Universal Solution

Куда. Делся. Джейс. Он уже полдня не появлялся в лаборатории. Как ушел прошлым вечером, ссылаясь на срочные дела дома, так и не пришел. Виктору как будто бы плевать, есть его напарник или нет; он уже час собирает какое-то устройство, отдаленно напоминающее обычный фильтр для воды, но немного больше. У него своих собственных проектов полно, так что он может работать и без помощи Джейса. А вот Кая… ей было просто не с кем поговорить. Читать скучные книги ей надоело еще в прошлом месяце, рисовать она не могла, а разговаривать с Виктором бесполезно; у него за месяц появилась способность игнорировать ее полностью, словно ее нет, только иногда он просил ее подать ему кофе, масло, гаечный ключ или еще что-нибудь. Заставлял помогать с тем, что в ее обязанности не входит. А у нее даже нет достойной причины отказать, потому что ей нечем заняться, и она просто лежит в кресле и рассматривает потолок. Но он еще каждый раз подгоняет ее словами, что у него проблемы с ногой, ему нельзя сильно напрягаться и все в таком духе. Пользуется своей инвалидностью на максимум, но только в такие моменты. В остальное время старается ходить как обычный человек. Кая сидела на месте Джейса и со скуки катала по столу гайки. Виктор не обращал на нее никакого внимания, только иногда забирал по несколько из ее запасов, чтобы прикрутить их к устройству. Один раз она попыталась просто закрыть их руками, но он стукнул ее по ладоням гаечным ключом и продолжил работать. Стукнул не сильно, но ощутимо. Интересно стало, когда автоматический фильтр — у нее получилось разобрать почерк на одном из чертежей и она убедилась в своей догадке — был закончен. Виктор нажал на кнопку включения на блоке питания и осторожно залил в устройство мутную воду. Тишину лаборатории наконец-то прервал звук работающего механизма. Прошла всего минута, прежде чем в кружку полилась чистая вода, без какого-либо намека на примеси. Кая с интересом наблюдала за этим. Это было необычно. А потом Виктор поставил перед ней кружку с водой. Она непонимающе на него посмотрела, а потом до нее дошло. — Я тебе не подопытный кролик. — В худшем случае у вас будет отравление. Это не страшно, вы же часто от этого страдаете. Она закатила глаза, взяла кружку и сделала небольшой глоток. Вода была самой обычной, как из-под крана. Был странный привкус машинного масла, но это из-за кружки, на которой была пара темных отпечатков пальцев. Она допила воду, поставила кружку на стол и вопросительно посмотрела на Виктора. Только сейчас она заметила, что он выглядел иначе. Он был не в бордовой приталенной рубашке от формы Академии, а в серой, которая выглядела на нем большой. — По какому поводу сегодня другая рубашка? Решил похвастаться новой покупкой? — с насмешкой спросила Кая и откинулась на спинку стула. — Сегодня день пересдачи экзамена по моему предмету, — ответил он, не отрываясь от своего устройства. — И вы можете поприсутствовать. Кая усмехнулась и покачала головой. Она не собиралась сидеть в аудитории с неудачниками и писать скучный тест, в котором все равно поняла бы половину, в лучшем случае. Но поддразнить Виктора она была просто обязана. — Если хотел меня впечатлить, в следующий раз можешь ничего не надевать. — Мы не в таких отношениях, Мисс Энфорсер. — Какая жалость, — саркастично протянула она. Ей хотелось вызвать хоть какую-то реакцию у него, чтобы услышать другой тембр его голоса. Кая взяла со стола ненужные детали и гаечный ключ. Она не имела в голове четкой картинки, что хотела сделать из этого хлама, но начала соединять длинные детали между собой. Сначала к основной вертикальной привинтила четыре более короткие. К самому верху приварила, — перед этим обматерив паяльник из-за того, что он обжог ей пальцы, — небольшую круглую пластину. Она щурилась, чтобы искры не попали в глаза, и старалась не наклоняться близко к столу; оттого она и обожгла пальцы. По тихому смешку она поняла, что ей стоило изучить правила техники безопасности, которые сейчас подпирали одну из ножек стола. Осталось только отпилить торчащие концы болтов и ее «штука» готова. Она встала из-за стола, подошла к резаку на полу. Она много раз видела, как Джейс им пользуется, в этом не было ничего сложного. Или это опасное устройство испортит ее творение и отпилит ей пальцы. По ее спине пробежали мурашки. А потом Виктор сел на пол рядом с ней и включил резак. Медленно нажал на все нужные кнопки, настроил скорость вращения лезвия, специально, чтобы Кая все поняла без слов. Она стянула с его головы защитные очки, затянула резинку и надела их на себя. Осторожно она начала по очереди отпиливать куски болтов до гаек. Закончив, она выключила резак, сняла очки, оставив их на голове, встала, взяла со стола тонкую заостренную с одного конца трубку. Осторожными движениями она начала делать царапины на пластине. Постепенно это стало похоже на лицо. Очень стилизованное под иллюстрации в детских книжках с картинками, но узнаваемое лицо. Под правым глазом появилась кривая палочка, которая изначально должна была быть просто точкой, над полоской рта с левой — нормальная точка, потому что в этот раз Кая решила поставить трубочку вертикально и стукнуть по ней сверху одной из книг. Теперь ее первое в жизни металлическое творение было готово. Она вернулась к Виктору, который все еще сидел на полу, но теперь разбирал бумаги. Один лист лежал в стороне, что было странно. — Держи. — Кая протянула ему металлическую куклу и села рядом, когда он ее взял. Пару секунд он молча рассматривал ее. Левый уголок губ дернулся в едва заметной улыбке. Это было почти незаметно, но Кая хорошо выучила его эмоции за прошедший месяц. Даже слишком хорошо. — Вы потратили столько материалов, чтобы сделать это? — с легким сарказмом спросил он у нее. — Я думал, вы придумаете что-то оригинальнее. — Это ты, если не понял. Родинки. Она была удивлена, что он не понял, что это он. Или просто сделал вид, что не понял. Виктор отложил куклу в сторону и протянул лист Кае. — Если не хочешь сидеть со студентами, можешь решить свою работу сейчас. — Она хотела возразить, но он добавил: — Вы сами попросили записать вас на пересдачу. Кая фыркнула, взяла лист и села за стол. Она взяла ручку, обмакнула ее в чернила и приготовилась просто рисовать, потому что в физике она ничего не понимала, но ее глаза расширились от удивления, когда вверху листа был напечатан всего один вопрос, а остальное место занимали строчки для ответа. «Почему мои студенты говорят о синеволосом энфорсере, который платит мужчинам за секс?»

***

Ее уволят. Ее точно уволят завтра, если не сегодня вечером. Она знала, что после смерти Грейс долго эта почти тайна не продержится, но надеялась, что тот студент будет умнее. Она ошиблась. Он был полнейшим идиотом, раз решил всем рассказать о том, где проводил один прекрасный вечер некоторое время назад. Кая готова его убить за такое, но револьвер она с собой не носит; он лежит где-то в ее квартире среди прочего хлама, который она никак не может разобрать. Еще и не понять, кто он, и как его можно найти. Из его внешности она помнила только светлые волосы, а таких по Академии ходит минимум десяток. Расспрашивать всех подряд она просто не может. Пользуясь своими полномочиями, Кая направилась в кабинет администрации, чтобы поискать личное дело того студента. Это сложно. Она потратила несколько часов, но так и не нашла то, что ей нужно. Зато нашла бесполезное личное дело Виктора. Ничего интересного она там не обнаружила, кроме непонятной фамилии и пары проектов, которые Совет забраковал. А ведь если бы у него было финансирование, жизнь в Зауне стала бы немного лучше. Теперь стало понятно, для чего он собирал фильтр для воды. Блондинов в Академии сорок семь. Особого смысла в подсчете не было, но спустя три часа поисков нужной папки в полутьме с фонариком Кая просто от скуки решила всех их пересчитать. Нужного она нашла. Феликс Сейло. Она чуть не порвала папку. Это худший вариант из всех возможных, потому что этого не может быть. Чтобы родственник Сейло оказался в ее постели… Она должна была понять это еще в том баре; но алкоголя было слишком много, чтобы она увидела сходство между двумя павлинами. Теперь проблем у нее еще больше, чем было изначально. Она вернулась в лабораторию с еще более худшим настроением, чем уходила. За время ее отсутствия ничего не произошло, что было хорошо и плохо одновременно. Она не хотела разговаривать с Хеймердингером о том, что она не выполняет свои обязанности должным образом; но также ей наскучила однообразная работа, даже чтение заметок в книгах ее больше не занимало. Виктор что-то писал на доске, Джейс сидел — он наконец соизволил появиться, какое счастье, — за столом и тоже что-то записывал в своем дневнике. Кая искренне не хотела с ними разговаривать, а просто уйти к Сейло, чтобы через него найти этого Феликса, но не получилось, потому что она заметила изменения. Сначала Виктор, теперь Джейс. Сегодня явно особенный день, раз он пришел не в каких-то старых футболке и штанах, даже не в форме Академии, а в красивой белой рубашке и идеально выглаженных брюках. — Сегодня праздник? — скучающе спросила она, плюхаясь в свое кресло. — Эм… Да. Мой день рождения. Кая сразу подняла голову и посмотрела на Джейса. Он смотрел на нее и немного неуверенно улыбался, а потом вернулся к своим записям. — Значит тебе… — Двадцать четыре, — закончил он за нее и закрыл дневник. — Правда? Я бы тебе больше двадцати не дала. Джейс тихо засмеялся и улыбнулся ей. Он явно не привык к такого рода комплиментам. Кая встала на колени в кресле и положила руки на спинку. Ее взгляд остановился на полу, и ее мозг пытался придумать, что стоит подарить Джейсу. Он ведь старше нее, хоть и не на много. Она узнала о его дне рождения только что, но без подарка его оставить не могла, потому что он считает ее своим другом. Оригинальных идей у нее не было, но было много денег. — Сходим в бар? — У меня экзамен через час, — ответил Виктор. Он закончил писать на доске, положил мел в сторону и сделал небольшой шаг назад, рассматривая свою работу. — Мы можем пойти без тебя, мистер «Я слишком занят для веселья», — недовольно протянула Кая и показала ему язык. Пусть он этого и не видел, но Джейс едва сдержал смешок, а значит это того стоило. — Я не говорил, что я не пойду, мисс «Алкоголя в моем рационе больше, чем нормальной еды», — спокойно ответил Виктор. — Но только в том случае, если к моему возвращению здесь ничего не взорвется. — Мистер Ученый, ты ведь в курсе, что вы уже полторы недели только пишете и чертите? Бумага не взрывается, на сколько я знаю. Виктор только закатил глаза, а Джейс хихикнул. Ему явно нравилось наблюдать за ежедневными перепалками своих коллег.

***

В пабе было шумно. Звон бокалов и бутылок, разговоры, смех, музыка из старенького граммофона. Достаточно уютная атмосфера. Кая долго выбирала между несколькими довольно похожими заведениями, чтобы найти самое приличное. И этим местом оказался приятный паб на нижнем уровне Пилтовера. Не самый роскошный, но у Каи здесь хорошая репутация; если переспать с владельцем является хорошей репутацией. Сначала разговор совершенно не шел. Джейс и Виктор обсуждали планы на свой следующий эксперимент и думали, как усовершенствовать формулу синтеза кристаллов, чтобы они стали более стабильны. Кая же просто сидела и ела какой-то сыр, который они заказали в качестве закуски к пиву. Когда принесли выпивку, работа перестала иметь такое большое значение. Прошлый опыт доказал, что на пьяную голову этим ученым не стоит обсуждать что-то важное; лаборатория Хеймердингера не выдержит еще одного взрыва. Поэтому Джейс принялся буквально допрашивать Каю. Это были обычные вопросы, но он просто не замолкал, а еще так глупо улыбался, что совершенно не выглядел на двадцать четыре года. Если бы не кружка пива в руке, никто бы не догадался, что он совершеннолетний. — Кая, почему… ты выбрала эту работу? — Оказалось, что Джейс невероятно быстро пьянел. Он выпил две бутылки, но уже говорил не так быстро и внятно и едва держал глаза открытыми. — Мистер Хирочи был энфорсером, — без энтузиазма ответила Кая и сделала еще глоток пива из бутылки. Она могла бы заказать себе что-то покрепче, но не хотела получить очередную порцию насмешек от Виктора. — Ты зовешь отца по фамилии? — К разговору подключился Виктор. Он был самым трезвым, потому что пил очень медленно, хотя в разговоре принимал минимальное участие. — Я ему не родная дочь. Да и он с женой давно уехал куда-то, так что я с ними не общаюсь. Разговор снова зашел в тупик. Джейс почти заснул, с Виктором говорить не о чем. «Хорошее» празднование получилось. Кая решила заказать себе что-то покрепче. Она просто не протянет долго в этой скучной компании, если останется трезвой. Это была хорошая идея. С новым алкоголем на столе Джейс решил выпить еще. Они пили и шли на повышение градуса. Кая не так плохо переносила алкоголь, но после целой бутылки виски была готова уснуть прямо за столом. Ее мозг работал медленнее обычного, а и так слабый фильтр между ним и языком совершенно перестал работать. — Почему ты… пчти не пьешь? Это ведь только… — она задумалась и, прежде чем продолжить, показала два пальца, — вторая бутылка. — Не люблю напиваться. — От слов Виктора веяло холодом. Но ответ Каю устроил. Она оперла голову о ладонь и смотрела то в свой стакан, то на Джейса. У нее снова возникло это странное ощущение в груди, как в тот раз, когда он извинялся за случайный удар дверью. Он отличался от мужчин, которые ей попадались. Они были почти как животные, велись на красивую, даже идеальную, внешность. А он… за месяц совместной работы он видел ее в самом разном состоянии: трезвую, пьяную, с похмелья, сонную, в грязной одежде, с грязными волосами, без макияжа. Он не относился к ней как к кукле. Почему-то он выглядит как типичный мужчина из ее воображаемого списка — высокий, широкоплечий, накаченный, красивый, — но ведет он себя не так как они. И это ломает ее привычную картину мира, где мужчины, которые выглядят словно сошли со страниц романтических книг, хотят ее тело. В ее голову закралась странная мысль, когда они уже вышли из паба. Ее заботило не то, что она оставила в этом заведении половину от своей зарплаты и даже не то, что Виктор чуть ли не тащил ее на себе. Ей хотелось проверить реакцию Джейса. Невозможно, чтобы он отличался от других мужчин. И она его поцеловала. Он даже не сопротивлялся, а сразу, хоть и немного неуклюже, ответил на поцелуй. Это было странно, но приятно. Поцелуй был с привкусом алкоголя. Ничего нового, но они не торопились; Джейс даже обнял Каю и прижал ближе к нему. Это неправильно, но они оба слишком пьяны для того, чтобы помнить этот поцелуй утром. Они целовались недолго, потому что потом Каю начало тошнить, и ей пришлось отвернуться. Она оперлась на ближайший фонарный столб. Послевкусие рвоты было ужасным. Обычно ее не рвет, но обычно она не пьет со своими коллегами. Ее квартира находилась ближе всего, поэтому там они и разошлись. После прощания Кая чихнула, за что получила пиджак. Она не поняла, чей он, но все равно закуталась в него и зашла в дом.

***

Это первый и последний раз, когда она пьет с коллегами. Лучше пить с незнакомцами, с ними потом не придется общаться в трезвом виде. Они не виделись полтора дня, а сегодня ходили как сонные поро. Джейс почти не слушал предложения Виктора по поводу улучшения формулы, только кивал головой. Кая как обычно сидела в своем кресле и красила ногти. Она не могла уснуть, поэтому решила себя развлечь таким образом. Выбор лака был, как выразился Виктор, когда заметил ее занятие, «ужасным». Желтый. Она красила ногти в желтый цвет, который совершенно не подходил ни к одному элементу ее внешности. Но в этом и была задумка; если она сделает свою внешность менее идеальной, возможно, у нее получится меньше привлекать мужчин. Их небольшую идиллию прервали. В лабораторию без стука зашел высокий мужчина с черными волосами, зачесанными назад. Он поправил свои овальные очки и посмотрел прямо на Каю. Она его узнала, но не хотела обращать внимания, поэтому предпочла закончить маникюр. — Офицер Химиро, Советник Сейло ожидает вас у себя. — Кая махнула рукой, показывая, чтобы секретарь ушел. — Прямо сейчас, — добавил мужчина более твердо и вышел. — Что Советнику от тебя нужно? — спросил Джейс и зевнул. — Не знаю. Но вы на сегодня закончили. — Кая встала с кресла и продемонстрировала им свои ногти. Теперь они были заостренными и желтыми. — Я уже говорил свое мнение, — сказал Виктор. Он допил свой кофе, оставил кружку на подоконнике и направился к двери; за месяц он привык, что ему нужно уходить из его собственной лаборатории, когда ему об этом скажут. Джейс сложил свой дневник и несколько других бумаг в свою сумку, еще раз зевнул и направился за Виктором. Кая улыбнулась, когда он показал ей большой палец вверх, отвечая на ее молчаливый вопрос о ее новом маникюре. Хоть кому-то было интересно то, чем она занимается. Разговор с Сейло предстоял быть ужасным. Любая встреча с ним оборачивалась ужасно. Но, иногда случалось так, что в этом находились плюсы. Так, у Каи в квартире лежит несколько бутылок дорогого вина со всего Валорана; Сейло даже не заметил пропажи. Но одним вином противные слова не перебьешь. И сейчас было странно, что он позвал ее спустя чуть больше месяца. В ее голове совершенно не было идей, о чем может быть предстоящий разговор. Она зашла в привычный кабинет. Это было большое помещение с дорогой отделкой, множеством диковинных растений и огромным количеством подушек и диванов. Сейло любил все экзотичное: цвета, животные, птицы, растения, женщины. Его не заботило, что он в рабочем кабинете, где предполагается, что он должен работать. Он лежал на одном из диванов на животе полуголый и наслаждался массажем от девушки с лисьими ушами и хвостом. В Пилтовере можно встретить много представителей разных рас, но вастайцев Кая еще ни разу не видела. — Ты быстро сегодня. Саймон постарался? Или те ученые тебя выгнали? — Сейло говорил медленно и лениво, но явно знал, что следует сказать, чтобы задеть человека. Жаль, на Кае это не работает. — Зачем позвал? Я больше на тебя не работаю. — Работаешь. Или ты забыла о нашем договоре? — он усмехнулся и сел на диване. Девушка сразу убрала свои руки с его плеч, сложила их на коленях и накрыла хвостом. — Ты совершенно не меняешься. Может попробуешь вспомнить, что произошло прошлой ночью? Кая попыталась вспомнить. Она выпивала в пабе с Джейсом и Виктором, потом они разошлись. Ничего необычного или странного. Если только она не придумала прийти к Сейло в пьяном состоянии. Но для чего? Ответа не было. В другой ситуации это хорошо, но не сейчас, когда от этого, скорее всего, зависит ее спокойная жизнь. — Просто скажи. — Она скрестила руки на груди и перенесла вес на левую ногу. — Ты согласилась месяц работать на меня, а я взамен замну слухи про твое… хобби. — Он подошел к ней, взял Каю за подбородок и заставил ее поднять голову. — Если секс за деньги можно считать хобби. Кая не сразу поняла, откуда он знает про это. С тем фактом, что про это спрашивал Виктор, она смирилась и даже почти придумала как это ему преподнести, чтобы он больше в это не лез. Но Сейло… это последний человек, которому стала бы интересна ее жизнь. Осознание пришло внезапно. Слухи распустил его родственник. Феликс. — Знаешь, я был очень удивлен, когда мой племянник пришел ко мне с жалобами на моего бывшего телохранителя. — Он провел костяшками пальцев свободной руки по ее щеке. Его взгляд был изучающим и довольным, но причин этому Кая не могла найти. — О чем был наш договор? — Ничего особенного. Просто перестать… трахаться со случайными мужчинами в течении месяца. — Сейло отошел от нее и сел на диван. Только сейчас Кая обратила внимание, что на нем было только полотенце. Она знает, что у многих советников кабинеты и личные комнаты являются соседними помещениями, но никогда не думала, что кто-то правда опустится до такого. Ей не нравятся все советники, но Сейло она хочет убить едва ли меньше, чем Маркуса. — В чем подвох? — Я не хочу, чтобы моя личная куртизанка была с кем-то еще, помимо меня. Он сел на диван и похлопал по своему бедру. Лиса-вастайя положила ладони на его плечи и снова начала массировать. Она явно была довольна, раз ее хвост медленно раскачивался, а накрашенные розовой помадой губы были растянуты в улыбке. Кая просто стояла и пыталась понять, на что она подписалась. Месяц быть игрушкой для человека, которого она видеть не хочет, а взамен она получит избавление от слухов в Академии. Это хороший обмен. Месяц пройдет быстро, даже если почти каждый вечер ей придется проводить в компании Сейло.

***

— Виктор, как думаешь, почему Кая теперь уходит так рано? — Спросил Джейс у Виктора, когда они очередной раз шли прочь от лаборатории в семь вечера. Они уже две недели так уходят, хотя и бывают дни, когда они сидят за работой до утра. — Может у нее какие-то проблемы? — Если так, я надеюсь, что она скоро решит их, чтобы мы могли продолжить работать в прежнем режиме, — с раздражением ответил Виктор. — В начале следующего семестра профессор Хеймердингер хочет посмотреть на результаты. Если мы ничего не предоставим, придется отправить все наработки на уничтожение. Джейс сразу крепче сжал лямку своей сумки и нахмурился. Они столько работают, их работу просто нельзя уничтожить после стольких бессонных ночей. — У нас еще есть полтора месяца. Если мы сможем присвоить каждой комбинации рун свое значение, это будет прогресс. — Но надо обойтись без взрыва, — добавил Виктор. — Мы же уже собрали вторую версию «рунной решетки». Завтра закончим синтез кристалла и проведем эксперимент. — Джейс почти засиял от счастья. В успехе он не сомневался ни на секунду. Виктор мог только позавидовать его уверенности.