Притяжение

조롱

      — Со Джун! Она опять взяла мое платье! Со Джун, скажи ей уже! — притворно захныкала супруга моего брата, безуспешно пытаясь обратить на себя его внимание. — Я ей столько раз говорила, что нечего брать мои вещи без разрешения, а она все пропускает мимо ушей!       Еще год назад это злосчастное черное платье со стразами, едва доходящее до середины бедра, было моим, но Да Ын бессовестно его приватизировала, утащив в свой шкаф после стирки. Отыскав утром это платье в ворохе ее мятых вещей, изрядно поеденных молью, я забрала его обратно и намеревалась пойти в нем на работу. Нам Гю как раз предупреждал, что на ВИП-комнату упала бронь. Перед особо состоятельными гостями я предпочитала выглядеть соблазнительно, чтобы повысить их расположение и произвести нужное впечатление.       — Со Джун! — Да Ын топнула ногой, но брат, увлеченный игрой, так и не повернулся в ее сторону. Подошва розового резинового тапочка женщины неприятно скрипнула, заставив меня скривить накрашенные губы.       Брат лениво сдвинул с уха массивный наушник и, не отвлекаясь от изогнутого монитора, на котором высветилось окно с обратным отсчетом до начала матча, ответил:       — А тебе жалко?       Я довольно улыбнулась. Безразличие Со Джуна сыграло мне на руку. Он терпеть не мог наши с Да Ын перепалки и предпочитал их игнорировать.       — А если она его запачкает, разольет на ткань алкоголь? Что я тогда делать буду? — Да Ын надула губы, как обиженный ребенок. — У Хе Вон и своей одежды хватает… Как жаль, что у нас одинаковая фигура! Твоя сестра эгоистка и нахлебница.       Пускай телосложение у нас с Да Ын и одинаковое, но рост разный. Я была куда выше миниатюрной женщины, поэтому мои вещи на ней висели. Но этот факт не мешал ей периодически меня обворовывать.       — Пойдем от обратного, Да Ын. Я работаю в ночном клубе, поэтому должна одеваться откровенно, чтобы нравиться гостям, а тебе наряжаться так некуда. Не гулять же с маленьким Мин Хо в коктейльном платье, верно? — произнесла я, облокотившись о дверной проем, чтобы лишний раз подчеркнуть в глазах Да Ын насколько мне идут красивые вещи. Платье выгодно облегало талию и визуально удлиняло ноги.       Я не злорадствовала, а говорила по фактам, но мои слова все равно задели уязвленное самолюбие женщины. После рождения Мин Хо ее социальные взаимодействия с внешним миром снизились до общения с продавщицей в ближайшем круглосуточном и разговоров ни о чем с такими же, как она, молодыми мамами.       — Ты такая противная! Да когда же ты от нас уже съедешь, Хе Вон? — истерично воскликнула Да Ын. — Мин Хо скоро будет нуждаться в собственной комнате. Негоже мальчику все время с родителями спать. Нам с Со Джуном нужно и наедине время проводить, верно я говорю, Со Джун?       Со Джун предпочел виртуальный мир реальному, и я не имела права его за это осуждать.       По правде говоря, квартира, в которой мы жили вчетвером, досталась нам с братом от родителей вместе с ипотечным счетом на круглую сумму. Со Джун делил комнату со своей женой и маленьким сыном, а я ютилась в неком подобии гостиной на жестком диване. Да Ын постоянно повторяла, что хочет сделать перепланировку, чтобы отделить мое пространство от кухни стеной. Ну, как мое… Будущую комнату ее ненаглядного и перекормленного Мин Хо, который обязательно вырастет избалованным потребителем с таким-то воспитанием.       — Да Ын, да будет тебе. Хе Вон вернет тебе платье завтра, — спокойно ответил брат, пытаясь сосредоточиться на игре. — Не мешай мне, пожалуйста. От этого матча многое зависит!       Он заклацал масляными после снэков пальцами по мигающей неоновым свечением клавиатуре, направляя своего персонажа в бой.       — Ты опять играешь на деньги? — вскрикнула Да Ын. На ее переделанном пластическими хирургами лице проступили красные пятна от гнева. — Твой киберспорт это самая настоящая чепуха! Почему ты в голову себе не вобьешь, что деньги зарабатываются на настоящей работе, а не на тупых играх?!       Почувствовав, что можно ретироваться, я аккуратно проскользнула в коридор, подхватила свою сумку и, нарочно, громко хлопнула дверью на выходе. Мин Хо точно должен был проснуться, если не от криков Да Ын, то от моей шалости. Уже на улице я услышала его плач через открытое окно балкона, где он ранее спал в коляске. Настроение значительно улучшилось.       Работа в ночном клубе «Пентагон» приносила достаточно денег для комфортной жизни, но большую часть из них я тратила на закрытие баснословного кредита за учебу в США. Я успела сотню раз пожалеть, что повелась на грезы школьной подруги о роскошной жизни в штатах. В отличие от меня, ей повезло — подруга вышла замуж за горячего калифорнийского серфера, родители которого были состоятельными адвокатами, а я вернулась в Корею с дипломом на руках и без цента в кармане. О нашей валюте и говорить смысла нет.       Американский диплом психолога не котировался в государственных и ряде частных клиник, именно поэтому я была вынуждена ежедневно тухнуть в метро по пути на работу, имеющую лишь косвенную связь с полученной профессией. Как менеджер зала и правая рука управляющего, я следила за порядком в клубе, координировала персонал и общалась с гостями, поддерживая нужную атмосферу и повышая клиентскую лояльность.       Такой теплой осенью, как эта, легкие порывы ветра не вынуждали вздрагивать от едва ощутимого холода, пробегающего по открытой коже мурашками. Время шло к вечеру, поэтому солнце медленно опускалось за небоскребы, окрашивая безоблачное небо над Сеулом в приятный глазу оранжевый оттенок. Я спешила к станции, чтобы спуститься под землю и сесть в поезд, но перед заходом в метро заскочила в круглосуточный, где купила себе энергетик со вкусом манго и гуавы. Щелкнув ключиком, я открыла жестяную банку и сделала пару глотков прохладного напитка.       По пути на работу я все равно задремала в вагоне метро.

공포의 냄새

      Центр встретил меня толпой разодетых в костюмы гуляющих и косплееров с налаченными париками. Хеллоуин. Я любила этот праздник, и отмечала в студенчестве, когда училась в штатах.       У входа в «Пентагон» образовалась очередь, но охранник пропустил меня в обход, как сотрудника. По крутой лестнице я спустилась в темное подвальное помещение с красной подсветкой и бархатными диванами по углам, где располагался танцпол по центру и стояла длинная барная стойка возле двери в подсобные комнаты. Диджей настраивал аппаратуру, официанты, бегло поприветствовав, отчитались, что подготовили столы и натерли посуду. До открытия оставались считанные минуты.       — Эй! Хе Вон, — обратился ко мне через стойку бармен, исколотый татуировками с головы до ног. — Списания за вчера я направил на почту. Подтвердишь, что получила?       — Да, не беспокойся, — кивнула я. — Чуть позже этим займусь.       Взяв в руки рабочий телефон с разбитым экраном, я намеревалась начать прозванивать гостей, но бармен меня отвлек.       — Нам Гю просил тебя зайти к нему в кабинет, — передал он, переставляя бутылку бурбона. — И кстати, кто-то вчера похерил шнур от твоего ноута. Возьми запасной на складе.       Я закатила глаза.       — Кажется, я догадываюсь, кто сломал зарядку.       Бармен виновато пожал плечами.       — И этот кто-то совсем скоро подарит тебе новую.       Пройдя узкий коридор для персонала, я едва не столкнулась с двумя барбеками, которые тащили в зал коробку с бутылками клубничной соджу, и зашла в кабинет Нам Гю. Комнату без окон, пропахшую марихуаной и кислым ароматическим диффузором. Плазма на стене транслировала записи с камер видеонаблюдения, поэтому я бегло взглянула на расходящихся по залу гостей в цветастых костюмах. Сам управляющий развалился на мягком кресле, закинув ноги на стол, и что-то внимательно читал на своем айпаде, чехол которого был обклеен стикерами с черепами и логотипами разных брендов.       — Привет, Нам Гю. Хотел меня видеть? — поздоровалась я, занимая крутящийся стул рядом с рабочим столом начальника.       Сузив глаза, Нам Гю оценивающе прошелся взглядом по моему платью, а после цокнул языком.       — Старому ублюдку понравится.       — Опять пришли спонсоры? Какой группы на этот раз? — уточнила я.       В «Пентагоне» часто проводились неофициальные встречи между менеджерами кпоп агентств и щедрыми бизнесменами, которые были только рады отмыть деньги под видом поддержки начинающей группы. Таким гостям еду и напитки выносила только я, заменяя официанток.       — Так и не вспомнить, но это не постоянники. Трое мужчин, — Нам Гю отложил айпад на стол и потянулся, как только что проснувшийся кот, хрустнув позвонками. — Я пустил их еще до открытия. Двое сразу попросили пригласить к ним танцовщиц, а третий сидит один в випке, попивая ром. Он на тебе. Не хочет, чтобы наши девочки его развлекали.       — Это все, что ты хотел мне сказать? — я удивленно изогнула тонкую бровь. — Важный гость отказался от привилегии облапать танцовщицу. Экая невидаль.       Нам Гю неоднозначно покачал головой, подбирая слова.       — Мне сегодня нужно уехать из города. Где-то на неделю, — не вдаваясь в подробности, ответил Нам Гю. — Клуб на тебе и барменеджере.       — Командировка?       — Нет, личное.       Беседа не задалась. Обычно мы с Нам Гю накуривались перед сменой, обсуждали рабочие моменты и расходились по своим делам, но в этот раз все сложилось иначе. Управляющий не выглядел напряженным, но я чувствовала, что он нервничает. Мы не были теми, кто по трезвости мог открыть другому душу и выговориться, а за три года совместной работы Нам Гю научился меня обманывать, зная, что я по языку тела могу «читать» настроение человека.       — Это все, что ты мне скажешь? — дерзко повторила я.       — Когда я вернусь, то обязательно выдам тебе премию за самое панибратское отношение к начальству, — хитро улыбнулся Нам Гю. — Съедешь, наконец, от своей конченой семейки.       — Настолько большую премию? — не поверила я. — Ну-ну. Я за вечер стрясу с гостя больше, чем ты мне предложишь, спорим?       — Почему нет? Спорим!       В голосе Нам Гю проскользнула опасная азартная нотка. Мы пожали друг другу руки. Ладонь Нам Гю была холодной.       Нам Гю около получаса объяснял мне, что следует делать и не делать в его отсутствие, а после быстро собрался и покинул клуб через черный вход, оставив меня за главную.       Прежде чем навестить гостя в ВИП-комнате, я налила за баром два бокала игристого, чтобы задобрить незнакомого человека. В напитки бросила по ягоде клубники и по два кубика льда. Громкие басы долбили по ушам, заглушая радостные крики посетителей и нелепый флирт парня в костюме Человека-Паука, которому я была вынуждена улыбаться через силу.       Постучав ноготками по двери, приличия ради, я проскользнула в ВИП-комнату, оставшись наедине с гостем. Благо, что музыка из зала не была здесь слышна, и можно было нормально разговаривать. Мужчина в сером костюме вальяжно расселся на кожаном диване, а его лицо скрывала от меня золотая маска в виде морды хищной дикой кошки. Позади него в аквариуме во всю стену плавали серебристые не менее хищные рыбы с выпирающими клыками. Нам Гю любил кормить их сырым мясом с кровью на глазах у особенно искушенных гостей.       — Добро пожаловать в «Пентагон», господин, — промурлыкала я, протягивая мужчине бокал. — Меня зовут Пак Хе Вон. Как я могу к вам обращаться?       — Большой Кот, — хмыкнул гость, принимая угощение.       Я села в метре от него, скрестив ноги, и сделала глоток шампанского.       — Позволите, госпожа Пак, обращаться к вам немного иначе? — с усмешкой в голосе спросил Большой Кот.       — Как пожелаете, — кивнула в ответ я. К подобным просьбам у меня давно выработался иммунитет.       Сладкая, дорогая, красотка… Я буду для тебя кем угодно, лишь бы ты ко мне не прикасался.       — Хорошо, номер Тринадцать. Я рад, что мы так быстро нашли общий язык.       Внутри меня все похолодело. Я с трудом подавила тревогу и натянула на губы улыбку, сделав выражение лица легкомысленным. Глупым, я бы сказала, но в качестве защитного механизма необходимым.       А может… Это просто совпадение?       — Какое забавное прозвище, — с наигранным кокетством произнесла я, покрутив пальцами тонкую ножку бокала. — Так меня еще не называли.       — Да будет вам, номер Тринадцать! К чему это притворство? — мужчина хлопнул в ладоши, заставляя меня неуютно поежиться.       Выстрелы.       Крики.       Кровь.       В памяти ярко вспылили события четырехлетней давности, преследовавшие меня долгие месяцы в самых страшных кошмарах, от которых я просыпалась в холодном поту.       Кто этот человек? Откуда он знает, что я участвовала в той кровавой игре на выживание? Глупо было полагать, что такое прошлое однажды меня не догонит, заставив столкнуться с последствиями.       — Хм, действительно, — подумав, согласилась я. — К чему?       Мой риторический вопрос остался без ответа, как я и предполагала. Большой Кот потянулся к меню, но быстро потерял интерес, перелистав несколько глянцевых страниц. За это время мой мозг выдумал около десятка теорий насчет истинной цели его визита. Большого Кота не интересовал клуб, не волновало общение с «коллегами», ему нужна была я — игрок номер Тринадцать, Пак Хе Вон, вышедшая из игры по итогам голосования после первого раунда.       — Номер Тринадцать, как и вы, я имею непосредственное отношение к играм, — медленно начал Большой Кот, смакуя каждое слово.       Он наслаждался моим удивлением.       — Вы победитель? — в лоб спросила я.       — Нет. Я тот, кто инвестирует в победителей, — опасно произнес он. — И я хочу, чтобы вы стали моим чемпионом в следующих играх.       Во рту пересохло. Я сделала еще один глоток, чтобы прочистить горло. Знай я, как все сложится, то взяла бы целую бутылку.       — Извините, господин Большой Кот, но я все еще не понимаю, — сказала я. — Вы хотите, чтобы я снова поучаствовала в тех играх?       — Да. И вышли в финал, номер Тринадцать. Вышли в финал победительницей, — самодовольно продолжил мужчина. — Сверху обещанной награды я вам доплачу еще половину.       Деньги огромные, но не в них дело. Если четыре года назад после первого раунда погибло столько человек, то страшно было подумать, сколько людей лишились жизни потом. Шанс выиграть был мал. Крайне мало возможен.       — Почему я? — вопрос логичный.       — После вашего ухода многие игроки вернулись. Игры продолжились, и победитель, игрок 456, забрал свою награду. Сахарные соты, перетягивание каната, марблс, стеклянный мост и… «Игра в кальмара», — Большой Кот перечислил игры, в которые играли после моего ухода. — Это было любопытным зрелищем, но мне хочется большего. Хочу сделать ставку на вас, номер Тринадцать, и провести вас к победе.       Понятно. Мужчина не собирался озвучивать причину и говорил поверхностно, но я понимала, что не смогу ему отказать. Влияние подобных ему было огромным, поэтому, в случае отказа, мужчина мог бы запросто испортить мне жизнь. Возможно я была не первым игроком, кого он вынуждал вернуться.       Он вытащил из кармана складной нож и положил его на столик возле меня.       — Когда вы проснетесь в общежитии, он будет лежать в вашем кармане, — заверил меня Большой Кот. — Владеете холодным оружием? Ох, что же я такое говорю! Конечно же владеете.       Он знал. Знал, что случилось со мной в Лос-Анджелесе.       — В чем ваша выгода? — скрыв дрожь в голосе, уточнила я.       — В наслаждении. Удивите меня, номер Тринадцать, и я вам помогу выиграть, а взамен попрошу лишь самую малость, — из-за золотой маски я не могла видеть его самодовольной улыбки. — Убейте игрока номер Один, когда вам предоставится такая возможность. Подставьте в игре, прирежьте ночью — мне дела нет. Главное это результат.       Я догадалась, что у него могли быть личные счеты к этому игроку, либо же он стал «чемпионом» ему подобного инвестора. Ввязываться в подпольную игру влиятельных шишек мне не хотелось вдвойне.       — А если он погибнет во время игры без моего вмешательства? Это засчитается?       — Поверьте, номер Тринадцать, ему это не грозит. Первый номер будет опасным игроком.       — Это выбор без выбора, господин? — почти смирившись, спросила я.       — Вы все правильно поняли, номер Тринадцать. Но я бы назвал ваше возвращение вторым шансом, — Большой Кот забрал нож, но на его место положил визитку с номером телефона. — Очень надеюсь, что вы сможете меня развлечь.       Пальцы не слушались. Я с трудом подцепила визитку с знакомыми знаками и повертела в ладони.       — Мне хватит пары дней, чтобы найти в интернете все детские игры и попрактиковаться, — рассудила я. Слабое преимущество, но, я уверена, не последнее.       — Сожалею, но у вас этого времени нет. Игры вот-вот начнутся, — ответил мужчина. — Так что, каков ваш положительный ответ, игрок номер Тринадцать?       Пошел к черту.       — Хорошо, давайте сыграем.