Хранители кланов

– Вы должны принять во внимание, что школьный орден Гусу Лань не из самого света. Здесь ценится рвение к знаниям, трудолюбию и дисциплине. Сейчас вы зачитаете правила нашего ордена… Четко трудный, но монотонный голос старого учителя Лань клонил Вэй Ина во сне, а ведь сегодня только первый день, даже не приступил к занятиям. Подперев кулаком голову, парень прикрыл глаза. Рядом с ним тихо шикнули и потянули за рукав. Вэй Усянь резко поднялся и заозирался. Его дернула юная госпожа Цзян, которая пришла ему в сестрой по учению. Вместе с ней и ещё парой солдат из Юньмэна Гу они недавно получили образование в ордене. Его мама, Хранительница-равжуль Цансэ Саньжэнь, категорически грубо им двоим посещает Облачные Глубины и знакомится с их Хранителем. Вэй Ин появился на его месте какого-нибудь старейшину преклонного возраста, ведь сказал, что великому дракону Ханьгуан-цзюню уже за сотню лет. Да и смотря на учителя Лань Цижэня, Усянь не жизненно важна какая-то надежда. Наверное, дракон такой же занудный и непонятный по правилам. Сами Облачные Глубины Вэй Ину очень понравились, пусть и нагоняли немного скукоту из-за легкого тумана, который часто опускался с горных вершин. Здесь было тихо и спокойно, прекрасные целебные источники, горы, наполненные лечебными травами. Но сплошные плюсы здесь видели лишь меня, который грезил только самосовершенствованием. Вэй Ин же был ещё совсем молод, ему стало скучно и сонно в такой империи. Парню хотелось двигаться и выпустить нерастраченную нагрузку на тело на свободе, а не сидеть и слушать три тысячи правил, которые составлены из запретов. Цзян Яньли, мельком взглянув на брата, сосредоточилась на том, что они сказали. Вэй Ин всегда был таким, теория казалась для него нудной вероятностью, что она могла сделать сейчас, это побудить его уснуть и опозорить клан Цзян. – … для особо рвущихся к знаниям открыта публичная библиотека, в ней собрана богатая коллекция свитков, которая поможет вам ответить на возникающие вопросы, если меня не будет рядом, – Вэй Усянь надеялся, что так Лань Цижэнь подводит свою речь к концу. – Ближайший месяц будет посвящен истории, теориям заклинательства и видам демонических тварей. После того, как мы приступим к тренировкам с мечами, полетим по ним и стреляем из лука. – Он так говорит, нас этот орденский орден не обучал, – тихо прошептал Вэй, наклонив голову к Яньли. – Всегда посмотрю полезность на технику других кланов, – ответила шепотом девушка. Когда же вторая часть закончилась, их отпустили под присмотром старших адептов клана Лань знакомиться с территорией, чтобы не заблудиться. Мальчики и девочки расселялись по разным частям клана, почти в самом центре располагались механические домики с библиотеками. Довольно продумано, если не хочешь, чтобы юноши и девушки бежали друг к другу, ведь по ночам наверняка пойдут патрули и так пройдут незамеченным тяжелее. Хваленные источники Гусу находятся ближе к горам и в том направлении, вели только две тропинки глубоко в лесу. – Вам можно ходить только по правой стороне, налево приглашенным ученикам доступ запрещен, – формально проговорили рукой на обоих пути сопровождающего адепта. – А что там? – заинтересовано спросил Вэй Ин. – Место встречи Хранителей, – Вэй Усянь, услышав ответ, повернулся к сестре с улыбкой: – Когда ты увидишь это место, расскажешь, как оно выглядит, хорошо? Девушка рассмеялась. Когда она родилась, Хранительница Цансэ уже занимала свой пост и сразу же призналась своей воспитаннице. Через несколько лет на свет появился Вэй Ин, отец которого служил правой главой клана Цзян. Дети вместе росли и очень привязались друг к другу, почти как родные брат и сестра. – А когда мы сможем увидеться с Хранителем Лань? – тихо спросил Вэй Ин у Цзян Яньли. – Его сейчас нет в ордене. Разве госпожа Цансэ не говорила тебе, что в это время проходит Совет Хранителей в Цишане? – девичьи брови в удивлении приподнялись. – Не помню. Он нажимает плечами и продолжает осматривать окрестности, а внутри себя с предвкушением мысли над темой, что отсутствие Хранителя в Гусу может повлиять на него. В городке Цайи, что находится у подножия горы клана Лань, продавалось всем известное вино «Улыбка императора». Говорили, что оно чуть ли не самое лучшее во всей Поднебесной, и Вэй Инну не терпелось это проверить. После проведения их конференций в индивидуальных комнатах и ​​в отпуске отдыхать, предупредив, что отбой начинается с часами в кабане. Вэй Усянь для верности подождал ещё несколько часов и только после этого смог выйти незамеченным за пределы территории клана Лань. Это было совсем не сложно сделать, путь к Цайи не занял много времени, а при покупке вина, Вэй Усянь обмолвился, что в городе впервые и ему даже подарил второй кувшин в подарок! Ночь однозначно его радовала, он надеялся, что так же спокойно вернется и попробует долгожданный напиток. Перемахнув одну ногой через высокие ворота, Вэй Ин уже воображал, с каким удовольствием будет кушать знаменитое вино, включил контактных учеников о его прекрасном вкусе и поможет сбежать за ним ещё раз, когда все будут спать. То, что он не нарвался на патруль, показалось большой удачей, которая совсем расслабила Вэй Ина. В настоящий момент он совсем забыл о том, что хорошее может закончиться в неожиданный и самый неподходящий момент. – Стоять. Заслышав холодный приказ, Вэй Усянь уверенно замер, всё так же продолжая сидеть, свесив ноги по обе стороны стены. Голова с низким хвостом и черными волосами медленно вернулась на звук. Буквально в десяти метрах от него стоял высокий молодой мужчина, чья тень в свете луны доходила прямо до Вэй Ины. Его светлые глаза, прессованный янтарь, грозно смотрели на нарушителя тишины, а Вэй Усянь не мог оторвать взгляд. Судья по искусно расшитому ханьфу, это был кто-то из старших кланов, но вел он себя просто бесподобно. Никогда ещё Вэй Ину не встречал такого красивого человека, ещё и его пола. Он даже немного пристыдился, вспоминая, как его называл самый завидный парнем Пристани Лотоса. Легкий ветер трепал длинные волосы и задевал нефритовую подвеску на поясе адепта в белом, отчего та слегка покачивалась. Тихо стукнулись две кувшина, привлекая себе внимание. Вэй Усянь очнулся от очарования, которое у него возникло при виде мужчины, и постарался натянуть на лицо свою самую низкую обворожительную улыбку: – Приятель, может мы договоримся? Я отдам тебе один кувшин «Улыбки императора», а ты никому про меня не расскажешь, – Вэй Ин осторожно встал на заборе, балансируя на кровле. – Запрещено распивать спиртовые напитки. Запрещено выход за пределы клана после наступления комендантского часа. Запрещено подкупить стражу, – монотонно проговорил мужчина, перечисляя некоторые из правил. – Но я ещё не выпил вина, ты не согласился взять кувшин, а я стою на заборе: выходил я или зашел? – указательный палец Вэй Усяня коснулся подбородка задумчивым жестом и рассмеялся. – У вас столько правил, кто их вообще придумал? Они же мешают радоваться жизни. В ответ на это высказывание о невыразительном мимику лице проступила тень недовольства, выразившаяся в чуть нахмуренных бровях, и Вэй Инщенно удивленно уставился на вытаный из ножен меча. Острие клинка, блеснув в свете лун, была направлена ​​прямо на него. Брови парень поползли вверх: – А ты знаешь, что драки запрещены везде, кроме тренировочного поля? – Бесстыдник. С помощью сверхъестественного патрульного адепта двинулся вперед с мечом, направленным на горло Вэй Ина. Дело запахло жареным, Вэй Ин быстро среагировал и откинулся в сторону, а на его прошлом месте уже стоял нападавший. Парню пришлось покрепче ухватить связку кувшинов, чтобы они не разбились, он потянулся к своей мечу, но никто не собирался ждать, пока он обнажит оружие. Серия молниеносных выпадов заставила Вэй Усяня отступить ещё дальше и, прежде чем он, наконец, смог выхватить из ножны меча, его уже достаточно оттеснили к краю забора. Первый взмах заблокировал эту атаку и послышался звон металла. Вэй Ин сразу ощутил напряжение чужой руки, противник оказался значительным, как раз под стать ему. Парень широко улыбнулся, открылся и сам пошел в гости. Они быстро скрещивали клинки, и никто друг друга впервые не уступил. Противник отлично защищался, а Вэй Усянь ужомился крут, уклоняясь от лезвия меча, если не определил отбить удар. Вот только пока Вэй Ин стал понимать, что его выносливости недостаточно и нужно какое-то поведение. Быстро отведя взгляд в сторону, он сделал удивленное лицо: – Учитель Лань? Надо же, но это сработало. Противник отвлечся и этого Вэй Ину хватило, чтобы быстро спрыгнуть. Вот только уже в воздухе его почти достали, но он смог приземлиться на целую землю. Вэй Усянь с ухмылкой обратился к адепту. – Вот я и на территории, – он развел руки в стороны и от этого движения нить, связывающаяся кувшины, оборвалась. Оказалось, что его противник целился именно в нее, но не успел разрезать, а вот Вэй Ин своим резким движением ему в этом помог. Оба кувшина упали и разбились. Прозрачная жидкость брызнула в стороны, забрызгивая его одеяниями и сапогами Вэй Ина. С удивлением и грустью до него дошли последствия собственной вылазки, и Вэй Усянь поднял потухшие серые глаза на адепта клана Лань: – Знай я, что такое будет, выпил бы прямо на заборе.   *** Сказать, что он получил в первый же день наказание за нарушение сразу нескольких правил – лучше просто промолчать и стыдливо опустить глаза. Именно это и посоветовал Цзян Яньли перед входом в класс, когда ей стало всё обом известно. Остальные ученики его ордена только закатили глаза и ожидали, потому что Вэй Усянь, не влезший в какую-нибудь переделку, не был бы Вэй Усянем. Перед началом лекции Вэй Ину пришлось долго стоять и выслушивать громкие ноты учителя Лань Цижэня. Тот не ограничился лишь оглашением его процедур, которые, кстати, заключались в переписывании правил три раза, он также отвел весь урок на самые каверзные вопросы. Но не даром Вэй Усянь слыл лучшим учеником в своем клане, здесь он точно не опозорил честь своего ордена. По окончанию занятий ему напомнили о необходимости принести переписанные свитки на следующий же день, чтобы тот случай и поскорее направился к себе. Хватило его, правда, где-то до тридцатого правила, а потом он услышал через приоткрытое окно, как остальные весело переговариваются и не смогли усидеть на месте. В общем, это явление не является классической схемой, у него есть братья, которые обязательно помогают за возможность писать на контрольных. С таким выводом Вэй Ин махнул рукой на переписывание и, вскочив, перемахнул через окно. По идее, он должен был мягко приземлиться на землю и бежать на встречу со своим другом, но реальность оказалась не такой уж гладкой. Если точнее, то она оказалась высокой, с твердыми мышцами и ледяными глазами. Кто бы мог подумать, что он выпрыгнет чуть ли не в объятия своему ночному противнику? Будь тот адепт подготовлен, он бы его и в руки поймал, но не ожидавший внезапного нападения незнакомца ничего не сделал и Вэй Ин просто сшиб человека, падая на него следом. В парне поднялась волна паники и вины, он начал быстро бормотать извинения. – Может, встанешь со мной? – не вы удержали мужчину, потому что Вэй Ин всё ещё продолжал давить на него своим весом. – Ой, да, конечно! – Вэй Усянь спохватился и постарался быстрее подняться на ноги. – А-Сьянь! – сзади них послышался взволнованный крик Цзян Яньли. Девушка сначала не поняла, увидев впереди клубок из двух сплетенных тел, но, приметив знакомую одежду одного из них, удивленно ускорила шаг. Когда она поравнялась с ними, оба уже успели выступить и даже отряхнуться. Яньли осмотрела Вэй Ину на предмет травмы и вернулась к молчащему этому мужчине. Светло-карие девушки удивленно расширились, и та поспешила ему поклониться: – Ханьгуань-цзюнь, просим прощения за возникшее недоразумение. – Ханьгуань-цзюнь? – шокировано воскликнул Вэй Ин, бесцеремонно тыча пальцем. – Он? – А-Сьянь, это невежливо, – шикнула на сестру. – Принеси свои извинения. – Не стоит, – сказал Лань Ванцзи. – Просто случайность. – представился. Меня зовут Цзян Яньли, старшая глава главы ордена Юньмэн Цзян, воспитанница Хранительницы Цансэ Саньжэнь, – девушка снова настроила руку и поклонилась. – Это мой младший брат Вэй Усянь. – Сын Цансэ Саньжэнь? – в голосе дракона, которым оказался противник парня, послышалось удивление. Вэй Ин ответил кивкому, слова сейчас подбирались с трудом. Он-то думал, что Хранителем Облачных Глубин будет какой-нибудь старик, а им оказался сногсшиба красивый мужчина. У Вэй Усяня немного помутнел разум от воспоминаний вчерашней своей выходки. Он смог всё-таки взять себя в руки и поклонился следом за сестрой: – Прошу прощения за вчерашний инцидент. – А-Сьянь, только не говори, что вчерашним адептом был… – Насколько я знаю, ты сейчас должен выполнить это явление, – перебил девушку Хранитель Лань, чтобы не оставить еще больше неудобных поклонов. – Зачем вылетели из окна? Тут то весь план Вэй Усяня и раскрылся. Мало того, что его ночным противником оказался сам Хранитель-дракон, так ещё в итоге вышло так, что этот самый Ханьгуан-цзюнь теперь следил за его переписыванием правил в библиотеке. Хуже быть просто не мог. Каждый день после уроков вот уже как неделя Вэй Ин направлялся не в свою комнату, а в библиотеке переписывал правила ордена Гусу Лань. Напротив него за большим столом сидела Лань Ванцзи и тоже что-то писала. Скрепя сердце, Вэй Инстарился искренне прилежно выполнять то, что ему велели, но его природная неусидчивость боролась против совести и потеряла заработать очки. Увы, прохождения Вэй Усяня не успокоил, и он начал болтать. Обо всём на свете и ни о чем одновременно. Иногда Лань Ванцзи поддерживал своего монолога редкими замечаниями, если речь зашла о демонах или самосовершенствовании. Чаще одергивал его, чтобы Вэй Ин вновь брался за кисть. Так прошла ещё неделя, пока Вэй Усянь наконец-то не закончился. Юноша со вздохом облегчения легия на стол и уставился на своего надзирателя. Лань Ванцзи поначалу казался ему высокомерным и напыщенным, холодным, как нефрит, драконом. Сначала он даже не, обычно, мама категорически просила завести с ним, хотя бы зачем приятельские отношения. Но Ханьгуань-цзюнь отлично дрался на мечах, был очень умным, внимательным и даже где-то заботливым. Как-то балагур притащить в библиотеку пару кроликов, чтобы вызвать у дракона хоть какую-нибудь эмоцию или реакцию. На его радость Лань Ванцзи приподнял бровь в удивлении, осматривая пушистов. – В Облачных Глубинах запрещено держать домашних животных. – О, ну, тогда я просто их снял, – беспечно улыбнулся Вэй Ин. – Запрещено убивать животных на территории ордена, – чуть нахмурился Лань Ванцзи. – Не беда, я выйду за пределы Облачных Глубин и убью их там. После этого ответа у Вэй Ина просто забрали животных и больше он их не видел. Но, если быть честным, то через пару дней, когда он после отмены санкций прогуливался недалеко в лесу, то набрел на полянку с парочкой кроликов. Вэй Усянь тогда замер в удивлении, смотря как копошиться в траве длинноухие, но потом заметил среди них одного темного. А ведь он как раз дарил Лань Ванцзи белого и черного. Вэй Ин надеялся, что эти кролики пришли сюда, Ханьгуан-цзюнь. – Ванцзи-сюн, я закончил, мне скучно, – прохныкал парень. – Я намного старше тебя, – не отрываясь от подсыхающих на свитке чернильным глазом, сделал замечательные Ванцзи. – А выглядишь чуть ли не моим ровесником, – парировал Вэй Ин. – Будь ты моего возраста, я мог бы назвать тебя Лань Чжанем. Светлые глаза встретились с серым озорным взглядом. Дракон перестал выводить иероглифы, но вместо этого портативный светильник включил голубое свечение на его коже. Лицо мужчины претерпело небольшие изменения в виде удлинившихся клыков и горящих глаз. На голове медленно выросло два бирюзовых рога, от чего глаза Вэй Ина увеличились в размерах чуть ли не в два раза. Ханьгуань-цзюнь продемонстрировал не только силу и статус, но и опыт, накопленный многими годами. Да чтобы какой-то мальчишка звал его домашнее имя? Лань Ванцзи решил, что в рамках профилактики не будет лишне немного напугать наглого мальчишку своим обличием. – А хвост есть? – шепотом спросил Вэй Усянь. Впервые ледяная маска дракона треснула так, что на его лице проступило искреннее недоумение. Вэй Ин тихо хохотнул и привстал со стола, потянулся к рогам мужчины и коснулся прохладных отростков кончиками пальцев. Это отрезвило Хранителя Лань и тотчас резко отпрянул. – Бесстыдник! – Что же в этом такого бесстыдного? – склонил голову к плечу Вэй Ин. На этом Хранитель-дракон не стал ему присутствовать, а предпочел промолчать в статье и покинуть помещение, не прощаясь. Такая реакция удивила молодого человека, и он сделал в голове пометку вопроса у мамы – может, рога и правда опасно трогать? На этом примере Вэй Усяня закончилась. После произошедшего инцидента Лань Ванцзи старался мальчишку за дверью или быстрее уходил прочь с его пути. В то же время Вэй Ин пытался везде, где могла, отыскать дракона, а если не получилось, то донимал все вопросы. Яньли прекрасно видела, как ее брат привязался к Хранителю Облачных Глубина и даже осмелилась изложить это в очередном письме своей наставнице. Межтема ситуация с демонами становилась всё более серьёзной, но это тщательно скрывалось от простых людей, чтобы не сеять панику. Ханьгуань-Цзюнь стал всё чаще пропадать из Облачных Глубина и возвращался Чуть позже отбоя. Количество адептов-стражей увеличилось, усилились патрули и Вэй Ин понял, что-то происходит. Будто орден Гусу Лань к чему-то готовился. К сожалению, Цзян Яньли ничего не знал, и никто из клана Лань не станет открывать секреты чужаку. Никто, кого он мог бы спросить, всеми правдами и неправдами его избежал. Вэй Усянь уже даже собрался идти к Лань Цижэню, когда во дворе рядом с приходом юноши появился необычный гость в сопровождении дракона, который до этого момента пытался постоянно от него спрятаться. – Матушка! Удивлению Вэй Ина не было предела. Почему Цансэ Санжэнь появился здесь? Еще больше его удивило то, что весь ее корпус украшали розовые письменные принадлежности. Это разбудило в нем воспоминания из детства, когда она взяла это общение, чтобы отвлечь его от чего-то. Парень побежал к матери и обнял женщину, крепко сжимая в объятиях. Он даже сам не понимал, как сильно успел соскучиться за последние пару месяцев, пока не увидел ее во дворике. Хранитель-журавль в ответ жестко обхватила ребенка руками и пожала. В ее глазах, выражающих любовь и нежность, промелькнула мрачная грусть, бегло взглянув на Ланя Ванцзи, который молча наблюдал за встречей семьи. – А-Ин, я тоже рада тебя видеть, – Цансэ Саньжэнь сын поглаживал длинные волосы, перебирая небольшие прядки пальцами. – Что ты здесь делаешь? – Вэй Усянь наконец-то подал свою маму из объятий и вопросительно поглядел на обоих Хранителей. – Что происходит? Женщина ласково улыбнулась и не стала появляться на последний вопрос. Только попросила найти Яньли и собрать свои вещи, так как приехала за ними обоими. Удивление Вэй Ина вышло на новый виток, ведь для такого поспешного отъезда он не видел. – А как же другие ученики орденов? – Я унесу только двоих, остальные уже оповещают и отправляются следом. Этот ответ дал понять Вэй Усяню, что Хранительница Цансэ примет истинный облик, чтобы перенести их родину. Вэй Ин нахмурился ещё больше и отошёл от них несколько шагов назад. Наблюдая за этим ответом, женщина тоже посерьезнела. – Вэй Ин, – неожиданно подал голос Лань Ванцзи, чем привлек внимание двух родственников. – Тебе следует уйти. – Понимаешь? – непонимающе переспросил Вэй Усянь и замер. Его разум был смятении от неизвестности, а еще он чувствовал растерянность и обиду. – Сначала ты избегаешь меня, а потом говорит, чтобы я ушел? Цансэ Саньжэнь удивленно взглянула на сына. Так фамильярно разговаривали с Хранителем… Не такое воспитание она ему прививала. Но с другой стороны, Яньли говорил, что они вроде как нашли общий язык, и, может быть, Ханьгуань-цзюнь сам дал решение по такому обращению. Дракон безэмоционально смотрел в ответ, что только больше волновало сердце юноши. Он не мог понять, что ему сейчас делать: восстановить наказ матери, или захватить Лань Ванцзи и дождаться от него ответа? Вэй Ин замотал опущенной головой, чтобы хоть немного привести мысли в порядок. Серые глаза невидяще уставились на землю. В итоге, ничего не ответив и не получив ответа, Вэй Усянь молча развернулся, даже не взглянув на них, и ушел за сестрой. Обоим Хранителям лишь оставалось наблюдать за ним. Когда задняя часть хвоста свернула за поворот, Цансэ Саньжэнь обратилась к Хранителю-дракону: – Ханьгуань-цзюнь? – Мгм. Цансэ ожидает. Не очень хорошо, но в такие моменты они оба были практически без слов. Она доверяла ему, Лань Ванцзи был надежным человеком. Сразу после того, как вернулись Вэй Усянь с Цзян Яньли, собравшие свои вещи, они позвонили Облачным Глубинам, ни с кем не попрощавшись. Только когда территория клана и маленький городок Цайи у подножья горы стали маленькими точками, Вэй Ин позволил себе обернуться и с грустью посмотреть на исчезающие виды. – Разве ты не рад сбежать из учебы? – тихо спросила Яньли, крепко держась за честность журавля, парящего в небе. – От учебы, – согласно наблюдениям Усянь. Они долетели за один день и родные края Пристани Лотоса бальзамом прошли по хрупкому юношескому сердцу. Оставшийся вечер после разбора вещей он смеялся, рассказывая о своем наказании и о том, как их учили. С самодовольным видом Вэй Ин заявлял, что ноги его в этом клане праведников не будут, слишком пресная еда у них. А еще он напыщенно заявил, что техника меча Гусу не так уж и впечатлительна. Он болтал так много и восторженно, что никто и не смог разглядеть внутри него тоску. На следующий день пришло сообщение, что Облачные Глубины сожжены. Утро тут же позабылось, от такой шокирующей новости Вэй Усянь не знал, куда смотреть. В итоге глаза нашли свою Хранительницу, вот только она не казалась удивленной. Ровная спина и чуть вздернутый подбородок, Цансэ Саньжэнь всем своим видом заказала, что ничего не поменялось. – Мама… – тихо выдохнул Вэй Ин. Цансэ Саньжэнь метнул на сына пронзительный взгляд и тотчас проглотил свой вопрос. Медленно Хранительница Цансэ встала на свое место и повернулась взглядом к главе ордена Цзяну. Тот, с самой известия суровый и собранный, рассказал о текущей ситуации детей. Демоны решили вызволить своего господина из-под горы Куньлунь, а, как известно, одна из печатей стерег дракона. Всего их считывалось пять на каждый клан. И первыми под атаку попал именно Гусу Лань. – Мы ведь должны что-то сделать! – вскочил Вэй Ин, живо представляя, какой ужас может воцариться, если произойдет задуманное врагами. Все с ним переговоры без слов, вот только на битву его никто не пропустил. Боясь за жизнь своего смелого, но пылкого и безрассудного сына, Цансэ Саньжэнь заперла Вэй Ина в собственном доме в надежде, что у него не хватит сил выбраться. Только она не учла, что ее сын – гений своего поколения, уже в столь юном возрасте подающий большие надежды. Полдня ему сохранился на то, что не удавалось даже опытным заклинателям. Кровь сыграла в этом роль или его помощь в регионе, но меч юношу был так быстро, что свист ветра в ушах оглушил. В его несчастье Вэй Усянь прибыл на место в самом разгаре установки. Вокруг царила полная суматоха. Демоны всех разных видов заполонили поле борьбы: большие, маленькие, летающие и полывающие… Их было так много, гораздо больше противоборствующих сил. Подавить мятеж собрались самые сильные и опытные заклинатели четырех кланов, от Ланей выступал только дракон. Лань Ванцзи парил в небе в своем духовном общении, и на мгновение Вэй Усянь сверкнул увиденным. Огромный, лазурного цвета дракон, длина которого превышала несколько тысяч чи (около 100 метров), хвост и усы развивались от мощного ветра, создававшего каждое его движение. Больше всего понравились глаза и рога, которые почему-то в этом облике были золотистыми, они светились. Где-то рядом с Вэй Ином послышался шорох, и парень быстро обнажил свой меч, готовый к бою. Повернувшись, ему пришлось поднять голову вверх, потому что прямо за ним стоял огромный черный лис, за спиной которого спокойно переплетались между собой три хвоста с белыми кисточками. Ярко-карие внимательно смотрели на юношу, который замер перед Хранителем Безночного Города. – Хранитель Вэнь, – взяв себя в руки, Вэй Ин появился ему. Лис наклонил к его голове и Вэй Усяня опалило холодным воздухом от выдоха зверя, мокрый и горячий нос зверя коснулся его лба. После этого его оставили позади, потому что демоны не собирались ждать их разговора и обмениваться любезностями. Вэй Ин также бросился вперед, кромсая слабых демонов и вступая в схватку с более существами, которые обладали разумом, кем-то даже оружием. Она не уступила в этом регионе, она была виновата и никто изматывающей. Вэй Ин уже с загнанным дыханием опирался на свой меч, хотя бы на секунду перевел дух. Вся проблема складывается в том, что мелкие демоны кишели как бы мухи и больше истощали, чем приносили вред. Прямо перед ним спикировал и приземлился огромный журавль с красной короной на голове. Спустя мгновение рядом с ним уже стояла злая мать: – Ты несносный мальчишка! – Цансэ непривычно даже для себя не выбирала выражений. – Что ты здесь забыл? – Я тоже хочу помочь! – закричал в ответ Вэй Усянь. – Не хочу стоять и смотреть, как другие сражаются. – Глупое дитя! – в сердцах выругалась женщина и резким движением прижала его к груди, закружив. Сначала Вэй Ин ничего не понял. Зачем так делать в то время, когда ты можешь упасть с любой стороны? И только раскрыв глаза, парень с замирающим сердцем посмотрел на демона перед собой, стоявшего за спиной Хранительницы Цансэ. – Ха-ха-ха, сейчас печать станет моей! – демон засмеялся от своей победы и крепче сжал клинок. Выяснилось, что женщина закрыла его, чтобы защитить. Она тихо застонала от боли, пронзила мечом руки существа, и ее тело вспыхнуло розовым светом иероглифов вместе с выпущенными крыльями. Перья, острая, меч как, покромсали демона рядом с ними и выпрямились в угрожающем движении. – Мама! – дико закричал Усянь, цепляясь за слабеющую женщину, которая из последних сил думала о защите своего ребенка. Хранитель-журавль резко сомкнул крылья, заключив их оба конца в кокон, лишь в том месте, где ее проткнули были брешь. Сверху послышался громкий рёв. Цансэ начал оседать, но всё также крепко сжимала Вэй Ина в руках. – Мама…мама…мама, – не переставая называть ее, Вэй Усянь осторожно присел на полусогнутые ноги, держа маму, чтобы помечтать, как можно меньше ее беспокоил. – Тшшш, А-Ин… мама от таких раны не умрёт, – женщина ласково погладила его по щеке и утерла текущие слезы. – Мама, зачем, ну как, мам! – Вэй Ин, полные паники, не знал, что делать и говорить, он только звал ее и следил, чтобы она не закрыла глаза. Так же неожиданно, как Цансэ Саньжэнь создал кокон из крыльев, она его и убрала. Рядом с ними стоял Лань Ванцзи частично в своем духовном общении. Мужчина без вопросов быстро подошёл к нему и схватил Цансэ Саньжэнь за одну из рук, цепляющуюся за сына. – Лань Чжань… – от шока и растерянности Вэй Вэй позабыл все нормы приличия и воспитания, его волновало только состояние матери. – Цансэ Саньжэнь? – тихо спросила женщину дракон. Та тяжело перевела на него взгляд и долго смотрела. Вэй Усяню был непонятен их молчаливый диалог, он пытался влить в Хранительницу как можно больше своих духовных сил, чтобы поддержать. В этот момент к нему подлетел большой темный лис и уставился на раненого коллегу, а потом перевел взгляд на ее сына. Журавль в конце концов случился и пожал ему руку. Плеча Ванцзи коснулся влажный и тяжело дышащий лисий нос. Белые кончики хвостов зажглись желтым светом, как и засветились от новой силы письма на теле Цансэ Саньжэнь. Получив, что Ханьгуань-цзюнь хотел передал лису приказ охранять пару, и только после этого посмотрел на Вэй Усяня: – Вэй Ин, всё будет хорошо. Но хорошо не было. Получив силу двух Хранителей, Лань Ванцзи превзошел помощницу Не Минцзюэ. Вместе с Хранителем золотого карпа и национальными заклинателями они смогли подавить мятеж. Хранитель Цишаня унес Вэй Ина с воплощением от бойни в Пристань Лотоса, где Цансэ оказал помощь лекарям. Первое, что при пробуждении сделала женщина, это провела инициацию Яньли и с тех пор то короткое время, что ей осталось, она слабела с каждым днём. Через пару дней после всех этих событий Вэй Ин сидела в ее комнате и сжимала прохладную руку неожиданно. Его мама – очень сильная женщина, он верил, что она справится и пройдет через этот период. Саньжэнь ласково смотрела на сына и устало улыбалась. – А-Ин, улыбнись маме. Вэй Ин с грустью и тревогой смотрел на нее и не мог выдавить из себя даже самую маленькую, вымученной улыбки. Его голова ощущалась пустой, он толком не спал с того момента, как они оказались дома, и почти не выходили из комнаты. Новости до Вэй Усяня долетали через слугу и то через раз. Утром им сообщили о том, что Хранитель Цишань Вэнь скончался. Он не был молод на момент инициации и вернулся в регион много сил. У всего есть предел и Хранителем-Лисом, он пошел до конца. Узнав об этом, перед мысленным взором Вэй Усяня встали светлые карие глаза и черная густая шерсть. – Мама, не переживай, – сказал Лань Чжань, что всё будет хорошо. – Уже так далеко зашли? – игриво на выдохе поддразнила сына Цансэ Саньжэнь. После победы Лань Ванцзи все усиливает свое направление на восстановление Облачных Глубинов. Клан Цзян получил от него лишь письмо с пожеланиями скорейшего выздоровления. Вэй Усянь непонимающе посмотрел на голосующую на кровати женщину и та тихо издала смешок. Жизнь Цансэ Саньжэнь быстро утекала сквозь пальцы, она держалась куда дольше старой лисы только потому, что была моложе. Но сейчас ее время приближается к концу. В этот момент Вэй Усянь чувствовал, как ему стало душно. Сначала его руки стали горячими, а потом тело налилось жаром. Не понимая, что вообще происходит, он вытер выступивший со лба пот и замотал массу в креплении с дурбросманом. Но так стало только хуже, потому что перед глазами стали вспыхивать цветные пятна. – А-Ин? ...А-Ин! Теряя сознание, он слышал слабые вскрики материи сквозь толщу забившей уши ваты. Спасительная тьма не принесла ему облегчения, поскольку первое, что он увидел, придя в себя всего на секунду, прежде чем снова превращаться во тьму – это осуждение и неверие в глазах забежавших в комнате Цансэ Саньжэнь людей. В душе поднимались смятение и легкая паника, юноша резко уселся на кровать в своей комнате, тяжело дыша. Похоже, его сюда перенесли. Неужели он так вымотался, что свалился в обморок? Быстро умывшись, Вэй Ин поднял голову к зеркалу, чтобы привести свои волосы в порядок, и обомлел. Все видимые участки его кожи были покрыты письменными красками. Вот почему на него так смотрели. Это те самые иероглифы, которые красовались теперь на теле Цзян Яньли. До Вэй начало Ина медленно, но верно доходила, понимая, что происходит, когда в дверь ворвались без стука: – А-Сьянь, твоя мама!.. Тогда в беспамятстве он пробыл несколько дней. За это время его ослабевшая мать, которая сразу поняла, что произошло, раздумывала над ответом на невысказанный вопрос: как же так вышло? Яньли не смогла ее остановить, и в итоге Цансэ Саньжэнь истратила те крохи силы, что у нее получилось, до конца. Вэй Ин пребывает в полном отчаянии. Его будто дезориентировали в пространстве, он ничего не понимал: ни кем не стал, ни что делать, даже, что будет дальше, Вэй Усянь не знал. Цвет его одежды сменился на траурный белый, в пристанищем стал храмом, где покаталась мама. Вот только по клану пронеслись слухи – Вэй Ин теперь официально Хранитель другого ордена, где такое видано? Если такие случаи и бывали ранее, то этот никто не мог быть ненадежным, поскольку подобные записи затерялись в древних летописях, и Вэй Усяня сочли предателем, каким-то образом быстро получившим силу. Ведь как мой первый ученик клана ушел в другой орден? Его пророчили огромное будущее, он имел особый статус, но даже это не спасло его от порицания толпы и предрассудков. Никто не захотел слушать убитого горем парня, на которого разом слишком много всего навалилось. Глава Цзян пытался объяснить людям, что в этом нет ничьей вины или злого умысла, но все остались при своем мнении. Вэй Усяню осталось только уйти, чтобы не создавать недовольства ещё и на тех последующих людях, которых защитили и остановили на его стороне. В последний раз поклонившись табличке матери, уже в черном одеянии, поздним вечером молодой лис вышел из родного дома.