Чёртов Уэй

Фрэнк собирался домой, когда в ординаторскую вбежала запыхавшаяся Джамия. — Фрэнк, идём скорее, там... — указывая рукой, поторапливала подруга. — Что, опять кто-то буйный? Я не хочу ночевать в отделении, — вяло отозвался ординатор. — Уэя привезли! Быстрее, он в смотровой. — Что?! Блять... — усталость как рукой сняло, Фрэнк быстро надел халат, выбегая из ординаторской вслед за Джамией. Чёртов Уэй! Что опять случилось? Всё же было хорошо, позавчера они виделись и он чувствовал себя нормально... За пару минут, пока они спускались в приёмное отделение, Фрэнк успел перебрать в голове всевозможные варианты, начиная от осложнений после операции и заканчивая инфарктом. — Зачем ты его позвала, — закатил глаза дежурный доктор, который был наслышан об особом отношении Фрэнка к его пациенту. — Я просил хирурга, а не этого горе-романтика. — Никого нет, только доктор Кларксон, но он на экстренной операции, — быстро ответила Джамия. — Заткнись, Спенсер. Что с ним? Фрэнк быстро прошёл к кушетке, на которой, свернувшись в позе эмбриона, лежал Джерард. Он никак не отреагировал на его появление, казалось, парень ничего не осознаёт и находится в прострации. — Подозрение на острый аппендицит. — Пояснил Спенсер. — Приехал сам на такси. Тошнота, рвота, жалобы на боль в эпигастральной области, потеря сознания. При аускультации — ослабление перистальтики. Взяли кровь на общий и биохимию, на УЗИ признаки воспаления брюшной полости. — Пальпацию проводили? — Конечно, первым делом. Боль в правой подвздошной области и напряжение мышц передней брюшной стенки. — А ректальный осмотр? — Оставил это тебе. Фрэнк яростно сверкнул глазами в сторону доктора, принимая у него протоколы осмотра и УЗИ. Мельком изучив документы, ординатор подошёл к Джерарду, дотронувшись до его руки, чтобы привлечь внимание. — Джи, это я. Слышишь меня? Всё будет хорошо. — Фрэнк... — Уэй постарался улыбнуться и сжать пальцы мужчины в своей руке, но у него совершенно не было сил. — Я умру? — Не в мою смену, — буркнул Айеро, уже громче повторив: — Конечно нет, Джи. Это всего лишь аппендицит. Сейчас мы быстренько проведём осмотр, прооперируем, и будешь, как огурчик. Угораздило же тебя... Сейчас немного потерпи. Фрэнк ещё раз быстро провёл пальпацию, соглашаясь с дежурным доктором по поводу предварительного диагноза, и попросил Джамию и Спенсера выйти из смотровой. — Сейчас я проведу ректальный осмотр. Расслабься, хорошо? — вымывая руки, сказал ординатор. — Ректальный — это... — еле шевеля губами, пытался сообразить Джерард. — Через задницу? Это обязательно? — Угу. — Кивнул Фрэнк, подойдя поближе и надевая перчатки. — Отлично, — попытался усмехнуться обессиленный Джерард. — Как раз, как я люблю. — Шутишь, значит, жить будешь. Всё, ляг на бок, подтяни ноги к груди и не напрягайся. После осмотра Фрэнк вышел в коридор, быстро глянул анализы Джерарда, которые принесла дежурная медсестра, и обратился к Джамии и доктору, твёрдо сказав: — Спасибо, Спенсер, дальше я сам. Джам, ты тоже можешь идти, и попроси, пожалуйста, медсестру подготовить вторую операционную. Ещё мне нужны две ассистентки и анестезиолог. — Фрэнк?! — одновременно вскрикнули подруга и доктор, и, переглянувшись с ним, Джамия продолжила: — Ты собираешься проводить операцию сам? Уверен? — Да. Медлить нельзя, я провёл ректальный осмотр, подозреваю перитонит. По анализам лейкоцитоз, повышение СОЭ и C-реактивного белка. — Может, сначала позвонить Риду? Ты уверен, что справишься? — вмешался Спенсер, начиная нервничать. — Фрэнк, это серьёзно. — Я ассистировал на аппендэктомии тысячу раз, это элементарная операция, я с закрытыми глазами могу её провести. — Но ты же всегда был под руководством другого хирурга! — сказала Джамия, вновь переглянувшись с дежурным врачом. — Надо подождать доктора Кларксона. — Нет времени ждать! — Джамия, останови же его! — взмолился Спенсер, но медсестра лишь развела руками. Если Фрэнк что-то решил, его бесполезно останавливать. — Рид ведь предупреждал, что если ты снова начнёшь самоуправство... — Это вопрос жизни и смерти. Внештатная ситуация, которая не поддаётся регламенту. Я не могу рисковать и ждать, пока другой хирург освободится. Беру всю ответственность на себя и сам буду отвечать перед Ридом, если что. Возвращайтесь к работе. Джам, пожалуйста, сделай, что я просил. — С каких это пор он нам указывает? — недовольно проворчал Спенсер, глядя, как Фрэнк возвращается в смотровую.

***

Фрэнку было страшно. Во-первых, потому, что это Джерард, его любимый Джерард, у него просто нет права на ошибку! Во-вторых, потому, что это был его первый раз в качестве главного хирурга. Он никогда не руководил операцией, всегда был под контролем другого доктора, хотя Рид и обещал, что скоро он будет оперировать самостоятельно. Мужчина в мыслях успокаивал себя тем, что это элементарная операция, которую он и правда уже давно выучил наизусть, но всё равно всегда был шанс, что что-то пойдёт не так, и это заставляло нервничать. К тому же, он снова пошёл наперекор правилам, и Рид явно не будет этому рад, но даже если бы можно было вернуть всё назад — Фрэнк бы поступил точно так же. Он просто не мог ждать хирурга, который неизвестно, когда освободится, ведь состояние Уэя могло ухудшиться в любой момент. И дело было не в том, что это именно Джерард. Фрэнк принял бы такое решение в любом случае, даже будь на его месте другой пациент. Ординатор считал это своим врачебным долгом, он просто не мог иначе. ...Вопреки его опасениям, всё прошло хорошо. Фрэнк смог собраться с силами, уговорить медсестёр и анестезиолога провести экстренную операцию под его руководством, обещая, что всю ответственность и вину, в случае гнева Рида, возьмёт на себя. Ординатор успешно провёл операцию, и сейчас дремал на стуле около постели Джерарда, ожидая, пока он придёт в себя после наркоза. Джамия несколько раз уговаривала Фрэнка поехать домой, обещая, что с Уэем всё будет хорошо, и она за ним присмотрит, но мужчина не соглашался ни в какую. — Фрэнк... Слабый и хриплый голос Джерарда заставил ординатора очнуться от полудрёмы и тут же сорваться к нему. — Я здесь, Джи. Как ты? — Хуёво. Всё болит... — Не дёргайся. Это пройдёт. Сейчас попрошу Джамию уколоть обезболивающее... — поднимаясь с места, сказал Фрэнк. — Не надо! Не уходи. Пожалуйста, — кое-как выговорил Джерард, пытаясь дотронуться до Фрэнка обессиленной рукой. — Хорошо. Я не уйду. А ты лежи, не делай резких движений. — Опять эта штуковина... — недовольно пробормотал Джи, рассматривая катетер, из которого шла трубка капельницы. — Что поделать, так надо. Главное, что теперь всё позади. Ты меня очень напугал. — А... мне это приснилось, или ты... ты сам... меня резал? — Угу. Можешь поздравить, первый раз самостоятельно провёл аппендэктомию. — Только не лопни от гордости, — пересохшими губами постарался улыбнуться Джерард. — Получается... спас мне жизнь? — Слишком громко сказано, — фыркнул Фрэнк, но его распирало чувство гордости. — Это рядовая операция, её делают по сто раз на дню, ничего сложного. — Всё равно. Ты же... никогда не был главным, да? — Да. Было... волнительно, но я не мог ждать, пока хирург освободится. У тебя уже начинался перитонит. — Ну и... как я тебе внутри? — Красивый, как и снаружи. Джерард замолчал, по-прежнему туго соображая после наркоза и ощущая себя, как в тумане. Красивый... — А тебе... не влетит от Рида за то, что ты сам провёл операцию? — решил перевести тему Джи. — Мне всё равно. — Пожал плечами Фрэнк. — Я не мог поступить иначе, у тебя было жизнеугрожающее состояние, это не попадает под общие протоколы. — А что, если бы я... умер? — Джи... Я бы этого не допустил. — Твёрдо ответил Фрэнк. — Но ведь... всякое бывает. — Не думай об этом. Главное, что операция прошла успешно и с тобой всё нормально. — Можно мне... попить? — попросил Джерард, прикидывая, сможет ли он дотянуться до тумбочки, где стояла бутылка воды. — В горле пересохло, не могу. — Сейчас. Не вставай, я подам. Но только чуть-чуть, несколько глотков. Фрэнк открыл бутылку и протянул её Джи, который с трудом подавил в себе желание выпить всё до капли, и послушно сделал несколько глотков. — Спасибо. Поедешь домой? — Надо бы... с утра мне опять на работу, хочу хоть пару часов поспать. Если что, зови Джамию, кнопка вызова медсестры рядом. — Хорошо. — Отдыхай... я зайду утром. — Можешь не торопиться, я никуда не денусь, — хихикнул Джерард, по-прежнему сонно щурившись и пытаясь сфокусировать взгляд. Фрэнк уже собирался выходить из палаты, когда Джи окликнул его в дверях: — Подожди. — Да? Ординатор подошёл поближе. Джерард всё ещё не до конца отошёл от наркоза, но на его лице виднелась осознанность и... волнение. — Что-то не так? Стало болеть сильнее? — не дождавшись ответа, повторил Фрэнк. — Нет. Я... просто... хотел кое-что сказать. Когда... когда меня везли в операционную, я боялся, что умру, и... — Что за глупости, Джи, я же говорил тебе... — Дай мне договорить, — раздражённо сдвинул брови Уэй, перебивая ординатора. В его нынешнем состоянии это выглядело скорее умилительно, чем гневно, и Фрэнк едва смог сдержать улыбку. — Извини. Молчу. — Я боялся, что умру, и ты так и не узнаешь, что я... люблю тебя. Сердце Фрэнка пропустило удар. Он растерянно уставился на Джерарда и подошёл ближе. Чёртов Уэй застал его врасплох, и он совершенно не ожидал, что парень... признается ему в любви. Через несколько часов после собственноручно сделанной Фрэнком аппендэктомии. Как романтично. — Ну?.. Скажешь что-нибудь? — фыркнул Джерард. — Джи, я... я просто... чёрт. Фрэнк взял Джерарда за руку и аккуратно поцеловал ладонь. Он осторожно положил голову на его грудь, ощущая, как нежные пальцы медленно перебирают волосы. — Всё понятно, портить момент — это у тебя в крови, — проворчал Уэй. Ординатор рассмеялся, не поднимая головы. Да уж, лучшего момента для этой душераздирающий сцены они найти не могли. — Я тоже... я очень... я так сильно люблю тебя! — наконец смог признаться Фрэнк, поднимая глаза на Джи, и это было действительно так. Он долгое время пытался отрицать чувства к Джерарду как что-то несерьёзное, хотя давно понимал, что влюбился, и несмотря на их близкие отношения, Фрэнк просто не верил, что всё может зайти так далеко. Он боялся, что если решит признаться Джерарду в чувствах, тот поднимет его на смех, или, в лучшем случае, просто проигнорирует. Ведь симпатия, о которой в самом начале их так называемых отношений говорил Джи, ещё ничего не значит... Но сейчас, когда тот был на волоске от смерти, Фрэнк окончательно осознал, как сильно любит его и боится потерять.

***

Прошёл год

Фрэнк закончил ординатуру, стал полноценным хирургом и уже давно проводил самостоятельные операции, чем Рид очень гордился, считая его одним из лучших хирургов своего отделения. Теперь Айеро проводил ещё больше времени на работе, что не могло не расстраивать Джерарда (хоть он, конечно же, очень гордился Фрэнком), потому что зачастую мужчина приходил домой далеко за полночь, но зато они давно жили вместе, ведь Фрэнк окончательно к нему переехал. — Джамия! — Джерард помахал медсестре, увидев её издалека и подошёл ближе. — Привет. — О, Джи, привет. Ты к нам? — Нет, я... вообще-то, я пришёл в кардиологию сдать анализы, но решил заскочить к вам. Мой будущий муж, конечно, очень занят? — Угу. Минут... ммм, двадцать назад он ушёл на операцию, — глянув на часы на руке, произнесла Джамия. — Так и знал. Но всё же была надежда застать его хотя бы ненадолго. Мы видимся только перед сном... И то, иногда я просто засыпаю, не дождавшись его. — Грустно произнёс Джерард, нервно покрутив помолвочное кольцо из белого золота на безымянном пальце — подарок Фрэнка. — Такое красивое... каждый раз любуюсь, — кивая на кольцо, сказала медсестра. — Когда свадьба? Я всё время забываю. — В середине апреля. После моего дня рождения. — Точно! Фрэнк же смог выбить у Рида отпуск по такому случаю. Это совсем скоро, не расстраивайся, милый. Если ты выбрал Фрэнка, должен мириться с его работой. — Я понимаю. И горжусь им. Но... скучаю. — Ладно, не надо о грустном. Когда я уже получу приглашение? Мне не терпится! — Они почти готовы. Фрэнк скоро тебе передаст. Я лично занимаюсь оформлением, там такая красота, ты просто с ума сойдёшь! — похвастался Джерард, и Джамия не смогла не улыбнуться в ответ, глядя на его горящие восторгом глаза и расцветающую на губах улыбку. — Я... пойду. Если Фрэнк освободится пораньше, пожалуйста, передай ему, что я в кардиологии. — Конечно. ... Фрэнк зашёл в квартиру, включая свет. Было тихо, поэтому он решил, что Джерард уже спит. — Джи, я дома! Спишь? — Не-а. Ждал тебя. Джерард, сонно потирая глаза, вышел к Фрэнку навстречу, кутаясь в тёплый халат. — Джам сказала, что ты заходил. Я совсем забыл, что у тебя анализы и приём сегодня. Извини, не было времени... Вечером зашёл к Кэтрин, она сказала, что всё в порядке. И похвалила тебя, что не пропускаешь ежегодный контроль. — Угу. Ты ведь мне не дашь забыть. Как день? — Нормально. Но устал, как собака. — Идём, я разогрею ужин, — зевая, произнёс Джерард. — У меня хорошая новость! — садясь за стол, радостно сказал Фрэнк. — Неужели... какая? — поворачиваясь к Айеро, удивлённо поднял брови Джи. Он так и застыл с тарелкой в руках, ожидая услышать что-то действительно хорошее. В последнее время ему не хватало таких новостей. — Завтра у меня выходной. Рид ломался, но я надавил. — И правильно... уже почти десять дней работаешь. Значит, проведём весь день вместе? — Да. Только ты и я. Фрэнк подошёл к довольному Джерарду и крепко его обнял, целуя в волосы. — Люблю тебя так сильно, ты даже не представляешь. — И я тебя люблю, — хихикнул Джи, ощущая, как губы Фрэнка перемещаются на его шею. — Подожди... сначала надо поесть. Фрэнк тоже засмеялся, с трудом заставив себя оторваться от Джерарда, и ощущая внутри приятное тепло. Он до сих пор не мог поверить, что Джи через несколько месяцев станет его мужем, от осознания этого перехватывало дыхание и в груди расцветало то самое настоящее чистое счастье.