В следующем году...

      Бакуго правда очень сильно любил своего парня. И Шото также души не чаял (иногда в двух смыслах) в партнере. В начале отношений им обоим было сложно открываться друг другу и Шото предложил просто ходить гулять. Это были даже не свидания или еще что-то. Просто прогулки.       Кацуки честно бесила эта ванильная хрень, но условия, которые поставил Тодороки вместе с Бакуго, все же заставляли первое время просто гулять. Прогулки они совершали каждую субботу независимо от планов друг у друга. Выбирали поочерёдно, куда ходить и сколько времени гулять.       Пару раз на прогулках, планами которой занимался Шото, они заходили в одну ветклинику, где парень проверял кошек и там же говорил:       — Съедемся - заведем кошку.       — А еще рыбку, собаку, шиншилу, хомяка и крокодила, да?       Шото только кивал, понимая, что это явная шутка. Бакуго почему-то был категорически против животных, даже в перспективе будущего не желал их там видеть. Сам он был на собаку похож, и правда, зачем еще какие-то питомцы, когда у тебя есть персональный Бакуго.       Бакуго обычно ходил на заброшки. В Мусуфату их было достаточно, особенно после войны. Осталось много разрухи, которую еще долго не собирались реставрировать, и практически каждая новая прогулка с Бакуго была именно туда. Шото из-за своей некой неуклюжести в обычных повседневных делах умудрялся каждый раз царапаться и падать со ступенек. Кацуки уперто продолжал ходить на заброшки, чтобы после сидеть и обрабатывать маленькие ранки парню.       — Тц... — Шото сжал руку около локтя, тут же замечая на себе взгляд блондина, который до этого изучал граффити на стене.       — Что случилось? Опять? Блять, как можно быть одним из лучших учеников Юэй и быть таким неуклюжим?! — Кацуки подошёл к раненному Тодороки, убирая руку с локтя, — дебил.       Бакуго всегда с собой носил на такие прогулки бинты. И вот, снова, они сидели на холодном бетонном пыльном полу, пока Бакуго перематывал длинный, но неглубокий порез на правой руке парня. Бурчал себе под нос всякие ругательства, попутно поглядывая на расслабленное лицо парня.       — Спасибо, Кацуки. — они встали и продолжили обследовать заброшку, как ни в чем не бывало.       Бакуго хочет забыть то, что Шото умудрился разорвать его, Бакуго, штаны и сделать себе более глубокую царапину на икре и впиться большим пальцем в торчащий в полу гвоздь.       Очередная прогулка по парку поздно вечером. Парни оба не желали показывать всем отношения, предпочитая гулять поздно вечером, когда их мало кто увидит и узнает. Бакуго подтянул чужой козырек кепки чуть ниже, будто хотел что-то скрыть. Не получилось.       Шото разорвал замок из ладоней и присел на корточки около кошечки. Та сразу начала ластится к теплой левой руке, обнюхивая человека.       — А меня ты так не гладишь, двумордый. — едко выплюнул Бакуго, скрестив руки на груди и смотря на сложившуюся ситуацию. Ладно, она была милой.       — А ты огрызаешься все время. Кошки вот не огрызаются, да, моя хорошая? — на последний словах он ткнул пальцем в мокрый носик и продолжил гладить кошку. Та мурчала и выгибалась в спине то вниз, то вверх.       — А ты пизди поменьше, и я огрызаться не буду. Я тебя от блох мыть не собираюсь.       — Как жаль, и зачем тогда мои старания. — в словах сквозит шутка, от чего на лицо лезет улыбка. Нет, Бакуго и помоет, и всех вшей вычистит, и к ветеринару поведет.       Бакуго гулял и на речку вдали от города. Обычно там брал лодку отца, который оставляет ее там все время. Катал Шото по ней оставляя мелкие волны на водной глади мотором лодки. Шото пару раз падал за борт лодки и вообще после таких прогулок не особо стал любить воду и лодки.       Шото гулял в лесу. Точнее, ходил по эко-тропам, наслаждаясь лесом вокруг. Бакуго видел в лице Шото что-то умиротворённое, когда парень вдыхал в себя хвойный запах. А потом Кацуки припоминались слова своего парня о том, что парфюм Бакуго с еловым ароматом прекрасен.       Бакуго вообще любил что-то активное и необычное. Они редко могли себе позволить такое, но раз в месяц или два Бакуго забирал машину отца (что ж ты у него все забираешь) и катался вместе с Шото. Прям таки дрифтил. Кацуки знал нахождение многих свободных в доступе автодромов, гоняя на них. Шото пару раз рвало от таких поворотов, а Бакуго лишь наслаждался ветром в волосах и скоростью. Обычно тогда из колонок играла музыка, больно била по ушам Тодороки, однако была из любимых песен двумордого, так что приходилось слушать.       Шото любил что-то тихое. Также, как и дрифт на машине Масато, он мог позволить им двоим только раз в месяц, и то не каждый, сходить на рыбалку. После Бакуго готовил в общежитии из выловленной рыбы прекрасные блюда, от запаха которых уже слюнки текли. Шото видел в рыбалке способ успокоения, Бакуго видел соревнования "Кто поймает меньше рыбы, тот лошара".       Раз в пять недель они посещали аэротрубу. Шото ненавидел ее из-за того, что там отключали из причуды и становилось небезопасно. Оба привыкли парить, но Шото, в отличие от Кацуки, чувствовал страх, когда не мог контролировать свое тело в полете. Бакуго же обожал парить без взрывов, а особенно любил играть с Шото в догони меня ботинок в этой же трубе.       Шото раз в две недели вел их на каток. Там он чувствовал себя так спокойно и хорошо, как никогда раньше. Была, правда, пара инцидентов, по типу того, что Шото расплавил часть льда на катке от близости с блондином, после чего им сделали выговор и не впускали на каток еще два месяца. Были, но парни это стойко прошли. Бакуго не то что был неуклюжим на катке, он умел кататься, просто... Пока Бакуго смотрел за катанием Шото как-то забывал сам кататься.       А еще Бакуго любил альпинизм. Раз в три месяца парни ездили на склон и занимались скалолазанием. Шото орал как резанный, чуть склон один раз не заморозил, когда увидел в руках Баккго острый предмет в опасной близости от страховки. Бакуго любил пошутить на Тодороки, его реакция была бесценна. Кацуки готов был делать что угодно, чтобы видеть любые эмоции на лице своего партнёра.       Прогулки были созданы для замены смущающих свиданий, но даже когда оба признались классу и обществу открыто и на камеру, прогулки не закончились. Они стали традицией, которую надо было выполнять в любом случае.       У них появилось два кота и кошка. У Бакуго появилась машина. У Шото профессиональный спиннинг. У них не было свободной субботы практически никогда, но традиция гулять оставалась прежней. Они гуляли вечером тире ночью. Шото находил это чем-то интимным, особенно когда у них на двоих одни проводные наушники и даже в прогулки Бакуго они гуляют по парку Шото. Бакуго находил милым во всем, что вообще происходит на этих прогулках по субботам.