Мой папа – гей. Второй тоже. Да и мы с парнем недалеко ушли.

– Мам, приготовь мне завтрак. – Если я сплю с твоим папой, это не значит, что надо называть меня «мамой». – А как мне тебя называть?! – Как обычно – Игорь. – То есть не приготовишь? – Какой ты догадливый, а. – Ты мне не мать, ты злая мачеха! – Раз уж мы пошли играть в интересные семейные отношения, то давай включим в них Макса! Кто я ему, свекр или тесть? – Ну, если уж мы по анекдотам пошли, то ты теща, каких поискать! – Опять он себе навыдумывал невесть что? – Ага, есть за ним грешок. Я поэтому один приехал, он тебя побаивается. – То есть татуированный шкаф с лицом “не влезай – убьет”, сиречь твой папенька, ему норм, а милый я нет?! – Игорь, ты язва, каких поискать. – Ага, и ты весь в меня, не иначе. – Поэтому и боится. Он нас двоих вообще не вывозит. – А я тебе говорил, что нельзя спать с человеком без чувства юмора! – Когда я тебя слушал в таких вопросах, а. – Довольно разочарованно прозвучало. Ничего, нажрешься говна – сам поймёшь. Времени хватит. Я очень рад, что до тебя рано дошло и ты не просрал кучу лет. – Ты хотел сказать “и я не просрал кучу лет, ныкаясь по углам с любовником от его сына”? – Ой всё. Хрен бы он иначе решился, боялся, что ты не примешь и к этой дуре сбежишь. – Не, ну малолетним придурком я, конечно, был, но не дебилом же. Ещё при их совместной опеке я туда ездил только потому, что папа умолял дотянуть до момента, когда эта судебная эпопея закончится. Я очень рад, что мы успели это провернуть. И что в закон успели. – Да ладно, есть же усыновление взрослых, чуть более запарная процедура, но мы бы сделали. Люблю тебя, сын. – И я тебя.