9 мм

      На дворе расцвет 90-х, вокруг творится сущий ад, но все делают вид будто ничего и нет. Вова сидит в своей квартире на кухне и смотрит в окно, бездумно мешая уже давно растаявший сахар в чае. Он думает о своей жизни.       За последние несколько лет Суворов стал очень умным и серьёзным человеком. Он больше не махался двор на двор, теперь у него свои дела. Многие парни поддержали его, стали уважать политику дипломатии. Все в городе знали, что Владимир Суворов может решить конфликт без крови. Но не всем это нравилось. Поэтому случались разные ситуации, в том числе с летальным исходом.       За это время в жизни Адидаса появились и новые люди. Был и один отличный парень, что умел раздобыть оружие. За это Вова прозвал его Охотником. Тот был возрастом примерно как и сам Суворов, ходил почти всегда в одном свитере, а волосы его немного вились и практически не укладывались во что-то нормальное. Странный парень, короче.       Звонок телефона раздаётся по квартире неожиданно и очень громко, тем самым выдёргивая Адидаса из раздумий. Он быстро подходит и берёт трубку, ожидая представления, кто ему звонит. На том конце чем-то стучат, по всей видимости чем-то металлическим.       — Адидас, привет, я тут кое-что раздобыл. Готов показать сейчас же. Встретимся в подвале? — говорит парень, радостно улыбаясь.       — И почему я не удивлён? Подходи-ка, Охотник, к вечеру. Договорились? — отвечает Вова, закатывая глаза.       — Договор, — соглашается парень, бросая трубку после своего ответа.

***

      Вечер наступает быстро. Парень уже надевает свой излюбленный свитер, поправляет кудри рукой и уже собирается обуваться, как входная дверь отворяется. На пороге стоит брат Охотника, подозрительно смеривая его взглядом.       — Алекс, а ты куда собрался? — спрашивает старший, проходя в квартиру и равняясь с братом.       — Я погулять собираюсь. Игорь, я не твой ребёнок, чтобы за мной постоянно следить,— отвечает парень, выскакивая за порог.       Гром-старший с полминуты пялится на захлопнутую дверь, а затем пожимает плечами, заглядывая в зеркало. Ну, не даёт ему покоя младший брат. Игорь прекрасно знает, чего может натворить мелкий, поэтому отправляется следом за ним. Может это и нечестно, но Гром устраивает настоящую слежку. Благо следить не пришлось долго: уже через несколько домов его брат встречается с каким-то пацаном, и они вместе спускаются в подвал.       — Адидас, смотри, какие патроны. Сто процентов пригодятся, — показывает свою добычу Охотник, когда они устраиваются на диване.       — Алекс, ты откуда их взял? — спрашивает Вова, разглядывая "подарок".       — Это не важно, — отмахивается парень, пряча нос в вороте свитера.       — Но у меня нет оружия под этот калибр, — негодует Суворов, наблюдая за замерзающим Громом-младшим.       — Я добуду и оружие, только чуть позже, — отвечает Алекс, смотря в упор на Адидаса.       — Ты уверен, что это безопасно? Я не хочу проблем из-за тебя и тебе их не желаю, — интересуется Вова, снимая с себя куртку и накидывая её на плечи парня.       — Проблем не будет, — обещает Охотник, скромно улыбаясь.       — Я тебе верю, не подведи, — говорит Суворов, похлопывая его по плечу.       — Зря веришь, потому что проблемы будут, причём у вас обоих, потому что это мои патроны, — резко толкая дверь, говорит Игорь, что всё время их подслушивал.       Надо бы сказать, что Гром-старший работает в милиции следователем, но табельное хранит дома в сейфе и с собой никогда не носит. То, что это его патроны, не было сомнений. Но Алекс, видимо, очень быстро узнал код от сейфа и решил прикарманить безделушки себе. Это Игорь понял, даже не заглядывая в сейф. Не зря же он следователь.       — Какого хуя, Алекс? — возмущается Адидас, не сильно обращая внимания на вошедшего.       — Вов, я всё объясню, — нервно проговаривает Охотник, кусая губы и косясь на брата.       — Да уж, постарайся объяснить, мой дорогой братик, зачем ты у меня воруешь, — едко произносит Игорь, сдвигая брови к переносице.       — Что?! Ты реально забрал у своего брата патроны и решил их мне втюхать? — интересуется Вова, повышая голос.       — Нууу, тут такое дело. Да, я взял патроны, но они всё равно ему не нужны. А ты, Игорь, получается следил за мной и подслушивал. Ты мне не доверяешь? — объясняется Алекс, кутаясь в куртку Адидаса.       — Ну, получается, что так. И не зря. Ты же ещё ствол хотел прикарманить. А всё ради кого? Ради него? — спокойно отвечает Гром-старший, бросая пренебрежительный взгляд на Суворова.       — Не нужно обо мне говорить в таком ключе. Я могу и прописать, если чё, — встревает в диалог Вова, сжимая руки в кулаки.       — И присядешь за нападение на сотрудника при исполнении. И мне, знаешь ли, интересно, зачем же тебе нужно оружие, — говорит Игорь, ухмыляясь.       — Ты вообще знаешь, кто я? Я ветеран боевых действий, — гордо отвечает Адидас, подскакивая с места.       — Да знаю я, кто ты, Вова Адидас, — толкая его в плечо, говорит Гром.       — Тогда к чему вопросы? Я веду честный бизнес, а время сейчас страшное. А твой брат просто идиот, раз у мента пытался украсть оружие, — раздражённо произносит Вова, глядя на следователя снизу вверх.       — Тогда поехали в участок, проверим, чисто ли у тебя. Уверен, что на тебе не один труп. А с Алексом я разберусь. Так что, собираешься или тут решим вопросик? — отвечает на выпад Игорь, выгибая бровь.       — Тут решим, — сдаётся Суворов, смеривая следователя взглядом.       Адидас замечает, что Гром-старший такой же высокий как и его брат, даже выше немного, одет он в кожанку и кепку, а ещё в джинсах, модный. Волосы у него, наоборот, короткие и тёмные, а у брови шрам в виде молнии. Если бы у Вовы было всё чисто, он бы послал Игоря куда подальше, а так придётся договариваться здесь и сейчас, чтобы не было проблем потом. Потому что преступлений накопилось достаточно, и, если порыть немного, можно присесть на неплохой срок.       — Лёш, ты отдашь мне патроны назад и запомнишь раз и навсегда, что к моему сейфу прикасаться нельзя, и код я сменю обязательно. В остальном делай, что хочешь. Спалю — накатю на тебя статью и не посмотрю, что ты мой брат. А ты, Вова Адидас, если не хочешь загреметь, будешь делать то, что я скажу. Вы оба будете наказаны сотрудником доблестной милиции по всей строгости, — серьёзно произносит Игорь, разворачивая кепку козырьком назад.       — Слушай, давай договоримся. Я всё сделаю, что попросишь. Только в ментовку меня не веди, а я тебе на глаза попадаться не буду, клянусь, — просит Суворов, зачёсывая волосы.       — А за братишку кто ответит? — спрашивает Гром, кидая быстрый взгляд на брата.       — Сам пусть и отвечает. Я его не заставлял и даже не просил, а он у тебя не маленький уже, — отвечает Адидас, приглаживая усы.       — Тут с тобой согласен. Алекс, ты понимаешь, чем занимаешься вообще? Я так полагаю, что это не первый раз, когда ты приносишь оружие. Хочешь, чтобы повесил все кражи, с этим связанные, на тебя? — переключается следователь на парня, что испуганно на него смотрит.       — Не хочу. Ну, Игорь, я всё сделаю, что захочешь, только не обижайся на меня, — отвечает Охотник, чуть ли не плача.       — Если ты не можешь отличить гнев от обиды, то я тебе сочувствую. Я в бешенстве. И тебе придётся постараться, чтобы я тебя простил, — рычит Гром-старший, сжимая челюсти.       — Ну что ты хочешь? — спрашивает парень, смотря в пол.       — Вас обоих, — хищно ухмыляется Игорь, подходя к брату.       — Чего?! Ты совсем что ли?! — возмущается Вова, заламывая брови.       — Что слышал. Ты сам сказал, что сделаешь, что угодно. Вот я и хочу, чтобы ты сел на мой член прямо сейчас без растяжки. Не переживай, я буду аккуратен. Ну, если мне не доверяешь, можешь растянуть себя сам, — отвечает следователь, широко улыбаясь.       — А он? — кивая в сторону Алекса, спрашивает Суворов.       — Пока я буду тебя драть, его немного растяну. И тоже трахну, пока ты будешь отдыхать, — говорит Гром, скидывая куртку с плеч.       — Почему мне должно быть хуже? — деловито интересуется Адидас, хотя сейчас не самый подходящий момент.       — Я предложил тебе растянуть себя. А Алексу я найду дело, — отвечает Игорь, усаживаясь на диван.       — Ладно. Как скажешь, — соглашается Вова, опуская голову.       — Тогда раздевайся побыстрее, я хочу это видеть, — говорит Гром, расстёгивая джинсы.       Вздыхая, Суворов снимает штаны вместе с нижним бельём и немного теряется, не понимая, что делать дальше. Где-то тут была баночка с вазелином, она всегда тут есть, на всякий случай. Поискав немного в ящике, Адидас достаёт свою находку. И вновь он теряется, становится резко стрёмно и стыдно, за то, что так прогнулся.       — Иди сюда, не бойся, — говорит Игорь, подзывая к себе жестом.       Вова забирается с ногами на диван, усаживаясь рядом с ним. Пока тот зовёт брата ближе к себе и рассказывает, чего от него хочет, Суворов внимательно следит за всем этим и понимает, что унижать будут не только его. Такая роль у Адидаса была впервые.       — Ну давай, растягивай себя, и я побыстрее трахну тебя, — просит следователь, поворачивая голову к Владимиру. — А ты, мой дорогой, начинай уже сосать, не стесняйся.       Алекс вздыхает, сползает на пол и устраивается между ног брата. В это время Вова нерешительно смазывает пальцы и заводит руку за спину, касаясь сжатого колечка мышц. Игорь смотрит на него, одновременно с этим поглаживая брата по голове. Охотник наклоняется, несмело проводя языком по влажной головке. Гром-старший довольно выдыхает, откидывая голову назад.       Суворов под властным взглядом вставляет один палец в себя, закусывая губу. Пока ощущения никакие. Алекс уже берёт в рот всю головку, посасывая её как леденец. Следователь поглаживает его по волосам и немного давит на затылок, чтобы тот взял глубже. Парень его слушается, насаживаясь ртом на член. Игорь тихо стонет и следит за тем, как Адидас входит в себя двумя пальцами.       Вова шипит сквозь стиснутые зубы, разводя пальцы ножницами. Гром касается его плеча свободной рукой, невербально поддерживая. Суворов безразлично смотрит ему в глаза, видя в них интерес. "Что ж, раз ему так интересно, пускай смотрит" — думает про себя Адидас, вставляя сразу три пальца в себя. Он громко стонет, прогибаясь в спине и откидывая голову назад. Игорь взгляд всё же уводит, немного смущаясь. Он не думал, что этот пацан устроит представление. Но вызов принят.       В это время Алекс упорно сосёт член своего брата, не забывая обводить языком головку. По его подбородку течёт слюна, а сверху то и дело слышно шипение: из-за неопытности зубы задевают чересчур чувствительные места. Охотнику резко становится стыдно перед старшим братом.       — Ну всё, хватит, — ласково останавливает его следователь, трепля пшеничные кудри.       Парень отстраняется, вытирая слюну с подбородка тыльной стороной ладони. Вместе с ним останавливается и Вова, вытаскивая пальцы из себя. Игорь встаёт с дивана, подхватывая Суворова и ставя его на колени спиной к себе. Гром давит ему на лопатки, заставляя прогнуться. Быстро смазав член, он входит в растянутую дырочку одним резким движением. Адидас сжимается от неожиданности, причиняя себе боль.       — Расслабься, ты себе же хуже делаешь, — просит следователь, поглаживая его по бедру. — Алекс, растяни себя сам, пожалуйста.       Мысленно Охотник радуется, понимая, что на него сейчас никто не будет обращать внимание. Поэтому он тихо смазывает пальцы, вставляя в себя один. Его предположения сбываются: никто на него не смотрит. Его брат занят более интересным делом, а Вове совсем уж не до этого.       Движения Игоря становятся более быстрыми и резкими, а стоны Вовы всё громче. Гром задирает свитер Суворова, открывая вид на спину, усеянную небольшими шрамами. Он шлёпает парня по ягодице, а свободной ладонью сжимает его талию. И, на самом деле, Адидасу начинает это всё нравится.       — Это был блеф, мальчик. У меня на тебя ничего нет, — признаётся следователь, немного ускоряясь.       — С-с-сука, — шипит Вова, прогибаясь в пояснице.       Пока Игорь трахает Суворова, Алекс растягивает себя уже тремя пальцами, понимая, что ему тоже придётся стоять вот так. Быстро проведя анализ в своей голове, Охотник понимает, что Адидасу это всё приносит удовольствие. Может это вовсе и не наказание, а так, ради развлечения. Эта мысль немного успокаивает.       Гром вбивается в тело Вовы с бешеной скоростью, заставляя его громко вскрикивать. Тот кусает губы, пытаясь себя заглушить, но глубокие толчки приносят наслаждение, и возбуждение становится только сильнее, а внизу живота приятно тянет. Это ужасно стыдно, но становится всё равно.       Игорь входит ещё пару раз с оттяжкой и кончает прямо в Суворова, сильнее сжимая его талию. Он выходит и бросает парня, что обиженно скулит, прикрывая глаза. Придётся Адидасу самому доводить себя до оргазма, пока Гром-старший будет ебать своего брата.       Игорь довольно быстро заводится снова и уже ставит перед собой Алекса. Он входит плавным движением в растянутую дырочку, чувствуя узость брата и тепло его тела. Охотник рвано выдыхает, слишком остро ощущая член в себе. Гром начинает двигаться, постепенно наращивая темп, а его брат расслабляется пытаясь получить удовольствие.       Вова, глядя на них, кладёт руку на свой член, поглаживая его. Не думал он, что когда-то его будут возбуждать мужчины. А сейчас Суворов дрочит себе, чувствуя, как сперма вытекает из него. Как с этим жить, Адидас не знает, да и думать об этом тоже не хочет.       Игорь двигается всё быстрее, оттягивая брата за кудри. Тот громко стонет, совершенно не стесняясь. На всю небольшую комнатку слышны шлепки кожи о кожу и рваное дыхание троих.       Гром-старший, чувствуя приближение разрядки, начинает дрочить Алексу. Толчки становятся хаотичнее и глубже, а рука двигается в такт толчкам. Охотник захлёбывается стонами и еле держится на коленях, стараясь не упасть плашмя. Это просто какое-то безумие.       Гром-младший достигает оргазма первым, пачкая руку брата. Тот догоняет его через несколько секунд, кончая во внутрь. Наблюдая за всем этим, Вова тоже доводит себя до разрядки, устало прикрывая глаза. Все втроём разваливаются на диване, пытаясь прийти в себя.       — Спасибо, мальчики. Давно я так не трахался, — говорит следователь, усмехаясь.       — Ты меня наебал, — серьёзно проговаривает Адидас, бросая суровый взгляд в его сторону.       — Будешь такое вытворять, так приятно уже не будет. Я возьму тебя силой без растяжки на сухую. Алекс, тебя это тоже касается, — отвечает Игорь, тяжело вздыхая.       — А если я хочу, чтобы было приятно? — спрашивает Суворов, смущённо уводя взгляд.       — Крышей твоей я быть не собираюсь. Ебать могу, сколько хочешь. Но я тебя предупредил, — говорит Гром, трепля его волосы.       — А я? — наивно интересуется Алекс, подскакивая к брату.       — А что ты? Тоже хочешь, чтобы я тебя трахал? Так мы живём вместе, садись на мой член, когда захочешь. Я буду не против, — отвечает Игорь, щёлкая парня по носу.       — Да давай втроём, раз на то пошло. Мне понравилось за вами наблюдать, — предлагает Вова, прикусывая нижнюю губу.       — Да пожалуйста. Алекс тебе расскажет мой график. Сами там обо всём договаривайтесь, — соглашается Гром, надевая кепку.       Он уходит, забирая свои патроны для ПММ. А парни остаются вдвоём, думая об этой странной договорённости. Адидас думает, как бы быть близким с Игорем и не спалиться ему. Придётся либо уговаривать его стать крышей, либо бросать все дела и вести только чистый бизнес, что сейчас в принципе невозможно. А Охотник думает о правильности таких отношений и о том, как они будут делить его брата. Но они всё решат, вместе, втроём.       Никогда нельзя обманывать своих близких, это всегда заканчивается очень плохо. Нужно уметь признаваться и тогда вас поймут и простят, если дорожат вашими отношениями. Главное — найти в себе силы сказать правду.