Когда пойдёт снег

Бальный зал утопал в роскоши и тенях. Высокие потолки терялись во мраке, размытые свечами массивных люстр, отбрасывавших тёплый, золотистый свет на полированные колонны из чёрного мрамора. Стены, украшенные тёмными гобеленами с заморскими сюжетами, казались живыми, мерцая в отражениях бронзовых канделябров. Столы ломились от экзотических угощений: жареные фазаны, инжир в меду, диковинные сыры с плесенью, кубки, наполненные густым вином. Воздух был насыщен ярким ароматом специй, которые даже для многих присутствующих тут были непозволимой роскошью. Жареного мяса и свежесрезанных лилий, что стояли в высоких серебряных вазах. Гости – мужчины в богатых камзолах, женщины в пышных платьях, отливающих дорогими тканями кружились в бешеном ритме бала. Кто-то смеялся, запрокидывая голову, кто-то оживлённо спорил у столов, кто-то, потерявшись в вальсе, сливался в единое движение с партнёром. Оркестр гремел, быстрые переливы скрипок смешивались с ударами литавр, заполняя зал почти оглушительным водоворотом звуков. Мэри чувствовала себя королевой этого хаоса. Каждый взгляд, каждый поклон, каждый взмах веера всё подтверждало её превосходство. Но внезапно всё изменилось. На миг оркестр, смех, разговоры - всё словно провалилось в бездну. Мэри почувствовала это ещё до того, как увидела её. Возле лестницы, в стороне от всего этого праздника, стояла девушка. Длинная сорочка, когда-то белая, теперь была в заплатах, пятнах и.. крови?. Она была босая, тонкие руки покрытые шрамами уверено лежали на перилах лестницы. По бледному лицу, почти призрачному в неверном свете свечей, также, как и по рукам тянулись тонкие шрамы. Она не держала трость, но Мэри сразу поняла что она слепа. И мир вокруг, такой шумный, такой бурный - сейчас словно остановился. Мэри шагала к лестнице неторопливо, но с явной уверенностью – её королевская осанка, её власть над этим балом не требовали спешки. Громкая музыка, весёлый гомон гостей оставались где-то позади, словно что-то далёкое и совершенно неважное. Внимание Мэри теперь было приковано только к странной незнакомке. Незнакомка стояла неподвижно, как тень, не делая ни шага, но было очевидно – она прекрасно осознаёт, что к ней приближаются. Её зеленоватая длинная коса, тяжёлая и густая, касалась пола, словно тонкая линия, соединяющая её с этим миром. Слепые глаза были чуть опущены, а её лицо оставалось непроницаемым. – Кто ты? Кто тебя сюда впустил? - холодно поинтересовалась Мэри, остановившись на ступеньку выше. Незнакомка чуть склонила голову, будто прислушиваясь. - Я пришла сама, - её голос был ровным, тихим и приятным. Не смотря на азиатскую внешность у неё был явный французский акцент, и в голосе её не было ни капли страха. - Хэби. Моё имя Хэби - добавила девушка. Мэри окинула её презрительным взглядом. Этот балахон, грязные босые ноги - всё это выглядело отвратительно среди роскоши мрамора и бархата. Она совсем не соответствовала гостям. Но взгляд Мэри задержался на странном блеске у её ноги. Клинок. Он был закреплён так, чтобы его можно было выхватить одним движением, спрятанный среди оборванных складок ткани. Холодный металл сверкнул в свете свечей, и Мэри почувствовала странное, почти жгучее любопытство. - Ты… охотница за головами? - она едва заметно приподняла бровь. Хэби чуть улыбнулась и наклонила голову. – Да. Мэри задумалась. Это было немыслимо: слепая охотница за головами. И в то же время… В том, как Хэби стояла, как её дыхание оставалось ровным и уверенным, как её тело было готово к движению, чувствовалась невероятная свобода. Она не нуждалась в трости. Не нуждалась в глазах. Она не уступала зрячим - возможно, даже превосходила их. И это злило. По титулу Мэри была всего лишь принцессой, но здесь, в этом зале она определённо была королевой. Здесь всё принадлежало ей - роскошь, ритм, внимание. Но эта странная девушка с косой до пола и лезвием у ноги принадлежала только себе. И именно это ей понравилось.