Принц и его дракон

Голубое сияние искрами рассыпалось вокруг тела падающего принца, эйкон Бахамута покинул тело своего прежнего доминанта и метался в поисках нового. Айкон не может существовать без доминанта, и собственное выживание – вот первоочередная задача, а спасением мира пусть займутся Феникс и Ифрит. Твинсайд, заросший магической архитектурой поверх человеческих строений, все еще был где-то там. Бахамут слышал испуганные крики откуда-то снизу, из под каменной коры, а раз есть люди, то и доминант будет где-то там – кто-то благородной крови, кто не испугается принять на себя такой великий дар и ответственность, кто не умрет от боли в первые секунды единения с айконом. Тысячи голосов сплелись в единый гул, но он слышал каждого из них, как вдруг услышал его – голос, которому доверял последние двадцать лет. ----- Проламывая каменную кору над Твинсайдом, и наконец-то расправляя крылья Бахамут взлетел и помчался обратно, к телу, которое только что покинул, и которое вот-вот разобьется о поверхность. Бахамут больше не был его айконом, но все еще ощущал его присутствие рядом и ощущал, что он жив. Новый доминант внутри него орал от ужаса и боли, но не сопротивлялся - он не раз видел, как принц превращается в сияющего светом и золотом дракона, но едва ли мог предположить, что сам окажется этим драконом. Бахамут мог бы подбодрить его и передать ему немного спокойствия, чтобы унять панику, но счет шел на секунды и он сам решал, что и сейчас делать. Зрение сузилось до крошечной точки, несущейся к земле, еще пара взмахов крыльями и они окажутся рядом. Схватить его зубами? На такой скорости он разобьется о зубы. Поймать лапой? Это хрупкое тело сломается от перегрузки. Бахамут почувствовал, как напрягся внутри него доминант и оба сознания слились в едином желании спасти. Он сложил крылья и спикировал под принца, создавая восходящий поток воздуха, замедливший падение, и аккуратно подхватил тело пастью буквально в сотне метров от земли. «Успел!!!» Бахамут аж дернулся в воздухе, услышав восторженный возглас доминанта, и довольно зарычал. Теренс в облике Бахамута парил над Твинсайдом. Медленно и лениво взмахивая крыльями он направлялся обратно к убежищу Кихель. Его тело слилось с телом дракона и руки горели от непривычных движений крыльями. Каждая мышца болела, привыкая к эфиру Бахамута, спина ужасно чесалась от бронированных наростов, а мозг пытался переварить информацию, поступающую от третьего глаза. Он ощущал, что в его сознании он больше не один, но не мог с точностью ответить, где заканчивается Теренс и начинается Бахамут. Любопытство тянуло его осмотреть свой новый внешний вид, но он боялся пошевелить головой, чтобы не повредить драгоценную ношу в своей пасти. Ощущая на языке тяжесть тела и металлический привкус то ли от мифриловой кольчуги, то ли от стекающей с головы раненого крови, Теренс вспомнил, сколько раз ощущал вкус любимого на своем языке и как мечтал почувствовать его снова с тех пор, как они расстались. Опасайся своих желаний, Теренс, они сбываются, - грустно ухмыльнулся он и, Бахамут, рыкнул в ответ, довольный такой жутковатой иронией. Он спланировал над окраинами Твинсайда и аккуратно приземлился с тот же разлом, из которого взлетел несколько секунд назад. Сотни глаз устремились на него – ужас и страх сменились надеждой и восхищением. Из разных углов убежища доносились одобрительные выкрики «Бахамут здесь!», «Принц с нами!» Он аккуратно наклонил голову и открыл пасть, тело Диона безвольной куклой вывалилось изо рта. «Кихель!» крикнул Теренс, но изо рта вырвался громкий рык, мгновенно разогнавший зевак. Надо стать человеком. Как это делается? Надо что-то сделать? Надо захотеть? Теренс закрыл глаза и снова представил себя человеком, вспоминая свои руки, ноги, цвет волос. Кажется, это сработало – голубые искры окутали его и слились в яркую вспышку. Он открыл глаза и окинул помещение взглядом. Он снова был ростом с обычных людей. «Кихель!» - снова позвал он и с радостью обнаружил, что его голос вернулся. Девочка выглянула из-за стены деревянного дома, но не решилась выйти. «Кихель, скорее, его Лучезарности нужна творя помощь!» - снова крикнул он и подхватил тело принца на руки. Руки? Это теперь его руки? Его руки были черными и покрылись костяной чешуей, а его пальцы завершали острые когти. Он посмотрел вниз и увидел, что его ноги ниже колена так же превратились в когтистые лапы, и его охватила паника. Он чуть не выронил Диона из лап, но взял себя в руки и сделал несколько шагов вперед. Лапы слушались его и он уверенно пошел в дом Кихель, прижимая к себе едва дышащего Диона. Что-то дернуло его назад и он споткнулся, обернувшись, он увидел за своей спиной два кожистых крыла и костяной хвост. «Ну, конечно! Почему бы и не хвост!» - вздохнул Теренс и понес Диона в дом, задевая крыльями за мебель и углы зданий. Он боком протиснулся в небольшую комнату и аккуратно положил свою ношу на кровать. Кихель заглянула в комнату и, прижимаясь к стене, чтобы быть подальше от полу-дракона по имени Теренс, подошла к раненому. В этот момент земля задрожала под ногами и с улицы послышались панические голоса и рыдания. Теренс выбежал на улицу и вместе с перепуганными жителями мог наблюдать, как небо озарилось яркими вспышками магии и всплесками эфира. «Лорд командующий! Драгуны ждут ваших приказов!» - капитан драгун вытянулся перед ним в струну, с нескрываемым любопытством разглядывая новый облик командира. «Оцепить это здание! Никого не впускать, если Кихель не разрешит. Одного драгуна дайте ей в помощь, остальные на поддержание порядка – уводите всех дальше от центра», - скомандовал он, тревожно вглядываясь в небо, его хвост носился из стороны в сторону, грозя сбить с ног капитана. Город затрясло так, что здания вокруг с пугающим скрипом покачнулись. Теренс закрыл глаза, представил себя драконом – огромные крылья, рога на голове, третий глаз. «Я хочу стать тобой!» произнес он шепотом и приготовился к вспышке боли, какая была при первом перевоплощении. Шипение искр пробежало по его телу, покалывая в мышцах, но ничего не произошло, он все еще стоял на земле, которая сотрясалась под его ногами, гудела и вибрировала. «Бахамут!» - закричал Теренс, - «Мы должны спасти город! Мы должны спасти ЕГО!» Вспышка взорвалась в каждой клеточке его тела, огромные крылья взметнулись вверх, отрывая огромного дракона от земли. Он поднялся в воздух, облетая город и наблюдая, как Твинсайд начинает разрушаться и падать. Еще немного и город развалится на части и погрузится на дно океана. Мысль одним импульсом проскочила в мозгу, не давая логике подключиться, Бахамут сделал пару кругов, выбирая удобное место, ухватился лапами за несколько наиболее устойчивых конструкций, и рванулся ввысь, удерживая весь город на весу. Идея была абсурдной, но страх снова потерять Диона под развалинами города и желание спасти поданных империи оказались сильнее здравого смысла. Огромные крылья раз за разом поднимались над городом, замедляя падение. Дракон взвыл от тяжести, которую нес, но продолжал удерживать город на весу, медленно опускаясь вместе с ним. Твинсайд соприкоснулся с землей, кора, покрывающая его, распадалась и таяла на глазах, открывая взору полуразрушенный город, полный взглядов, устремленных в небо, где огромный дракон боролся с гравитацией за их жизни. Бывшая столица священной империи Сенбрек был спасена и крики радости наполнили улицы. Бахамут медленно взмахивая крыльями направился обратно к дому Кихель, каждый новый взмах давался тяжелее предыдущего и только сейчас Теренс понял как же он устал, он изо всех сил боролся с желанием уснуть здесь и сейчас, но боялся раздавить своим весом пару городских кварталов. Он летел все ниже и мог услышать одобрительные крики с земли, они выкрикивали его имя – «Бахамут!» Скользя когтями по мостовой он приземлился у знакомого дома, голубые искры окутали его и он упал на четвереньки, с трудом удерживая себя в сознании. Ему опять не удалось полностью обратиться в человека, крылья волочились за спиной, а когтистые руки искали опору в каждой стене. Пара драгун подбежала и подхватила его под руки, проводив его в дом они сразу удалились. Одна единственная кровать уже была занята Дионом, Теренс оперся об нее руками и осмотрел своего самого близкого друга – голова принца была перебинтована, но бинты были мокрыми от крови, рубашки на нем не было и в свете луны были видны многочисленные гематомы на теле – мифриловая кольчуга не порвется при ударе, но никак снизит не силу удара. Он оглянулся и, убедившись, что в комнате никого нет, наклонился и быстро поцеловал Диона в лоб. «Ты в безопасности» - шепнул он и провел рукой по щеке Диона, тот поморщился во сне и застонал. Теренс одернул руку, испугавшись, что колючая кожа на его когтистой руке поцарапала принца. «Я принесла лекарства и мази» - послышался голос Кихель за спиной. – «Вы позволите, сэр Теренс?» «Я могу чем-то помочь?» - спросил Теренс краснея, и гадая, видела ли девочка этот поцелуй. «Вы можете поспать» - с улыбкой ответила Кихель и стала раскладывать баночки на прикроватной тумбочке. Вся усталость этого мира накатилась на Теренса сразу, он уселся на пол в ногах кровати, на которой лежал Дион, давая возможность знахарке делать своё дело. Он только на секунду закрыл глаза и провалился в небытие.