White tombstone

Лука смущенно отводит глаза, такое чувство что сегодня к нему клеятся слишком обильно, почему все стараются его смутить? Пришлось выровняться, да сесть поудобнее, видимо Альва еще не скоро докончит с делами, а сидеть после такого напротив него.. Как минимум неловко. — У нас? Но в книгах и правда совершенно по-другому, — Бальза чуть ли не мямлит под себя, врач говорил уж слишком прямо, неужели и правда нравится? И правда, по сравнению с остальными пациентами он вел себя по-другому, — то есть я вам нравлюсь, но вы на влюблены? Как работает ваша симпатия? Разве вам не мешает что я ваш пациент, я все равно особенный? "Любимчик"? — Лука даже с некоторой надеждой взглянул перед собой, ожидая любого ответа. Лоренц вел себя иначе сегодня, есть ли какая-то причина этому? — Хм, нравственность, понятие растяжимое. И что, по-вашему, мне должно мешать? — Альва покрутил в пальцах ручку, но, решив не отвлекаться, отложил её на стол. Он старался сдерживаться от излишней улыбки, старался выглядеть серьезнее, но временами все же отводил взгляд. Однако по мере того, как разговор продолжался, его глаза оставались спокойными и уверенными, не выдавая ни малейшего смятения. Он смотрел прямо на собеседника, выражая неподдельное внимание и заинтересованность. Возможно, именно это вводило Луку в еще большую растерянность? По крайней мере, ответа пациент не нашел. — И, несомненно, вы мой "любимец", иначе я бы не стал так заботиться о вашем комфорте и безопасности. Но о других забочусь тоже. Однако моя симпатия устроена куда сложнее, чем вам кажется. Вы привлекаете меня как человек целеустремленный, да еще и с хитростью в запасе. И, что важнее, умеете ею пользоваться, не каждому это дано, — в голосе прозвучала явная нотка похвалы. — Раньше мне было бы неловко говорить так прямо, но раз уж представился повод, лгать не стану. Вы действительно особенный, Бальза. Парень криво улыбнулся. С каждым произнесенным словом смущение накрывало все сильней, новой волной. Луке стало неудобно на своем месте, стул казался слишком твердым а помещение душным, это какой-то психологический трюк? Бальза что-то бубнит под себя, просидев с опущенными глазами приличное время, прежде чем взглянуть на Альву. Смотрит слишком пристально, это напрягает. — Ну.. рад это слышать. Моя симпатия в том, что вы всегда рядом. Ну, даже если это ваша работа, — Бальза вздыхает, что еще он чувствует по отношению к Альве? Недоверие, но почему-то сейчас это особо не ощущалось, будто все обиды в миг исчезли, — возможно ваше особенное отношение ко мне, мне это правда нравится, но когда бы говорите об этом напрямую, то это.. и правда неловко. — Возможно и так, но неловкость это лишь миг, а слова вечность, если конечно вы их запомните. К слову используете ли свой блокнот? — невзначай поинтересовался врач, вспомнив как вручил его юноше для личных целей. В прочем как выяснилось он записывал лишь какие-то мелкие детали, и не столь часто как предполагалось. На том диалог постепенно сокращался, до поры, пока Лоренц не вернулся к своей работе, изредка поглядывая в сторону собеседника. Как и ожидалось, просидеть в тишине напротив врача было задачей сложной и неловкой. Лука стучит по столу, нервно потирает колени и разглядывает все мелочи в комнате, но ничего такого не замечает. Самому доктору было забавно наблюдать чужую растерянность, однако намного интереснее стало услышать ответ, аналогичный своим словам. Довольно, мило с его стороны. — Закончу на дежурстве, а сейчас думаю пора пойти на второй обход, может по пути зайдём в библиотеку, если конечно, вы не отвыкли от чтения на ночь. — Буду только рад, в последнее время я забросил чтение... — парень невольно улыбается, наконец выходя из помещения. Глоток свежего воздуха, это помогло хоть немного расслабиться и успокоиться, даже если ненадолго. Он смог отвлечься на пациентов, пытаясь погрузиться в них с головой, почему же Лука так зациклился на недавнем разговоре? Наверное слишком сильные впечатления. В конце концов, удалось успешно закончить сегодняшний день, и уже по пути в библиотеку он начал думать вновь. К сожалению. — Я завтра останусь у себя? А как вам вообще удобнее, я не мешаю или наоборот, помогаю? Я ничего дельного в медицине не знаю, так что сомневаюсь.. — М? Не сказал бы что мешаете, главное не нарушайте правила. И раз на то пошло, вы не извлекли для себя полезную информацию наблюдая за моей работой? Умышленное наблюдение самая лучшая терапия, возьмите на заметку, в дальнейшем пригодится. — Нет.. ну, я не то чтобы извлёк, это скорее простое общение с людьми, и это меня устраивает. Лучше чем жить целыми днями без дела. А раз уж я завтра остаюсь в палате, то стоит выбрать что-то интересное, чтобы окончательно не свихнуться. — Правильно мыслите, вперед, — Лоренц похлопал юноше по плечу заводя в библиотеку, кой как и прежде мрачно пустовала не считая дамочку на ресепшене. — Снова выберете детектив? Когда-то вы читали их не отрываясь. Раньше это было для вас чем-то значимым. Почему прекратили? — спросил психиатр стоя в метре от пациента, который по видимому смотрел заголовок одной книги. — А? Ну, думаю мне просто надоело. Как бы не нравилось, все равно или поздно надоедает. Я же целыми днями то и делаю, что читаю, вот и наскучило, — Лука возвращает свою неудачно выбранную книгу на место, разглядывая следующую. Блондин учтиво кивнул помогая оппоненту с поисками. Детективы стали чем-то повседневным, но им в замену пришли фэнтези, предложенные психиатром, причем безотказно. Хоть какое-то разнообразие для завтрашнего дня, и сегодняшнего вечера. В палате же, Альва не спешил с чтением, малость побеседовав о том, что планирует завтра делать Бальза, и стоит ли им посещать улицу, то бишь прогуляться во внутреннем дворе. В целом предложение звучало заманчиво.

***

— Вы когда-нибудь задумывались, как быстро летит время? — этот вопрос когда-то прозвучал на одной из терапий, проводимых психиатром. Все присутствующие согласились, что время действительно проходит незаметно, но никто не смог объяснить, почему. Казалось бы, ответ очевиден, особенно для тех, кто проводит в палате целые дни. — Но если задуматься шире, с чем можно сравнить это ощущение быстротечности времени? Есть предположения? — с надеждой спросил врач, обводя взглядом собравшихся. Однако по их молчанию и отсутствию реакции было ясно, что никто не знал ответа. Когда-то Герман говорил, что в молодости всё воспринимается по-новому, мозг фиксирует каждое событие, формируя насыщенные воспоминания. Оглядываясь назад, кажется, что время тянулось медленно, потому что каждый момент был уникальным. Но с возрастом многие события становятся рутиной, мозг уделяет им меньше внимания. Оттого ощущение быстрого течения времени похоже на привычку, никто не замечает, как часто и быстро повторяются знакомые нам действия. Время – всего лишь иллюзия, особенно для тех, кто заперт в своем разуме. Тем не менее, Трейси и большинству её знакомых удалось избежать мучений, электротерапию отменили до тех пор, пока лечебница не обновит оборудование. Бальзу же почти не трогали, его главной задачей оставался приём предписанных таблеток, вместо тех, что пытался вручить ему врач. С того момента прошло всего три дня. Лоренц, как и прежде, наблюдал за попытками Изабель сблизиться с Лукой и за тем, как она отчаянно старалась выглядеть уравновешенной, несмотря на вчерашний срыв. Тогда она чуть ли не впала в истерику от осознания собственного существования, благо, транквилизаторы и принудительная инъекция быстро привели её в порядок. — Лука-Лука, это правда, что вы видели фонтан во внутреннем дворе? — радостно воскликнула Изабель, покачиваясь из стороны в сторону, словно неваляшка. — Доктор Лоренц говорил, что вы любите бывать на улице и с нетерпением ждёте снега. Принесите и мне хоть немного, пожалуйста! Я хочу увидеть это зимнее чудо! Двое "врачей" стояли у её кровати, наблюдая, как бедняжка не могла найти себе места, беспокойно теребя постельное бельё. Все как всегда было одинаковым, кроме конечно же Изабель, только она умудрялась быть совершенно непредсказуемой и такой разной каждый раз. Это только их третья встреча, но привязалась она и правда не на шутку. — А? Да, я видел.. но не придал этому особого значения, фонтан обыкновенный, — Лука неловко усмехается, зная что видел его мельком один единственный раз, да и других фонтанов тоже не помнит. — Вы не придали значение фонтану? Жуть! — тут же возмутилась девушка, аж привстав на колени. — Ха-ха, боюсь что пока поднимусь на ваш этаж то и снег растает. Ну, будь вы поспокойнее, то я бы с удовольствием вывел вас на улицу. Если ваше состояние улучшится до зимы, то я подумаю.. — Правда?! Можно? За эти два года единственное что я здесь видела так это кабинет процедурной, и свою комнату. Я.. я бы с радостью вышла с вами наружу, но боюсь Лоренц этого не позволит, так ведь доктор? — без умолку тараторя спросила та, глядя на психиатра, в глазах которого очевидно читался отказ. — Да. Поэтому увидеть снег вам удастся не очень скоро, навряд-ли вы способны на такое быстрое выздоровления, чем бы я не помогал, ваша жизнь всегда в собственных руках. — Словно у ребенка конфетку забрали. Между прочим мне значительно лучше, ваш коллега это может подтвердить! — запротестовала Изабель постепенно подползая к краю постели. — Нет, не может, я вас вижу значительно чаще, и в конце концов я ваш психиатр. Очередной конфликт между пациенткой и Лоренцом заставил Луку еле заметно вздохнуть, порядком поднадоело, что за война? Или же ним и правда пытаются воспользоваться? Возможно он и наивен, но власти тут никакой не имеет. Парень отлипает со стены, делая шаг вперед, вот только в следующее мгновение раздался неприятный звук. Пациентка оказался слишком близко к краю и неожиданно свалилась на пол. — Изабель! Бальза тут же подходит к ней, пытаясь помочь. Подняв ее обратно на ноги и убедившись, что ничего серьезного она не получила, Лука облегченно уселся рядом, разглядывая чужую голову и лицо, вдруг повредила? — Ну, может разве что из окон? — Лука глядит на врача, невольно вспоминая как сам впервые увидел улицу из окон, может и снег удастся застать? — аккуратней пожалуйста, не хватало и ушибов вместе с вашими проблемами. Но думаю.. точнее надеюсь, что вы постараетесь лучше, и до зимы вам полегчает. Леди отряхнулась от немалого удара поднявшись с пола благодаря Бальзе. Она не то чтобы не ожидала, скорей, не рассчитывала что упадет так быстро, впрочем никаких увечий это ей не нанесло. — Ой да.. спасибо, большое. Я немного не уследила за концом кровати, — произнесла та с легкой улыбкой, стараясь оправдать свое неуклюжее поведение, паралельно усаживаясь неподалеку от собеседника. В это время Альва лишь мельком окинул присутствующим взглядом, вздохнув с едва уловимой усталостью. Изабель снова сосредоточила внимание на себе, причем исключительно внимание Луки. — Окна говорите, — повторил психиатр невольно задумавшись, с одной стороны пациентке было строго на строго запрещено приближаться к каким либо объектам отражающие ее внешность, а с другой, Лука может достать с желанием показать Изабель тот самый снег, о котором и начался спор. — может быть, но с исключением что это будет первый и последний раз. Вы довольны? Будь у Луки щенячий хвост, то он бы определено замахал в разные стороны. Он улыбается, активно кивая, примеру которого последовала и сама девушка. Бальза был не менее воодушевлен этой идеей, ведь и сам беспомощно ожидал первого снега, не лучше ли разделить этот момент с таким же человеком, как и он сам? Хотелось помочь и сделать хоть какое-то добро. — Да, ведь позже она излечится и сможет сама наблюдать за снегом вне больницы. Как и.. остальные пациенты, — Бальза улыбается, надежда была большой, по крайней мере крупица наивной глупости у него оставалось, хочется быть хоть на каком то позитиве, учитывая что он и сам хотел как можно быстрее отсюда выйти, — значит осталось только дождаться. Надеюсь что вы не поранитесь до этого момента, а то такими темпами мне страшно представить что будет дальше, — Лука мимолетно касается чужой макушки, убедившись что та не ранена, наконец встает с места, вновь оставляя ее одну на кровати. — Уже? Уходите? — жалобно протянула Риз. Чей голос не остался без внимания. — Да, уходим, — подхватил Альва. — Мы неплохо побеседовали и разобрались, поэтому нам пора, верно? Верно, — задав риторический вопрос он подошёл к Луке заведя руку за спину чтобы выпроводить наружу. Довольно таки неожиданное решение от психиатра, если не усугубляться в смысл поступка. Он не видел повода больше оставаться внутри, а оставлять этих обоих наедине уж тем более, в конце концов иногда это становилось просто невыносимым. Альва закрыл двери палаты, тут же кладя ключи в карман будто ничего и не было. Врач не желал обсуждать свои действия, поэтому предпочел продолжить работу, пойдя по списку пациентов которых им следует обойти. — нам туда, не задерживайтесь. Увидите ее ещё послезавтра. Лука глупо хлопал глазами, не успев сказать ни слова, как оказался снаружи. Больше похоже на то, что Альва хотел уйти как можно быстрее. Парень хмурится, следуя за ним, взгляд невольно цепляется за ключи, быть может, попробовать... Хотя рисковать сейчас не хотелось. — Почему вы с ней так? Будто она ваша самая нелюбимая пациентка, с такими больными наоборот нужно относиться бережнее, — Лука скрещивает руки на груди, замедляя шаг. — или вам не по душе что она уделяет мне больше внимания? Я правда ни на что не рассчитываю, это просто помощь! Я ведь ее понимаю с одной стороны, в этом нет ничего катастрофического. Врач некоторое время молчал, стоя к нему спиной. Изабель, была не то чтобы ужасной пациенткой. Он несколько раз объяснял ей лично, что такое ни к чему хорошему не приведет, и несмотря на предупреждения и сильные препараты которые ввели даме, та стояла на своем, вовсе не разделяя точку зрения старшего. "Что плохого в том, что я хочу почувствовать себя живой?" – ее фраза заставившая конкретно задуматься. — Нет, и ещё раз нет, я не имею ничего против внимания, и вашего отношения к ней. Думаю, со временем вы поймёте все сами, в следующий раз, я не стану вмешиваться, — глянув на собеседника через плечо задержав на нем взгляд, он не медля вернулся к списку, чуть щурясь из за мелкого текста. — Следуйте за мной, ещё предстоит не мало работы, — Лоренц ступил первым, слыша шаги за собой. Следующей палатой оказалась комната одного юноши, испытывающего ПТСР после одной трагедии. На удивление он славно шел на поправку и показал хорошие результаты в тестах, но все же, несмотря на чудесный талант быстро формулировать мысли и поддерживать когнитивно поведенческую терапию, родственники у него были те ещё. Двое родителей без разрешения психиатра навестили сына, и по словам медсестры только что покинувшую палату, те аргументировали свой приход тем что устали ждать врача, и решили дождаться его прихода уже в палате. Альва лишь безнадежно вздохнул огорчившись ещё больше, кто так поступает? Да и ещё без ведома. В общем, рабочий день начинался не с самых приятных нот.