White tombstone

— Менять бинты каждый день не муторно? Столько марли потребуется.. — Бальза старался начать разговор как можно лучше, не промазав с темой. Сидеть в тишине будет странно, — у вас все точно также? А на лице шрамы не болят? Хотя вряд ли их удобно было бы скрывать.. — Лука невольно выпрямляется, стоило врачу к нему подойти. Станет ли легче с бинтами? Он не знал этого наверняка, но прохладная мазь на могла не вызвать мурашки, — как давно у вас эти шрамы? А у меня они как давно? Лоренц поднял взор, тихо вздыхая. Складывалось ощущение что мир перевернется с ног на голову, если Бальза замолкнет, сколько ещё вопросов может последовать? Казалось, что у шатена был нескончаемый запас любопытства, поскольку за всё время его присутствия он постоянно задавал один вопрос за другим. Впрочем, это не вызывало особого раздражения, напротив это было непривычно для Лоренца который, особенно в данный момент, не был склонен к долгим разговорам. — Муторно не муторно это не ваши проблемы, лечебница предоставляет все необходимое, а врачи следуя обязанностям, имеют полное право этим пользоваться, столько, сколько понадобится. Конечно же в благих целях, — Альва точечно наметил места для мази, лёгкими движениями растирая ее, звук от резиновых перчаток казался неприятным. — А насчёт шрамов, я не предпочитаю их скрывать, лишь по мере собственного здоровья, на лице абсолютно безболезненно. На последней же ноте, психиатр задумался. — Хм, кажется я вам рассказывал, мы получили их под особыми обстоятельствами но в разных промежутках времени, вы забыли? — Лоренц прошёлся пальцами чуть ниже ключицы, переходя к плечу. — Единственное отличие, то, что мне удалось госпитализироватся раньше чем вам, и вполне удачно, не пришлось брать больничный, — старший бегло осмотрел тельце удостоверяясь что закончил с лекарством. Теперь шла очередь бинтов. Врач постепенно перешёл на марлю, Лука в свою очередь чувствовал себя мумией... Он приподнимает руки, дабы тому было удобнее, теперь с мазью на теле было значительно холоднее. — Нет, я не это имел ввиду. То есть с вами это случилось раньше, чем со мной? — Лука рассматривает чужие шрамы на лице, тут же отводя глаза при встрече. — М, все верно, — мужчина подтвердил первую догадку, даже если она была ложной. В конце концов, стоит придерживаться своей изначальной позиции, проще говоря – лжи. — Вот как.. ну, мне придется ходить так всегда? Раз шрамы останутся, то придется за ними ухаживать. Ну и.. меня ведь выпустят? А где я работал раньше, вы упоминали что я интересовался медициной? — Бальза плавно, хоть и случайно, переходил на более важные вопросы, пытаясь сопоставить все пазлы. — Вам не придется ходить так на постоянной основе, только первые несколько дней. И медицина... вы правда интересовались ею, а кем работали, мне неизвестно. Я не смотрел этот пункт в досье, возможно вы ещё обучаетесь, университет ведь доступен в любом возрасте, — Альва постарался выкрутится, что наверняка звучало не очень убедительно. В прочем, марлю никто не отменял, обойдя пациента с другой сторону он сделал ещё пару оборотов крепко затягивая, дабы бинт держался плотно. — Ещё немного, держите спину ровно, — скомандовал психиатр, наконец закрепив всю эту конструкцию узлом находящийся сбоку. — превосходно, теперь можете идти спать. — Спать? — Бальза замялся, стоило услышать своеобразное освобождение, на этом уже все? Он поднимает свою одежду, как можно медленнее натягивая на себя, теперь было гораздо комфортнее и даже теплее. — Нет, стойте, я не хочу, вы.. Вы ведь обещали, что вечером расскажете о всех врачах! Я помню это! — Лука не встаёт с места, нервно стуча ногой о пол. Сейчас он вряд ли уснет, уставшим себя не чувствовал. — и по правде у меня болят глаза. Может у вас есть какие-то капли? Расскажете, пока делаете, — Бальза странно улыбается, сжимая свои новые штаны. Совсем не хотелось оставаться наедине со своими мыслями.. что уж говорить только о них. — Врачи? Ах да, память вас не подвела, радует. И капли, сейчас, секунду. — Лоренц малость сбился с последовательности действий, но все же собрался, выбросив использованные перчатки заменяя те, своими черными. Теперь в этом бардаке предстояло найти капли, что казалось нелёгкой задачей. — Начну с того что знаю я мало, я знаком только с некоторыми, ведь сам недавно перешёл в это отделение. Итак, психиатров здесь не так много, не считая меня, Джозеф, Джек, Берк по совместительству управляющий, и ещё пару не столь интересующих обществом личностей. Также на хорошую роль психиатра мог подойти Антонио – санитар вечно навещающий Эндрю. Дезолье рассказывал что они хорошо ладят, и это выводит его из себя, ведь со своим пациентом у него постоянные стычки. Сам Дезолье представляет из себя не очень хорошую фигуру для подражания, лично меня настораживают его способы лечения. Джек, отвечающий за Наиба непоколебимый и спокоен, несмотря на открытую агрессию со стороны своего пациента, я толком не общался с ним, поэтому не могу дать точный портрет, — врач продолжал рыться в ящиках иногда становясь на носочки чтобы взглянуть на верхние полки. — В целом, мой коллектив довольно странный, если говорить кратко то Джозеф садист, Джек скорей всего имеет двойные стандарты, а Антонио.. наверняка самый адекватный среди них. По поводу Берка мне известно только то что он лечит Трейси, и потакает всем желанием Джозефа. Говорили раньше здесь был ещё один психиатр, но по несчастному случаю его убил один из пациентов, если не ошибаюсь. Ох, вот и капли, — старший взболтнул небольшую бутылочку дабы убедиться в наличии жидкости, которая вскоре избавит парнишу от неприятной боли. Жаль только, не головной. Лекция про всех этих врачей оказалось полезной и очень даже информативной. Лука с интересом слушал врача, параллельно пытаясь переварить всю эту информацию, так значит сам не был знаком с коллегами? С виду они не казались очень дружелюбными. Зато теперь удалось понять, кто есть чей врач, еще бы знать их в лицо! Стоит попросить об этом в следующий раз. Правда история про убийство малость напрягла, заставив вопросительно взглянуть на Лоренца, неужели дело рук пациента? Стоит разузнать и об этом. — В смысле, прямо таки убийство? — с неким волнением спросил Лука, вряд ли врач знал подробностей, или же просто скрывал. В любом случае ему пришлось опрокинуть голову, через секунду ощущая на глазах непривычную влагу, глаза ненадолго защипли, после чего жидкость вперемешку со слезами капнули на щеку. Бальза жмурится, протирая глаза рукой. — коллектив у вас так себе.. Значит это Джозеф ввел электротерапию? Каким образом это долго помочь вылечиться? Мне ведь ничего такого не угрожает? — с особой надеждой спросил Лука, наконец спускаясь с койки и направляясь к двери. — Я не думал что вы все это мне расскажите. — Почему нет? Это ведь лучше чем умалчивать, — возразил Альва, возвращая капли на место. — Что касается убийства, правда. Один из пациентов утратил контроль, и стал виновником трагедии. Я без понятия когда, почему, и в какое время, но могу точно сказать, что не знаю для чего Дезолье вводит такие методы. Вероятно, другие даже не против, ведь кто станет перечить помощнику управляющего? Тем более с таким характером, — вспомнив ситуацию с Эзопом, когда Джозеф целенаправленно сверг собственного коллегу, мотивы очевидно говорили сами за себя. — но вы не беспокойтесь, я постараюсь не использовать это на вас, вы ведь не кукла, чтобы творить что вздумается. По крайней мере, не заслуживаете такого обращения, — заключил Лоренц уставше вздыхая. Все время он не то чтобы мстил Бальзе, напротив своими методами, врач старался сберечь мальчишку. От порочных идей, от мыслей, от замкнутого семейного круга, преследующие его с самого начала обучения. По началу старший попросту закрывал на это глаза, аргументируя банальным интересом, но в итоге все вышло из под контроля... в точности, как у доктора Лючино, кой к сожалению, не выжил. Говорили он оказался слишком доверчивым к своему больному, считал его своим потенциальным, тем с кем он сможет сделать новые открытия. Однако смог ли он? — Что ж, теперь пора спать. — Спать, да.. Знаете, у меня с этим проблемы. Можете со мной посидеть немного? Уверен что под ваш голос я засну, не имею ввиду что вы скучный! Просто... мне так спокойнее. Может хотя бы почитаете, хах? Заодно оставите мне книжку на завтра, это будет полезнее тетриса.. — Бальза с умоляющими глазами глядит на Альву, остановившись посреди коридора. Почему то с каждым днем одиночество ощущалось все хуже и хуже, он и правда терял контроль.. наверное в следующий раз в стену полетит уже другой предмет под рукой, — конечно, если у вас не так много работы. Можете закончить ее у меня, я засну и так! Мне так правда спокойнее.. — Спокойнее говорите, — задумчиво протянул доктор, потирая переносицу. — Хм. Конечно, я могу с вами посидеть некоторое время, — с неуверенностью промолвил Альва поддавшись умоляющим глазкам. На самом деле он бы сейчас уехал домой, но ждёт ли его кто-нибудь? Безусловно – нет. — Тогда давайте сходим в библиотеку, выберем книгу и сразу же вернёмся в палату, не желаю сильно задерживаться на одном месте, — твёрдо добавил врач поправляя очки.

***

После процедуры они действительно направились в библиотеку, кой открывалась одним ключём из связки многих что имел при себе мужчина. Помещение оказалось не столь просторным, но вполне организованным чтобы найти необходимый жанр, то бишь детективный. Лоренц не был фанатом таких книг, однако в силу чужого интереса согласился с взятым изданием. Самому Луке было очень неловко выбирать книгу с врачом, особенно осознавая что все это – его каприз. И то что Альва исполнял его так просто, не могло не смущать, однако, он нисколько не пожалел о своем запросе. В палате, под тусклым освещением больничным ламп и умиротворённой тишине, психиатр сел на углу кровати бегло осматривая оглавление. — Что ж, не думал что буду кому-то читать книгу на ночь, однако ложитесь по удобней, я начну, — пациент кивнул и мигом укутавшись в одеяло, некоторое время пристально наблюдая за читающим Альвой, почему-то было сложно оторвать глаза. Тем не менее он без проблем вникал в текст, на этот раз книга обещала быть интересной.. завораживающей. Как и голос, голос доктора, он звучал четко, без заиканий, такой умиротворенный с ноткой басса свойственная многим мужчинам. То в самом деле успокаивало. Жаль что на середине их чтения, к ним поспешно наведалась медсестра с горстью таблеток. И так же быстро удалилась, одарив тех изумлённым взором, особенно Альву. — Продолжим? — Да. Бальза уместился на боку, упираясь взглядом в стену, параллельно вслушиваясь в чужую речь. Сейчас он казался таким спокойным, но четким, будто специально пытался усыпить Луку, снять тревожность. В голову невзначай пришла мысль, что это похоже на сказки, которые читают детям перед сном, интересно делал ли нечто подобное его покойный отец? Глупо наверное так думать, Альва не выглядел так старо. Бальза что-то шепчет про себя, комментируя моменты из книги, даже не замечая что глаза уже не упирались в стену, а плавно закрылись, сопровождаемые низким голосом. Пожалуй это был самый лучший сон, который ему пришлось застать с момента.. с того момента как он себя помнит. Несмолкающий уснул, так глубоко, как мог. Безобидно сопя под тихий шум больничных ламп. Юнец выглядел так невинно, а хотя, он ведь даже не знает что натворил, имеет ли Альва право злится? Так или иначе, он хочет сберечь его. — Доброй ночи, Лука, — на выдохе произнес старший впервые за все время произнеся его имя. Книжка тихо захлопнулась, и осталась лежать на тумбочке рядом. А сам психиатр, не нарушая чужой покой словно призрак удалился, оставив юношу одного. Выезжать из больницы среди ночи казалось чем-то странным, голые деревья, мрачная трасса, леса. Однако добраться домой он смог. Блондин долгое время думал по поводу проведенных дней с ним, что же ждёт его дальше, что же будет когда он все узнает? Тревожно. — Я не хочу всего этого..

***

— С добрым утром Лоренц! Вы не выспались? Выглядите уставшим, — по приветствовала пухлая женщина стоя на ресепшне, дамочка та ещё сплетница, но как всегда выглядела очень дружелюбной и милой. — Все.. в порядке, — кратко ответил врач сопровождаясь заинтересованным взглядом кой вскоре простыл, как и его след. Те же дни, те же обязательства, и те же вопросы. Альва придерживался своего графика забирая утром Луку, и гуляя с ним вплоть до окончания завтрака. На протяжении этих дней они не единожды навещали одинокое пианино, где психиатр снова и снова обучал того мелодии, "Бальза будьте бдительны, следите за моими руками" советовал он, а затем как прежде отлучался на большую часть дня приходя к позднему вечеру. К сожалению, тогда блондин не имел возможности прочесть книжку, зато принес пациенту еще несколько, с пожеланием не заскучать в этой пустой комнате. Капризов пока не было, да и улучшения состояния тоже, Альва держал всё под контролем, уже самостоятельно вручая ему таблетки. Что касается Трейси, ничего не скажешь, девушка как и обещала дала тому больше дней, а в один из них вовсе запустила своего робота по вентиляции, дабы передать записку и ручку, с просьбой написать какую информацию он узнал. "Хочешь сказать у нас всего неделя? Это же просто жуть! Лучик, ты должен выиграть нам время. Помни, у меня есть документы в которых помимо твоей личности говорится о происшествии, по которым ты стал таким. Я знаю, ты хочешь их получить, тогда помоги нам!" — последнее что передала той ночью Резник, ведь в следующий день сталось то, о чем им следовало обеспокоиться. — Вновь доброго утра, мистер Бальза. Спешу сообщить что я подготовил инъекцию, время ограничено, грубо говоря ее стоит принять в эти сутки, вам удобней вечером, или днем? — И.. Инъекцию? Прямо укол? — Лука удивленно таращится на врача, почему ему рассказали так внезапно? Он усаживается на кровати, ненадолго задумавшись, — А это обязательно? Ну это как то.. я не уверен, может вечером? Нельзя перенести на потом? Я не думаю что в этом есть нужда, мне правда лучше! — парень игнорирует постоянную слабую боль в голове, главное ведь что он начал активно читать! Казалось что ему становилось легче, хоть память никак не возвращалась к нему. — Верно укол, вы боитесь? Сами же относительно недавно дали согласие, не уж то передумали? — вопросом на вопрос задал Альва, подходя к самой кровати. — На потом перенести нельзя, раз вы согласны вечером, то сразу после душа поднимемся на второй этаж, там находятся все необходимые препараты и комната. И я безусловно рад, что вы чувствуете себя лучше, но ваш курс антибиотиков распределен как минимум на месяц, хотите сказать за неделю вам станет лучше? Ничуть. Такой вид введения лекарств куда эффективней, в вашем случае я бы не отказывался. — более убедительно продолжил врач, открепляя некоторые бумаги от доски. Лука же виновато опускает голову, словно сказал что-то глупое, но это вовсе было не так! Было страшно, хотя не понятно из-за чего, можно ли сказать что просто плохое предчувствие? Но вернуть память хотелось.. Вот бы еще и разбираться. — Так или иначе, пока не начался завтрак, я пришел к вам с новой игрой, возможно вы слышали о тесте Роршаха? Если нет, то сейчас поймёте суть игры, — психиатр осторожно достал четыре стандартных рисунка с черно-белыми и цветными симметричными изображениями, мало похожими на что-то конкретное. Парень заинтересовано выпрямляется, наклоняясь ближе к врачу. Бальза внимательно осматривает бумажку, ознакамливается, в конце концов.. ничего не понимает. — Сейчас, вы увидите несколько пятен, и вам необходимо ответить на вопрос о том, на что по вашему мнению, похоже каждое изображение, — Лоренц для начала протянул лишь один лист, вручая и без того удивлённому Бальзе. — На что это похоже? Откуда я знаю, не я же их рисовал. Просто пятна.. симметричные, — Лука почесал затылок, все же не сдаваясь на первой же попытке. Хоть убейте, но он здесь ничего не видел! Видимо с воображением все плохо, а зачем ему вообще гадать? — А если ответ неправильный? Дурацкая игра, я должен сам придумать? Тогда в чем смысл отвечать? Это просто пятна, я и сам такое сделаю! — серьезное выражение лица Альвы выводило из себя, Бальза становился лишь раздражительнее, стараясь ответить. В итоге он смахнул лист в сторону, усевшись нормально. — Бред, а не игра. — Ох, Бальза, — терпеливо начал психиатр. — Здесь нет правильного ответа, вы должны сказать на что похожи эти пятна. Может на какого-нибудь животного, или растение? Что угодно. Пожалуйста дайте ответ, или, я упрощу вам задачу, — игнорируя предвзятое взаимодействие с листком, психиатр забрал его назад. И дал уже новый пациенту, где очевидно был изображен силуэт бабочки, в виде того же пятна. — Я понимаю, что тест вам может показаться глупым, но не злитесь пожалуйста. Это заложено в программе, и мне необходимо сделать выводы насчёт вашего мышления, опираясь на ваши ответы, — блондин акцентировал слова с обращением, чтобы придать важности. В конце концов, ему ведь нужно заполнить бланку, а без ответов там будет абсолютно пусто. — Я дам вам время подумать, не спешите. Лука фыркнул. Он чувствовал себя глупым. Это заставляло усомниться в своих способностях, становилось... стыдно. Лука хмурится вновь, внимательно вглядываясь в уже новый лист, всеми силами пытаясь справиться хотя бы с "упрощённой задачей". Все равно тупая затея, кто этим вообще проверяет? Как от этого зависит его мышление? — Ну это.. похоже на бантик. Я видел такие где-то в больнице, сейчас и не вспомню.. — Бальза с сомнением глядит на врача, где он мог видеть эти штуки? Быть может у медсестер или где-то снаружи? А может это и вовсе воспоминания из его прошлой жизни? Память у него и впрямь краткосрочная.. — или книга. Это страницы, — Бальза указывает на симметричные стороны картинки, пройдясь по ними пальцем. Много ли у Альвы таких бумажек? Оставалось надеяться что нет. — как мои ответы на это влияют? Вы же не можете сказать что я умный, потому что вижу книгу. Или девочка, потому что вижу бантик. — Безусловно не могу, ваши ответы не строят вашу личность. Я полагаюсь на восприятия тех или иных пятен, чтобы скопить результаты после многочисленных тестов, впереди вас ждут ещё более "глупые" занятия. В целом, спасибо что проявили инициативу, что насчёт этого листа? — Лоренц протянул вторую картинку, игнорируя недовольный вид собеседника. На которую он к счастью тоже не поленился ответить, точней был вынужден. Альва просто так не отстанет. — Превосходно, можете же когда нужно. В честь проделанной работы вручу вам небольшую награду, — психиатр потянулся в карман, достав оттуда таблетку аскорбинки, с клубничным вкусом. Своеобразная сладость напоминающая конфету, хорошая награда? По реакции пациента определено хорошая. Парень недоверчиво глядел на Альву, все же приняв таблетку почти сразу, вкус не подвел, что славно. — А я не могу есть сладости вообще? Могли бы раньше примерить эту.. технику. Выходит гораздо эффективнее, — Лука мгновенно разжевывает таблетку, в миг проглатывая. Оставалось лишь надеяться, что это не какое-то подозрительное лекарство, а еще.. — так инъекция все же будет? Вечером? После ужина или как? Мне же можно будет прогуляться в это время по зданию, да? Это ведь не слишком больно? — Лука взволнованно глядит на врача, наклоняясь ближе, будто вымаливая подробностей, делится которыми Лоренц не любил. — М? Гораздо эффективнее говорите? Занятно, я бы мог использовать ее, но в таком случае это бы напоминало дрессировку. За сладости вы действительно будете послушным щенком? — миловидная манипуляция, с странным сравнением, тоже эффективная? Собеседник нахмурился только сильнее. Шутка не удалась. — Инъекция состоится, после душа, зона укола не должна быть мокрой, на некоторое время. И да. Я разрешу вам прогуляться, но не слишком долго, на улице прохладно. Насчёт боли не беспокойтесь на плече кожа не столь чувствительная нежели в других местах. Успокоил старший, бегло осмотрев обеспокоенного юношу, раньше он не боялся. Неужели так быстро поменял мнение? Все до ужаса боятся уколов, хотя то занимает секунду времени, не иронично ли? — Честно, не беспокойтесь, я буду предельно осторожным. — Хорошо, я вам верю.

***

За время отсутствия Альвы, быть точней когда он ушел по работе. Лука успел докончить недавнюю книгу. Это заняло всего несколько дней, что вполне ожидаемо с графиком человека, не отлипающий от книги. Но за временем он следил. Следил пристально, а часы тикали мучительно медленно. За что ему все это? Даже медсестра, занесшая ему обед, хотела успокоить Луку, что вышло не очень удачно. Та сдалась, оставив Бальзу еще на несколько часов. Вот теперь можно было и.. поспать. Другого выхода из этой абсурдной ситуации он не видел.