Икс

Темнота, холод, скрежет. Боль. Агония. Кислота в венах. Холод, темнота, резонирующие от стен голоса, скрежет. — Объект Е-5, сыворотка 12. Пульс 160, сатурация 70. Зрачки расширены, заторможенная реакция, — Боль. Кровь. — Припадок. Пять кубиков Феназепама. Стук. Глухой. В голове. Боль. Размытые лица, острая игла в капельнице. Страх. Страх. Страх. Грохот. Бам. Бам. Бам. Свет. Яркий. Тепло. Ремни больше не жмут. — Можешь звать меня Лизой. Приятно. Хорошо. Это счастье? — У меня сын почти того же возраста, что и ты. Вы подружитесь. Дружба? Что это? Тихо. Уютно. Камин. Он был дома. Расплывчатая реальность. Сжимающая грудь боль. Кровь. Крики. Страх. Ужас в глазах напротив. — Что с тобой?! — голос его первого друга. Не знаю. Боль. Капельница. Белизна палаты. Четыре обеспокоенных лица. Вымученная улыбка. — Я в порядке, — ложь. Его аура точно стала синей. — Мы найдем лекарство, — обещание. Фиолетовый. Он любил фиолетовый. Это его глаза. — Все будет хорошо, — медный. Надежда. Ты не веришь в это сам. Он тоже не верит. Даже не знал, какого это. — Я снова вижу это, — признание. Паника в лицах напротив. Они бежали от этого три года. — Мне придется забрать тебя в лабораторию, — красный. Нехороший цвет. Это кровь, это боль. Это тайные планы. Скрип двери. — Мам, пап? — чёрный. Страх. — Что случилось? Печаль на уставших лицах. Они смотрят на самого младшего и самого беззащитного члена семьи. — Петя поправится? — голубой. Между ложью и верой. Неуверенность. Опасения. — Я нарисовал ему феникса. Их слезы излечивают любые раны! — белый. Какой чистый мальчик. — Даня, фениксов не существует, — ещё одна ослепительная яркость. Улыбка. Его окружают такие прекрасные люди. Темнота. Сон приносит успокоение. Горечь. Не его. Ему уже не страшно. Ему все равно. Слезы. Кто-то плачет. — Тебе больно? Потому что я уезжаю? — Нет, — синий. Попытка стереть с лица мокрые улики. — Мне никогда не бывает больно, — ещё синий. Ухмылка. — Ты прав. Ещё темнота. Треск напряжённых ламп. Разговоры. Таинственные. Недобрые. — Пора возобновить проект Е-5, — оранжевый. Уверенность. Утверждение. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Грохот. Выстрелы. Сирены. Удовлетворение от расслабленных ремней. — Держись. Свет. Как давно он его не видел. Как он был прекрасен. Даже в этой маске. — Я тебя знаю. — Нет, — синий. Ты так и не научился говорить правду. — Ты прав.

***

Лео лежал на Ауфе, смотря в небо и краем уха слушая о новом проекте ассоциации злодеев по созданию зомби вируса. Как банально. Он видел столько различных фильмов, что мог бы выжить даже с одной рукой и ногой. — Как дела у твоего брата? — Лео чуть не упал с широкой спины лунного волка, когда Петр прервал супер интересный рассказ о том, как вирус разрушает нейроны(ему было правда интересно) и, теребя в руках папку с украденными из секретной лаборатории материалами, задал этот вопрос. Покраснев. — Эй, что это значит? — поинтересовался Лео, смотря на двух парней, облакотившихся на бок Ауфа и почти полностью утерянных в его шерсти. — Светоч создавался специально для моей матери, — начал издалека Эйфай, напряжено сглатывая. — И исходя из этого легко выяснить кто под маской, — Икс кинул на него испепеляющий взгляд. Потому что это было опасно. Его же могли убить в реальности. — Этот кулон создал его отец, — с некоторой долей презрения выплюнул Петр. — Рен, ну, главарь ассоциации злодеев. — Эй, мне чертовски интересно услышать историю твоей семьи полностью и без утайки, — Лео свесился со спины Ауфа и не слишком сильно постучал по его макушке. Ведь ему было ужасно обидно ничего не знать. То есть, его буквально пытается убить отец Дани. Его парня. Их семейка шизанутая. — Так как матери светоч напоминает об отце, она решила отдать его мне, — пояснил Эйфай, перехватывая бледную руку Икса и поочередно целуя костяшки пальцев. — Я расскажу тебе все за чашкой чая и семейным альбомом. — Так что насчет Алекса? — прокашлялся Петр, закатывая глаза и возвращая внимание к его вопросу. Одни розовые сопли и любовь. Он завидовал. — Он утром улетает в Атланту, — отмахнулся Эйфай. — Зачем тебе вообще этот обалдуй? Лео вернулся на спину Ауфа, обдумывая всю эту ситуацию. Петр. Злодей, которого держали в лаборатории 20 лет. Вылез на свободу неделю назад. Отыскал светоча неведомыми силами. И спрашивает про его родословную, которая известна ему, потому что.........он ......набрался слухов, пока гулял снаружи? — Я надеюсь это не тот самый троп с друзьями детства, — протянул Лео, пристально смотря на застывшего Петра. Почему все что-то утаивают?! Это начинало раздражать. — Фу, — Эйфай сморщился, представляя, как его информатор и его брат обнимаются в коридоре. — Фу, — повторил он, осматривая Петра с ног до головы. Он был на три года старше. Молодой, умный, относительно привлекательный. А его брат. Мерзость. Если не считать прошаренности в компьютерах, то он полный ноль. Без двух палочек. Без трёх палочек. Без ничего просто. — Мне придется мыть глаза. В этот раз Лео ударил его пяткой по голове. — Твой брат не так уж и плох, — Эйфай хмыкнул от того, что Икс тоже считал слабым звеном в этой паре Алекса. — Тем более, сердцу не прикажешь. — Я просто спросил, — вздохнул Петр, вставая с земли(они были посреди вспаханного поля) и отряхиваясь. — До завтра, голубки, — он быстро исчез в портале(Лео насчитал 20 секунд). — У тебя в детстве не было воображаемого друга, которого держали в подвале и пытали? — на всякий случай поинтересовался Лео, скатываясь с Ауфа и садясь рядом с Эйфаем. — Тяжелее всего проснуться когда ты спал. Волк поднял голову к луне и оглушительно завыл, активно махая хвостом. Лео рассмеялся, обнимая массивную лапу. — Не припомню, — Эйфай крепко задумался, прокручивая в голове детские воспоминания. — но сложно быть уверенным в чем-то, когда в доме стоит стиратель памяти. Лео перевел на Эйфая опасливый взгляд. Кто говорит такие вещи так обыденно?! — Расскажи мне все, — попросил Лео изнывая от желания знать правду. Ему очень интересно во что он ввязался и почему родители Дани такие сумасшедшие. Как он сам нормальный вырос с таким воспитанием? Эйфай открыл рот чтобы что-то сказать, но его прервал писк пейджера. Он посмотрел на сообщение и тут же встал. Сердце Лео замерло. Эй не может сделать так, как обычно, да? Бросить его одного. — Пошли, мама есть зовет, — фыркнул он, показывая Лео пейджер с «505». — Если не писать сос, то я просто не приду. — Ты что, каждый раз убегал, чтобы поесть?! — возмутился Лео, садясь на феникса и крепко сжимая торс Эйфая. Это должна была быть угроза, но тот просто погладил его сцепленные руки. Дурак что-ли. — Иногда это был вызов на допрос злодея, иногда напоминание сделать уроки, — усмехнулся Эйфай, а Офелия чирикнула. — Она редко пишет что-то правда важное. Думаю, все матери так делают. Лео промолчал. В основном потому, что не знал, что делают все матери. Почти у всех детей они есть. А он не все. — Я чувствую себя преданным, — серьезно заявил Лео, кусая его плечо. Эйфай усмехнулся. — Теперь она и тебя будет чрезмерно опекать.

***

Он остановил Офелию напротив открытого окна в комнату и запрыгнул в него, протягивая Иксу руку. Лео взял его за руку, встал и с дрожью в ногах сделал один шаг на подоконник. Он тут же оказался в комнате, смотря на Эйфая. Лео сделал шаг вперёд, не разрывая зрительный контакт, но потом вздрогнул, когда раздался частый стук в дверь. — Хозяйка зовет всех на ужин, — отозвался голос одной из горничных, а после шустрые шаги от двери. Лео выдохнул с облегчением и надел кулон, выходя из комнаты и медленно шагая по коридору. Он спустился вниз по лестнице, отмечая, что в поместье опять тихо. Что это была за миграция горничных недавно? Боевая готовность? Сколько здесь всего живёт людей? Лео быстро спустился вниз, заворачивая в гостиную, потом осознавая ошибку, пошел в противоположную сторону, но, кажется, и здесь ошибся, потому что оказался перед еще одной лестницей. Он поднялся наверх, вдруг там портал и он вернется в коридор с его комнатной, но вместо этого он оказался в просторном зале(с кучей горящих красных огоньков в углах) с двумя дверьми. Из одной измученно вышел Алекс и, увидев Лео, хмыкнул. — Коту стоит лучше присматривать за своими мышками, — он жестом попросил Лео развернуться и ткнул его в спину, чтобы он шел вперед. — Или ты крыса? Лео сглотнул, понимая, к чему он клонит. Его семья просто мрак. — Я заблудился, — обиженно промямлил Лео, но не ускоряя шаг для побега, потому что это закончится плохо и он просто наткнется на Цербера или край света в этих лабиринтах. — И где его носит? — хищно спросил Алекс, пытаясь понять, знает ли Лео об его альтер-эго горячего парня. — Он попытался прочитать параграф учебника, но перегрелся и сейчас лежит в отключке до полной перезагрузки системы, — в этот же момент им перпендикулярно вышел Даня и охнул от этих жестоких слов. Лео расплылся в оскале. — Это все клевета, — с досадой буркнул Даня, потому что Лен потихоньку настраивал всю семью против него. — Похоже, вы очень хорошие друзья, — прищурился Алекс, подозрительно растягивая слова. О, Лео точно покраснел. Даня закашлялся. Да, они очень хорошие друзья, брат-его-парня, а в крепкой мужской дружбе не зазорно целоваться в перерывах между катками в танчики или доту. — Мы были рождены под одной звездой и сотканы из одной материи, — философски заключил Даня, потому что социальные навыки Лео за пределами их комнаты часто исчезали и он не мог почти ничего сказать. Они оказались на кухне(Лео все ещё не понял как) и расселись так же, как и за завтраком. На каждой тарелке было куриное крылышко и картошка пюре. Елизавета всплеснула руками, поочередно пронзая взглядом трёх парней(на Даню смотря особенно пристально), и присоединилась к трапезе. — Как прошел ваш день, мальчики? — Лео молчал, потому что был слишком поглощен обалденным, нежным, пряным мясом. А ещё ему было страшно сболтнуть что-то лишнее. Или просто открыть рот. Адреналин от милования с Даней потихоньку выветривался, и теперь он не такой уверенный в своем великолепии. — Целый день отражал хакерские атаки. Они заметно участились, — расплывчато объяснил Алекс, смеривая Лео подозрительным взглядом. Но тот делал вид, что ему все равно, потому что картошка пюре гораздо вкуснее и интереснее важных супергеройских дел. Даня уже доел и пусто смотрел в стол, не зная, куда ещё можно спрятать взгляд, чтобы не пялиться на Ленина. — Мы нашли Джокера, — вдруг вспомнил Лео, расплываясь в улыбке. — Ну, моего кота. Только его монополизировал ваш водитель. Даня беззаботно усмехнулся, будто вспоминая события насыщенного дня. — Хочу увидеть усы и хвост того, что покорил каменное сердце, — присвистнул Алекс и следом за матерью, что облокотилась о столешницу и внимательно осматривала присутствующих, поставил тарелку в мойку. Эти ребята профессионалы в устрашении и поедании. Даня уже хотел было встать, как громкий визг сирены пригвоздил его к месту. Елизавета тут же напряглась(как и все остальные) и пошла в один из коридоров, ее сопровождал лишь быстро удаляющийся стук каблуков — Разберись с ним, — Алекс кинул гневный взгляд на Лео, заставив его вздрогнуть. Вообще-то, ему тоже интересно что тут происходит. Даня закатил глаза и пошел в сторону их комнаты, кивком маня Лена за собой. Но тот не шел. — Пошли, небось проверка систем оповещения, — Даня многозначительно нахмурил брови, указывая взглядом на Алекса(он то и дело хватался за кулон под одеждой. Лео видел. Лео внимательный), мол, ты что портишь легенду обычного несчастного друга. — Посторонний в матрице. Посторонний в матрице, — раздался роботизированный женский голос из каждого угла и троица дружно помрачнела. — Уведи своего чертового друга отсюда, — яростно гаркнул Алекс, каждая мышца теле натянулась стальным канатом, он приготовился сражаться. — Лен, пошли скорее, в комнате безопасно, — настаивал Даня, открыто хватая его за руку и утягивая в коридор. Он был зол. Почему Лен не может выполнить его самой простой просьбы? Лео мечтал увидеть в чем дело. Потому что это могло быть вторжение лиги злодейской справедливости, атака из космоса или скрытый убийца ассасин, что ядовитыми клинками исполосовал уже всех слуг. Но так как его метания не были никому понятны, для остальных он походил на застывшего перед светом фар оленя. И его скоро собьет машина. Алекс выплюнул самое чувственное в жизни Лео «блядь» и снял кулон, тут же пропадая. Вот это цыганские фокусы. Ничего себе. Это как. Эйфай не пропадал. — Эм...? — многозначительный вопросительный взгляд Лео был послан в никуда, потому что Даня тут же последовал в матрицу за братом. В голове была каша из событий этого дня и он не справлялся с обработкой информации, застывая на месте в полном одиночестве, на периферии сознания звучал невыносимый звон сирены и комната полностью погрузилась в красный огонь сигнальных лампочек. Лео.ехе снова не отвечает. Повторите попытку, когда ляля из Ляляндии отойдут от пульта мироуправления и все встанет на свои места. Одна из сотни мыслей доползла до финиша первой, давая Лео команду последовать за предателями. Ну хоть Даня то мог подождать, ну и что, что ситуация из ряда вон. Им надо поговорить насчёт взаимоуважения. Либо просто Лео должен отбросить все свои эгоистичные мысли и вникнуть в ситуацию, ведь Икс – неожиданный гость в этом месте, а Лео – ничего не знающий друг Дани. А ещё у них может лисички взяли спички и домик подожгли, мало ли. Огонь преследовал его повсюду. Так что Лео поступил настолько мудро, насколько мог забагованный эксплор открыться. Он снял кулон и тут же погрузился в хаос. Интерьер поместья из матрицы напоминал дом короля демонов или главного босса игры. А ещё казалось, будто злодеи здесь они. Потому что из каждого угла потолка кухни торчали автоматические пулеметы, наставленные на....Петра. Который дружелюбно улыбался и пытался сдержать нападки братьев. Лео ему искренне сочувствовал. Феникс и... филин(?) объединились, раздирая острыми словами нежную(ну, насколько ранима душа парня, что вырос в секретной лаборатории) душу не-злодея. Лео спрятался за углом, пытаясь услышать разговор сквозь вой сирены(когда ее выключат?! Все уже давно поняли, что происходит какая-то жесть). — Я просто пришел поблагодарить тебя за спасение, ночной охотник, — Лео фыркнул, смотря, как Алекс-филин-ночной-охотник бьет себя по лбу и ударяет кулаком в стену. Ему придется сводить Даню на курсы по управлению гневом, если тот начнет все больше походить на брата. Или нет. Лео со скрипом признал, что это ему нравится. То есть, не тот факт, что в будущем им придется часто чинить стены, нет. Просто его сводил с ума человек, обладающий жгучим напором, которого не было у него самого(учитывая 4 года побоев, неблагоприятную семью, замкнутость и склонность к самоуничижению). Эйфай принял оборонительную позицию, наставив пистолет-зажигалку на грудь раскинувшего руки в стороны Петра, будто они не были знакомы. Конечно, так и есть. Кто этот подозрительный злодей, очень похожий на тайного информатора героев, что пытается обнять своих главных противников и очень любит чипсы? Вообще без понятия. Петр, однако, не выдал их связи, кидая на Эйфая безразличный взгляд. Он лёгким прикосновением пальца отодвинул дуло от себя, а после с искрами в глазах повернулся к Алексу-дуолинго. — Я могу ограбить банк, — Петр напоминал Хатико, который дождался своего хозяина, и вилял невидимым хвостом, преданно смотря в глаза и пародируя кота в сапогах. Он будто ждал похвалы за такое заявление. Эйфай поежился, отходя в сторону и замечая Икса. Он ухмыльнулся, подходя к нему и обнимая. — Я ничего не понимаю, — честно признался Эйфай, зарываясь носом в белоснежные волосы и глубоко вдыхая, успокаиваясь. — Но у меня уже как три часа болит голова. Пошли спать, — он отстранился, сделав самый жалобный и усталый голос из возможных. Лео вздохнул. Он понимал. День и правда был очень сложным. Очень насыщенным и не только поцелуями. Надо было многое обработать, а лучше всего это делается во сне. — Было весело, — легко улыбнулся Лео, надевая кулон и, уже совсем не обращая внимания на сирену(а ещё там вроде Петр и Алекс исчезли в портале), поплелся в сторону их комнаты. — Учитывая, что сегодня нас не пытались убить, то да, — Даня взял его за рукав и потащил наверх, так же беззаботно улыбаясь. — Это случается редко. — Кто на самом деле хороший? То есть, у вас буквально пулеметы в стенах. И вы взорвали нашу школу. И, может, мой дом, — последнее он произнес с осуждающим нажимом. А ещё беспокойством. Потому что вокруг творилась полная неразбериха и кто кому должен доверять было непонятно. — Я не верю никому, — пусто проговорил Даня, проходя в комнату. — Кроме тебя, конечно. Лео усмехнулся и прошел к кровати, падая на спину и присваивая четыре пятых пространства. — Если бы у меня был хоть кто-нибудь ещё в жизни, я бы подумал о доверии, но пока выбирать не приходится, — пробубнил Лео и поймал искренне обеспокоенный взгляд. Даня отодвинул стул, чтобы сесть за домашнюю работу. — Точно, завтра надо будет купить тебе телефон, — он только что осознал полную зависимость Лена и ему стало неловко. Если бы они не начали встречаться еще до пожара, то Даня заподозрил бы, что Лен делает это все только для того, чтобы его не оставили жить на улице. Лео промолчал, внимательно наблюдая, как Даня достает из ящика стола коробочку для линз, снимает их, а после достает откуда-то очки в тонкой оправе. — Надеюсь, ты не против...— неловко отозвался Даня, захлопывая строгий черный футляр и открывая тетрадь с учебником. — Ты спал в линзах? — первый вопрос, который пришел на ум. Потому что Лео знал, что это запрещено и он искренне переживал. Даня прыснул от смеха. — Все в порядке, в этих можно. Хотя и не часто, — он обернулся, смотря на Лена счастливым взглядом. Потому что в первую очередь он проявил беспокойство. — Тебе идет, — вдруг заключил Лео, и Даня тут же вернулся к тетради, начиная что-то яростно писать. — Ты похож на учителя, — он принял задумчивый вид, снова смотря в потолок. — А я тот ещё двоечник, — игриво протянул Лео, услышав, как Даня поперхнулся воздухом. — Почему ты постоянно это делаешь? — Даня сделал акцент на «это», подразумевая все эти ролевые игры. То есть, это безусловно было весело и прикольно, но... своеобразно. Учитывая, что у них в жизни и без того хватает ролей. — Я чувствую себя свободным, ну... понимаешь, — он замолчал, пытаясь подобрать слова и абстрактно махая руками перед собой, — в реальности я такой жалкий, — сглотнул Лео, сжавшись от правдивости этих слов. — Роли помогают мне открыться. Вот увидев Икса ты бы подумал, что завтра изобьешь меня? — он горько усмехнулся, вспоминая первую ступень их отношений. Даня напряженно молчал. — Нет конечно, он же такой... весёлый, уверенный и...может, не сильный, но...интересный, что-ли, а я? Кто я? Какой-то Лёня из какого-то десятого, что не может даже постоять за себя. Обычный, скучный, тихий, серый.... — Филатов, ещё одно слово, и я...— тоном учителя произнес Даня, оборачиваясь и смиряя его строгим пронзительным взглядом из под очков. Лео задохнулся, во рту пересохло, внутри натянулись струны и воспламенились бабочки. А потом Даня резко отвернулся, покраснев. Лену надо идти в актеры, а не в мед, если ему это так нравится. — Как думаешь, Максим Богданович плохой? — хрипловато отозвался Лео, переворачиваясь на живот и опираясь головой на ладонь. Даня пожал плечами, дописывая предложение. — Нет смысла гадать, но моя мама правда что-то замышляет в последнее время. Она постоянно ругается по телефону и выглядит нервной. — Кто был твоей первой любовью? — вдруг спросил Лео, совершенно меняя направление мыслей. — Мм...— задумчиво отозвался Даня спустя несколько секунд ступора, — ответ «ты» тебя напугает или обрадует? — Лен издал какой-то очень довольный звук, между смешком и вздохом удивления. — Мне было банально некогда думать об этом. Когда отец ушел, мать начала готовить меня к его...возвращению. Она не говорит, что именно случилось, но в ней всегда была уверенность, что он придет мстить. — Она была права, — Лео снова погрузился в мысли, пытаясь понять, что вообще происходит в стенах этого поместья и в кругу этой семьи. — Алекс, кстати, тоже очень давно возится с серверами. Любой геройской участи избежала только Бель, сбежав в колледж на учителя истории, — Даня вдруг вздрогнул, подрываясь с места и подходя к одному из многих книжных шкафов. — Я не шутил про альбом, — он потряс толстой темно-синей папкой и сел на пол, чтобы лежащий на кровати Лен тоже мог видеть. — Для чего вам вообще все остальные комнаты? — довольно прищурился Лео, немного подвигаясь к краю и утыкаясь носом в альбом. Он потянул цепкие ручонки к очкам, но тут же получил пронзительный взгляд. Простите, Данил…Рентевенович, он больше так не будет. — Для нарушения феншуя, — ответил Даня, хмыкая и тыкая в первую фотографию. Молодая девушка с черными длинными волосами одной рукой обнимает за плечи примерно десятилетнюю девочку с рыжими волосами и ослепительной улыбкой, а другой прижимает к себе синий кулёк с ребенком. — Это моя мама с Алексом и Бель, когда она только забрала их из приюта, — широко улыбнулся Даня, будто смотря на фотографию котенка в интернете. — А твоя сестра милая, — прокомментировал Лео, тыкая в портретную фотографию из школьного альбома или чего-то подобного. — Я ревную, — угрожающе понизив голос предупредил Даня, указывая на следующую фотографию. — А это мой папа, — молодой мужчина показался ему знакомым. Отдаленно. Как будто пересеклись взглядом в вагоне метро. — Ну, конечно до того, как он стал мудаком и сбежал. Лео понимающе фыркнул, хотя его отец не был так уж и плох. Ему надо позвонить, когда появится возможность. Но он точно не был главарем злодеев и не пытался никого убить. — Теперь я вижу в кого у тебя такие зелёные глаза, — он всмотрелся в фотографию и поежился. Она правда была слишком живая. Даня медленно переворачивал листы, где были свадебные фотографии, Алекс в парке аттракционов, Бель в смешных шляпках, в музее иллюзий, потом Алекс увлеченный компьютером, рассада, совместная семейная фотография, а потом.... маленький Даня. Лео фыркнул. Нет, то есть, у него самого были(уже нет) такие голые фотографии, когда он только родился, но это все равно было смешно и даже неловко. Даня резко закрыл ладонью глаза Лена, прочищая горло. — Ты этого не видел. — Не видел что? — невинно отозвался Лео, бережно обхватывая ладонь и опуская ее с лица. Он прижался губами в внутренней стороне, довольно улыбаясь. — То-то же, — Даня боялся разорвать это трепетное прикосновение, от которого внутри все замирало и переворачивалось, будто в барабане стиралки. Лео сам перевернул лист, отпуская руку. Маленький Даня был в костюме зайца на фоне ёлки. — И это ты меня ругал за ролевые игры, зайчик-побегайчик? — фыркнул Лео, считая это супер милым. Наверное, потому что Даня был нахохлен и чем-то обижен. — Именно тебя, волк-зубами щелк, — он потерся носом о шею Лена, чувствуя приятный бархат кожи и сладковатый запах печенья. — Мне придется стереть тебе память после просмотра альбома. Лео хмыкнул, переворачивая ещё одну страницу. О, тут был какая-то другая страна. Сияющее солнце, чистый бассейн, загорелые люди, пальмы и все такое. — Тайланд, там отцу набили татуировку, — расплывчато отозвался Даня, указывая на руку, где было видно непонятной формы пятно. — Может он что-то хотел ей сказать, но я до сих пор не знаю значение. Мама сказала, что это любовь навсегда. Лео внимательно всмотрелся в фотографию: Рен ТВ был в одних плавках, открывая вид на приличный пресс, и загорелый. Татуировка непонятной загогулины. О. Мать вашу. — Как ты отреагируешь, если я скажу, что увидел твоего отца полностью голым раньше, чем тебя? — разбито пробормотал Лео, погружаясь в совсем недавние воспоминания. Любовник матери был опасным чокнутым злодеем. Скорее всего, именно он и сжег его квартиру. Зачем? Точно. Он же полуночник. — Рен ТВ охотится за кулоном полуночника, да? Даня сглотнул и опасливо покосился на Лена. Что на него нашло? Что за бред он молотит? — Что ты имеешь ввиду, говоря все это? — растерянно пролепетал он, полностью сбитый с толку. Даня прикрыл альбом и отложил его в сторону, прикасаясь тыльной стороной ладони ко лбу Лена на случай, если он перегрелся. — Думаю, мы можем продолжить завтра. — Помнишь ты...ну, когда наврал, что забыл о сгоревшей школе, — Даня пристыженно улыбнулся, но оставался полностью сосредоточенным. — В квартире был любовник матери, — он кивнул, вспоминая, — так это твой отец. Даня отрицательно помотал головой, не в силах что-то сказать. А потом его глаза округлились от осознания. Прошло 11 лет, конечно он изменился. Вот почему он показался ему знакомым. — Стоп, ты сказал...голым?! — пискнул Даня, заливаясь краской. — Мы просто пересеклись в коридоре, — фыркнул Лео, отмахиваясь. Будто он каждый день видел отца своего парня голым. Любого отца. — А о кулоне... думаю, да. Возможно. Он бы не сгорел во время пожара, — Лео поморщился. Потому что отец Дани пытался его убить. И убил его мать. Эта семейка все еще сумасшедшая. — Мне очень жаль, — сипло отозвался Даня, вставая и убирая альбом обратно. Очки он отложил на стол.— Моя семья постоянно рушит твою жизнь... — А ты строишь, — улыбнулся Лео, перекатываясь на спину и ловя задумчивый взгляд Дани. — Кажется, я привык к враждебности этого мира. В груди нарастала неприязнь. Ненависть. Он и до этого считал, что Рен ТВ приложил руку к пожару, но сейчас это было очевидно. Как он его нашел? И почему он такая скотина. Лео решил, что пока что будет придерживаться здорового нейтралитета, не доверяя ни героям, ни злодеям. Потому что у первых была иллюзорная причина взорвать школу, а вторые убили его мать. — Идиот, — хмыкнул Даня, печально улыбаясь и перебираясь на кровать. Он лег на подушку и вытянул ноги, ступней поглаживая бок Лена. — Давай спать. Лео обернулся, встречаясь с чертовски влюблёнными глазами, и приглушенно засмеялся, пряча улыбку в руках и простынях. Он надеялся, что все это не сон. Даня хлопнул в ладоши и свет выключился. Комната погрузилась в тягучий мрак. — Знаешь, кое-что уже долго не даёт мне покоя, — ехидно протянул Лен, поднимаясь на кровати и полностью поворачиваясь к Дане. Он непонимающе смотрел на него, впившись руками в простыни. Такой тон не предвещал ничего хорошего. Внутренности сделали сальто. Лео плавно потянулся к ноге Дани, аккуратно приподнимая пижамные штаны и обнажая бледную кожу, что контрастировала в темноте и казалась призрачной, он медленно приближался на четвереньках. Даня дернулся то ли рефлекторно, то ли правда был напуган режимом хищника, но Лео тут же обхватил голень покрепче, издавая утробное рычание. Даня что-то пискнул, хватая ближайшую подушку. Лео хмыкнул в шелковистую кожу, потягиваясь выше и томительно шагая пальцами вверх, до колена. Он оставил горячее прикосновения губами на родинке и ухмылка превратилась в оскал. Лео рывком поднял ногу своего парня, мягкая ткань скатилась вниз, до ушей донесся приглушенный писк, потому что Даня спрятал лицо в подушке, и Лео поцеловал внутреннюю сторону колена. А потом рассмеялся. — Черт, а ты не врал. Это же Южная Америка, — Даня возмущенно дернул ногой, ударяя пяткой по кудрявой макушке. — Какой же ты придурок, — пробубнил он, пытаясь подавить конвульсивные смешки. Потому что ему было стыдно и жарко. Лео начал оставлять дорожку поцелуев, двигаясь дальше по ноге, и замер, обжигая кожу тяжёлым дыханием. Он нежно прикусил внутреннюю сторону бедра и зарычал, когда дрожащие руки Дани с силой уткнулись в голову, преграждая дорогу вперёд. — Если бы ты не насмехался над моим родимым пятном, я бы ещё подумал, — на выдохе прошептал Даня, почти сдаваясь под затуманенным взглядом перед собой. Лен фыркнул, помотав головой, как собака, и Даня хихикнул, потому что представил звук, когда питомцы отряхиваются от воды. — Ты не представляешь что упускаешь, — буркнул Лео, плюхаясь лицом в подушку и расслабленно выдыхая. Ещё немного и он просто отключится, потому что индикатор заряда батареи уже как пять часов мигал красным. — У тебя есть книга отзывов? — удивленно спросил Даня, поворачиваясь на бок, чтобы иметь возможность посмотреть в эти бесстыдные голубые глаза. — У меня есть фантазия, — возмутился Лео, тоже переворачиваясь, он прищурился. — И в ней, к твоему сведению, все замечательно. Даня покраснел, потому что эти бесстыдные голубые глаза были слишком хороши и он сдавал позицию. Вдруг раздалось мяуканье и Лео вздрогнул, ощущая, как кровать в районе ног приминается. Джокер шел распушив хвост с видом победителя, скорее всего, зайдя через открытое окно(каким образом было страшно представить. Он что-то скрывал, это точно) и плюхнулся прямо между голов парней, широко зевая и поочередно поглаживая усами то Лео, то Даню. Он несколько раз шумно вдохнул воздух, а потом ещё раз зевнул, закрывая глаза и растягиваясь очень пушистой сосиской вдоль. — Герой, весь день спасающий нас от дурного настроения Феди, — усмехнулся Лео, переворачиваясь на спину(потому что серая шерсть забивалась в ноздри) и закрывая глаза. — Весь в хозяев, — пробубнил Даня, уже в шаге от бездны сна. Лео покраснел. Не только он считал их семьей. Но, конечно, это не удивительно, они же буквально живут вместе. И хотя первая любовь обычно трагично заканчивается, он верил, что все будет хорошо. А ещё панически боялся, дрожал и мысленно сходил с ума от каждого своего действия. Потому что Лео это синоним неуверенности, неказистости и неловкости. И ему страшно, что однажды Даня это поймет.