спасать или спасаться?

— Это немного... — Ванилла сделал непонятный завиток рукой, стараясь подобрать слово. Прикусил щеку изнутри. — Смело? — Подсказал Шэдоу, положив голову целителю на плечо так, что их щеки сталкивались. Вместе с этим с наслаждением пробегался глазами по собственному сценарию. — Грубо, — Тяжело выдохнул — Не считаешь, что так переделывать очевидные факты и выставлять всех... В дурном свете, а себя как великую добродетель немного, ну, неправильно? В остальном слог у тебя хороший, реплики интересные, сюжет... Тоже. Если не считать того, что я уже озвучил, то ты хорошо постарался. Только, пожалуйста, сделай сценарий чуть добрее. Милк надул губы и сложил руки на груди. Отпрянул от Ваниллы, грубо выхватывая сценарий из рук и сминая его. — Тц, ты ничего не понимаешь, силли-Ванилли. Театр — это искусство! Он должен волновать, впечатлять зрителей! Кому будет интересно изложение сухих фактов и милая сказочка о том, какие все тошнотно добренькие? Мы же не для детишек представление ставим. — В таком случае ты можешь придумать своих персонажей и вплести их в сюжет без намека на реальные события, — Растерянно произнес Ванилла, потирая подбородок. Шэдоу показательно вздохнул и в очередной раз за день закатил глаза. Рука цепко схватила целителя за запястье и поволокла в неизвестном направлении. Перед дверьми в просторный зал Милк бережно накрыл чужие глаза ладонями и также бережно, со всего размаха, пнул дверь. — Тадам! — в помещении все было старательно украшено, стояли декорации, висели гирляндочки. Все аккуратно и со вкусом — Твои надзиратели согласились мне немного помочь. Они, кстати, те еще дурни — при желании я бы давно мог сбежать. — Ты успел столько всего сделать за такой короткий срок... — Ванилла удивленно рассматривал украшения, хлопая ресничками. Шэдоу такая реакция нравилась и была, честно признаться, приятна. — Не приуменьшай моих способностей. Это мелочи, — Махнул рукой, повыше поднял подбородок и вспорхнул на сцену — А сейчас будет специальный спектакль исключительно для нашего вип гостя. Присаживайтесь! И не скупитесь на апплодисменты! От такого у Ваниллы засосало под ложечкой. Было здесь что-то не чисто... А учитывая, что целый день он был занят неотложными делами и возможности присмотреть за Милком не было... О, Ведьмы, в следующий раз нужно будет его везде с собой таскать, пусть посмотрит на его работу и на отзывчивость других. А еще будет под присмотром. Кивнув самому себе, Ванилла аккуратно прошел и сел напротив сцены. Шэдоу расплылся в очаровательной улыбке и щелкнул пальцами. Свет погас. Через секунду пучок света сконцентрировался в одной точке. Никого не было. — Все в порядке? — Неуверенно подал голос Ванилла. На сцену медленно выкатилась плоская лошадка, на которой сидел такой же плоский рыцарь — в нем смотрящий узнал себя. Колесики проскрипели по ушам до середины сцены и затихли. Тишина. Давящая тишина. Ванилле казалось, что он начинает сходить с ума. Что это за психологический хоррор? Или артхаус? Но только он хотел открыть рот и позвать Шэдоу... Бабах! Конфетти, музыка, неистово громыхающая, бьющая по всему телу. Ванилла зажмурился в попытке унять дискомфорт. — Я тебя спасу, прекрасная принцесса! Потому что я такой герой и всех-всех хочу спасти! — раздался поломанный, на манер девчачьего, голос. На край сцены в этот момент рухнула плоская башенка, на верхушке которой сидел Шэдоу Милк в простом голубом платьице. — Ах, я так несчастна! Меня хотят запереть в этой глупой башне навсегда, кто же мне поможет?! Шэдоу прикрыл рот рукой и ответил себе же: — Я, я! У меня же так мало забот, поэтому я возьмусь спасать хоть тысячу принцесс! Смотрите, какой я классный! О, свет истины, смотри! Я всегда говорю правду и следую своим словам, именно поэтому я сейчас пойду и уделю время миллионам своих важных дел! Какая принцесса? А, точно-точно... Ну, с драконом справятся мои стражники. Ах, где же он? Чем больше Ванилла слушал этот маленький, явно импровизируемый находу диалог, тем явственнее ощущал уколы совести. — Прости, Шэдоу... — Не мешать представлению! — Рыкнул Милк, спрыгивая с замка и достав откуда-то маску дракона. Рукой подтолкнул стоявшие позади башни маленькие фигурки стражников — Так где же дракон? Ах, точно, дракон и есть принцесса! И сейчас он вас всех уничтожит, жалкие букашки. Голос понизился и стал зловещим. Шэдоу с пугающей жестокостью начал разрывать руками фигурки и раскидывать их в разные стороны. — Хватит! — Ванилла поднялся, не выдержав напряжения. Их взгляды столкнулись. Целитель сглотнул, испуганно, а затем с сочувствием глядя на шута. — Ну как? Тебе понравилось?! Я очень-очень старался, хихи. Раз прошлый сценарий тебя не устроил, пришлось немного импровизировать, — Залепетал Милк, спрыгивая со сцены и легонько тыкая Ваниллу в грудь, так, чтобы он упал обратно на место. После этого склонился над ним, сжав чужие колени. В глазах хаотично мерцал бешеный огонек — Скажи правду, ну же, поделись со мной впечатлениями! Только, ах, если тебе не понравилось, то кажется я совсем разочаруюсь в жизни! Так долго готовиться и... — Я понял тебя. Мне стоило ответственнее отнестись к своей задаче и уделять тебе больше времени, — Чувствуя, что что-то упускает, твердо произнес Ванилла. Что это за странные ощущения? Почему Милк решил поднять этот вопрос, почему просто не сбежал, если все же мог? Или это проекция на будущие события..? Есть ли ему выгода оставаться здесь? Какая? В какую же игру он вписался... — Умничка. Так понравилось или нет? — Скучающим, не без доли презрения тоном, в котором сквозило "ответь уже на вопрос". Руки на коленях то сжимал, то разжимал, иногда продвигаясь чуть выше и сбивая Ваниллу с рассуждений. — Вызывает... Эмоции. Да, понравилось. — Интересно, — Шэдоу выгнул бровь, явно ожидая другого ответа — Надеюсь, ты сейчас не сладко себя обманываешь, ха-ха! Впрочем, я же говорил: театр — это искусство. Я жду оваций! Может, выйти на бис? — У нас есть дела сейчас, но с удовольствием посмотрю следующее твое представление, — Мягко парировал Ванилла, стараясь унять бешено бьющееся сердце. Глаза Шэдоу опасно блеснули. Как только Ванилла встал, он ласково взял того под руку и гордо продекламировал: — Ну же, вперед!