Редакция

На подходе в модераторскую рубку Чайлд останавливается, вызывая гневный толчок в бок от Странника и немой вопрос «какого черта ты остановился?». А новоиспеченный корреспондент на ленте просто действительно подбирал слова, с которыми он зайдет в кабинет. Справедливости ради, тут он ни разу не был, так как сюжеты, которые он писал, проверял шеф-редактор и писал ему в личные сообщения, если нужно было что-то исправить. И все это происходило до того, как текст начитывался, а после шел в выпуск новостей. С новостями на ленте такого нет. Вернее, есть. Только вместо шеф-редактора тут, видимо, Скарамучча. И ему-то Чайлд не догадался показать написанную новость. Желание выполнить назначенный дедлайн и показать, что он готов к реальности ленты, в тот момент играли в Чайлде громче, чем громовой голос мыслей о последствиях. – Ты думаешь, новость сама себя исправит? – Странник скрещивает руки на груди, стоя за спиной Аякса, – или ты решил молитвы прочитать? – Отвали, я думаю, как более вежливо попросить исправить. – Заходишь и искренне признаешься, что ты идиот, что это твой последний день работы тут и что ты всем принесешь выпить, если они разрешат исправить новость. – Буднично советует Странник. – Зачем вообще существуют модераторы, если они ненавидят свою работу? – Затем, дурака ты кусок, что они проверяют все: от радиоэфиров, в том числе и прямых, до финальных вариантов твоих идиотских сюжетов, которые уже смонтированы в выпуск новостей. А текстовые новости они не любят править, потому что их в целом перепроверяют сами корреспонденты на ленте да и у модераторов нет под рукой исходной новости, о которой пишется, чтобы проверить на правдивость фактов или точную информацию. – Странник не понимает, для какой цели сейчас играет в википедию, и это его начинает раздражать. А у Аякса натурально отвисает челюсть. Он и не задумывался, что есть целый отдел, который держит на контроле буквально все, что выпускает редакция на всех уровнях. Вопросы в его голове рождаются сами собой. – А что они делают, если в прямом радиоэфире что-то идет не так? – Прерывают эфир и без объяснения в наказание ведущим включают ультразвук в наушниках. – Реально что ли? Это жестоко. – Ты, блять, совсем тупой? Как можно скорее сообщают им об ошибке, чтобы они либо быстро исправились прямо в эфире при удобном случае, либо вообще закрыли тему, о которой в корне говорят неверно. Странник сводит брови, корча ни то разочарованное лицо, ни то страдальческое, и падает лицом в ладонь. Неужели Аяксу настолько неизвестны тонкости работы в редакции и какой отдел за что отвечает. – Так все, ты меня достал. Иди. – Скарамучча не дожидается никакой реакции Аякса и просто толкает его в дверь модераторской рубки. Чайлд неловко заваливается в кабинет, в котором царит полное молчание за исключением щелчков мышек, клацанья клавиатур и тихого шума голоса из наушников. Пока выглядит не так враждебно, как говорит Скарамучча. Аякс смотрит на Странника, не зная, к кому из сидящих за мониторами людей можно подойти. В ответ лишь получает надменное пожимание плечами. Чайлду хочется просто выйти из кабинета, но он пересиливает себя и вновь окидывает кабинет взглядом. На их приход никто не обратил внимания. И в этом весь ужас – значит, все заняты. Но тут Странник пихает его, кивая в сторону, указывая на модератора. Около окна сидит молодой человек с белыми волосами, красиво убранными в косичку на затылке. Он выглядит спокойно, бегая глазами по экрану компьютера, и, по крайней мере, наушники у него покоятся на плечах, а значит, он ничего сейчас не слушает. Чайлд решает рискнуть и направляется к чужому столу. – Здравствуйте, прошу прощения, я могу попросить у вас о просьбе? – Начинается Аякс, стараясь держать, как можно более легко и непринужденно. – Такое дело, я немного намудрил с новостью на ленте. Могу я попросить вас помочь мне исправить мои ошибки? Чайлд чуть не зажмурился после своих слов, ожидая, что в него направят дуло пистолета и незамедлительно выстрелят. – На колени. – Парень за монитором, не меняясь в лице, и не поворачивает головы в сторону говорящего. Аякс в удивлении вскидывает брови, пытаясь понять, послышалось ли ему или нет. – Что, простите? – Оглох? На колени. Аяксу кажется, что он попал в какой-то дурной сон, где он должен умереть от стыда. Неужели Странник это все не в шутку говорил, и тут действительно нужно будет умолять так. А Скарамучча стоит в дверях, уперевшись в дверной косяк плечом, и наблюдает, ожидая представления. Чайлду кажется, что он сейчас находится вовсе не в своем теле, когда наклоняется и сгибается в коленях, упираясь ими в холодный пыльный линолеум. Язык перестал слушаться от неловкости, и он не знает, как ему повторить свою просьбу и стоит ли вообще лишний раз напомнить о своем присутствии. – Я… Хотел попросить, – все же начинает говорить, бегая взглядом по колесикам кресла. – Да-да, я понял, исправить новость на ленте. Что нужно сказать после такого? – Молодой человек за столом вновь не смотрит на Чайлда, только склоняет голову набок, чтобы его было лучше слышно снизу. – Больше такого не повторится? – Скорее не просит, а спрашивает Чайлд, пытаясь осознать весь сюрреализм происходящего. – Неверно. Чайлда охватывает паника, и он разворачивается в поисках Странника. А тот все также стоит в дверях и улыбается, поджимая губы. Что вообще происходит? Не может быть, что такая дедовщина существует в одном из крупнейших издательств Тайвата. Да что там в издательстве – в современном мире, черт возьми. – Ну же, простое уважение, которое начинается с буквы «П». – Молодой человек в первый раз скашивает глаза вниз, смотря на Чайлда почти серьезным, но флегматичным лицом. – Прошу? – Чайлд начинает нервно вспоминать все слова, чтобы попасть в точку. Ему это кажется не просто допросом, а началом какой-то эротической сессии. Но это же не может быть правдой. Да что вообще происходит в кабинете прямо сейчас. Почему никто не видит этого беспредела? А самое главное – почему он все еще на коленях и умоляет?! Отрицательный кивок головой в ответ на догадку Аякса. – Помогите? – Чайлд решает помыслить логически. Он же действительно пришел сюда с просьбой о помощи. Да что там, он уже так и сказал! На чужом лице появляется улыбка и слышится усмешка, но голова все также кивает отрицательно. – Папочка? – Выдает Чайлд уже просто от глупости всей ситуации и полного оцепенения мозгов. За спиной вдруг раздается громкий смешок, который резко подхватывает весь кабинет. Аякс быстро крутит головой, замечая согнувшегося пополам Странника и других сотрудников модераторской, которые кто как сдерживает гогот, прикрывая лица руками. – Пожалуйста! Все-все поднимайся, – сквозь смешки и попытки их сдержать говорит беловолосый парень, около кресла которого остался сидеть Чайлд. – Это было всего лишь «пожалуйста». Модератор говорит это и не может сдержать смех. Аякс поднимается с пола, все еще слабо соображая, что сейчас вообще произошло, но видит подошедшего Странника. – Бедо, это было лучшее представление. Если бы я не раскололся в конце, думаю, Аякс остался бы тут до утра. – Какого хрена это все? – Аякс смотрит то на Бедо, то на Странника, которые утирают уголки глаз от слез. – Я же говорил, что сюда нужно приходить умолять. Но я не думал, что ты настолько вживешься в роль. – Странник фыркает смехом в кулак. – Папочка? Серьезно? Альбедо теперь пожизненно весь кабинет так называть из-за тебя будет. – Не вижу ничего плохого! – Крикнул кто-то из-за монитора, и снова все разразились хохотом. Атмосфера в их коллективе теперь казалась более дружной, чем себе представлял Аякс. – Странно, что эту тенденцию запустил не ты, Скар. – Снова буднично, но с каким-то подтекстом говорит Альбедо. – Сходи на перерыве передерни на меня, ладно? Разрешаю. – Странник смешливо отвечает в той же манере и толкает спинку кресла Альбедо. – Что за цирк? – Аякс пытается обратить внимание на себя. – Этим вопросом задаюсь я весь сегодняшний день, как ты пришел в офис. – Что это было? Странник вздыхает полной грудью, прекращая смеяться, и сжимает пальцами переносицу. – Как только мы вышли к модераторам, я написал Альбедо, чтобы тебе устроили сцену. Обряд инициации, если хочешь. – То есть до этого про модераторов – ложь?! – В целом нет. Они и в правду очень занятые, и их лучше лишний раз не тревожить. А вежливо просить нужно всех вообще-то, этому еще в школе учат. Аякс открывает рот, но понимает, что ничего кроме ругательств у него сейчас не получится сказать. Он чувствует, как горят щеки и как по спине бежит неприятная дрожь от факта того, что его сейчас так по-тупому разыграли. Пусть он и выдал последнее слово на букву «П» тоже больше из шутки, но почему-то сейчас он пожалел, что вообще решил пошутить. – Итак, ваша новость? Про козу? Она? – Альбедо открывает сайт, где есть возможность редактировать новость. Странник облокачивается на спинку стула Альбедо и положительно угукает. – Да. – Кисло подтверждает Аякс и достает из кармана стикер с пометками ошибок. – Можно? – Конечно. – Альбедо улыбается и встает, приглашая Аякса на свое место. Если так посмотреть, модератор выглядит вполне адекватно и доброжелательно. Но кто знает, что таится за спокойным лицом? И что за странные у них взаимоотношения со Странником? Эти вопросы вертелись в голове у Аякса, пока он исправлял новость. Альбедо и Скарамучча отошли к кулеру и непринужденно о чем-то болтали, не проявляя друг к другу никакой лишней активности. Урывками диалога Аякс понял, что они обсуждали работу и ничего больше. А коллега вообще-то ему обещал, что будет наблюдать соколом за тем, как Чайлд все исправляет. Почему-то он чувствует обиду. Спустя пару минут Аякс заканчивает исправления и подходит к Страннику. После они вместе пробегаются по тексту, и Скарамучча остается спокойным за новость. Он прощается с Альбедо, а Чайлд просит больше его без явного согласия на колени не ставить. До своего офиса идут молча. Почему-то Аяксу ничего больше не хотелось спрашивать. Ни сколько ему еще сегодня написать нужно, ни о том, как давно Странник с Альбедо знакомы, ни устраивали самому Страннику такой обряд инициации. Скарамучча же выглядел спокойным, будто действительно сцена умоляющего на коленях Чайлда принесла ему удовольствие. В офисе их встретила Мона, которая только приехала с выезда. Девушка улыбалась и разговаривала с какой-то коллегой у своего стола. – Неужели, вернулась? – Странник садится за свое место. – Как ощущения? – Без особого энтузиазма, но с интересом спрашивает Аякс. – Лиза просто чудо – на своей машине нас отвезла до точки, все сняла, мне советов дала, а на обратном пути в кофейню заехали. – Она отходит от чужого стола, а в руках у нее обнаруживается бумажный стаканчик с лого местной кофейни. – Ну просто не выезд, а свидание прям. – Саркастично отзывается Странник. – Мне бы такого напарника. – С грустной усмешкой говорит Аякс. – Ну так возвращайся на выезды. Я тебя на прогулки к кофейному островку приглашать не буду. – А если я тебя буду? – С наигранной слащавостью, граничащей с чем-то противным, дразнит Аякс. – Рыжие идиоты не в моем вкусе. – Да я уже понял, что тебе больше нравятся блондины, которые заставляют вставать на колени. Странник закатывает глаза, собираясь что-то ответить, но тут голос подает девушка. – О, кто-то сходил в гости к модераторам? – Мона отпивает кофе, не давая Страннику выдать очередную колкость. – А ты что, тоже полы коленками протирала? – С надеждой спрашивает Чайлд, повеселев от возможного факта, что не он один так крупно опозорился. – Нет. Но меня запрягли перемыть все кружки в их офисе. А их походу с покупки никто нормально не мыл. Отвратительно. – Щурится Мона, вспоминая свой первый приход к модераторам. – Что? Полы коленками? Это уже как-то через чур. – Этот придурок, когда его попросили назвать уважительное слово на букву «П», вместо «Пожалуйста» выдал «Папочка». Чайлд снова краснеет и лбом падает на сложенные на столе руки под резкий смех Моны. – В целом, не вижу, где Аякс ошибся. – Откашливается от смеха девушка. – Я так-то тоже, но это было уморительно. Он смог задобрить Альбедо. – А разве не ты спец в задабривании Альбедо? – Мона хихикает, глядя на Странника и играя бровями. Аякс поднимается со стола, резко вклиниваясь в разговор. – Почему все сплетни о том, с кем кто спит, прошли мимо меня? – Красные щеки от пережитого акта шутки в модераторской, кажется, стали еще краснее. Аякс сам до конца не понял, почему решил спросить об этом. Какое ему дело? Тем более если Альбедо и Странник всего лишь шутили. Тогда почему Мона сейчас это сказала? Это общий прикол, который Аякс по какой-то причине не знает? – А тебе так интересно? – Странник поворачивается к Чайлду, подпирая щеку рукой. – Я хочу шарить за лор корреспондентов ленты. – Немного смутившись, пытается оправдаться Аякс. – Господи, да не спят они. У Альбедо есть молодой человек. – Заскучавшая от перепалок коллег девушка садится за свое место. – Ну вот, Мона, всю малину обломала! Ему сейчас можно было все что угодно рассказать, а он бы и поверил. – Сокрушенно вздыхает Странник, снова разворачиваясь к своему монитору. Почему-то у Аякса отлегло внутри. Он и сам себе до конца объяснить не может. Возможно, неловкость от сцены в модераторской прошла. А может, информация о том, что у Альбедо есть партнер, как-то успокоила Чайлда. Значит, между корреспондентом и модератором был всего лишь дружеский флирт. И они просто близкие друзья. – А почему Мона тогда сказала, что ты задабриваешь его? – Чайлд, еще один вопрос, и это будет похоже на ревность. – Будничным тоном сообщает девушка из-за своего монитора. – Да нет, я вовсе не об этом. Просто странно тогда выходит, если у Альбедо есть партнер… – Чайлд косится на Странника, который выглядит как обычно скучающим. – Один раз я заказал себе кофейные зерна, которые мне не понравились. Принес их в офис, а кофеварка есть, если ты заметил, только у модераторов. Хотя вряд ли у тебя было время рассматривать интерьер на коленях-то. Так вот Альбедо они очень понравились, и он ходил довольным. – А-а-а. Понятно тогда теперь. Но я так смотрю, все негласно решили, что вы все равно друг друга поебываете? – Твой дедлайн через тридцать минут. – А тебе-то какие зерна нравятся? – Через пятнадцать. – Понял. – Чайлд уже листает ленту с инфоповодами. Странник открывает переписку с Казухой, приступая наконец к расшифровке речи Чжун Ли. И перед тем, как закрыться от любого шума, отвечает: – Ардрави. – И надевает наушники. Чайлд делает вид, что ничего не услышал, но тут же пишет на стикере название, чтобы не забыть. – А мои Ашаван, – шепчет Мона, – ну это так, если вектор интереса изменится. Девушка подмигивает новому-старому коллеге, всем видом показывая, что она что-то поняла, даже если сам Чайлд еще не понял.