель покачал головой и сделал несколько шагов вперед, после чего остановился, развернувшись к человеку. Этот молчаливый призыв был понятен без слов. Лололошка, словно повинуясь невидимой нити, последовал за ним. – Ты выглядишь уставшим, – сказал Эграссель, когда Лололошка поравнялся с ним. – Я в порядке, – покачал головой он. – Сегодня просто засиделся немного… Эльф чувствовал, что ему что-то недоговаривают, но допытываться не стал. – Не беспокойся обо мне, – улыбнулся Лололошка, одной фразой пресекнув все дальнейшие расспросы о своем состоянии. Эграссель вздохнул. Он не мог объяснить почему от этих слов так неприятно кольнуло в груди. До дома Эграсселя они добрались довольно быстро. Внутри их встретил теплый свет и легкий травянистый запах. Эграссель, сняв теплый плащ, тут же прошел на кухню, чтобы заварить чай. Вскоре эльф и человек сидели друг напротив друга. Эграссель наблюдал, как Лололошка делает осторожный глоток чая, и видел, как расслабляются его плечи, а напряжение постепенно покидает лицо. Они молчали. Каждый думал о своем. Однако тишина не была гнетущей. Эграссель перевел взгляд в окно, где ветер беспощадно срывал кусочки теплого огня с деревьев и разносил их по городу – под ноги прохожих… Почему-то снова вспомнился тот полукровка. Не желая мучить себя удручающими мыслями, Эграссель отвернулся от окна и заметил, что Лололошка, который тоже смотрел за стекло, часто щурится, чтобы что-то разглядеть. Кажется, у Ло с непривычки упало зрение… Это лечится на раз-два, но не навсегда. Эграссель чувствовал в этом и свою вину, поэтому решил, что должен что-то с этим сделать… В алхимию он точно не полезет, остаются артефакты и инженерия. Точно, Гуах! Багрянник был отменным инженером, способным умело комбинировать разные области с механическими проектами. Если Эграссель сможет сделать подобный чертеж, то сможет обратиться к Гуах'ткш'кхтару за помощью. Осталось найти способ убедить его помочь...