Редакция

Чайлд проклял сам себя несколько раз за лишнее любопытство. Зачем он вообще спросил о зернах? В тот момент, очевидно, он подумал, что будет здорово найти и принести их своему коллеге. Тогда он будет добрее, снисходительнее, любезнее. Однако с каждым новым магазином чая и кофе, который обходил Аякс, эта надежда угасала. Будто Странник и тут решил над ним подшутить и вымотать – не было этих зерен, как сквозь землю в бездну провалились. Зато зерен, которые назвала Мона, было во всех вариациях: молотые, дрип-пакеты, капсулы, растворимое. От отчаяния Аякс взял один небольшой пакет «Ашавана», чтобы порадовать хотя бы девушку. Только после покупки осознал, как по-тупому он будет выглядеть, если подарит кофе только Моне. Спросил-то он изначально у Странника. Ну вот, думал, что сделает лучше, а получилось, как всегда. Обойдя еще один магазин, он в отчаянии спросил у консультанта, где в теории может продаваться именно «Ардрави». Мужчина начал распинаться, что у них эти зерна были и вот, какое несчастье, прям вот последние только разобрали, но у магазина есть небольшой филиал, который соединен с кофейней, и, может быть, там еще остались. Чайлд без особого энтузиазма поблагодарил, вбив адрес в картах, и направился в кофейню. Про себя он решил, что это будет последнее место, куда он зайдет на поиски. Странник заходит в пустой офис, когда стрелка часов ровно касается цифры 7. О существовании Чайлда он пытается просто-напросто забыть в этой пустоте рабочих мест. И все же ощущает некое разочарование и злость вместе. Первое абсолютно по непонятной причине, а второе оттого, что, Аяксу, кажется, любая информация влетает в одно ухо, а вылетает из другого. Несколько раз же говорилось, что Скарамучча приходит на работу к 7. Хотя, с другой стороны, может Чайлду и не нужно так рано приходить, это время ведь сам Странник себе назначил. Скарамучча открывает почту, просматривая письма к редакции с пресс-релизами, сообщениями, обращениями и предложениями к публикации. После занимается уведомлениями от сообществ, сразу отметая вчерашние поводы для освещения и те, которые кажутся мелкими. Несколько ссылок без «привет-пока» скидывает в личные сообщения Аяксу, который, судя по цифрам около аватара, был в сети вчера вечером. И зачем этот добрый акт воли сейчас для человека, который должен искать поводы для публикаций сам? Странник хмурится сам себе и пишет новое сообщение, состоящее из одного слова «отпиши.». Если Аякс обнаружит эти сообщения, когда новости уже станут старше трех часов – это будут его проблемы. Спустя полчаса, когда Странник был полностью погружен в прослушивание очередного сообщения от Казухи, на этот раз с речью посла из Фонтейна, в кабинет заходит запыхавшийся Чайлд. И Скарамучча не видит, но в глазах прибывшего на работу коллеги мелькает некое разочарование. Аякс быстро раздевается и молча, не отвлекая коллегу, садится за свой стол. Сообщения Странника оказываются прочитанными тут же и тут же начинают превращаться в новости. На этот раз в черновом варианте в ворде. Скарамучча заметил Чайлда практически сразу, как тот пришел, но внимания уделять ему было некогда. Странно было просидеть минут двадцать в тишине с обычно болтливым коллегой. Синхрон с совещания был расшифрован и вписан в контекст. Скарамучча стягивает наушники и, потягиваясь, поворачивается к Аяксу, но забывает, что хотел сказать. На Аяксе черная обтягивающая безрукавка с высоким горлом, а поверх накинута какая-то сетчатая майка, которая абсолютно не справлялась со своей функцией, как одежды. Странник мог разглядеть красивый рельеф мышц рук и россыпи ярких веснушек на коже. – Ты… – Странник все еще разглядывает оголенные руки и плечи. – Ты каким образом редакцию с гей клубом перепутал? Или тебя кто-то из сотрудников заказал? Аякс допечатывает слово и разворачивается к коллеге полностью и окидывает того взглядом в ответ. А на Страннике все та же рубашка, только без галстука в этот раз. Рукава были закатаны до локтя, а на некоторых пальцах аккуратной черной каемкой виднелись несколько колец. Аякс пожимает плечами. – Дресс-кода у нас нет, на выезды я больше не отправляюсь, так что, – Чайлд, будто задумываясь, смотрит куда-то вверх, – а ты знаешь, как выглядит контингент в гей клубах? Отдыхаешь там? – Да нет, просто ты выглядишь, так, будто… Дверь в кабинет открывается, и Скарамучча не успевает договорить, как Мона вместо приветствия громко и со смехом заканчивает предложение: – Я тебя сейчас трахну, Чайлд Аякс Тарталья. – Девушка продолжает смеяться, когда вешает верхнюю одежду. – Что же с тобой сделал всего день на ленте? Это влияние Странника? Или это для Странника? Чайлд смешливо фыркает в сторону, почему-то уколовшись смущением, но вновь обращается к Скарамучче. – Смотри-ка, девушкам тоже нравится. – И победоносно складывает руки на груди. – У Моны просто плохой вкус. – Странник закатывает глаза, стараясь смотреть куда угодно, только не на веснушки на плечах, которые остаются видными сквозь майку. – О, я тебя умоляю. Это у меня плохой вкус? Чайлд, как мне кажется, очень даже хороший. Особенно, когда одежда так хорошо подчеркивает его достоинства. Мона поворачивается через плечо и подмигивает корреспонденту, получая в ответ шутливый воздушный поцелуй и смешок. Скарамучче захотелось закатить глаза так глубоко себе под лоб, как только бы это было бы возможно с анатомической точки зрения. – Да если бы он хотел подчеркнуть свои достоинства, то ему стоило прийти без штанов. – Странник не сразу замечает, что колкость пошла не совсем по плану. – Судя по количеству мозгов, весь вес ушел туда. Чайлд решает запомнить только первую часть сарказма Странника, но на вторую язык сам потянулся отшутиться. Однако это был почти комплимент от коллеги. – А по такой логике, если ты намного умнее меня, то… – Никто не жаловался, Чайлд. – Перебивает зеркальную шутку Странник. – Их уже просто нет в живых, Аякс. – Громко шепчет коллеге Мона. – Они все умирали от смеха или их убивал он своими же руками, чтобы никому не рассказали об увиденном, –девушка сменяет заговорщицкий шёпот смехом, но тут же ойкает. В нее прилетел орфографический словарь в бумажном переплете прямо из-за стола Скарамуччи. Чайлд не сдерживает смеха, глядя, как Странник пытается всем своим видом показать, что для него его коллеги пустое место и сейчас он сидит в кабинете один. Может быть, Аякс не отказался быть в списке смертников. Но эту мысль он не озвучивает, а в оправдание самого себя ему думается, что это проснувшийся чисто человеческий интерес. Кому же из коллег верить? Новости, которые отправил Странник, Чайлд отписал и переотправил ему в личку на проверку. Чайлд думал, что получит ответ если не сразу же, то через минуту максимум. Однако ответ от коллеги не поступил ни через минуту, ни через пять, ни через десять. Любой другой корреспондент, даже стажер или студент на практике в издательстве, не стал бы сидеть все это время без дела. Однако Чайлда будто по рукам и ногам сковало после вчерашнего инцидента – приступить к написанию другой новости он боялся. Вместо этого он просто смотрел, как Странник работает. Как его руки двигаются над клавиатурой, как на сосредоточенном лице хмурятся брови, как губы в шепоте вторят написанному на экране тексту. Очевидно, коллега был очень занят, и по какой-то причине Аякс не хотел нарушать его рабочее спокойствие. Странник и в правду не хотел, чтобы Чайлд его отвлекал. Скарамучча всего лишь расстегнул пару верхних пуговиц рубашки, чтобы было легче дышать, и почти художественно разминал шею, наклоняя голову в разные стороны, прикрыв глаза. Он всего лишь легко прикусывал себя за губу, когда читал про себя посты и новости. Он всего лишь знал, что Чайлд смотрит на него, и, конечно, он увидел сообщения, которые он ему отправил десять минут назад. – Чайлд, – Странник все еще смотрит на экран, когда зовет коллегу, – подойди сюда. Аякс неловко отводит глаза, будто бы коллега поймал его на наблюдении. И угукает, стараясь не сразу подорваться со своего места, создавая вид занятости. Он подходит к креслу Странника, наклоняясь. – Да? – Чайлд смотрит на количество вкладок и открытых документов. – Если ты думаешь, что у меня на первом месте в списке дел – проверка твоих новостей, то ты глубоко заблуждаешься. – Странник открывает переписку с коллегой. – Но ведь без твоей проверки я могу снова оказаться на ковре у модераторов. – Чайлд наблюдает, как Странник в пару кликов копирует сообщения и переносит в документ для проверки. – А минусы будут? – Скарамучча усмехается, начиная читать. – И все же тебе понравилось за этим наблюдать? – Чайлд опирается на спинку стула коллеги. – Не говори мне под руку. За этим понравилось наблюдать всему отделу модераторов. В этот раз объяснение недочетов вышло более спокойным. По сравнению с прошлым уж точно. Чайлд справляется без судорожных записей на стикере, запоминая советы и правки. Единственный момент, на котором они оба зависли, – это переформулировка и поиск более удачных слов в предложении лида новости, который идет сразу после заголовка. Чайлд усиленно думал, а Странник быстро нашел замену и просто ждал, когда коллега первый подаст голос – не все же за него придумывать. Аякс устал стоять в наклоненном положении и не нашел ничего лучше, чем просто положить подбородок на темную макушку, продолжая думать над возможной заменой. – Ты сдурел? – Странник реагирует молниеносно. – Я еще думаю. – Иди подумай за своим рабочим местом. Я тебе не подставка. Скарамучча на пару сантиметров склоняет голову и резко поднимает ее на уровень выше, чем она была, сталкиваясь с подбородком Чайлда. Коллега ойкает, потирая ушибленное место. Странник оборачивается к нему, окидывая взглядом. А после поднимается, оказываясь близко. – Когда я вернусь, то жду обе новости в исправленном виде. – Взгляд лишь на секунду задерживается на уровне грудных мышц коллеги, обтянутых черной тканью. Чайлд склоняет голову чуть вбок, встречаясь с чужими глазами. На лицо ползет почти довольная улыбка. – Мне их сразу загружать на сайт? – В таком виде из модераторской папочка Альбедо тебя точно просто так за «пожалуйста» не выпустит. – Но ты же внес правки только что. – Аякс смотрит ниже глаз коллеги, замечая разлет ключиц под расстегнутыми пуговицами. – Это не значит, что я в тебе уверен. – Странник показательно тянется к вороту рубашки, застегивая. Скарамучча легко толкает коллегу плечом, проходя мимо. Он снимает верхнюю одежду с вешалки и выходит из кабинета, оставляя Чайлда наедине с неисправленными новостями. Чайлд провожает его взглядом, пытаясь разобрать, что между ними только что повисло в воздухе, кроме парфюма Моны. Кстати говоря, о девушке. Аякс возвращается к своему рабочему месту и достает купленный им небольшой пакетик зерен «Ашавана» и направляется к столу коллеги. – Держи, – Чайлд ставит подарок около ее клавиатуры. Мона тут же отвлекается, поднимая довольный взгляд на Аякса. – Спасибо, но что-то мне подсказывает, что твоя изначальная цель была не во мне. – Считай, это благодарностью за комплимент про мои достоинства, – Чайлд неловко фыркает в сторону, отводя взгляд. – А «Ардрави» нашел? – Чтоб я еще раз что-то у него спросил вообще. – С наигранным страданием отозвался Аякс. Мона смеется и понимающе похлопывает коллегу по предплечью. Остаток рабочего дня проходит относительно спокойно. Чайлд исправляет свои недочеты, загружает их в систему, ищет новые поводы, пишет, исправляет, иногда наблюдает за работой Странника со своего места и так по кругу. Он все еще не может выполнить нужную ему норму, но от новости к новости становится капельку легче. Один раз они даже вместе посмеялись с новости, которую Аякс нашел в группе одной из подслушек, спросив у Скарамуччи, можно ли ему такое отписать. Новость состояла из поста какой-то анонимной, очевидно, девушки, которая жаловалась на мужчин в ее городе, мол, совершенно нет нормальных, и пересказывала случаи неудачных свиданий. Странник, конечно же, отклонил предложение о написании такой новости и посоветовал заняться отмеченными поводами на почте издательства. К сожалению, Аякса больше ни разу не звали подойти к рабочему месту Странника. Зато Скарамучча один раз почти бесцеремонно и без лишних объяснений подошел к монитору Аякса и, обронив лишь «на минутку», забрал мышку из чужой ладони, сворачивая все открытое на экране. Чайлд догадался, что тот был погружен в работу и ему требовалось найти документ в папке, которой у него не было. Это продлилось буквально меньше минуты, но Чайлд успел разобрать запах табака и тонкого парфюма от рубашки коллеги. А Странник также без «спасибо» отошел к своему рабочему месту. В конце рабочего дня Скарамучча отправил Аяксу последнюю ссылку на новость и стал собираться. Аякс разочарованно вздохнул, понимая, что в ближайшие минут двадцать он домой не начнет собираться. – А как ты это проверишь, если уйдешь сейчас? – Чайлд всем видом показывал, что не хочет сейчас уже ничего писать. – А кто сказал, что я должен? – Так ведь без твоей проверки нельзя загружать на сайт. – А кто сказал, что она пойдет на сайт? – Странник флегматично выдыхает, застегивая куртку. – Не понял? – Аякс разворачивается к коллеге полностью. – Это твоя тренировка. Завтра утром покажешь мне, как ты ее написал. И не думай даже забить на это, напоминаю, что ты все еще по уровню развития еле до стажера дотягиваешь. Аякс открывает рот, чтобы возразить, но понимает, что ему нечем. Дверь за Странником закрывается. Чайлд сокрушенно вздыхает, принимаясь за новость. Чем быстрее он это сделает, тем быстрее освободится. За написанием пришлось просидеть дольше обычного, несколько раз все перепроверив, чтобы завтра день не начался с публичного унижения Аякса. Чтобы этого не произошло наверняка, Чайлд оставляет на столе коллеги небольшую пачку с кофейными зернами перед тем, как выйти из кабинета, закрыв его на ключ.