За сценой

      Когда у Су Бонга последний раз всё шло по плану? В сущности никогда. Именно поэтому, он никогда не строил долгосрочных планов. Точнее сами планы у него были: план, и запасной план, и запасной план для запасного плана. И всё равно случалось что-то такое, из-за чего всё благополучно летело в тартарары. Быть может, именно из-за этого в его жизни хаос был почти постоянно.       И вот сейчас всё снова вышло абсолютно спонтанно и сумбурно, что даже Су Бонг — тот, кто подстраивается под абсолютно любую ситуацию — был обескуражен. И этого мягко сказано.       Инцидент с фото замяли на удивление быстро. Танос не знал, кого уж подключил его менеджер, однако разговоры утихли буквально за неделю, а несколько крупных звёзд выступили на тему важности взаимного уважения фанатов и исполнителя. Конечно, предложений стало меньше, и контракт, заключённый с рекламной кампанией пришлось разорвать. Однако это не сделало его менее популярным, даже наоборот. Люди присылали деньги, игрушки и всякую мелочовку, желая поддержать Су Бонга. В какой-то момент в его квартире и в студии не осталось места, где бы не стояла игрушка.       На фоне всех этих событий рэпер привлёк внимание режиссёра крупного реалити-шоу. Танос не был привередлив в выборе проектов — в его ситуации воротить нос было бы крайне глупо, тем более, что у шоу были высокие рейтинги.       Режиссёр, женщина с пронзительным взглядом и решительным подбородком, по имени Ким Джи Су, предложила Су Бонгу участие в своем новом проекте — реалити-шоу «Выживание в хаосе звёзд». Формат был необычен и одновременно с этим весьма предсказуем: десять знаменитостей, совершенно разных по характеру и уровню популярности, должны объединиться в одну команду, чтобы выполнить задания. Менеджер Таноса решил ухватиться за эту возможность: рэпер был из тех людей, кто даже ведя себя как последний ублюдок, привлечёт море фанатов и получит внимание.       Проблема была всего одна: во время съёмок участники не могли пользоваться телефоном и другой техникой, а так же не могли покидать съёмочную площадку. Не то чтобы для Таноса такое условие было проблемой, да и испытания вряд ли представляли бы собой что-то действительно опасное. Всё будет в порядке, если там не будет чего-то, напоминающего игры, и, желательно, вилок. Однако это означало, что он не сможет позвонить Нам Гю, и тот тоже не сможет до него дозвониться. Это беспокоило Су Бонга, ведь его друг имел привычку звонить ему после кошмаров. Мужчина понятия не имел о причинах, однако ничего против не имел, в конце концов у него тоже были странные привычки. Нам Гю всегда спал днём, так что по ночам не звонил и не будил рэпера, а если и отвлекал его от работы, то Су Бонг был готов с этим мириться.       Танос взглянул на время. Сейчас мужчина уже должен был проснуться, поэтому рэпер набрал его номер.       — Алло, привет, my boy. Спишь? — голос Су Бонга звучал сипловато, дыхание было сбитым. С самого утра он носился как угорелый, с этой подготовкой и документацией.       — Нет, только что встал, — ответил мужчина, чуть хрипловато после сна.       — Сорян, что я опять так внезапно. Я буквально на днях подписал контракт на участие в реалити-шоу, поэтому на всю неделю уезжаю в деревню в горах, — затараторил Су Бонг.       — Прям так сразу? — в голосе Нам Гю звучала смесь радости за друга и гордости за него. — Ну, я рад за тебя.       — Там у одного из участников время только на этой неделе будет, — пояснил Су Бонг. — Но по правилам шоу у меня не будет возможности пользоваться телефоном.       — Мм.. Ясно, — хмыкнул Нам Гю, задумчиво. — Жаль. Я не узнаю события со съёмок.       Он, конечно, шутил. В конце концов Су Бонг успеет растрепать ему все подробности, как приедет. Однако даже не видя лица мужчины, он чувствовал в голосе рэпера беспокойство.       — Ты же звонишь не просто рассказать? — они редко звонили друг другу просто поболтать, предпочитая личные встречи.       — Мм... — Су Бонг вдруг почувствовал себя неловко. — Are you going to be okay, my boy?       — Говори нормально, я не понимаю, что ты там лялякаешь, — фыркнул Нам Гю, и рэпер был уверен, что он закатил глаза.       — Тебе стоит подучить английский, my kitten, — хихикнул Танос. — Говорю, что беспокоился, как ты будешь без меня.       — Буду грустить, и плакать в подушку, — с явным сарказмом ответил тот. — И с каких пор я стал «your kitten»?       — Мм.. Неделю назад? — Су Бонг, кажется, веселился. — Кстати о kitten, ты можешь покормить Нам Су, пока меня не будет? Я как-то забыл про него, а искать кого-то уже поздновато. Можешь пожить в моей квартире, пока меня не будет.       — Хаа.. ладно уж, пригляжу за этой пушистой задницей, — смиловался мужчина. За время разговора он успел налить себе кофе, и сейчас звучал явно бодрее.       — Ты лучший, my boy, — радостно воскликнул Танос. — Пароль от квартиры ты знаешь. На случай, если что-то понадобится, я сегодня вечером оставлю наличку на столе, если не забуду.       — Уж постарайся, — хмыкнул Нам Гю. — Удачи тебе там.       — Спасибо, — Су Бонг расплылся в улыбке, сбросив трубку.

***

      Танос сидел в машине, тупо пялясь в окно, провожая взглядом деревья. Он мог бы посидеть в телефоне, но его начинало укачивать, а блевать в салоне ему не очень-то хотелось.       Он прокручивал в голове условия контракта, который сегодня согласовывал с юристом. Особенной любви к бумажной волоките и вниманию к мелким шрифтикам мужчина не питал, однако прекрасно знал, как порой изворачивались агенства и на каких рабских условиях работали порой знаменитости, поэтому все контракты он заключал только после консультации с менеджером и доверенным юристом.       Сейчас с мнением Су Бонга по крайней мере считались в определенных вопросах, по большей части потому что он приобрёл невероятную популярность и умудрился чуть больше, чем за полгода покрыть расходы агенства, начав получать выплаты за свой альбом и за участие в проектах. Большинству начинающих исполнителей требовалось на это в лучшем случае два с половиной, если не три года. Однако по молодости он был вынужден батрачить как проклятый, на протяжении лет пяти не зарабатывая абсолютно ничего и самостоятельно пиаря себя. Только после двадцати четырех лет он покрыл расходы агенства в прошлый раз.       Рэпер уже успел ознакомиться со списком участников, но лично никого из них он не знал, только по слухам. Краткие характеристики ему тоже ни о чём особо не говорили — информация в них была слишком абстрактной, чтобы в чём-то помочь.       Сценарий самого шоу, точнее приблизительные наработки и ключевые моменты заданий, раздобыть ему не удалось. Не то чтобы Су Бонг рассчитывал на иной расклад событий — знай он, что его ждёт, зрителям было бы не так интересно — но это всё равно было немного обидно. Рэперу дали только основные характерные моменты, которые он должен был учитывать во время съёмок, и то, как к нему должны относиться зрители.       Этот момент, к слову, тоже вызывал определенные проблемы. В видении режиссёра он должен был быть тем самым человеком, которого либо до безумия любят, либо ненавидят всеми фибрами души. Су Бонг действительно переживал по этому поводу, ведь ненависть и хейт в его сторону могли серьёзно подкосить его и так не сильно устойчивую карьеру.       Будучи в индустрии развлечений уже много лет, мужчина знал, что в агенствах на медийных личностей смотрят исключительно как на источник заработка, и в мире известности, денег и красивых картинок человеческие жизни стоили не так уж много.       Но и простые люди порой ломали жизни исполнителям. Взять хотя бы идиотский случай, когда айдолу присылали похоронные венки. Какими бы ни были ошибки исполнителей, Су Бонг считал, что жизнь слишком коротка, чтобы желать кому-то укоротить её ещё больше, тем более из-за каких-то слухов. История индустрии развлечений знала множество случаев, когда известные люди не выдерживали давления со стороны общества, что зачастую заканчивалось очень трагично. Мужчина не мог их осуждать, ведь и сам оказывался одной ногой за чертой.       Он резко оторвался от окна и потряс головой. Сейчас было совсем не время для подобных мыслей. Шоу должно было быть весёлым с лёгкой атмосферой, в таком нельзя было сниматься с кислой миной. Менеджер сказал ему, что снимать начнут с момента, когда они подъедут, поэтому следовало привести себя в порядок.       Машина затормозила, и Су Бонг вышел из неё, останавливаясь на секунду, чтобы осмотреться. Он быстро нашёл взглядом камеры, мысленно прикидывая, что попадёт в кадр, широко улыбнулся и направился к группе людей, вокруг которых тоже расположились операторы.       — Good morning, my friends, — поприветствовал присутствующих Танос, подойдя достаточно близко.       Он приехал не самый первым, чему был рад. Приехать рано в какой-то степени означало проявить нетерпение, которое в его случае было бы не совсем уместным. Однако он не стал и самым последним, что тоже было весьма хорошо. Так он не проявил неуважение своим опозданием.       На съёмочной площадке стояли уже знакомый Су Бонгу ведущий шоу — Сон Мин Дже, и несколько молодых людей примерно одного с ним возраста, или младше. Хорошей памятью на имена Танос никогда не отличался, а наркотики сделали её ещё хуже, несмотря на то, что часть последствий уже была почти не ощутима. За время, пока ему было нечем заняться в машине, мужчина постарался заучить имена и лица участников, чтобы не попасть в неприятный конфуз. К счастью, его старания не прошли даром.       — Доброе утро, Су Бонг-си, — с улыбкой поприветствовал его Сон Мин Дже, протягивая руку для рукопожатия.       — Рад видеть вас в добром здравии, Мин Дже-си, — кивнул Су Бонг, беря чужую ладонь в свою и чуть сжимая.       Следом он протянул руку 2D-художнику Ким Мин Джу.       — С вами мы лично не знакомы. Меня зовут Чхве Су Бонг, но на сцене меня больше знают как Танос, — мужчина дружелюбно улыбнулся.       — Меня зовут Ким Мин Джу, — представился парень, чувствуя себя несколько неловко в компании столь эксцентричного человека, однако его цепкий взгляд быстро пробежался по одежде рэпера. — Сколько вам лет?       — Двадцать девять, — ответил Танос, ничуть не удивившись вопросу, хотя был уверен, что все знают возраст друг друга. На камеру они были совершенно незнакомы.       — Получается вы старше, мне двадцать семь, — художник чуть улыбнулся. — Могу я звать вас хёном?       — Конечно, my boy. Называй, как тебе будет удобно. Надеюсь, мы хорошо поработаем вместе, — Су Бонг повернулся к молодому дизайнеру, имя которого то и дело мелькало в разговорах его стилистов. — Рад нашей встрече, О Дже Ён. Я ведь прав?       — Да, всё верно, — кивнул молодой человек. — Я тоже рад знакомству.       — Ваше имя последнее время часто мелькает даже среди людей, с которыми я работаю. Полагаю, вы достаточно талантливы и усердны.       — Вы преувеличиваете, Су Бонг-си, — Дже Ён чуть отвёл взгляд в сторону, словно смутившись, хотя все знали, что это было не так. — Мне всё ещё есть куда расти.       — Предлагаю перейти на более неформальный стиль общения. В конце концов нам с вами ещё целую неделю жить вместе, — предложил рэпер. — Сколько вам лет?       — Двадцать четыре, — ответил дизайнер. — Могу я называть вас хёном?       — Of course, my little friend, — мужчина дружелюбно хлопнул молодого человека по плечу.       Дальше его взгляд пал на женскую часть компании. Было время, когда Танос не упускал возможности подкатить к любой хоть сколько-нибудь красивой девушке, хотя и отношений с парнями не чурался — что только не вытворишь по время прихода.       Навыки общения с прекрасным полом, однако же, наркотики из него выбить не смогли. Вырежьте из его биографии все его кринжовые подкаты, когда крыша от дури у него уже конкретно подъехала — это действительно было убого, по крайней мере если Нам Гю ничего не преувеличил. Су Бонг не гордился этим временем.       Он подошёл к писательнице, которую, как он помнил, звали Чон Ю На. Она была достаточно успешной и известной в определенных кругах, однако рэпер был от этой сферы слишком далёк.       — Полагаю, мы с вами раньше не встречались, я бы не смог забыть кого-то столь же удивительного. Позволите? — мужчина хитро сверкнул глазами, целуя тыльную сторону ладони женщины. — Как вас зовут?       — Чон Ю На, — представилась писательница, смотря на мужчину несколько обескураженно. — Вы, как я вижу, тот ещё льстец. Мне тридцать восемь.       — Что? — Су Бонг вполне натурально изумился. — Нет, я вам не верю.

***

      Пока Танос пропадал на своих съёмках и бегал с подготовкой, Нам Гю перебрался в его квартиру, в первую очередь потому что кота в самом деле нужно было кормить, да и до работы было недалеко. Он благополучно закинул в дальний ящик мысль о том, что в принципе был совсем не против помочь Су Бонгу, даже если бы от этого не зависела жизнь полюбившегося ему котейки.       Нам Су, словно угадывая мысли, запрыгнул на диван, пристраиваясь рядом и громко мурча. Мужчина улыбнулся, проводя рукой по чёрной гладкой шерсти.       — Скучаешь по своему оболдую-хозяину? — взгляд Нам Гю потеплел. — Весь в работе, весь в контрактах, только мы с тобой бездельники.       Нам Су, словно понимая, что его человеческий собеседник жалеет, прижался к руке мужчины, промурлыкав что-то нечленораздельное, больше похожее на довольное ворчание. Тот рассмеялся, вставая с дивана. Квартира Су Бонга за те пару недель, что он здесь не появлялся, вновь приобрела неряшливый вид. Везде валялась одежда и разная бижутерия, черновые листы с обрывками текстов, испещренных исправлениями и зачёркиваниями, тетради, всякий мерч с Таносом и прочий хлам, который, казалось, самопроизвольно размножался даже в отсутствии хозяина. Как уж этот чудик умудрялся навести за пару дней такой срач, Нам Гю оставалось только догадываться.       Посидев ещё какое-то время в телефоне, просматривая ленту социальных сетей, где то и дело мелькало Танос, и вертя в руках игрушечного Су Бонга, из тех, что надарили ему фанаты, Нам Гю решил прибраться в квартире хотя бы немного. Находиться в таком бардаке было выше его сил. Единственное место, куда Нам Гю никогда даже не думал заходить, несмотря на то, что Су Бонга не было дома, это его домашняя студия. Всё, что происходило за этой дверью, оставалось для него загадкой. Не то чтобы рэпер не пускал его туда, или запирал комнату на замок, вовсе нет, просто Нам Гю не хотелось рушить хаос именно в этом месте, сам акт вторжения в этот мир творчества казался чем-то… кощунственным.       Нам Гю вздохнул, откладывая телефон на столик, заваленный разноцветными флешками и пустыми стаканчиками из-под кофе. Начал он, как и всегда, с малого — с груды одежды, раскиданной по полу в гостиной. Футболки, свитера, джинсы, всё перемешалось в бесформенную кучу, из которой местами торчали блестящие цепочки и серьги. Аккуратно, стараясь не повредить ничего ценного (или, по крайней мере, того, что выглядело ценным), он начал складывать вещи. Некоторые из них были явно ношены, другие, казалось, даже не примерялись. Нам Гю это уже давно не удивляло, в конце концов, что ещё можно было ожидать от Су Бонга. Рэпер одевался, руководствуясь исключительно настроением, без оглядки на стиль или сезон, поэтому в его гардеробе можно было найти всё, что хоть немного было одеждой: от дорогих дизайнерских футболок до видавших виды, протёртых до дыр, толстовок.       За одеждой последовали черновики. Стопка листов, смятых, исписанных, заляпанных кофе, угрожающе возвышалась на полу. Нам Гю пробежался глазами по строчкам, натыкаясь на обрывки стихов, непонятные фразы, наброски песен. В этом он не разбирался, да и почерк Су Бонга мог разобрать с большим трудом. Стиль тех фрагментов, что мужчина сумел понять, был, как и сам их автор, непредсказуем — от романтичной лирики до агрессивного рэпа, от философских размышлений до грубого сленга. Нам Гю аккуратно собрал все листы, стараясь сохранить их в том порядке, в котором они лежали — мало ли что. Тетрадки были поскромнее — аккуратные на первый взгляд, с твёрдыми обложками, заполненные таким же размашистым, почти неразборчивым почерком. Нам Гю не стал их трогать, оставив в стопке на журнальном столике.       Вся бижутерия: разные бусы, браслеты, кольца и подвески, была сложена в небольшую коробочку — Нам Гю обнаружил ее в одном из заваленных углов. Нам Су поначалу вился под ногами, но поняв, что ничем интересным человек не занимается, вернулся на диван, со своего места наблюдая за происходящим.       Недовольно фырча и ругаясь себе под нос, Нам Гю закончил только ближе к вечеру. Покормив пушистое недоразумение, он засобирался на работу.

***

      Первые дни съёмок пролетели суматошно и незаметно, однако несмотря на усталость, Су Бонга снова мучила бессонница. Он стоял на балконе, рассеянно смотря в небо. Камеры уже выключили, так как все участники должны были разойтись по кроватям, однако ему никак не удавалось заснуть. Мужчина скользил взглядом по деревьям, чувствуя как приятный тёплый воздух дует ему в лицо, развевая пушистые волосы. От сюда не было слышно звуков города: машин, реклам, клубов...       Клубы раньше казались ему неким символом молодости, веселья, шумных компаний и друзей, местом, где его принимали и понимали. Глупо, конечно, но кто не был глупцом в свои восемнадцать. Вернуться туда он не хотел. Большое мужчина не шатался по клубам, но подобные места прочно ассоциировалось у него с Нам Гю. Серьёзный и собранный бармен, уверенные движения которого были завораживающими, а голос мог и вовсе совести с ума. Но каждый раз при их встрече он становился таким весёлым, хитро щурил по-кошачьи раскосые глаза и язвил. Близкий и родной.       Сейчас Су Бонг до жути хотел позвонить ему, услышать недовольный, чуть хрипловатый голос или даже просто написать пару сообщений, зная, что ответ получит только к утру, когда его друг освободиться с ночной смены. Глупо. Наверное, Нам Гю живёт себе своей жизнью, заглядывает к нему в квартиру, чтобы покормить Нам Су, а может, остаётся ещё и поспать. И всё же это чуть-чуть грело душу, заставляя глупо улыбаться, смотря на ночное небо. Не скрытое небоскрёбами, оно было очень красивым. Глаза Нам Гю от чего-то казались мужчине похожими на этот бескрайний ночной небосклон.       — Не думаешь, что куда эффектнее было бы, если бы ты одиноко курил на балконе, глядя на звёзды, — чуть усмехнулась подошедшая к нему Чон Ю На, доставая пачку сигарет.       — Я не курю, — пожал плечами Су Бонг, поворачиваясь к ней. — Просто вышел голову проветрить.       — Не пьёшь, не куришь... — протянула женщина, задумчиво выпуская дым, смотря, как он растворяется в воздухе.       — Я бросил, — Су Бонг облокотился на перила.       Запах сигарет был отдалённо знаком. Таким же пахло всегда от Нам Гю. От воспоминаний о мужчине губы сами поползли чуть вверх, растягиваясь в улыбке.       — Кажется, ты думаешь о ком-то важном для тебя, — Ю На чуть прищурилась. Она писала про таких в своих книгах, но самой ей, увы, не довелось думать о человеке, улыбаясь настолько же глупо и счастливо.       — Это так заметно? — мужчина не стал отрицать. Нам Гю был важным человеком в его жизни, был его единственным близким другом сейчас.       — Для писателя очень даже, — она вновь затянулась, прикрывая глаза.       Они помолчали немного, находясь близко, но мысленно совершенно далеко. Чон Ю На была старше Су Бонга почти на девять лет. Она молча смотрела на дым, думая о чём-то своём, что ему вряд ли дано было понять. На самом деле, Танос и не стремился. Они познакомились всего пару дней назад: слишком мало, чтобы лезть в душу. Мужчина потянулся рукой к заднему карману штанов, но быстро вспомнил, что телефона с собой у него не было.       Странная тоска по Нам Гю преследовала его почти каждую ночь последние три дня, как будто запрет на пользование телефоном вскрыл его потребность в этом человеке.       Как он там? Снятся ли ему кошмары? Думает ли он о нём? Эти вопросы терзали мысли мужчины, не давая расслабиться и забыться в наверняка тяжёлом и беспокойном сне. Су Бонг смотрел на небо, думая о том, насколько же они всё-таки близки. Хотелось быть ещё ближе, но он сомневался, стоило ли оно того. От чего-то он не мог себе представить, что Нам Гю не испытывает к нему чувств. В этом рэпер был полнейшим профаном, однако не возможно было не замечать, что близкий и даже любимый человек стал больше его касаться, стараться быть ближе и по-своему заботиться.       Его беспокоило совсем другое. Су Бонг был медийной личностью, и его популярность только набирала обороты. Он не строил иллюзий о том, что Нам Гю будет комфортно от этого. Чего стоит только этот инцидент с фото. Благо всё разрешилось быстро и сасэн-фанаты не навредили ему. Мужчина не был уверен в себе и в своих силах, боялся своих чувств и неопределённости. Су Бонг не хотел причинять боль тому, кто был ему так дорог, как бы банально и пафосно это ни звучало.       Но несмотря на все сомнения, он хотел как-то выразить свои чувства к Нам Гю, всю ту бесконечную привязанность и тепло, которое чувствовал. Обнять, поцеловать, и, быть может в самых смелых своих фантазиях, зайти чуть дальше... Это всё было так сложно.       — Пойду, поищу снотворное в сумке, может быть, всё же сложил его, — предупредил Су Бонг женщину и направился в комнату, где он ночевал вместе с Мин Джу.       — Удачи, — хмыкнула женщина.       Мин Джу уже спал, завернувшись в рулет из одеяла, и мужчина постарался быть как можно тише, чтобы его не разбудить.       Су Бонг осторожно рылся в своей сумке, выуживая оттуда различные мелочи: зарядку, наушники, забытую пачку жевательной резинки. Снотворное, к его разочарованию, отсутствовало. Он вздохнул, чувствуя, как напряжение, накопившееся за день, сжимает его плечи. Вместо таблеток он нашел потрепанную фотографию — снимок с Нам Гю, который он распечатал в прошлом месяце просто по приколу и уже успел забыть о нём. Сердце Су Бонга сжалось от нежности. Он провел пальцем по изображению, чувствуя шероховатость бумаги.       Мужчина решил убрать фото в карман кофты и вдруг нащупал небольшой пакетик. Танос вздрогнул. Неужели у него в кармане лежали наркотики? Да нет, быть того не могло. Он от всего избавился ещё полтора года назад.       Су Бонг несмело вытащил свою находку. Ей оказался небольшой пакетик с таблетками и запиской внутри. Руки предательски задрожали, дыхание сбилось и перед глазами, кажется, потемнело. Никакую химозную дрянь он не принимал уже давно. И всё же мужчина вытащил бумажку, бегло пробегая взглядом по тексту.       «Снотворное. То, которое стоит у тебя на тумбочке у кровати. Я положил сюда, на случай, если ты забудешь. Нам Гю»       Сердце Су Бонга бешено заколотилось. Он перечитал записку ещё раз, медленно, смакуя каждое слово, как редкое вино, после чего аккуратно сложил её, спрятав в карман рядом с фотографией. Он почувствовал, как тепло распространяется по его груди. Даже не будучи рядом, Нам Гю умудрился помочь ему.       Он взял пакетик с таблетками, осторожно рассмотрел их — знакомые белые капсулы. С Нам Гю он встретился буквально в дверях квартиры, пока бегал, собирая вещи, и его друг, зная о его рассеянности, положил ему снотворное. Было даже удивительно, как он не нашёл его сразу.       Су Бонг медленно выдохнул, позволяя напряжению спасть с плеч. Руки все еще слегка дрожали, но уже не так сильно. Он почувствовал глубокую волну благодарности к Нам Гю. Этот маленький жест, эта незаметная забота, казались сейчас невероятно ценными. В его жизни, наполненной постоянной суетой и стрессом, такие мелочи были на весу золота.       Он вспомнил их последнюю встречу перед съёмками: быстрый, почти беспорядочный обмен фразами у двери квартиры, суматоха сбора вещей, и этот незаметный поступок Нам Гю, забота, которая спасёт его от бессонной ночи сегодня.

***

      Нам Гю несколько рассеянно протирал стакан, погрузившись в свои мысли. У него снова болела голова, в которую перманентно лезло желание закинуться какими-нибудь таблетками, или, быть может, вколоть себе что-нибудь, дабы словить очередной кайф. Эти все порывы он усилием воли задвигал подальше. Он тоже лечился, ходил на консультации врачей, и ему в самом деле помогали по мере возможности. Его положили в больницу как раз в то время, когда Су Бонг был поуши в работе и своих проблемах. Ломало его, конечно, по-страшному, порой казалось, что выпилиться и то было бы проще.       Желание закинуться чем-нибудь, забыться, раствориться в искусственном блаженстве, хотя бы на мгновение. Вколоть что-нибудь… Это чувство, эта тяга к химическому эскапизму, была столь же знакома, как собственное отражение в зеркале. Но Нам Гю сжимал кулаки, стискивая зубы, подавляя этот прилив. Он боролся. Он лечился. Сеансы у психотерапевта, бесконечные анализы, медленное, порой невыносимо медленное, возвращение к нормальной жизни, к жизни бармена в клубе, где вся эта шмаль искушающе близко. Он помнил тот день, когда его увезли в больницу, он сам позвонил и действительно осознанно делал этот шаг.       Су Бонгу он так и не рассказал об этом. Не то чтобы не хотел, скорее не видел в этом смысла. Он работает, восстанавливает свою карьеру и жизнь, борется со своими проблемами... Зачем ему усложнять жизнь? Помощь Су Бонгу вошла у Нам Гю в привычку. Так он чувствовал себя нужным, словно он действительно был хорошим человеком, как о нём отзывался его друг. Благодаря ярким чувствам Су Бонга, Нам Гю и сам чувствовал себя более полноценным, более живым.       — Эй, ты чего завис? — Сон Чи ткнула Нам Гю в бок, отвлекая его от собственных мыслей.       Музыка била по ушам, усиливая головную боль, но мужчина старательно это игнорировал.       — Да так, — отмахнулся он, чуть дёргая плечами.       — Ну оке, как скажешь, — девушка не стала ни о чём расспрашивать, её это не касалось. — Кстати, тот чудик, с которым ты так мило беседовал недели две назад, больше не заходил. Ты его спугнул что ли?       — Какой? — не понял сначала Нам Гю, после чего до него дошло, что говорила она про Су Бонга. — А-а, этот... Он в командировке пока что.       В клубах Танос не появлялся уже давно, но когда ему приспичило вдруг навестить Нам Гю на работе, он по крайней мере позаботился о том, чтобы сохранить свою анонимность. Парик и тонна косметики, с которой он, как оказалось, умел неплохо обращаться, делали его совершенно другим человеком, особенно в полумраке клуба. Что касалось голоса, то в шуме клуба узнать кого-то было сложно, тем более, что голос на записи треков или искажённый микрофоном звучал иначе, чем в реальности.       — Жаль, я всё же надеюсь, что мне посчастливится снова наблюдать твою доброту, — хмыкнула Сон Чи и развернулась к клиенту. — Да, да, уже иду.       Нам Гю проследил взглядом за ней, после чего натянул на лицо совершенно очаровательную улыбку и тоже занялся работой.       — Кстати, ты уже слышал, что та шлюха, которая всё увивалась за одним из випов, залетела? — поделилась новостью Сон Чи, принимаясь смешивать очередной коктейль.       — Та, которая блондинка с пирсингом в сосках? — уточнил Нам Гю. Его новость не удивила, хоть он и слышал её в первый раз. Это было вполне ожидаемо.       — Да, именно та, — кивнула девушка. — Ты её ещё полотенцем один раз огрел, когда она к официанту приставала.       — Почему-то я совсем не удивлён, — усмехнулся Нам Гю. — Она и наших девчонок, кто на шесте крутится, бесила жутко. И что с ней?       — Не знаю, но про того дядю ходили одно время слухи, что у него фетиш на беременных девочек. Поиграет, наверное, пока та не родит, а потом съебнёт, — Сон Чи пожала плечами.       — Может, и к лучшему, — задумчиво произнёс Нам Гю, размешивая в стакане лёд. Он наблюдал, как Сон Чи ловко жонглирует бутылками, её движения были отточены и грациозны, в отличие от её слов, часто грубых и циничных. — По крайней мере глаза мозолить не будет.       Девушка поставила готовый коктейль на барную стойку и бросила взгляд на Нам Гю. Её глаза, хоть и прикрытые лёгким налетом усталости и цинизма, были проницательны. Они оба были непрочь перемыть косточки посетителям и сотрудникам клуба.       — Слушай, а помнишь, того парня который всё ходил сюда? — сменила тему Сон Чи, в её голосе проскользнуло что-то похожее на сочувствие. — Тот, что постоянно заказывал "Кровавую Мэри" и смотрел на тебя как на идола? Его нашли сегодня утром. Передоз.       Нам Гю кивнул, не испытав по этому поводу почти никаких эмоций. Такие новости были здесь обыденностью. Он лишь порадовался, что на месте парнишки не оказался он сам или Су Бонг.       — Чего только не встретишь в Пентагоне, — хмыкнул мужчина, и Сон Чи с ним согласилась.

***

      Следующее испытание участников шоу ждало их буквально на утро, когда пришло время завтрака. Ну, точнее, приготовить завтрак из того, что у них имелось.       — Я готовлю просто disgusting, — тут же сообщил Танос, подняв руки вверх, словно признавая своё поражение. — Честно. Яичница — мой максимум.       Его слова вызвали смешок у остальных, но в них слышалась и доля правды. Многие участники, привыкшие к комфорту и заботе, оказались перед лицом настоящего вызова.       — Эм... Я тоже не сильна в готовке, — призналась Ким Джи Ну, молодая девушка, готовящаяся к дебюту как айдол. — Но я могу помочь, если мне скажут, что нужно делать.       — В прошлых испытаниях вы оба хорошо проявили себя, — задумчиво сказала Чон Ю На. — Так что будет вполне разумно не привлекать вас к готовке, тем более, что это только усложнит нам задачу.       — Вы в самом деле так считаете? — пробурчал Кан Тэ Хун.       Этот мужчина был известным в индустрии журналистом, построившим свою репутацию на скандальных темах и конфликтах. Су Бонг чуть нахмурился, гладя на него. Этот человек был старше, и с самого знакомства отношения у них незаладились. А причиной тому послужил отказ Таноса пить в первый день. По крайней мере так это должно было выглядеть со стороны зрителей, рэпер же подозревал, что журналисту доплатили за накаление обстановки на съёмках.       Честно говоря, Су Бонг бы, вероятно, не пил бы, даже если бы ему было можно — реалити-шоу совершенно не то место, где можно было бы спокойно выпить без последствий для репутации. Лекарства же дали ему вполне обоснованную возможность отказаться — мешать таблетки и алкоголь было бы совершенно неприемлемо. Однако и без того накалившаяся атмосфера совсем испортилась, когда Танос, поддавшись какому-то благородному порыву, осторожно увёл Ким Джи Ну от общей попойки, заметив, что та уже слишком захмелела и могла совершить что-то, о чём потом пожалеет.       Как сказал потом Дже Ён, Тэ Хун страшно негодовал по этому поводу, сочтя такое поведение неуважением к старшим коллегам. Танос на это тогда лишь кивнул, пожав плечами. Им многие были недовольны: одним больше, одним меньше — не страшно. А вот малышка Джи Ну могла бы пострадать от последствий такой настойчивости со стороны старших.       — Кан Тэ Хун-си, вчера вы отказались надевать на себя костюм из мусорных пакетов, в отличие от Су Бонга, который честно отдувался за всех, — напомнила Чон Ю На, чуть нахмурившись. — Джи Ну раздобыла нам материалы для наряда и помогла в организации.       — Но это не означает, что они могут халтурить, — покачал головой Тэ Хун.       — Неужели вы считаете, что будет лучше, если они, например, спалят кухню? — уточнила женщина. Её голос оставался спокойным, словно она говорила о погоде.       — Я знаю достаточно простой рецепт завтрака, — вмешался в их разговор Дже Ён, тут же пожалев об этом.       Пока участники решали, кто и как будет готовить завтрак, Танос отошёл в сторону, занимая место в кресле-мешке.       — Оппа, расскажи, какой путь вы прошли как исполнитель, — попросила Ким Джи Ну, присаживаясь рядам. — Я знаю, что вы дебютировали уже достаточно давно, и последний год восстанавливаете свою карьеру, но мне бы хотелось узнать подробнее.       Её и Су Бонга до готовки в конечном итоге не допустили, сказав, что пожар им не нужен. Не то, чтобы они имели что-то против.       — Конечно, seniorita. По правде говоря, это было достаточно тяжёлый для меня период времени, —сказал мужчина, задумавшись. — С музыкой я связался относительно рано и у меня были кое-какие наработки в этой сфере. Признаться честно, я плохо помню, как именно и при каких обстоятельствах я заключил первый контакт с агентством, но это произошло, когда мне было от силы лет семнадцать на корейский возраст. К тому моменту я сильно повздорил с родителями и отчаянно нуждался в деньгах.       — Это, наверное, было сложно, — задумчиво сказала Джи Ну.       — Of course, не стану врать, что это было легко или в радость, — согласился Су Бонг. — Увы, я не могу раскрывать подробности нашего контракта и другие нюансы, да и, честно говоря, не очень-то хочу.       — Это было что-то ужасное? Я слышала, что исполнители ранних лет переживали большие трудности в отношении контрактов, — девушка заинтересованно склонила голову. Ей скоро предстояло дебютировать, поэтому она хотела узнать об этом подробнее.       — Было очень сложно в плане финансов. Долг агентству за два года обучения, запись, выпуск первого альбома и проживание составил очень большую сумму, — Танос говорил искренне, быть может и правда желая помочь, а может, просто хотел рассказать об этом кому-то.       В мыслях вновь возник образ Нам Гю. С ним можно было говорить обо всём на свете, и Су Бонг действительно был честен с ним, однако нагружать его своими проблемами не хотелось. Его другу и без него было достаточно проблем, о которых он предпочитал не распространяться.       — Мне потребовалось почти пять лет, чтобы рассчитаться с агентством и начать получать какие-то деньги, — продолжил он. — На самом деле это не какая-то тайна, и большинство контрактов с исполнителями имеют в себе этот пункт, ну, на сколько мне известно. Ну а об условиях жизни тебе и без меня должно быть известно.       — А... как вы... — Джи Ну чуть замялась, не решаясь озвучить явно терзавший её вопрос.       — Как мне удалось закрыть долг перед агентством за полгода? — озвучил неудобный вопрос за неё Су Бонг.       Мужчина полагал, что основные кадры будут взяты из сцены готовки, а потому если они и попадут в кадр, то суть их разговора вряд ли будет детально передана — акцент будет скорее на том, что они с девушкой хорошо общаются.       — Да, — кивнула Джи Ну.       — Во многом это стало возможным, благодаря тому, что на обучение ушло much less time, всё же какие-то азы я уже знал, и большую часть первого альбома после перерыва я записывал за свой счёт, — Танос откинулся чуть назад, закинув руки за голову. — Хотя, конечно, во многом сыграл свою роль и контраст того, что я делал раньше, и чем занимаюсь сейчас.       — Получается, ваш прошлый опыт сыграл значительную роль в вашем пути, — девушка чуть помрачнела.       — Of course, это имеет огромное значение, — кивнул мужчина и заметил, как притихла его собеседница. Атмосферу он читал из рук вон плохо, но изменения в поведении замечал быстро. — Но не расстраивайся, seniorita, всё решаемо. Я буду ждать твоего дебюта.       — Спасибо, оппа, — девушка чуть улыбнулась.       Танос широко улыбнулся ей в ответ, показав большие пальцы вверх. Ким Джи Ну была красива, что не было чем-то удивительным, ведь она собиралась дебютировать как айдол. Су Бонг мельком подумал о том, что будь он на пару лет моложе, не упустил бы возможности подкатить к ней. Мужчину передёрнуло от этого и от осознания того, каким же мерзким он, вероятно, был раньше. Впрочем, что было, то прошло, и этого уже никак не изменить. Ким Джи Ну была младше Таноса по крайней мере на семь лет, если не на восемь, и мужчина воспринимал её скорее как ребёнка, которому можно что-то подсказать, но никак не питать романтические чувства.       Су Бонг погрузился в задумчивость. Желание позвонить Нам Гю за время участия в шоу с каждым днём становилось только сильнее. Раньше они могли не общаться и неделю и больше, не созваниваться и вообще жить своей жизнью. Однако сейчас, когда мужчине нельзя было пользоваться телефоном, запрет делал желание всё сильнее. Су Бонг с удивлением осознал, что в самом деле... скучает?.. по своему другу.       — Знаете, оппа, — вновь подала голос Джи Ну, — Когда я читала про вас, мне почему-то казалось, что вам в какой-то степени повезло, но... сейчас я думаю, что вы действительно сильный человек.       — Не обманывайся моим образом, — Танос хмыкнул чуть иронично.       Он хотел бы добавить «на самом деле я самый настоящий мусор, не имеющий ничего, кроме лица и музыки», но не стал. В конце концов это не имело значения. Су Бонг поднялся на ноги, неловко побалансировав на одной ноге, вызвав смешок со стороны. Он направился к остальной команде, рассчитывая если не помочь, то хотя бы узнать о том, как идут дела. Живот уже неприятно сводило от голода, а запах с кухни становится всё более привлекательным.