Часть 8 Переговоры
8 марта 2025 г., 00:03
Я повела детей в местную пиццерию. Тиана тут же отвлеклась на симпатичного официанта и ушла, оставив нас одних. Я повернулась к Генри и малышке.
— Так значит, наша мама не знает, что ты нас сегодня забрала? — спросил Генри, внимательно меня разглядывая. — Знаешь, что это похищение?
— Похищение! Опасность! — вдруг выпалила малышка.
— Что? — я испуганно огляделась по сторонам, потому что девочка сказала это не шёпотом, а во весь голос. — Нет, с вами же няня.
Мальчик закатил глаза.
— Очевидно, ты хочешь от нас чего-то, чего мама не позволила бы, — продолжил Генри.
— Ладно, как вы смотрите на то, чтобы стать моими детьми на один день? — спросила я, глядя на обоих.
— У меня уже есть мама, — заявила девочка.
— Я могу быть твоей второй мамой, — предложила я.
— Это глупо, — ответила малышка, ковыряя пепперони на своей тарелке.
Я заметила, что она ест только колбасу, оставляя сыр и тесто нетронутыми.
— Это не глупо, Хоуп, — возразил Генри. — Помнишь, у Кэсси две мамы?
— О, точно! — воскликнула малышка. Но её явно звали не Кэйди. Придётся придумать, как провернуть это, чтобы не запутаться. Нельзя ожидать, что четырёхлетний ребёнок вдруг начнёт отзываться на другое имя.
— Ну, так что скажете? — спросила я.
— Почему бы тебе просто не сказать Дороти правду? — спросил Генри.
— Ты знаешь? — Я удивлённо посмотрела на него.
— Мама рассказывает мне всё, хозяйка обручального кольца, — ответил он.
— Я думала, тебе понравится. Это же как приключение, как будто ты снимаешься в кино! — попыталась я заинтересовать его.
— Если это похоже на актёрскую игру, тогда, наверное, нам должны за это заплатить, — рассудил Генри.
— Да вы получите бесценный опыт! — торжественно заявила я.
— Деньги решают всё, доктор Миллс, — невозмутимо парировал Генри.
— Ладно, что ты хочешь? — этот мальчишка умел вести жёсткие переговоры.
— 600 долларов в день плюс сверхурочные, если выйдет больше восьми часов, — объявил он. — И оплата за шестинедельный писательский курс, который мама не может себе позволить.
Я посмотрела на него, затем на его сестру, потом снова на него.
— 50 долларов и двухнедельный курс в местном центре.
— 500 долларов и четырёхнедельный курс.
Ого, его условия были предельно чёткими.
— Ладно, 300 долларов и трёхнедельный курс.
Генри улыбнулся.
— Договорились.
Я ухмыльнулась.
— Я бы согласилась и на 500, — шепнула я, когда мы пожали руки.
Его улыбка стала шире.
— А я бы согласился просто за опыт.
Меня провели.
Я повернулась к Хоуп.
— А ты чего хочешь, малышка?
— Летающего пони, — серьёзно ответила она.
Я улыбнулась девочке.
— Я бы тоже хотела такого, но они не существуют.
— Тогда я хочу обычного пони, и назову её Старфайр, — заявила Хоуп.
— Как насчёт целого набора игрушечных пони и нескольких DVD? — предложила я.
— Продолжай, — сказала Хоуп, заинтересовавшись.
— И я научу тебя ездить на настоящем пони за день.
— Три дня! И я хочу в "Фанлэнд"! — потребовала она.
— А как насчёт "Чак-И-Чиз"? Ближе к работе, — попыталась я договориться с четырёхлеткой.
— Фу, никакого "Чака"! — возмутилась она. — Или я не иду.
— Ладно, договорились. Но только если ты доешь сыр и тесто со своей тарелке, — поставила я условие. — По рукам?
Девочка захихикала.
— По рукам!
Она взяла кусочек пиццы и осторожно откусила. Я нахмурилась, удивляясь, почему она так разборчива в еде.
Эти двое были прирождёнными переговорщиками, и после нескольких походов по магазинам с их мамой мне стало ясно, в кого они такие.
