Чёртов Уэй

Когда обессиленный Джерард слезает с него и ложится рядом, Фрэнк в заботливом жесте дотрагивается до его руки, и Джи переплетает их пальцы, лениво улыбаясь. — Живот не болит? Пластырь не испачкал? — спросил Фрэнк, в темноте пытаясь рассмотреть живот Джерарда. Парень разразился хохотом, утыкаясь носом в плечо Айеро. — Ты чего? — Умеешь же ты портить момент. Это не то, что я хотел бы услышать после секса, мистер Я-заботливый-Доктор. Всё нормально, расслабься. — Ну извини, профдеформация, — усмехнулся Фрэнк. Некоторое время они молчат, слушая громкое биение сердец, пытаясь прийти в себя, и когда ординатор подумал о том, что неплохо было бы принять душ и собираться домой, его мысли перебил голос Джерарда: — Ты останешься? — А ты хочешь? Джи пожал плечами, будто ему безразлично, но в его глазах Фрэнк успел разглядеть едва уловимое беспокойство. — Останусь, если ты меня покормишь, — улыбнулся мужчина, сжимая пальцы Джерарда, которые по-прежнему находились в его ладони. — Или это тоже был повод меня заманить, и никакой еды нет? — Обижаешь! — фыркнул Уэй. — Я не врал, еда есть. Идём. — Отлично, я голодный, как волк. — Только сначала... — взгляд Джерарда задержался на испачканном спермой животе, — мне надо в душ. — Согласен. Идём, я помогу, чтобы ты не намочил пластырь. ...После душа они оба чувствовали себя бодрыми и посвежевшими. Джи отдал Фрэнку свой халат, который явно был ему велик, а сам надел на голое тело домашнюю растянутую футболку, которая едва прикрывала бёдра. — Опять соблазняешь, — хихикнул Фрэнк, глядя на обнажённую задницу Джерарда, которая предстала его взору, когда парень наклонился к холодильнику. — Не обольщайся, — фыркнул Джи, доставая еду, — я всегда так хожу дома. — Без трусов? — А что? Фрэнк неопределённо пожал плечами, стараясь не сверлить Джерарда взглядом. Да что на него нашло, в самом деле? Много лет жил без секса, а сейчас стал каким-то озабоченным, будто подросток в пубертате. Это всё Уэй так на него влияет, не иначе. Паста и маффины оказались на удивление вкусными, Фрэнку даже не верилось, что Джи так хорошо готовит, и мужчина съел всё, что было в тарелке, ещё и добавку попросил. Джерард же почти не притронулся к еде, сказав, что не голоден. Фрэнк даже не пытался настаивать. — Спасибо, Джи, это очень вкусно. Я сейчас лопну. У тебя талант к готовке, определённо. — Талантливый человек талантлив во всём, — пожал плечами Джерард, убирая пустые тарелки. Фрэнк усмехнулся, даже не став спорить. Поддавшись внезапному порыву, он подошёл к парню со спины, аккуратно обнял его за талию и уткнулся носом в шею. По телу Джи тут же побежали мурашки, от неожиданности он едва не выронил скользкие тарелки, которые собирался вымыть. — Мне очень хорошо с тобой, — оставив на плече Уэя короткий поцелуй, признался Фрэнк. — Так уютно. — Мне... тоже, — ощущая, как быстро начало биться сердце в груди, выговорил Джерард. Почему-то от этих слов ординатора он растерялся, не зная, как себя вести, и какое-то время просто стоял, не оборачиваясь. Когда сердцебиение немного успокоилось, Джи всё-таки обернулся, и мокрыми руками обнял Фрэнка за шею. Он не хотел выглядеть перед мужчиной слабым и показывать свою уязвимость, но слова слетели с губ против его участия: — Останься на ночь. — Да, — сразу же ответил Айеро, быстрыми пылкими поцелуями покрывая шею Джерарда, который выдохнул от облегчения, расслабляясь в объятиях Фрэнка. ... Ночью Фрэнк проснулся от необъяснимой тревоги. Джерарда рядом не было. Они уснули всего пару часов назад, после ужина Джи всё-таки показал ему свои картины, потом они смотрели какую-то глупую комедию, а после — Джи уговорил его на минет, и это было настолько хорошо, что Фрэнк едва не потерял сознание от удовольствия. Потом он тоже позволил Джерарду трахнуть себя в рот, и всё-таки осуществил фантазию сделать ему римминг, а когда они наконец-то насытились друг другом и собрались спать, время близилось к часу ночи. С учётом того, что Фрэнку нужно вставать в пять тридцать, это было уже очень поздно. — Джерард, ты где? — сонно щурясь, звал Фрэнк, идя по тёмному коридору. Он нашёл его сидящим на бортике ванны и прижимающего руки к лицу. Мужчина испугался не на шутку, сон как рукой сняло. — Джи, что с тобой? Плохо? Почему ты меня не разбудил? — Нормально уже. Тебе скоро на работу, куда ты вскочил? Спал бы. — Что случилось? Фрэнк присел около Джерарда и дотронулся до его пальцев. Холодные, как лёд. Только сейчас ординатор заметил рядом кучу окровавленных салфеток. — Не знаю... стало нечем дышать будто. Сердце стучало, как бешеное. Тахикардия эта... Я вышел из спальни, чтобы тебя не разбудить. Думал подышать свежим воздухом на балконе, но не дошёл. Голова закружилась, кровь из носа, еле до ванной доковылял. Умылся ледяной водой, стало легче. — Сейчас как? — Нормально. Ложись спать... — Джерард постарался улыбнуться и провёл дрожащими пальцами по горячей щеке Фрэнка. — Мой круглосуточный доктор. — Какое там спать... — отмахнулся Фрэнк. — Джи, я волнуюсь за тебя. Нужно сделать обследование, проверить сердце. Договорюсь в больнице, хорошо? — Перестань. Всё со мной нормально. — Это ненормально. И... часто такое у тебя? — Иногда, — пожал плечами Джерард. — Куришь? — спросил Фрэнк, вспоминая его анамнез. — Раз в неделю могу выкурить несколько штук или около того. Иногда, правда, и за раз вся пачка уходит, если нервничаю. Но это редко. — Всё равно бросай, ладно? Для сердца вредно. — Ладно. Но у меня же всё в порядке было по кардиограмме? И кровь. Да? — Угу, — кивнул Фрэнк. — Но кардиограмму мы делали только перед операцией. К тому же там видно не всё. Надо хотя бы УЗИ... и коагулограмму сделать. — Ой, не забивай мне голову этими непонятными словами. Мне надоело сдавать анализы. Может, это просто из-за секса? Непривычно большая нагрузка... — Джи, ты так говоришь, будто мы всю ночь без перерыва трахались. Маловероятно. При здоровой сердечно-сосудистой системе в твоём возрасте не должно быть такого даже после секс-марафона. У тебя есть тонометр? — Это штука, которой давление меряют? — спросил Джерард, и, дождавшись, пока Фрэнк кивнёт, продолжил: — Нет. Зачем он мне. Я, что, пенсионер? Айеро недовольно цокнул языком и закатил глаза. Всё-таки Уэй неисправим. — Хорошо, я принесу свой с работы. У тебя должен быть тонометр. Хотя бы пульс посчитаю... дай руку. Джерард послушно протянул Фрэнку запястье, втайне радуясь, что у него есть повод прийти ещё раз. Пускай и такой дурацкий. Так уж и быть, Джи готов терпеть все эти докторские замашки и пенсионерские манипуляции, если Фрэнк будет рядом. — Пульс учащённый. Сто двадцать, — через полминуты произнёс Айеро. — Давление скорее всего пониженное... резко упало, поэтому стало плохо. Никаких препаратов у тебя, конечно, нет? — Не-а... идём спать, уже всё прошло. Тебе же скоро на работу... — Подожди. Поднимешь футболку? Я хотя бы попытаюсь сердце прослушать. — После того, что между нами было, мог бы уже и не спрашивать, — кокетливо усмехнулся Джерард, задирая ткань, и Фрэнк не смог не улыбнуться в ответ. Он неисправим. — Встань ровно. Джерард послушно поднялся, держа края футболки, чтобы она не мешала ординатуру, который прислонился ухом к его груди, пытаясь прослушать сердце. Несколько секунд Джи сосредоточенно дышал и стоял спокойно, но потом всё-таки не выдержал и запустил руку в густые волосы Фрэнка, слегка хихикая из-за того, что его щетина щекотала кожу. — Не дёргайся! Не слышу нихрена. — Возмутился мужчина, отстраняясь от Джерарда. — Сделай глубокий вдох и резкий выдох, потом не дыши несколько секунд, пока я не разрешу. Понял? — Может мы лучше пойдём спать?.. — Джерард! — Ладно... Джерарду казалось, что Фрэнк слушает его сердце вечность (хотя на самом деле прошло всего минут десять), ему надоело неподвижно стоять и выполнять все его просьбы (звучащие, как приказы), поэтому, когда ординатор наконец-то поднял голову, оживлённый Джерард спросил: — Какой вердикт, доктор Айеро? Меня ещё можно спасти? — Вердикт: это не мой профиль, тебе нужно к кардиологу, пройти обследование и сдать анализы. — Совсем ничего не услышал? — Нарушение ритма. Тахикардия. Больше ничего не слышу. Но я могу ошибаться. В целом, пока ничего смертельного нет, но, Джи, я очень тебя прошу... не забивай на здоровье. Это правда может быть серьёзно. — Я подумаю. Идём спать? — В принципе, мне уже можно и не ложиться, — хмыкнул Фрэнк, глянув на часы на руке. — Сам виноват, — пожал плечами Джерард. — Опять включил доктора, когда не надо. Я же сказал, что со мной всё нормально. Тебе что, работы мало? — Неблагодарный, — притворно обиделся Фрэнк. — Я, между прочим, испугался. Джи засмеялся, обнимая мужчину за шею и сразу же ощущая, как сильные руки ложатся на его талию. — С таким заботливым доктором мне ничего не страшно, — тихо произнёс Джерард, дотрагиваясь губами до шеи Фрэнка. Пару минут они стояли так, обнявшись и не двигаясь, и ординатор с облегчением отметил, что сердце Джи успокаивается. — Как хоть это называется? — озадаченно нахмурившись, спросил Джерард, поднимая голову и глядя на Фрэнка. — То, что ты сейчас делал. — Выслушивание сердца? — Угу. Но только по-научному. Все эти ваши умные докторские словечки... Есть название? — Прямая аускультация сердца. — Слишком сложно, я не запомню. Жаль. Не удастся блеснуть своей эрудицией при случае. — Тебе это и не надо, — усмехнулся Фрэнк. — Ты и так блистаешь. — Эй, это что за пошлые намёки? — фыркнул Джерард, пытаясь казаться искренне возмущённым, но довольная улыбка выдавала его с потрохами. Фрэнк снова засмеялся, отпуская Джи и аккуратно подталкивая его к двери. — Идём спать. Вернее, спать будешь ты, а мне смысла нет — через полтора часа надо собираться на работу. — Не переживай, я высплюсь за нас двоих. — Спасибо.

***

Фрэнк всё-таки уснул, и едва не опоздал на работу. С Джерардом было так тепло и уютно, что он на автомате несколько раз отключал будильник и вновь засыпал. На пятый раз мужчина всё-таки окончательно проснулся, и, аккуратно перекладывая сонно бормочущего Джи на подушку, встал с постели и быстро оделся. Наспех умываясь ледяной водой, Фрэнк глянул в зеркало и ахнул: шея была усыпана следами их с Джерардом страсти. Они были небольшими, однако довольно яркими и заметными, пурпурно-красного цвета. «Просил же без засосов!» — себе под нос проворчал ординатор, вытирая лицо бумажным полотенцем и зачем-то считая отметины. Всего их оказалось шесть. Времени искать в квартире Джи аптечку (если она вообще у него есть) не было, поэтому Фрэнк сделал в голове пометку не забыть заклеить гематомы пластырем сразу же, как только приедет на работу. ... В больнице на Фрэнка, как обычно, навалилось много дел, поэтому он совершенно забыл про засосы, и вспомнил лишь тогда, когда знакомые медсёстры и некоторые пациенты начали странно на него коситься, кто-то из них понимающе улыбался, а кто-то делал вид, что ничего не замечает, стыдливо отводя глаза. Раздражённый из-за того, что ему надо отвлекаться от работы, и в то же время смущённый Фрэнк выкроил минутку после осмотра очередного пациента, чтобы забежать на пост к Джамии и попросить её о помощи. — Привет, Джам. Я на минутку. Дело есть. Поможешь? — Привет. Что случилось? — настороженно нахмурилась медсестра, отрываясь от документации. Фрэнк демонстративно задрал шею, хотя и без этого всё было отлично видно. — Оу. Уэй постарался? Решил пометить тебя, чтобы никто не позарился, — хихикнула Джамия, приподнимаясь из-за стола. — Он. Кто же ещё. — А я только хотела спросить, как у вас с ним. Вижу, что отлично. — Ладно, всё потом. Нет времени на разговоры. Поможешь? Уже пациенты заметили и медсёстры шептались. Им только дай повод для сплетен. Надо заклеить, наверное... повязку точно не наложишь. Чёртов Уэй. — Идём в процедурный, пока он свободный. В кабинете Джамия начала деловито шарить по шкафчикам, пока Фрэнк недовольно пыхтел себе под нос. — Гепарином помажу, чтобы быстрее рассосались, хорошо? — поднимая голову, спросила медсестра, сжимая в руке тюбик мази. — У меня аллергия, забыла? — Ой, точно. Тогда троксевазином. И пластыри. — Окей. Спасибо. — Надо было надеть свитер с высоким горлом или какой-нибудь шарф... — Не вариант. Я ночевал у Уэя, сразу от него поехал. — Пожал плечами Фрэнк, сидя на кушетке и болтая ногами. Он в очередной раз дотронулся до засосов, будто надеясь, что они каким-то волшебным образом исчезли. — Оуу, интересно. — С хитрым блеском в глазах протянула Джамия, подойдя к другу с мазью и пачкой пластырей. — И чем вы занимались? Ну... кхм... кроме этого. — Кивая на его шею, хмыкнула медсестра. — Поговорили? — Не до того было. В четыре утра проводил аускультацию сердца. — Романтично. Это у вас ролевые игры такие? — Если бы. Джи опять плохо стало. Тахикардия, головокружение, кровь из носа. Я говорю ему, что нужно обследоваться, хотя бы сердце проверить, анализы сдать, но он ни в какую. — Ох... уговори. Всё-таки это может быть серьёзно. — Угу. За разговорами Джамия уже успела аккуратно помазать засосы и собралась клеить пластыри, прикидывая, сколько штук ей понадобится. — Широких у нас мало осталось, я средние наклею. Смотри, нормально? — спросила медсестра, показывая другу квадратные пластыри. — Вроде закрывают всё и не слишком узкие. Надеюсь, будут держаться. Если что, попросишь у девочек из реанимации. — Ещё чего! — возмутился Фрэнк, представив лица этих «девочек» и сплетни, которые они разнесут по всей больнице. — Обойдусь. Нормально. Ничего не видно. — Если кто-то слишком любопытный будет спрашивать, скажи, что неудачно побрился. — Ага, шесть порезов? Не настолько уж я криворукий. — Бритва затупилась, рука соскочила. — Зубы Уэя соскочили, — фыркнул Фрэнк.— Просил же без этого... Ладно, Джам, я побегу. Спасибо огромное, я твой должник. — На здоровье, — выбрасывая мусор от пластырей и склонившись над раковиной, чтобы вымыть руки, отозвалась подруга. — В следующий раз скажи ему, чтобы не ставил засосы на видных местах. «В следующий раз... — эхом отозвалось в голове Фрэнка. — Джамия так уверена, что он будет?» ... Сегодняшний день прошёл в суматохе, Фрэнк не смог даже отлучиться на обеденный перерыв, поэтому, как только поздним вечером выдалась свободная минутка, он сразу же взял в руки телефон, чтобы написать Джерарду. «Привет, Джи. Я только освободился. Как ты?» Ответ пришёл почти мгновенно, Фрэнк даже не успел достать сигарету из пачки. «Всё хорошо. Я хотел написать тебе сам, но знал, что ты у нас пчёлка-труженица, весь в работе, поэтому не стал. Как день?» Ординатор улыбнулся и начал быстро печатать ответ: «Нормально, если бы утром мне не пришлось перекрывать шесть грёбаных засосов на шее. Джам помогла» «Давишь на моё чувство вины?» «Между прочим, мне тоже досталось!» Следом Джерард отправил фото огромной гематомы на плече и недовольный смайлик. Фрэнк удивлённо присвистнул, он правда не ожидал от себя такого, и был уверен, что не оставил на теле Джи засосов. «Оу...» «Джи, прости, я не нарочно...» «Принесу тебе мазь, чтобы быстрее зажило» «Это ещё не всё» «На заднице таких несколько штук» «Но я не буду показывать, сам потом посмотришь» «Мы же увидимся?» Фрэнк усмехнулся, мысленно поблагодарив Джерарда за то, что он не стал присылать ему фото, иначе после этого мужчина точно не смог бы сосредоточиться на работе. А ему ещё, между прочим, заполнять документацию! «Окей» «Да, заеду на неделе» «Я же обещал принести тонометр» «Он мне не нужен» «Но если в комплекте прилагается сексуальный татуированный доктор, так уж и быть, я согласен» Фрэнк засмеялся, мельком глянув на время на телефоне и всё-таки доставая сигарету. Нужно ещё успеть сходить к автомату за кофе, чего-нибудь перекусить и приниматься за работу, а то он опять заночует в отделении. «Джи, мне надо идти» «Я ещё на работе» «Напишу, когда приеду домой» «Если ты не будешь спать» «Не буду. Жду» Фрэнк быстро прочитал ответ, улыбнувшись милому смайлику котёнка в конце сообщения и положил телефон в карман халата.