Море волнуется раз…

На небе только и разговоров, что о море и о закате. Там говорят о том, как чертовски здорово наблюдать за огромным огненным шаром, как он тает в волнах. И еле видимый свет, словно от свечи, горит где-то в глубине…

Из кинофильма «Достучаться до небес» (Томас Ян, 1997)

Сколько историй хранит в себе море? Сколько обид, а сколько приятных воспоминаний? Его сердце — это глубина, затаившая в себе много-много тайн, которые человечеству вряд ли когда-то удастся разгадать. Море вызывает у людей разные чувства. Кто-то испытывает страх, кто-то смотрит на него горящими глазами и не понимает, как природа смогла сотворить такое чудо, а кто-то вовсе находит в нём спокойствие и поддержку. Море умеет слушать. Оно примет всё, о чём ты ему поведаешь. Море не оттолкнёт тебя, а лишь заберёт все твои обиды и недуги, унеся их далеко. Туда, где ты их не найдёшь. Море — это мощь и красота. Море — это тревога и умиротворение. Море — это жизнь и смерть. Для Рики море было обыкновенным отдыхом. Местом, куда можно было приехать, чтобы восстановить свои силы. Конечно, была бы его воля, он бы просто лежал дома в своей кровати, не выходя из своей комнаты, но родители его имели совершенно другие планы, и парень им не противился. Деревушка была расположена недалеко от бескрайнего, порой пугающего синего полотна, сливающегося с таким же синим небом. Заселена она была негусто. Обычно там можно было встретить только старушек, желающих провести свои последние года жизни у морской глади. Рики же вместе со своими родителями каждый год приезжал в небольшой домик, который они купили ещё лет пять назад, чтобы всегда было место, куда можно приехать для восстановления сил. Для них море было местом насыщения. Местом, где всегда тихо и спокойно и где можно позабыть о городской суете. Рики прошёл в свою комнату, провёл пальцем по полке с книгами, что сильно запылились за такое долгое отсутствие хозяев, а после чихнул, пометив у себя в голове, что в ближайшее время здесь следовало бы убраться. Комната была маленькой, но уютной. Высокие оконные рамы с облезлой белой краской пропускали в помещение свет. Кровать стояла у окна, а в углу комнаты находился шкаф, в котором не осталось ничего, кроме ракушек, собранных как-то на берегу, и старых вещей. Рики мог слышать, как родители беседовали о чём-то в своей комнате, пока сам не мог придумать, чем себя занять. С улицы отдалённо был слышен шум волн. Рики не придумал ничего лучше, чем пойти прогуляться и подышать свежим воздухом. Он бросил родителям короткое: «Скоро буду» и ушёл, накинув на себя ветровку, чтобы не замёрзнуть во время прогулки. Ветер на улице носил с собой запах морской соли и водорослей. Рики старался дышать глубоко и размеренно. Подойдя к воде ближе, он стал идти вдоль берега. Песок был мокрым и холодным. Осень давала о себе знать. Летом бы здесь резвилась малышня, пахло бы жареным мясом и свежими овощами. В общем, здесь бы кипела жизнь. А пока тут можно было наблюдать беспокойное море и наслаждаться тишиной, которую нарушали лишь всплески волн. Пройдя так около двухсот метров, Рики заметил, что недалеко от него на песке сидит человек. Он медленно подошёл к нему, а тот лишь наградил его тяжёлым взглядом. — Неужели вам нравится в холод гулять здесь? — вопрос прозвучал грубовато, но Рики решил продолжить диалог. — Море красиво. Даже в такую неприятную погоду. Мне нравится такая атмосфера. — М-м, так вы любитель позависать в своих мыслях, пока под ухом плещут волны? — Что-то вроде того. Разве это плохо? — Не сказал бы. Я тоже люблю море. Оно хранит в себе много тайн, — ответил парень, отведя взгляд обратно на воду. — Даже моих. Рики наклонил голову, с интересом слушая своего собеседника. — Говорят, море помнит всё. Все радости и горести тех, кто когда-либо касался его поверхности. Его воды видели рассветы и закаты тысячелетий. Море видело и слышало всё. — Как вас зовут? — спросил вдруг Рики. — Я Сону. Ким Сону. Неужели вам правда интересно? — Вполне, — коротко ответил парень. — Я Нишимура Рики. Что вы здесь делаете один? — Я живу здесь неподалёку, в старом домике на окраине деревни. Прихожу к морю каждый день, чтобы поговорить с ним. Море всегда может меня выслушать. — А как же ваши близкие? — Близкие? У меня их нет, — совсем без грусти сказал Сону. — Я остался один, когда мне исполнилось восемнадцать. Сейчас мне девятнадцать, и я чувствую себя… нормально. Рики хмыкнул и присел рядом. Он сразу почувствовал холод, но интерес взял своё. — Вам комфортно быть одному? — Рики помолчал пару секунд. — Не поймите меня неправильно, просто я терпеть не могу одиночество. В плане… я не могу находиться на протяжении долгого времени один. Мне хватает недели, чтобы восстановить свою социальную батарейку и всё тому подобное. — Не твоё дело, Рики, — грубо ответил Сону. — И хватит формальностей. Рики напугало такое резко сменившееся настроение Сону, поэтому он встал, отряхиваясь от песка. — Прости, — тихо проговорил подросток. — Я пойду. Рики стал уходить. Он слышал, как Сону начал что-то болтать себе под нос. Зачем он здесь? Что его держит? Рики не мог найти ответы на эти вопросы. Он думал, что раз Сону первый завёл с ним диалог, то ему удастся выпытать из него побольше информации, но отшельничество этого странного парня было куда сильнее. И на что Рики только надеялся? Он вернулся обратно в дом, прошёл к себе в комнату и лёг на кровать, глубоко задумавшись о случившемся. Рики пытался понять, что такого случилось у Сону, раз его жизнь сложилась именно так, но никаких здравых мыслей в голову не приходило. Так он и уснул, не найдя ответы на свои вопросы. Утро его началось с тех же самых мыслей. Он начинал понимать, что эта ситуация не даст ему покоя. Интерес брал своё, и Рики решил не отталкивать его. Этим же днём он снова встретил Сону в том же месте, но в этот раз не подходил к нему, а лишь наблюдал со стороны. Он решил больше не вторгаться в его пространство. А чтобы понять, что привело Сону к такому образу жизни, Рики решил просто наблюдать. С тех пор Рики каждый день приходил на берег и находил укромное место, откуда мог видеть Сону. Он не хотел, чтобы тот знал о его присутствии. Рики хотел видеть его настоящим. Он стал наблюдать за его рутиной. Сону приходил к морю около одиннадцати утра и сидел на песке до самого вечера. Рики замечал, как он с любопытством смотрел на чаек и улыбался. Подросток подметил, что всё-таки у Сону есть вещи, которые вызывают у него улыбку. Конечно, если не брать это во внимание, обычно он выглядел максимально уставшим. Сам по себе Сону был худым, кожа была чересчур бледной, а под глазами красовались синяки. Это Рики заметил ещё в их первую встречу. В общем, выглядел он болезненно. Но, несмотря на отсутствие сил, как подметил подросток, он всё равно порой гулял по берегу, собирая ракушки. Рики пытался понять, что скрывается за этими эмоциями и какую боль он пытается заглушить одиночеством. Он слушал его голос. Иногда Сону тихонько напевал какие-то песенки. В его голосе была тоска. Он разговаривал с морем, жаловался ему и просил совета. Рики хотел знать, о чём он говорит и что его так тревожит, но редко мог расслышать, о чём идёт речь. Может, Сону просто сбежал от городской суеты? Может, он скрывается от кого-то? Может быть, он пережил какую-то трагедию, потерял близкого человека и не может справиться с горем? А может, он просто разочаровался в людях и решил найти утешение в природе? Ответов на эти вопросы Рики всё никак не находил. В какой-то момент, придя обратно в дом после очередных наблюдений, он завалился на кровать и стал искать информацию в интернете. Он пытался узнать, что движет такими людьми, как Сону. Почему они отказываются от благ цивилизации и выбирают жизнь вдали от общества. Рики выписывал некоторые интересные факты себе в заметки телефона. Каждый день он вносил туда что-то новое, что удалось узнать. Правда, смысла в этом не было. Перечитывая всё написанное, он всё равно не приходил к каким-то выводам. Придя в очередной раз к морю, чтобы понаблюдать за Сону, Рики его не заметил, зато в эту же секунду на его плечо опустилась рука, от чего он сильно перепугался. — Хорошее место для слежки, правда? — спросил Сону. — Не нагружай себя сильно, я не обращаю на тебя особого внимания, но чувствовать на себе твой постоянный взгляд порой надоедливо. Рики покраснел. Он понимал, что поступал плохо. Ему самому бы не понравилось, если бы за его жизнью так внимательно наблюдали изо дня в день. — Плохой из тебя шпион. На разведку тебя отправлять нельзя, — усмехнулся Сону. — Прости, я просто хотел узнать тебя поближе. — Для этого, кстати, существует язык. Люди разговаривают и узнают друг о друге больше, — Сону хмыкает. — Абсурд. По-моему, это ты мне должен объяснять, а не наоборот. Рики улыбается и смотрит внимательно в глаза напротив, в отражении которых виднелись чайки. Сону медленно пошёл к воде и, как обычно, уселся на песок. Подросток последовал за ним. — Сегодня море спокойное. Давно такого не было, — начал говорить Сону и потом перевёл тему. — Почему ты начал следить за мной? В его словах не было обвинений или упрёков. Он искренне хотел понять, почему Рики повёл себя именно так. — Я не знаю. Ты мне показался таким… другим? Мне стало интересно, почему ты живёшь один и так любишь море. — Море — это мой дом, Рики. Тут я нашёл спокойствие, которого нет в мире людей. Здесь мне хорошо, — Сону улыбнулся. — Но почему ты отгородился от людей? — спросил Рики. — Это долгая история, и, возможно, ты не готов её услышать. Наступило молчание. Рики надеялся, что Сону расскажет ему всё как есть, но тот продолжал молчать, глядя на воду. Через некоторое время Сону всё-таки нарушил молчание. — Я не всегда был отшельником. Когда-то я жил в городе, учился в школе и имел семью. Я жил, как все остальные. Но жизнь не всегда бывает так хороша, как кажется изначально. И поэтому теперь я здесь, — он затих на пару секунд. — Моя жизнь не приносила мне счастья. Я не чувствовал себя собой. Каждый новый день давался всё тяжелее. И я не выдержал. — Но что стало твоей последней каплей? — Это неважно, Рики. Главное то, что теперь мне немного лучше. Я нашёл свободу. — А одиночество? А как же семья, друзья, любовь? Мы — люди. И нам важен социум. Разве это не так? — Одиночество — это не всегда плохо. Иногда оно необходимо всем людям на этой большой планете. Мы можем понять себя, разобраться в своих мыслях и поставить новые цели на жизнь. Важно уметь находить гармонию с самим собой. А любовь… её можно найти и в шуме волн, и в лучах солнца, и в криках чаек. Рики посмотрел на Сону и почувствовал тревогу. — Я могу тебя обнять? — спросил он. Сону кивнул, и тогда Рики приблизился и обхватил его своими дрожащими руками, почувствовав в ответ чужие руки на своей спине. В этих объятиях было тепло. Рики понял, что Сону всё равно нуждается в человеческой поддержке. И никакое море не сравнится с ней. Он чувствовал, как у Сону в груди быстро бьётся сердце, а пальцы неосознанно сжимают его вязаный свитер. Сону нужен был кто-то рядом. Просто почему-то он не хотел этого принимать. Что же сломало его? Какое событие на него так сильно повлияло? — Я пойду, наверное, — Сону отстраняется. — Спасибо, Рики. После этой встречи Рики не выходил из дома около трёх дней. Теперь он знал чуточку больше и был на шаг ближе к разгадке. Сону, как оказалось, был достаточно интересным парнем, хотя на первый взгляд казался немного странным. Эта мысль имела место, учитывая образ жизни Сону, но всё же у него были на это свои причины. И Рики готов был идти до конца, чтобы узнать их. Он начал понимать, что его тянет к Сону. Несмотря на то, что тот уже какое-то время жил без социума, его объятия были куда теплее и нежнее, чем Рики думал. Сону нуждался в людях. Нуждался в друзьях, в любви и прочем. Он просто не хотел этого осознавать. Ситуация, которая привела его к такому образу жизни, слишком сильно сломала его. И это бессмысленно было отрицать. В словах Сону о свободе и покое была не искренность, а отчаянная попытка убедить себя в том, чего на самом деле нет. Рики смог глазком посмотреть сквозь его маску и увидеть разбитого парня, сильно нуждающегося в обществе. Но страх, недоверие и прошлое не могли его отпустить. Рики хотел помочь Сону. Он не мог позволить ему дальше жить в одиночестве. Он больше не винил себя за свои долгие наблюдения. Это был не только интерес, но и искреннее желание помочь этому парню, в котором билось израненное сердце. Рики был готов сделать всё, чтобы перевернуть жизнь Сону на сто восемьдесят градусов. Рики не собирался его торопить. Сону наверняка будет сильно непривычно. Но он решил, что будет завоёвывать его доверие и показывать жизнь с другой стороны. С той, которую Сону определённо заслуживал. Рики стал часто гулять по берегу. Он собирал ракушки, иногда читал книги на берегу, а как-то раз притащил с собой папину гитару и тихо напевал песенки под мелодию струн. Он не приставал к Сону. Рики давал ему возможность привыкнуть к его присутствию. Они часто пересекались, но лишь кивали друг другу в знак приветствия. Один раз, когда Рики снова принёс с собой гитару, Сону тихо подошёл к нему со спины и начал слушать нежный голос. — Не знал, что ты умеешь петь. — В детстве я ходил в музыкальную школу, но бросил её через три года. Правда, любовь к вокалу у меня осталась по сей день. Они замолчали на некоторое время, и Рики мог слышать, как быстро стучит его сердце. — Что ты здесь ищешь, Рики? — наконец спросил Сону. — Тебя, — коротко ответил тот и посмотрел в глаза Сону. Они были уставшими и тусклыми. — Ты не понимаешь… — Я понимаю и вижу больше, чем ты думаешь. — Я не нуждаюсь в помощи. — Нуждаешься, — ответил Рики. — Просто не хочешь этого признавать. Сону задумался и больше ничего не говорил. Рики понял, что смог пробить броню, скрывающую настоящие желания и эмоции. — Я буду рядом, Сону. Не отталкивай меня. Сону понял, что Рики теперь видит его насквозь. Видит его слабость и отчаяние. И это было невыносимо. — Ты не можешь знать, что я из себя представляю. Рики взял Сону за руку. — Я знаю, что тебе больно. Доверься мне, я постараюсь тебе помочь. Сону резко отдёрнул руку, словно обжёгся. — Не трогай меня. Ты не знаешь, что делаешь. Я сломан, Рики. Не надо пытаться меня починить. В этом нет смысла. Оставь меня в покое… — голос Сону начал дрожать. — Я не заслуживаю счастливой жизни. Я не заслуживаю любви и друзей. И тебя я тоже не заслуживаю, — глаза Сону стали слезиться. — С самого детства мне вбивали в голову мысль, что я никто и зря родился на этот свет. Я часто слышал ссоры родителей. Они обвиняли друг друга в моём появлении. А я ничего не мог с этим сделать. Я был обычным маленьким мальчишкой, который прятался в эти моменты под одеялом, закрывая уши, чтобы не слышать эти ужасные слова, — Сону перевёл взгляд на море. — В школе я был замкнутым. Все считали меня странным и сторонились. А в средней школе меня начали травить. Все мои попытки сблизиться с кем-нибудь и стать «своим» никогда не заканчивались чем-то хорошим, — его голос надорвался. — В старшей школе я узнал о том, что родился в результате ошибки. От меня хотели избавиться ещё до моего рождения, но почему-то этого не случилось, — он замолчал на несколько секунд. — Когда мне было восемнадцать, мои родители умерли. И тогда я понял, что больше меня ничего не держит. Я был сломан. Я не видел смысла оставаться в городе и уехал сюда, так и не закончив старшую школу. Я уверен, что никто и не заметил моей пропажи, — Сону посмотрел на Рики. — Я думал, что здесь, в одиночестве, я смогу найти счастье. Но я ошибся. Забудь все мои слова о свободе и гармонии наедине с собой. Одиночество — это не выход. Одиночество — это медленная смерть. И пусть я безумно сильно люблю море, но оно никогда не сможет заменить мне людей. Оно поглощает мои обиды и страдания, но мне хочется большего, пусть я этого и не заслуживаю. Он продолжает смотреть на Рики, надеясь увидеть в его глазах понимание. — Теперь ты знаешь, кто я такой. Теперь ты знаешь, почему я такой. Я не достоин твоей любви, Рики. Просто оставь меня в покое. Парень переводит свой взгляд на море и стоит так ещё около минуты. — Мне пора. Не засиживайся здесь, сегодня достаточно прохладно. — Сону… — Рики хотел что-то сказать, но резко замолчал, оставшись сидеть на месте и смотреть на уходящего вдаль парня. Рики пришёл домой, но никак не мог успокоить своё бешено бьющееся сердце. Ему не давал покоя рассказ Сону. Он решил, что в любом случае завтра найдёт его и серьёзно с ним поговорит, дав надежду на хорошее будущее. Всё утро Рики пытался найти Сону и долго не мог этого сделать, пока не поднялся на высокий холм, на котором ещё с берега заметил человека. Начал моросить дождь. Сону стоял у обрыва. Его волосы развивались на ветру. На руках были видны тёмные полосы, а футболка вместе со штанами были запачканы кровью. — Ты всё-таки нашёл меня здесь, — голос Сону был сиплым. — Что с твоими руками… Сону, ты с ума сошёл? — Я думал, мне станет легче, но ничего не поменялось. Поэтому я пришёл сюда. — На что ты намекаешь? — На то, что я возвращаюсь домой. Позволь мне обрести покой, — Сону повернулся к Рики и посмотрел ему в глаза. — Будь счастлив, Рики. Дождь начал усиливаться, когда Сону тепло улыбнулся и сделал шаг назад. Рики закричал и подбежал к обрыву, наблюдая, как волны сомкнулись над телом Сону и как оно растворилось в синеве моря, став его неотъемлемой частью. Он звал на помощь, кричал во всё горло в надежде, что его кто-то услышит, но так и остался стоять один на этом холме, не понимая, что ему делать дальше. Слёзы сливались с ливнем. Грудь будто разрывали голыми руками, чтобы достать и искалечить и так уже разбитое сердце. Сону не вернуть. Он сделал то, что хотел. Он разделил свою судьбу с самым первым своим другом — морем, которое около года непрерывно слушало его душевную боль. Дверь захлопнулась за спиной, отрезав Рики от сильного ливня. Комната встретила его разбросанными книгами и рисунками на столе. Но сейчас это всё казалось чужим и бессмысленным. Рики стянул с себя мокрую одежду и бросил её на стул, а после рухнул на кровать, уставившись в потолок. Перед глазами, как заевшая пластинка, улыбка Сону и последующий прыжок. Вина тяжёлым камнем легла на его плечи. Мог ли он изменить что-то? Может, нужно было найти другой подход? Мог ли он вообще предвидеть такой исход? Он перебирал в мыслях все их разговоры, пытаясь найти предпосылки этого поступка. Он вспомнил слова Сону: «Одиночество — это не выход. Одиночество — это медленная смерть». И теперь он понял. Сону уехал туда, где его никто не найдёт. Он потерял себя, перестал чувствовать, перестал верить и в конечном итоге перестал жить. Он хотел покоя и наконец его получил. Несмотря на разрывающуюся от боли грудь, Рики знал, что будет жить дальше, неся за собой историю Сону, чтобы она не была забыта. Он будет жить за себя и за того, кто стал частью моря, наконец-то обретя свою долгожданную свободу.