Aquaman

      — Я не инвалид, — ворчит Дэнни, когда Стив помогает ему выбраться из грузовика. По дороге от больницы до дома Стива Дэнни в основном молчал, лишь изредка полусерьëзно говорил о том, как болят различные части его тела. Стив благоразумно не стал комментировать жестикуляцию Дэнни одной рукой. — Конечно, нет, — поддакивает Стив, стараясь звучать искренне. Это немного сложно, когда Дэнни более чем наполовину похож на капризного ребёнка, в трениках, с растрëпанными волосами и глубокой морщиной между бровей. — Хватит меня успокаивать, Стивен, — говорит Дэнни, и его хмурый взгляд становится ещё глубже. — Серьёзно, прекрати это и заткнись на хрен. Стив отступает назад, подняв руки, и следует за Дэнни, который медленно идёт к двери. Стив ведёт его вверх по лестнице — хотя убийственный взгляд Дэнни не даёт ему снова подхватить его за локоть — и в комнату для гостей, которую он подготовил. — Ух ты, — восклицает Дэнни, его глаза расширились, когда он оглядывается вокруг. — Ты действительно собрал все мои вещи. Спасибо, детка. Стив просто кивает и смотрит, как Дэнни шарит вокруг своей здоровой рукой, находя свои вещи, уложенные в ящики. — Прости, — неожиданно говорит он, и Стив хмурится. — Из-за травмы я веду себя как задница, но это... это очень мило. Спасибо. — Конечно, — легко отвечает Стив, как будто он пригласил бы любого раненого друга пожить у него. Да, точно. — Я собираюсь, э-э, поспать, если ты не против. У меня голова раскалывается, и я почти не спал прошлой ночью. — Конечно. Тебе что-нибудь нужно? — уточняет Стив, положив руку на дверную раму. — Ты не мог бы помочь мне с футболкой? — просит Дэнни, его щеки слегка порозовели. — Извини, просто мне тяжело с моим плечом. — Да, без проблем, — кивает Стив, заходя в комнату. К счастью, он хорошо умеет скрывать свои эмоции от посторонних глаз. Стив подходит к Дэнни и хватает подол его футболки, фиксируя взгляд на своих руках. Он поднимает его медленно, чтобы свести к минимуму количество толчков для Дэнни, но этот темп только заставляет Стива чувствовать себя более напряженным, как будто он невольно нагнетает сексуальное напряжение в этот момент. Дэнни хрипит, и хотя Стив уверен, что это от боли, его член, похоже, этого не знает. Наконец футболка почти снята, и Стив осторожно стягивает её с головы Дэнни и с его вытянутых рук. Он старается не смотреть на открывшуюся кожу, но краем глаза не может не заметить. — Ох, — вырывается у Дэнни, когдаон опускает руки. — Спасибо. — Что-нибудь ещё? —спрашивает Стив, и он, возможно, больше, чем следовало бы, гордится тем, что его голос звучит нормально. Между тем, он удачно держит футболку перед своей промежностью. — Тебе нужны те обезболивающие таблетки, которые они дали? — Не, от них я чувствую себя дерьмово. Адвил? — с надеждой спрашивает Дэнни. — Да, конечно, секундочку, — сразу откликается Стив, благодарный за то, что можно выйти из комнаты и заняться чем-нибудь, кроме попыток не смотреть на грудь Дэнни. Через минуту он возвращается с таблетками и стаканом воды и видит, что Дэнни уже забрался в постель без другой одежды. Сердце Стива сжимается при виде его обнаженной загорелой кожи на фоне белых простыней, и он рад, что его рука не дрожит, когда он протягивает воду. — Спасибо, — говорит Дэнни, морщась, когда протягивает руку, чтобы взять таблетки. — Пожалуйста, не попадай в неприятности, пока я сплю. Стив только смеётся и выходит из комнаты, останавливаясь за дверью, чтобы сделать глубокий вдох и провести рукой по голове. Стив должен быть на высоте, чтобы не проболтаться о своих чувствах к Дэнни. Продолжительный недостаток сна только ослабит его защиту, и кто знает, что он скажет или сделает. Возможно, что-нибудь глупое, например, понюхает волосы Дэнни или сожмëт его задницу. Стив останавливается прямо на пороге своей спальни, сбрасывает брюки и рубашку, а затем с благодарностью скользит в кровать. Боже, он как подросток. Один взгляд на грудь и торс Дэнни, и он уже наполовину твёрдый. Конечно, это был очень приятный вид — Дэнни такой сильный, все эти мышцы покрытые прекрасным слоем мягких на вид волос. Стив пускает руку вниз по телу, но останавливается, когда доходит до бедра. Нет, он определенно не может дрочить на мысли о своем лучшем друге-натурале, особенно когда этот лучший друг-натурал в данный момент спит в соседней комнате. С разочарованным рыком Стив переворачивается на живот и закрывает глаза. Чëрт, оргазм помог бы ему заснуть быстрее.

***

      Стив спал недолго и находился в середине очень приятного сна, когда его подсознание пронзил громкий звук, слишком громкий, чтобы быть во сне. Он тут же поднимается на ноги, простыни сбиваются вокруг его талии, и он невероятно дезориентирован, увидев Дэнни, всё ещё без рубашки, стоящего в открытом дверном проеме. Его разум всё ещё наполовину во сне, в котором Дэнни с энтузиазмом стоял на коленях и издавал те же звуки, которые разбудили Стива. Затем его голова проясняется, и он краснеет, осознав, что его рот открыт. — Данно, — выдыхает Стив и прочищает горло. Он осторожно перемещается под одеяло и бросает взгляд вниз — хорошо, эрекции не видно. — Ты в порядке? — Да, извини, просто ударился рукой обо что-то, — говорит Дэнни, выглядя более чем немного взволнованным. — Я не хотел тебя будить, я был удивлен, увидев, что ты спишь. — Я тоже не выспался прошлой ночью, — оправдывается Стив. Он поднимает руку, чтобы почесать затылок, и чувствует себя словно вне себя, наблюдая за их странным разговором, когда они оба без рубашек и полусонные. Ну, судя по тому, каким ошарашенным выглядит Дэнни, он полагает, что тот тоже полусонный. В коридоре полумрак, и рассеянный свет подчеркивает линии пресса Дэнни. Стиву удается отвести глаза в сторону, и он надеется, что приглушенный свет скрыл его взгляд. Боже, это опасно. — Я просто..., — неловко произносит Стив, отводя большой палец в сторону подушки, и это, кажется, выводит Дэнни из оцепенения. — Чëрт, да, извини, — говорит Дэнни. — Я просто закрою это. — Дэнни делает прерванное полумахание рукой и закрывает дверь, и Стив слышит, как он возвращается в свою комнату и тоже закрывает дверь. Стив опускается обратно на кровать и трëт лицо руками. К чёрту, он больше не может этого выносить. Он поворачивается на бок, утыкается лицом в подушку и закрывает глаза, благодарный за то, что долгие годы жизни в тесном помещении дали ему возможность отточить технику бесшумной мастурбации. Он облизывает ладонь, крепко обхватывает свой член и мысленно перелистывает накопившиеся у него кадры с Дэнни. Он немного встревожен, когда понимает, что большинство его мыслей — это то, что действительно произошло: Дэнни кричит на него, Дэнни приходит ему на помощь, они вдвоём занимаются сёрфингом, и всё это перемежается несколькими воображаемыми сценариями, все с участием обнаженной натуры, которые придумал его разум. Стиву удается сделать это беззвучно, только один приглушенный стон вырывается, когда он кончает. Он отодвигается, чтобы избежать мокрого места, и лежит там, как выброшенный на берег кит, тяжело дыша. Он пытается почувствовать себя виноватым за это, за то смутное чувство жуткого вуайеризма, которое он испытывает сейчас, но тяга ко сну настолько сильна, что он расслабляется, и его глаза закрываются.

***

      Когда Стив снова просыпается, уже поздний вечер, и в доме тихо. Наконец-то он снова чувствует себя спокойным и на высоте, и теперь он уверен, что сможет скрывать свои чувства к Дэнни. Несколько лет назад Стив даже не заметил бы, что пропустил ночь сна, но теперь все изменилось. Кто-то может сказать, что Стив размяк, но он предпочитает думать, что... приспосабливается к гражданскому образу жизни. И как гражданский человек, он очень ценит возможность выспаться. Особенно сейчас, когда ему приходится следить за своими действиями, чтобы не выдать то, чего он не хочет. Стив спускается вниз и, порывшись в холодильнике, решает просто приготовить ужин, который он собирался приготовить вчера вечером. Ахи будет не так хороша, как вчера, но она всё ещё достаточно свежая. И он знает, что Дэнни будет ругаться, если будет мало углеводов, поэтому он начинает готовить салат на основе риса. Ужин почти готов, и он как раз нарезает болгарский перец, когда слышит знакомый скрип половиц наверху. Стив может проследить перемещение Дэнни по дому — из комнаты для гостей, в ванную, а из ванной к лестнице — и это не вызывает у него такого беспокойства, как он боялся, из-за кого-то находящегося в его пространстве. — Извини ещё раз за то, что произошло раньше, — говорит Дэнни, и Стив оборачивается на звук его голоса. По крайней мере, на нём теперь рубашка. Но это рубашка на пуговицах, и только несколько пуговиц застегнуты, так что это выглядит ещё более неприлично, чем если бы он вообще не носил рубашку. — Я думал, ты будешь в офисе или что-то в этом роде, — продолжает Дэнни. — Я зашёл в офис сегодня утром, прежде чем забрать тебя из больницы, — объясняет Стив. — Там было довольно тихо, и Чин сегодня держит оборону. — Я не знал, что котикам позволено дремать, — говорит Дэнни, и его ухмылка в сочетании с растрëпанными волосами делает его намного моложе. Стив не может не улыбнуться в ответ. — Вообще-то, нас поощряют спать в любое время, когда мы можем. А я не выспался прошлой ночью, так что... — Да, извини за это, — говорит Дэнни, морщась. — Я бы сказал, что тебе не нужно было приходить, но ты, наверное, воспримешь это как оскорбление или что-то в этом роде. — Наверное, да. Несколько секунд стоит тишина, а потом Дэнни, кажется, замечает еду, разложенную на столе. — Ты готовишь ужин, — произносит Дэнни, и Стив сопротивляется искушению высмеять его за то, что он говорит очевидное. Вместо этого он снова поворачивается к стойке и осторожно говорит. — Я подумал, что не стоит оставлять еду со вчерашнего вечера впустую. — Это ахи? — Дэнни подошёл к столу, где Стив давал рыбе дойти до комнатной температуры. — Шикарно. Стив только удовлетворённо хмыкает, уделяя больше внимания, чем нужно, болгарскому перцу. Он не уверен, что может смотреть на Дэнни прямо сейчас, не выдав себя. — Ты голоден? — Всегда, — обиженно говорит Дэнни, и Стив смеётся. — Хорошо, тогда. Ахи на гриле займет всего пару минут. Несколько минут спустя Стив стоит у гриля и наслаждается тёплым солёным бризом, когда Дэнни выходит из двери ланаи, аккуратно держа тарелки и столовое серебро в своей здоровой руке. Должно быть, ему не очень хорошо удается скрыть свое удивление, потому что Дэнни корчит ему рожицу. — Я не собираюсь есть хороший ужин перед телевизором, — объясняет Дэнни, пытаясь расставить всё на маленьком столике на террасе. — Даже у меня есть стандарты. — Неужели? — спрашивает Стив, переворачивая рыбу. — Я видел, как ты поглощаешь маласадас и оставляешь за собой след из крошек. Стив перекладывает стейки на блюдо, когда они готовы, всего через пару минут, и садится рядом с Дэнни. — Подожди, а почему мы не пьем пиво? — спрашивает Дэнни. Он опирается своей ладонью на стол и начинает вставать. — Ах, — Стив вытягивает одну руку, чтобы схватить Дэнни за предплечье, прежде чем он успеет куда-то уйти. — Ты принимал обезболивающие и у тебя сотрясение мозга, никакого пива для тебя. — Серьёзно? — жалуется Дэнни, но опускается обратно в кресло. — Может быть, позже, — говорит Стив, глядя на Дэнни снизу вверх. — Если ты будешь в порядке. — Теперь ты решил послушать врачей? Если бы ты был раненым, ты бы, наверное, уже пил третье пиво. — Я крупнее тебя, на меня это не так сильно повлияет, — Стив ухмыляется и отпускает руку Дэнни, уклоняясь от его лёгкого удара. — Тогда почему ты не пьёшь? Стив поднимает одно плечо. — Может, я просто такой хороший парень. Дэнни сужает глаза и смотрит на него. — Ага, я так не думаю. — Просто заткнись и ешь свой ужин. Дэнни закатывает глаза и рассматривает всю еду, разложенную на столе. — Вау, и ты скрывал это от меня все эти годы? — спрашивает он. Стив наклоняет голову, поднимает бровь, и Дэнни продолжает. — Что ты умеешь готовить, я имею в виду. Кроме того, что ты умеешь поджигать мясо, как пещерный человек, которым ты и являешься. — О, да, — говорит Стив, не обращая внимания. — Моя мама любила готовить, и она учила меня, пока я рос. Он мог бы добавить к этому предложению, что она говорила, что это поможет заводить девушек, потому что она так и делала, но это не совсем применимо в данной ситуации, поэтому он молчит. Дэнни открывает рот, затем снова закрывает его, и Стив напрягается. Он видит это в его глазах. Дэнни — детектив до мозга костей, и Стив может сказать, что он прорабатывает всё это в своей голове, желая спросить, почему сегодня всё по-другому. Почему Стив действительно готовил, а не просто положил стейки на гриль или даже просто взял еду на вынос. Но он этого не делает, и Стив не может понять, что он чувствует — облегчение или разочарование. Вместо этого Дэнни тычет пальцем в ананас на своей тарелке. — Это... ананасовая сальса? Стив кивает, с набитым ртом, и выжидательно смотрит, как Дэнни немного сдвигает её на своей тарелке. — Ну, Клара Уильямс не воспитала грубого сына, так что я попробую, — произносит Дэнни. Он набирает на вилку сальсу и тунца и поднимает её в сторону Стива. — Ваше здоровье. — Какое правило было в детстве? Обязательно откусывать от всего? — интересуется Стив. — Вообще-то, три укуса, — говорит Дэнни после того, как проглотил, — это пытка, когда речь идет о брюссельской капусте моей матери, скажу я тебе. — Значит, ты должен съесть три кусочка этого, — заключает Стив, жестикулируя вилкой. — Я с удовольствием съем больше трёх кусочков, потому что это очень вкусно, — говорит Дэнни. Он начинает откусывать ещё кусочек, но останавливается и смотрит на Стива. — Но не вздумай думать об ананасах на пицце. Даже моя мама согласится, что правило трёх укусов не применимо к такой нелепой концепции. Дэнни продолжает есть, и Стиву кажется глупым, что такая маленькая деталь заставляет его сердце чувствовать себя так тепло.

***

      Дэнни застонал и отодвинул свою тарелку. — Это было действительно вкусно. Мне особенно нравится, что в этом тунце не приняли участие ни акулы, ни угон лодки. Стив закатывает глаза. — Да ладно. Тунец в тот день был намного вкуснее, потому что ты его поймал, признай это. — Ни за что, — возражает Дэнни, но глаза у него яркие, и Стиву трудно отвести взгляд. Наконец ему это удается, и он встаёт, собирая посуду. Дэнни следует за ним на кухню и кладёт руку на его. Стив тут же замирает. — Эй, дай мне прибраться. — Серьёзно? Ты ранен и можешь пользоваться только одной рукой. Как бы мне ни хотелось увидеть, как ты действительно что-то убираешь, ты всё равно будешь мыть посуду до рассвета. Стив смотрит, как Дэнни идёт в гостиную, и качает головой. Он закатывает рукава и убирается — это занимает всего несколько минут, затем он берёт два пива из холодильника и присоединяется к Дэнни на диване. — Вот, — говорит Стив, протягивая Дэнни бутылку. — Твоя награда за то, что ты съел свой ананас. Дэнни берёт бутылку и кивает. — Спасибо за ужин, правда. И знаешь, за всё это. Стив немного труслив, чтобы прямо сейчас смотреть на Дэнни, поэтому вместо этого он кивает и тянется к журнальному столику. — Ночной футбол понедельника? —спрашивает Стив, его рука нависает над пультом. — У меня всё ещё есть запись вчерашней игры. — Конечно, — соглашается Дэнни, удобно устраиваясь на диване. — Я даже не видел счёт. Дэнни успевает выпить только три четверти пива, прежде чем начинает дремать, и полностью засыпает ещё до перерыва. Он свернулся калачиком на боку, и его босые ноги находятся всего в дюйме от ноги Стива. Стив подсознательно считает вдохи, с облегчением замечая, что дыхание Дэнни глубокое, ровное и регулярное. Его взгляд блуждает по телу Дэнни, и он позволяет себе подумать, хотя бы секунду, о том, как Дэнни будет ощущаться — весь тяжелый, сонный и тёплый — прежде чем он сдерживает импульс. — Кто бы мог подумать, что ты такой жуткий, детка? — говорит Дэнни, почесываясь, и Стив вздрагивает. Он скрещивает руки на груди и снова поднимает взгляд к глазам Дэнни. Сон смягчает его черты, а его взгляд тяжелый и нежный. — Джетс проигрывают, — наконец отвечает Стив, не желая вступать в разговор, который включает в себя вопрос о том, почему ты пялился на меня, пока я спал. — Большой сюрприз, — говорит Дэнни, фыркнув. — Хочешь подняться наверх? — спрашивает Стив. Он не позволяет себе думать о том, что он бы предпочел сказать ту же фразу совсем по-другому. Дэнни качает головой, и его глаза снова закрываются. — Не-а, милый. Он сдвигается и вытягивается ещё немного, так что его ноги плотно прижимаются к бедру Стива, и Стив делает дрожащий вдох. Он старается не двигать ногой, когда поворачивается, чтобы схватить одеяло, которое он положил на Дэнни. Так меньше соблазна.

***

      Когда на следующее утро Стив входит в дверь ланаи, ещё мокрый после купания и полностью на автопилоте, он с удивлением видит Дэнни на кухне. Его волосы всё ещё в беспорядке, и он одет только в тонкую футболку и боксеры. — Доброе утро, — на автомате произносит Стив, вдруг мучительно осознавая степень своей наготы. Но он никогда не стеснялся, и не собирается начинать сейчас. Он делает глубокий вдох и заканчивает вытираться, затем бросает полотенце на стойку. — Как ты себя чувствуешь? Дэнни бросает на него быстрый взгляд, а затем возвращает свой взгляд к газете. — Эх, — вздыхает он, покачивая рукой. — Головная боль в основном прошла, но всё ещё довольно болезненно. — Ты рано встал. — Я принял пятиминутный душ, пока тебя не было, — говорит он, не отрываясь от кофе, и Стив усмехается. — Значит ли это, что у меня есть только одна минута? — Я сомневаюсь, что даже ты сможешь принять душ за минуту. Стив фыркает. — Ты будешь удивлен. — Ну, иди, наслаждайся своими шестьюдесятью секундами блаженства. Я приготовлю завтрак. — О, ты не... — Побереги дыхание, — сухо говорит Дэнни. — Я готовлю завтрак. Он встаёт, чтобы налить себе вторую чашку кофе, а Стив отступает к лестнице. Он открывает рот, но Дэнни прерывает его, даже не обернувшись. — Я не буду готовить яичницу, не волнуйся, — поясняет он, и Стив смеётся. — Иди в душ.

***

      — Мои кулинарные способности немного ограничены с одной рукой, — говорит Дэнни, когда Стив возвращается вниз. — Так что всё, что ты получишь, это овсянка и фрукты. — Это здорово. Я бы подумал, что овсянка будет слишком здоровой для тебя. — Грейс сейчас на овсянке, надо заметить, — говорит Дэнни, присоединяясь к Стиву за столом. — Поэтому я решил, что мне лучше научиться её готовить. — Это действительно вкусно, — бормочет Стив через полный рот. — Ты такая свинья, — ворчит Дэнни, хотя его тон ласковый. — Серьёзно, кто учил тебя манерам за столом? Стив открывает рот, гордо демонстрируя свою овсянку, и Дэнни стонет. — Боже, какой же ты мерзкий. Почему я снова терплю тебя? Стив сосредоточенно глотает, прежде чем заговорить. — Потому что я такой очаровательный. — Я отказываюсь удостаивать это ответом. Когда Дэнни заканчивает, он встаёт и бросает посуду в раковину. — Давай я пойду оденусь, и тогда мы сможем выйти, — говорит он. — Тебе не обязательно идти сегодня на работу. Я уверен, что твой босс поймёт, — заявляет Стив, и его ухмылка остаётся незамеченной, пока Дэнни закатывает глаза. Дэнни пожимает плечами. — Делать всё равно больше нечего. Я могу хотя бы поработать с бумагами. — Без доминирующей руки это будет довольно медленно, — замечает Стив, и Дэнни хмурится. — Я всё равно буду быстрее тебя, — отвечает он. Стив благоразумно держит рот на замке. Дэнни действительно хорошо разбирается в бумажной работе, и Стив по опыту знает, что если он его разозлит, он будет гораздо реже выполнять поручения Стива. Он запихивает в рот последний банан и встаёт, присоединяясь к Дэнни у раковины. — У тебя есть бинты? — спрашивает Дэнни. — У меня неприятный порез на спине, который нужно снова прикрыть. — Да, конечно. — Стив снова мысленно заставляет себя собраться, пока идёт с Дэнни вверх по лестнице. Когда они доходят до ванной комнаты Стива, Дэнни опирается на раковину и, используя свою здоровую руку, поднимает подол рубашки. Стив внутренне застонал. Порез действительно выглядит воспалëнным, красным и натëртым, но хуже всего то, что он простирается ниже линии боксеров Дэнни. Чëрт. Он осторожно тянет пояс на себя и вниз, громко ругаясь про себя. Чëрт побери, у Дэнни есть линия загара. Стив был бы совершенно счастлив и без этого знания. Он очень осторожно отводит бёдра от Дэнни, наклоняясь вперёд. Всё происходит тихо — слишком тихо, — пока Стив быстро закрывает рану бинтом, как можно меньше касаясь кожи Дэнни, и заклеивает ее. Закончив, он натягивает боксеры Дэнни и шлёпает его по бедру. — Вот так. — Спасибо, — говорит Дэнни и выпускает длинный, свистящий выдох. Стиву нужно как можно скорее выбраться из этого замкнутого пространства, поэтому он кивает Дэнни и старается не выбежать за дверь. Он благополучно спускается вниз, моет посуду после завтрака, когда слышит крик Дэнни из своей комнаты. — Придурок, ты не взял галстуки! Голос Дэнни приглушен, но его всё равно хорошо слышно, и Стив улыбается. — Чертовски верно, не взял! — кричит он в ответ. — Наслаждайся тем, как будешь выглядеть!