White tombstone

***

Дверь в палату открылась плавно, почти беззвучно, но пациентка всё равно вздрогнула, вжимаясь в подушку. Вошёл психиатр, высокий, в идеально выглаженном халате, с равнодушным взглядом, в котором угадывалось нечто, похожее на холодный интерес. — Как себя чувствуете, Изабель? Девушка не ответила. Ее руки дрожали, прячась под одеялом, но даже так было видно, что запястья перевязаны белыми бинтами. Следы свежих порезов выдавали недавний отчаянный поступок. Психиатр подошёл ближе, сел на краю кровати и, аккуратно разложил на колене блокнот и склонил голову, разглядывая пациентку. — Вы не хотели бы прекратить? Глаза молодой леди опустились в пол. Она не хотела говорить. Не хотела даже находиться здесь. — Нет, не думаю что это хорошая идея. Психиатр вздохнул и, наклонившись вперёд, негромко произнёс. — Почему она может быть плохой? Банальный вопрос, что происходит после того, как вы нанесли себе вред. — Облегчение, — максимально кратко ответила она, разглядывая собственные руки. Навредить пластиковой ложкой, не каждый сможет. Но Изабель смогла. — Облегчение от чего? От вида крови? От боли? — продолжил Альва, записав ее ответ в блокнот. — От боли. — Что вы ощущаете когда причиняете себе боль? Мысли. — Я заменяю этим самоубийство. Это альтернатива, понимаете? — Риз подняла глаза, уставше глядя на врача, он же поймет ее? — Альтернатива. Но вы не убиваете себя, это не может быть альтернативой. Хорошо, припустим, тогда, почему порезы? Боль может быть разной, и крайняя ее степень точно не это. — Это быстро и удобно, кусать надо сильно, это слишком больно, — объяснила она, тяжело вздыхая. — Маленькой может быть покусывание пальцев, или губ. Тогда, с какой целью вы заменяете боль альтернативой самоубийства? Вы ведь останетесь живы, это облегчение мимолётное и требует повторений, вы хотите умирать раз за разом? Какой от этого результат? — Я бы хотела умереть без альтернативы. У меня не хватает смелости, — Изабель сложила руки в замок. — Какой от этого результат? Почему вы хотите умереть? Какие эмоции приносит вам ваша смерть. — Облегчение. Свободу. Мне так легче, разве не понимаете? — с лёгким раздражением спросила та, не понимая для чего все это. Ее скачки эмоций никуда не денутся. — Свободу от чего? — Что за сложные вопросы?! Прекратите! — внезапно вскрикнула она, и по-детски завернулась в одеяло. Лоренц знал это поведение, прекрасно знал. Он не заставлял ее вылазить, лишь поправил очки на переносице, и тем же тоном, продолжил. — Вы делаете себе больно, чувствуете от этого облегчение, это ваша главное эмоция, вместе с чувством свободы. Вы чувствуете себя свободной потому что делаете то что желаете? Или потому что так отвлекаете себя от чего-то плохого что держит вас в клетке? — Все вместе. Вы держите меня в клетке. — Хм, что еще может помочь вам чувствовать себя свободной? Облегчение стоит того, чтобы вредить себе снова? Вы понимаете что это замкнутый круг, в нем тяжело найти выход, в таком случае, эмоции, которые вы приносите себе после вреда себе, нельзя заменить ничем другим? Почему? — Это сложно. Я не знаю. — Ну, в таком случае, быть открытой к миру, к себе, не значит быть свободной? На эмоциональном уровне свобода является жизнью без ограничений, контроля, вы же, контролируете себя, буквально тем же вредом избегая или напротив получая какие-либо эмоции, вместо того чтобы дать им волю, выходит, самоповреждение это обман – не свобода. — Вы не понимаете. Я боюсь своих эмоций.

***

С другими пациентами все было проще, обычная вербальная терапия, с назначением лекарств. Нежели с более неуравновешенными пациентам. В какой-то степени это приносило ему вред.. но юноша также, принес ему вред, можно ли назвать то ошибкой? "Ты талантлив Лука, время летит быстро, вскоре у тебя даже не останется времени на воспоминания обо мне" было ли то ошибкой? Вновь тревожно. — Доброго вечера, мистер Бальза. Простите, что задержался, неверно рассчитал рабочий день. Идёмте в душевую, а за ней в процедурную, мы должны успеть до полуночи. — поспешно сообщил Альва, толком не заходя в палату. Сам по себе шатен выглядел довольно сонным, неужели недавно проснулся? Так или иначе не важно. Им ведь предстоит ещё прогуляться, что не совсем считается законным до определенного времени, очень похоже комендантский час. — не ленитесь, впереди вас ждёт небольшая прогулка по зданию. — дополнил психиатр наконец вытащив пациента из постели. Следующим часом последовал повседневный душ, и неприятная прохлада после. Процедурная как прежде оставалась сырой и холодной, однако, вполне по очевидным причинам. Альва же, сменив перчатки и надев медицинскую маску осторожно надломил стеклянную ампулу, где и находилась жидкость. — оголите левое плечо, — попросил мужчина, наполняя шприц лекарством. Лука послушно уселся на уже знакомой койке, выполняя чужую просьбу, оголив одну руку. Наверное было бы куда хуже, если бы укол был в изгиб локтя, но и такое положение его не устраивало! Сам препарат, вскоре, оказался внутри, в столь неприятной на вид игле, длинной и тонкой. Это правда пугало парня? Тем не менее прежде чем ввести инъекцию Лоренц обработал зону спиртной ваткой, и только потом спросил подтверждение Бальзы. — вы точно готовы? — Нет, может все же передумаете? — Лука сглатывает ком в горле, наблюдая за острием иглы. Обработанное спиртом место лишь усиливало страх, заставляя его сжать руку. Конечно же в конце концов врач принялся за дело, вскоре Бальза вздрогнул, сильно зажмурившись. Неприятное ощущение, казалось что он чувствовал каждую каплю жидкости, что перетекала в его руку. Так мерзко. Благо все закончилось довольно быстро, вот только чтобы отойти от такого стресса нужно было некоторое время, — требую еще одну награду.. — Видите не так уж и страшно, — сказал он, успокаивая пациента. — требуете сладость? Учту, но к сожалению сегодняшним днём я не смогу вам принести ничего из этого, подождите до завтра, — Лоренц положил шприц рядом наконец снимая облегающее перчатки, а за ними и маску. Теперь же стало интересно насколько побочные эффекты повлияют на самого Луку, состав казался сомнителен и по большей части назначался для больных с сердцем, однако иное воздействие с сокращением памяти и функциями, то, что и было необходимо Альве. — Как вы? Надеюсь в силах прогуляться? В честь такого не приятного для вас случая, могу сводить на четвертый этаж, там открывается красивый вид на звёзды, и посадку, которая окружает нашу больницу. Парень в изумлении глядит на врача, стоило ему упомянуть о красивом виде, неужели удастся хотя бы так взглянуть наружу! Он активно кивает, тут же вскочив с места. — Конечно! Альва тихо хмыкнул. — Замечательно. Вы когда нибудь катались на лифте? Точней, помните ли? — Лифт? Нет, но давайте поднимемся! — Лука выходит из кабинета вместе с Лоренцом, направляясь к так называемому лифту. С виду обычная дверь, только пришлось подождать некоторое время, чтобы она открылась, почему так долго? Комнатка оказалась совсем маленькой, тесной и с виду даже ненадёжной... Зато были зеркала, Лука смог вновь себя увидеть, точнее взволнованное выражение лица, может даже испуг, — А это долго? Может тут есть лестница? — Бальза мнется прямо у прохода, никак не решаясь пройти внутрь. Но было куда интереснее. Врач едва заметно улыбнулся, поправляя очки на переносице, чтобы скрыть улыбку. Его забавляло волнение юноши, явно нервничал, однако, из-за таких незначительных вещей, как обычный лифт, забавляло ещё больше. — Не волнуйтесь, Бальза, это гораздо быстрее, чем подниматься по лестнице, — успокаивающим тоном произнес он. — Здесь всё совершенно безопасно, — Лоренц мягко положил руки на плечи пациента, слегка подталкивая вперед. А затем зашёл следом нажав на кнопку с цифрой четыре. Несколько секунд лифт постоял в раздумьях, но после двери автоматически захлопнулись, а трос что держал всю конструкцию начал прокручиваться тем самым поднимая наверх. Врач облокотился о стену сложа руки за спиной, пока Лука разглядывал все в округе и по виду был поражен новыми ощущениями, возможно даже не очень приятными. Видимо парень действительно впервые катался на лифте. В какой-то степени это казалось грустным, оттого насколько ему пришлось утратить память и эмоции прожитые за все года, чтобы полностью ощущать их заново. — вот и приехали, — объявил психиатр, как только дверь открылась с характерным скрежетом шестерней. — как вам? — Мне? — он жмурится, в моменте все прекращается. Они что, переместились вот так? Получается это комнатка может двигаться вверх-вниз? Странно и уму непостижимо. Морочить голову этим сейчас не хотелось, но было жутко интересно! В прочем Лука поспешил выйти как можно быстрее, оглядываясь на Лоренца. — Это странно. Зачем, если есть лестница, — парень задумался, теперь уже оглядываясь вокруг. Здесь тоже есть пациенты? В любом случае в этом коридоре было темно, свет выключен, зато окна на прикрыты. Он тут же подбежал к дальнему окну в коридоре, разглядывая вид. Довольно высоко.. когда он будет на улице? — А вы думаете, что пациенты которые не могут ходить, будут спускаться по лестнице? Или медсестры с хрупкими препаратами? Лифт, это крайне полезная вещь, — терпеливо объяснил Лоренц, постепенно приближаясь к шатену. — Вот как. А вы далеко живете? И что это за место вообще, раз я живу в центре города, то это намного дальше? — Я живу в точности как и вы, может немного ближе. А больница находится на окраине города, среди посадки. Тихое и умиротворённое место, а многими даже забытое, мрачно не так ли? — добавил он, пока за окном ветер слабо колыхал ветви деревьев, луна подавно освещала местность, тускло подчёркивая тень здания. Казалось будто ночью, безобидная псих лечебница со стороны напоминающая белое надгробие, затихала до смертельной тишины, так что их голоса иногда звучали эхом, в столь одиноком коридоре. Атмосферно. — Пойдёмте, я покажу вам кое что ещё, — невзначай предложил Альва, обходя заинтересованного окном пациента. Они прошлись вдоль помещения, доходя до первое двери с надписью "Палата интенсивной терапии" вход был доступен. Не скажешь что тут было что-нибудь важное, просто помещение с комфортными условиями для пациентов, и конечно же, балкон. По причине которого он привел сюда Бальзу. — Тут будет вид получше, и воздух свежий. Я достаточно хорошо выполнил вашу просьбу? Парень едва поспевая подходит туда же, не удержавшись открывая дверцу. Прохладная погода снаружи, на улице осень? В прочем вид был и правда потрясающий, небо было ясное – многочисленные звезды можно было увидеть вообще без проблем. — Ну.. Как принесите мне сладость, то я буду доволен, — Лука опирается о стенку в балконе, вдыхая холодный, но такой свежий воздух. — почему нас не выводят на прогулку? Имею ввиду, на настоящую прогулку. Разве это не будет полезнее для здоровья? Хотя бы.. менее опасных, — Бальза ссылается на себя, в ожидании глядя на врача. В сей освещении он выглядел по особенному. — Потерпите до завтра, основную часть работы я выполнил, — негромко произнес старший опираясь о ограждение. Глядя вниз складывалось ощущение что они находятся чуть ли не на пятом, а может и шестом этаже, иллюзия тьмы обманывала, погрузила улицу во мрак. — Хм, смотря что вы имеете ввиду под "настоящей прогулкой". Если я правильно понял, то во первых, это нарушает правила больницы. Никто не имеет права вывести пациента за ее пределы, без особого документа тоесть, освобождения. Единственное место для прогулок является атриум, окружённая зданием улица. Свежий воздух и безопасность обеспечена, большего и не нужно, — вздыхая, он невольно прикрыл глаза. Тем же спокойным тоном объяснив юноше идеологию сей больницы. Лука же, разочарованно опустил глаза. Почему все так строго? — Как понимаю, вы хотите попасть наружу? Боюсь, то не будет возможным, с исключением если вы попробуете сбежать, чего я вам категорически не советую, — Лоренц вспомнил одну ситуацию с больным, который из за неудачной попытки убить медсестру чтобы сбежать, обрек себя насмерть. — как себя чувствуете? Инъекция действует спустя получаса. Лука скрещивает руки на груди, ненадолго задумавшись, да и прислушиваясь к своим ощущениям. Ничего такого он не чувствовал. — Ну я.. хочу спать, больше ничего. А на этом этаже совсем никого нет? Сколько всего этажей в больнице? Странно что людей так мало, — Бальза внимательно следит за звездами, казалось что их становилось все больше. — Если хотите спать то через минут десять вернёмся в палату. Этажей всего четыре, а людей мало потому что спят, и соблюдают правила находящийся почти на каждом этаже, — Альва имел ввиду таблицы развешанные по некоторым комнатам. А тоесть: не разхаживать поздним часом, слушаться врачей и принимать лекарства. — Да, пожалуй вернёмся. Но я бы хотел еще поинтересоваться об инъекции.. — вновь начал Лука. — ее получаю только я? Что на счет остальных, их все же будут лечить через.. Как ее там, электричество? А когда? — с интересом спрашивает парень, якобы беспокоясь за них, — я как то думал.. это разве законно? Такая опасность для здоровья.. обычно такое делают с преступниками. — Интересные у вас предоставления. Инъекцию получили только вы, ведь я ваш лечащий врач и в зависимости от состояния меняю лечение как посчитаю нужным. Другие обязаны соблюдать свое лечение, которое также же назначают – их врачи, ну или по крайней мере дают разрешение на такой род терапии, состоится она с дня на день, кажется в двадцатых числах. И знаете, Дезолье абсолютно безразлично законно то или нет, он жестокий по отношению к больным. Не беспокойтесь на свой счёт, вас это не затронет. Разве что в этот день я буду занят, потому держите в курсе. — Учту, — Лука слабо улыбается, узнав довольно таки полезную информацию, после которой от него должны наконец отстать. Про этого Дезолье уже слышать было неприятно, что он за врач такой? Он ведь лечит Карла, верно? Не удивительно, что его приходится спасать. — Этот Дезолье случаем сам не псих? Странный он. Тут все странные и жестокие. А вам не нужно домой? Будь я на вашем месте то помчался бы туда. А вы жену свою совсем не любите? Может есть хотя бы привязанность. Можно было ведь хотя бы подружиться с ней, такое чувство что вы ее избегаете, — Бальза абсолютно не задумывался о том, насколько личный это вопрос, от чего и вел себя совершенно свободно. Он зевает, тело постепенно слабеет, сон ощутимо приходил. — на вашем месте я бы не работал в таком месте. Хотя бы в такой больнице, здесь что врачи, что пациенты, что само здание не в порядке. Альва вскинул брови, он был несколько озадачен столь прямолинейным вопросом, уклончиво взглянув на юношу стоящего рядом. С общей точки зрения, вопрос звучал словно скрытое осуждение, за действия которые он даже не совершал. — Не знал что вы так умело можете скакать с темы на тему. Но, почему вас это волнует? Я полагал, что вы знакомы с понятием "брак по расчету", мне трудно дать вам ответ. Дома меня никто не ждёт. А к той даме, у меня нет никаких чувств, мы подписали лишь некоторые бумажки толком не зная друг друга и, разбежались по разным уголкам мира. Я не готов связывать настоящие узы, с теми с кем я знаком меньше года. И с теми, кто никогда не слышит меня, — объяснился Лоренц, говоря о том что отношения для него являются чем-то значимым, а не какой-нибудь игрушкой, или контрактом. Бальза в свою очередь смущенно отводит глаза, понимая что это и правда было лишним вопросом. Ну откуда же ему обо всем этом знать, верно? Чистый интерес и ничего более.. Интересно смог бы Лука сделать так же? Такие отношения.. не очень выгодны, так в чем же смысл? — Я не совсем это имел ввиду, может было извлечь какую-то пользу, хотя бы.. подружиться с ней? Если вы сразу же разбежались, не зная друг друга, то это как-то странно. Может после тщательного знакомства все же появились бы чувства? И я не знал, что вы живете отдельно, — наверняка звучало наивно и по детски, но такого мышление Бальзы, вероятно даже не имевший никаких связей. Даже ему, не знающий жену Альвы, теперь стало любопытно, что это за женщина такая, неужели им было совсем не интересно? Лоренц удручённо хмыкнул, поясняя ситуацию собеседнику уже который раз. — Бальза, я уже извлёк пользу получив денежный аванс. Да, это звучит меркантильно, но в тот момент меня не интересовали новые знакомства, я был полностью сосредоточен на карьере, — подробно пояснил блондин, бросив взгляд в сторону выхода. — И я в курсе что врачи, здесь, не в порядке, — продолжил он, сделав особый акцент на слове "врачи" Лука ведь тоже когда-то был врачём, то бишь интерном. — Однако единственное что держит меня тут, это вы. Так бы я подавно уволился. — нежданное признание, хотя вполне очевидное, интересно Бальза был тому рад? В конце концов, сам шатен выглядел очень уставшим, несмотря что минуту назад ощущал себя вполне бодро. — Но знаете, думаю уже достаточно свежего воздуха, давайте направимся назад. — А? Единственное, что меня держит тут, это тоже вы! А сколько времени вообще потребуется для лечения? Ну хотя бы примерно.. — Лука кивает на предложение врача, пытаясь игнорировать весьма смущающее заявление. — Лечение? Сложно сказать, учитывая что ваши соседи в других палатах, находятся здесь который год, думаете у вас получится выбраться раньше, возможно, — надежды в миг разрушились, Луку будто спустили с небес на землю, при чем весьма резко. Он вздыхает, пройдя следом за врачом, да и раз результатов никаких нет, то вернуть память будет сложно. Но сама мысль о том, что ему придется быть здесь еще годами пугала! — Следуйте за мной, время уже вышло, — в полумраке тень простыла, лишь отчётливые шаги раздавались эхом, следом за которыми были слышны ещё одни шажки, возвращаться те собирались таким же способом, Луке же понравилось кататься? Нежели бродить пешком? — У вас не очень эффективное лечение, раз они находятся здесь годами. Это подозрительно, знаете ли, — поспевая пробормотал юноша, усмехнувшись, с большим сомнением и тем же страхом пройдя в лифт. — Другие пациенты не мои. Это не я их лечу, — отрезал врач, нажимая на кнопку в лифте. Казалось что теперь он ездил гораздо медленнее, или Лука воспринимал все это по другому? Провести здесь годы.. самые важные годы в его жизни! Рядом с психами, которые вероятно никогда не изменятся в лучшую сторону, со странными врачами и жестокими способами лечения, так еще и в этом ужасном здании. Что если он так и продолжит быть заточенным в одной комнате? А если не вспомнит свое прошлое, будет жить этой жалкой жизнью и это чертово расстройство ухудшится, головная боль, и редкие кошмары станут чаще? Масштабы всей катастрофы на фоне тесного лифта заставили волноваться больше обычного. Мысли исправились, как только двери лифта открылись, они прошлись по коридору и вскоре оказались в помещении с палатами, куда Альва и завёл Луку, пожелав спокойной ночи. День выдался нелегким, зато теперь отправится домой и отдохнуть в симфонии тишины казалось чем-то нереальным. В прочем, после отсутствия врача не прошло и пятнадцати минут, как в палату с характерным скрипом двери заявилась, Трейси. Снова она! Без всяких сомнений, она зашла в помещение, однако непонятный запах слегка отпугнул ее. — Жуть! Ну и запах, ненавижу запах медикаментов. Эй лучик, ты спишь? Лучик! — девушка подошла к постели в плотную дёргая лежащего на ней парня. — О! Не спишь. Нельзя спать. Я пришла узнать как проходит обстановка, ты узнал что нибудь? С ребятами мы уже придумали план, остался ты и.. твои бумажки.