Сыграть в Ящик Пандоры

— Святые души уже умерших, как же раскалывается голова, — утром замычал Хан. — Феликс, умоляю, дай мне какое-нибудь зелье от похмелья. — Зелье от похмелья - это острый рамен, — усмехнулся Ликс, который вчера так и не пил. — Меня выворачивает от одной только мысли о еде, — Джисон осмотрел себя, замечая странные разводы на футболке, а затем решая ее понюхать. — Почему я пахну тиной?! — Феликс не выдержал и засмеялся. — Когда дверь в бассейн оказалась заперта, вы с Хенджином решили поплавать в пруду. — О, нет. — Да. И, возможно, тебе надо будет поговорить с Минхо. — Хан тут же забыл про свои страдания от похмелья и постарался принять вертикальное положение. — Я что-то ему наговорил? — Не знаю, о чем вы говорили, пока меня не было, но когда я вернулся с Чанбином, чтобы он не дал вам утонуть в пруде по колено, то ты кричал, что обязан поймать карпа и подарить Минхо. — Феликс видел, как с каждым сказанным словом лицо Джисона из болезненного начинало принимать оттенки предсмертного. — И, когда вас вытащили, то ты схватил Минхо и без умолку тараторил, что он слишком красивый для этого мира и таких людей не может существовать, а значит его выдумала твоя больная фантазия. — Позорище, — Хан снова рухнул на кровать. — План оторваться ты реализовал по полной, — подбодрил друга Феликс. Праздник прошел отлично, Ликс давно столько не смеялся и не отдыхал так с друзьями, хотя может это и к лучшему, так как подобные мероприятия на регулярной основе Академия могла бы не пережить. А учитывая силу и мощь некоторых учеников, то произошедшие ночью проделки вообще были на уровне детского лепета. Никто никого не покалечил, не убился сам, почти ничего не сломал и не разрушил. Ладно, за большинство «не» стоило благодарить членов студсовета, которые следили за каждым и принудительно отправляли спать особо разбушевавшихся. Но даже те, на кого не было управы и за кем, по счастливой случайности следил Феликс, живые, хоть и помятые, добрались до своих кроватей. В дверь постучались. — Утречка, — в дверях стоял слегка заспанный Чонин, по которому было видно, что вчерашний контроль его изрядно вымотал, — приводите себя в порядок, и к двенадцати Джиен-ши ждет вас у себя. — Нам пиздец, — проскулил Хан. На удивление второй раз стоять из-за выговора и вправду было уже не так страшно, Феликса даже скорее забавляло видеть состояние потрепанных Хана и Хенджина, которые выглядели так, будто жизнь их уже наказала. Возможно, чем старше становились студенты, тем чаще ректор закрывал глаза на их выходки, или же просто терял надежду хоть как-то их облагоразумить и смиренно ждал выпуска. — Итак, перейдем сразу к делу, — Джиен смотрел на них строго, но, видимо, по поводу проделок на празднике он беспокоился в разы меньше, чем из-за случая в лесу, так как оставался спокоен и не повышал голос, — последнее время вокруг стало происходить слишком много проблем, поэтому наши преподаватели не успевают отрабатывать все заявки на помощь, — сегодня он был в черном пиджаке с вышитыми на спине объемными белыми крыльями. И где только он их берет? — Кто не хочет получить выговор сделайте шаг вперед. Ни секунды не раздумывая вышли Хан и Хенджин, собственно из-за их бурной фантазии все остальные и оказались сегодня в этом кабинете. Минхо посмотрел на Хана, вздохнул и тоже шагнул. И ладно, после вчерашнего вечера, видя, как Минхо заботится о Хане, Ликс на правах лучшего друга мысленно благословил эту парочку. Сам он, конечно, не считал, что был хоть в чем-то виноват, и вообще в этой ситуации оказался, так как следил за двумя неудавшимися пловцами. Но, да-да, ему понравилось выезжать в разные города, оказывая помощь местным жителям, поэтому он был не против еще раз повторить. И тоже сделал шаг вперед. — Чанбин? — Джиен вопросительно посмотрел на оставшегося позади мага. — Я просто спасал этих водоплавающих, — Чанбин кивнул в сторону двух побитых жизнью студентов, — да и это единственный выговор у меня. — И надеюсь, что последний. — Я тоже. — Хорошо. Значит вам, — Джиен протянул письмо Хану и Минхо, — надо будет выехать в провинцию Кенсан-Намдо, местный жрец пишет, что из храма Хэинса пропало несколько табличек Трипитака. — Как? — ужаснулся Феликс. На этих табличках были написаны священные тексты с различными заклинаниями и призывами магических существ. И охранялись они монахами, которые были специально обучены для этого. — Нужно будет выяснить, какие именно пропали таблички, кто мог их украсть, для чего и по возможности найти вора. — Мы все поняли, — ответил Минхо. — А вам надо будет съездить тут недалеко, в Соннам, — Джиен отдал второе письмо Феликсу и Хенджину, — поступают жалобы, что на учеников школы Хансоль нападает Кума. — Кума? — теперь уже удивился Хенджин. — Они же обычно нападают ночью и… не оставляют в живых. — Скорее всего из-за того, что нападения были вечером, летальных исходов получилось избежать. Поэтому разберитесь с этим, пока никто не пострадал. — Хорошо, — кивнул Феликс. Кума… и откуда ученики школы вообще знали имена монстров? — Можете быть свободны, — закончил свою речь Джиен. Теперь нужно было возвращаться и собирать вещи. Ехать до соседнего города было недолго, поэтому ночевать там Феликс не планировал. И уж точно никакого больше совместного проживания с Хваном. Ликс запутался, многое сейчас не понимал в себе и боялся… боялся, во что это может вылиться, пока в его голове была полнейшая каша. — Послезавтра выезжаем? — спросил Хенджин, когда они вышли из кабинета. — Ага, как себя чувствуешь? — вчера маг демонстрировал удивительные способности к вливанию в себя всего, что пьется и горит. — Как будто по мне проехались и не раз, — Хван зевнул и взлохматил свои волосы. — Я проснулся весь мокрый, а на моих штанах красовалась огромная выжженная дырка. В голове сразу всплыли воспоминания о том, как Хенджин вылезал из воды, как промокшая рубашка плотно прилегала к телу, как он зачесывал назад влажные волосы. И, даже несмотря на хромающую координацию, выглядел прекрасно. Все-таки Хенджин был слишком опасен, когда был мокрым. — Ты решил высушить свою одежду, но слегка перестарался и по итогу поджег штанину, хорошо ее быстро потушили, — хмыкнул Ликс. — Ладно хоть не превратил пруд в меунтан. — Не волнуйся, тебе бы не позволили.

˜*°•.₪҉◘ 🔥 ◘҉₪.•°*˜

— Добрый день, Джиен-ши предупредил меня, что направит людей для помощи с нашей проблемой, вы же Ли Феликс и Хван Хенджин? — названные кивнули, присаживаясь напротив весьма молодого парня, которому на вид было не больше тридцати. — Приятно познакомиться, я - Чхве Субин, директор. До недавнего времени в нашей провинции не было ведьмы, да и сейчас с ней толком никто не знаком, поэтому я решил написать в столицу. Как вы, наверное, уже знаете, в нашей школе начали происходить случаи нападений духов на школьников. Сначала это был один ученик, и учителя не придали этому должного внимания, но затем их количество стало расти, поэтому подобное нельзя было списать на глупую шутку или попытку увильнуть от контрольной, так я обо всем и узнал. Сам я не видел духов, но игнорировать опасения учеников не намерен. — Мы можем поговорить с учениками? — спросил Феликс. Духи в школе, конечно, не являлись чем-то исключительным, но если они жили здесь с момента постройки здания, то не должны были вдруг начать кидаться на людей. — Конечно, пойдемте, я вас представлю. Феликс учился в частной магической школе, все как и подобает сыну семейства Ли. Оттуда он вышел с аттестатом, заполненным «А+», знаниями о двуличности и лицемерии людей, парочкой предательств за спиной и полным отсутствием друзей. В общем, да, опыт был полезным, хоть и весьма болезненным. Его школа немногим отличалась от местной. Ремонт дороже, краска на стенах новее, под ногами не линолеум, а плитка. Кстати, падать на линолеум, вероятно, было бы немного помягче, чем набивать синяки о холодную плитку, но это детали. — Да, я осталась заниматься после дополнительных, не знаю, был ли здесь кто-нибудь кроме учителей, — перед ними стояла рыжеволосая девочка с вьющимися длинными волосами, которая сбивчиво и путано все объясняла, перескакивая с темы на тему. — Я услышала какой-то шорох в классе и решила заглянуть. А там… там стояла собака, огромная, и от нее исходило слабое темное свечение или это был дым… — Темное свечение? — это вообще возможно? — Ох, вы тоже мне не верите, — девочка вздернула конопатый носик и закатала рукав блузки. — Видите! Я не вру! На руке с двух сторон были следы от клыков. Феликс никогда не видел укусы монстров, но вряд ли они могли заживать, как обычные раны. — Вы чем-то обрабатывали укус? — Ну, я… — замялась девушка. — Я дал ей мазь, — из-за ее спины вышел мальчик, судя по форме и вышитым на жилетке цифрам, скорее всего одноклассник, — меня тоже укусили, и я обратился к этой новой ведьме, — он приподнял штанину, чтобы все смогли увидеть рану на ноге. — Молодец, что воспользовался мазью, — Феликс удовлетворительно покачал головой. Если не обработать укусы магических существ, то оборотнем, конечно, не станешь, но вот получить загноение можно легко. — Может быть у вас есть в школе места, в которых происходят странные вещи или, где все чувствуют себя плохо? — Ммм, да, есть старая пристройка у школы, оттуда вечно доносятся какие-то звуки, но туда редко, кто заглядывает. Большинство школ имело несколько зданий, например, разные годы обучения находились по соседству, или в отдельном месте располагался спортивный зал. В данной школе на отшибе стояла небольшая деревянная пристройка, что-то вроде склада с граблями, лопатами и прочим инвентарем. — Ты думаешь это Кума? — спросил Феликс, пока они направлялись в сторону пристройки. — По описанию похоже: собака размером с лошадь, но вот это свечение… — Да, обычно такое имеют существа, которых насильно призывают, — кивнул Ликс, останавливаясь. — Здание совсем ветхое, — Хенджин задумчиво оглядел слегка покосившийся домик, — может доски скрипят из-за оседания почвы. — Нет, — Феликс и Хенджин тут же обернулись, за ними стояла хрупкая девушка с русыми волосами, в которые были вплетены косички с разноцветными бусинами, — я чувствую магическую энергию. — Девушка подошла к пристройке, коснулась ее пальцами, что-то тихонько прошептала, а затем резко развернулась. — И, да, привет, — она замахала рукой и начала улыбаться, — меня зовут Сон Юци, я местная ведьма. Я услышала, что директор позвал кого-то на помощь и решила познакомиться. — Привет, — они поочередно представились. Каждое знакомство с ведьмами вне стен Академии вселяло в Феликса какой-то трепет. Он, конечно, еще никогда не сталкивался с темными ведьмами, которые без разбора проклинали всех на своем пути, да и Юци выглядела доброжелательно и открыто. Но ведьмы - народ взбалмошный, поэтому он инстинктивно проверил браслеты на своем запястье. — Не уверен, что звать нас была необходимость, когда уже есть одна ведьма. — О, я еще недостаточно компетентна, чтобы с легкостью владеть всеми силами. Я не всегда знаю, как их правильно применять и контролировать, но мой отец медиум, а мать ведьма, поэтому кровь обоих родителей течет во мне, так что, думаю, что мы все вместе разберемся. — Вместе? — Конечно! — Юци воодушевленно хлопнула. — У меня появилась возможность помочь жителям, чтобы они узнали обо мне и не боялись обращаться. В целом, дополнительная помощь им никогда не помешает, а учитывая, что Юци имела магию, отказываться от такого сотрудничества было бы крайне глупо. И раз она заметила магическое присутствие в этой старой пристройке, то нужно было уточнить у директора этот момент. Вот и познакомится как раз с новой ведьмой. — Пристройка? — Субин тут же рухнул в кресло, тяжело вздыхая. — Я всего несколько лет на этой должности, директора до меня отстранили из-за произошедшего, а меня перевели из другого города. Дело в том, что в этой пристройке повесился ученик. Преподаватели говорили, что его травили одноклассники, но те, кто был причастен имели деньги и связи, поэтому все замяли, дали возможность им закончить школу с условием, что те уедут в другую страну и больше о них не услышат. Но кого-то все-таки надо было наказать, поэтому приняли решение об отставке директора. — А его родители? — Уточнил Феликс. — Его воспитывала только мама, милейшая женщина. Каждый в Соннам знает ее из-за случившегося, к сожалению… Но, к счастью, такие происшествия являются крайне редкими. — Нам нужен ее адрес. Буллинг. То, что знакомо многим. Возможно, это было с вашим одноклассником, возможно, с вашим знакомым, возможно, с вами. Причины? Попытка самоутвердиться за счет других, влиться в чью-то компанию и другие вещи, подталкивающие к этому. Но в реальности ты слышишь только: «Посмотрите, кто снова занял первое место, может это твоя мама купила ответы на тест, а ты даже не поделился?». Не каждый может найти в себе силы дать отпор, не всегда есть возможность сменить школу. И это действительно ужасно. Феликс никогда бы не хотел возвращаться в школьные годы. Хотя его история скорее всего и близко не стояла с тем, что происходило с этим учеником… из-за родителей, собственно, из-за них же он и получил статус «особенного» изгоя. — Добрый день, — на пороге стояла невысокая женщина, ее седые волосы были завязаны в плотный пучок на макушке, а руки перепачканы в какой-то приправе. — Здравствуйте, извините, что отвлекаем, мы от школы Хансоль, директор попросил нас помочь ученикам, поэтому мы пришли к вам, — они все дружно поклонились в приветствии. — О, заходите-заходите, — женщина тепло улыбнулась, и в уголках ее глаз тут же собрались морщинки. — Директор Чхве Субин такой участливый, всегда интересуется, как у меня дела, когда мы встречаемся в городе. Да и преподаватель Со Чжун мне постоянно помогает. — Преподаватель Со Чжун? — Хороший человек, помогает мне носить продукты, делает ремонт по дому, вон, недавно даже комод мне принес взамен старого. — Это прекрасно, что Вам помогают, — Феликс осмотрел небольшую кухню. Она вся была заставлена различными специями, за стеклом располагались чайные сервизы, и на каждой поверхности лежали вязанные полотенца. Здесь было по-домашнему уютно. — С моими больными коленями я сама могу не так много, — грустно улыбнулась женщина. — Раньше мне всегда помогал мой дорогой Донг, замечательный ребенок, мне так его не хватает. — А Донг говорил Вам про кого-нибудь из школы, возможно, рассказывал что-нибудь про одноклассников? — раз диалог сам удачно вышел на нужную тему, то стоило его развить. — Ничего такого, он никогда не жаловался… многое держал в себе… — Знаете, у меня есть прекрасная заживляющая мазь для суставов, — вмешалась Юци. — Мне поможет только чудо, — женщина похлопала Юци по плечу, видимо, не особо веря сказанному. — Это и есть чудо, — Юци ненадолго сморщила носик, задумываясь, — хотя скорее магия, я ведь ведьма и теперь буду жить в этом городе. — Ведьма? — удивилась женщина. — Что же такое приключилось, что директор обратился к ведьме? — Об этом мы и хотели поговорить, — Феликс думал, как бы осторожнее преподнести информацию, но выбора было не то, чтобы много. — В школе присутствует магическая энергетика, происходят странные вещи и, возможно, произошедшее с Вашим сыном тоже как-то задействовано. — Так вы думаете, что духи с ним могли это сотворить? Нет. Ликс однозначно знал, что нет, не могли. Духи вообще чаще предпочитали жить мирно с людьми, да, призраки могли пугать, двигать предметы, питаться энергией, в общем, творить хоть и доставляющие неудобства, но невинные проделки. А для того, чтобы взять контроль над человеком, для этого нужны существа на уровень выше, уже из рода деятельности жрецов и экзорцистов. И даже тогда им нет никакого смысла толкать свой «сосуд» к смерти. — Для того, чтобы проверить, — обманывать и давать ложные надежды было нехорошо, но им все еще нужно было разузнать обо всем поподробнее, поэтому Феликс сторговался с совестью до «умолчать», — мы бы хотели осмотреть комнату Донга, если это возможно. — Конечно-конечно, пойдемте. Обычная комната, обычного подростка. Именно так, как Ликс их себе представлял, так как у него помимо стола, стула, кровати, шкафа и одежды в нем из личных вещей были разве что учебники и тетради, хотя назвать их личными вещами было сложно. В углу стоял стеллаж с книгами, по названиям на переплете становилось ясно, что к учебе они не имели никакого отношения. Удивительно, что спустя столько лет его мама ничего не изменила в комнате, хотя, наверное, не удивительно, ведь так она могла сохранить частичку его присутствия рядом. Чудовищная ситуация и Феликс не представлял, как можно пережить внезапную смерть близкого тебе человека. Сколько раз мама Донга прокручивала в голове, что не рассмотрела, не поняла, не помогла, не предотвратила произошедшее. По-настоящему ужасные мысли. И все-таки она продолжала жить несмотря ни на что, сильная, невероятно сильная женщина. Глаза упали на какие-то оккультные символы на переплете книги, судя по корешку, она была самая зачитанная. Ликс достал книгу с полки и начал листать. Как вдруг Юци, еще секунду назад спокойно рассматривающая фотографию класса, упала на пол, и крепко сжимая рамку, начала без остановки шептать: — Даже бездомные дворняги более способные и полезные, чем ты. Тебе должны быть стыдно за одно только твое существование, — девушку всю трясло, она неконтролируемо вскидывала руки и стучала пятками по полу. Выйдя из ступора, так как видел он такое впервые, Феликс подбежал к Юци, вырывая у нее из рук фотографию. Надежда была на то, что, если девушка впала в состояние транса, прикоснувшись к снимку, то отсутствие контакта с предметом должно было это прекратить. И, к счастью, надежда оправдалась, Юци перестало трясти, она начала более размерено дышать, медленно моргая и приходя в себя. — Извините, не могли бы Вы, пожалуйста, принести стакан воды? — обратился Феликс к напуганной маме мальчика. И когда дверь за ней закрылась, задал вопрос Юци, — Что случилось? — Я увидела… учитель физкультуры, он был моим классным… точнее Донга, я видела его глазами, учитель унижал меня, постоянно оскорблял из-за лишнего веса, заставлял переодеваться перед всем классом, — она еле как поднялась на дрожащих ногах. — Он начал всю эту травлю. Он даже закрывал Донга в той пристройке. — Ненавижу таких жалких придурков, его даже человеком назвать нельзя, — выплюнул Хенджин. — Если все это связано, то охотиться могут за ним, и он нам будет нужен как ядро для обряда, — Юци поблагодарила женщину за воду и начала ее успокаивать по поводу своего состояния. — Может не надо его спасать, раз он такая мразь, — шепнул Хван, когда они направлялись к выходу. — Мы не верховные боги и не нам решать, кому жить, а кому умирать. Да и к тому же, если душа мальчика все еще не упокоена, то он тоже страдает. Дорога обратно по ощущениям заняла в разы меньше времени. Возможно, потому что все молчали, каждый задумываясь о своем. Да, не каждый день сталкиваешься с подобной информацией и весьма тяжело обработать ее, когда вникаешь настолько близко. Феликс вообще только подходя к школе обнаружил, что случайно ушел с книгой по оккультизму. Нужно будет обязательно потом ее вернуть. Кругом бегали дети, наверное, у младших классов закончились уроки. С разных углов доносился смех и крики. Кто-то играл в догонялки, кто-то пинал мяч, падая в траву и пачкая школьную форму. Жизнь всегда продолжается, даже, когда у кого-то останавливается. Странное ощущение, хотя это всего лишь естественный порядок вещей. Мысли прервали две визжащие девочки, которые были слишком увлечены листком, которым размахивали, поэтому не заметили тех, кто идет сзади. — Простите, — пролепетали они, после столкновения с Хенджином. — Что это? — Хван забрал у них листок, которым они так удачно в него впечатались. — Это просто игра, чтобы вызвать дух старого сторожа. Феликс глянул на листок и нарисованные символы показались ему знакомыми. — Я уже видел это, — он пролистал книгу, открывая ее на нужной странице. — Я не понимаю, что здесь написано, — Ликс, конечно, изучал разные языки и даже парочку мертвых, но знать абсолютно все, было даже для него невозможно. — Это один из диалектов древнекитайского, — выглянула из-за плеча Юци, — вот тут написано: «Приказываю убить Со Чжуна», — она ткнула пальцем в центр листка. — Кто вам это дал? — спросил Хенджин у девочек. — Он есть практически у каждого, — пожала плечами одна. — Да-да, проще сказать у кого его нет, — кивнула вторая. — Ладно, бегите и не занимайтесь подобными вещами, — пригрозила Юци. — В описании к ритуалу сказано, что таким образом призывается множество мелких квисин, которые под силу вызвать даже ребенку с минимальной магией, — Феликс зачитывал отрывки из книги и с каждой строчкой начинал все сильнее хмурится, — затем квисин пожирают друг друга, становясь сильнее и превращаясь в Куму, и когда из них останется самый сильный, то он убьет того, чье имя написано на листке. — То есть дети считают, что это безобидная шутка, а на деле… — Да, долгий и планомерный ритуал по убийству. Когда все началось и сколько уже длился этот ритуал? Год или два, было не ясно. Но учитывая, что от насекомых и грызунов уже дошло до Кумы, которые начали нападать на учеников… Значит, все подходило к своему завершению. И нужно было решить этот вопрос в ближайшее время. Они зашли на стадион, как раз под конец урока. Большинство детей уже убежали переодеваться, и теперь в сторону школы направлялись отстающие. Учитель стоял вдали, но ничего не говорил тем, кто еле-еле плелся позади, он даже не смотрел в их сторону. А затем развернулся и вообще пошел в противоположную, прихрамывая на одну ногу. — Привет, как тебе учитель? — Феликс остановил мальчика, который последним покидал стадион. — Эм, ну он строгий, — смутился мальчик, подозрительно глядя на Ликса, — но в целом, ничего. — А тебе бы хотелось его убить? — влез Хенджин. И Феликс решил, что после таких вопросов, хорошо, если их самих не убьют, так как ученик может нажаловаться преподавателям. — Что? Нет! — мальчик явно испугался этой провокации. — Он никого не обижает? — последнее что решил уточнить Ликс. — Нет, скорее он просто игнорирует отстающих или делает вид, что нас нет. Не факт, что им не соврали, но все-таки надежда на изменения в поведении преподавателя появились. Они поблагодарили школьника за помощь и направились уже прямиком к учителю. Интуиция подсказывала, что слыша одно и тоже имя уже несколько раз за прошедший день, нет смысла сомневаться, ведь в подобные «совпадения» верилось с трудом. — Добрый день, нас директор попросил разобраться с местными призраками, Вы же Со Чжун, верно? — начал Феликс строго. Перед ними стоял мужчина в возрасте, крайне неприятной наружности: волосы грязные и взлохмаченные, на лице красовалась недельная щетина, и даже спортивный костюм был изрядно выцветшим и растянутым. — Да, это я, — мужчина заторможенно кивнул. — Призраки? Не понимаю, о чем вы. — Как Вы получили травму? — ладно, раз уж он хочет издалека, то Феликс готов и поболтать. — Вас это не касается, — огрызнулся учитель. — Послушай сюда, мразь, — сорвался Хенджин. Маг был не на много выше преподавателя, но, когда он схватил Со Чжуна за грудки, казалось, будто разница на целую голову, — мы знаем, как ты издевался над ребенком, и до чего ты его довел, так что живо отвечай. — После э-это-то-го… — он начал заикаться, не решаясь произносить, — я слишком много пил, и как-то раз допился до горячки. Настолько сильно, что увидел пса, огромного, с горящими глазами, и я так испугался, что оступился и рухнул с обрыва, сломав ногу. — Вы еще легко отделались, — заверил его Феликс. — Я действительно сожалею и знаю, что словами ничего не вернуть, но я больше слова плохого никому не сказал, я пытался все забыть, запивая алкоголем, но это не помогало. Я помогаю маме Донга, госпожа Су Ен чудесная женщина, мне действительно очень мерзко от того, что я делал раньше. — Значит и нам поможешь или сдохнешь, — Хенджин кинул в него листок. — Что это? — пропищал учитель. — Ритуал на Ваше убийство, тут сверху Ваше имя, — объяснил Феликс. — Я сделаю все, что угодно. И тяжело, наверное, работать с преступниками и теми, кого хотелось бы уничтожить на месте, но следует судить по закону. А Феликс ведь даже не закон, да и прав на то, чтобы судить кого-то у него нет. Он поможет школьникам, поможет душе мальчика и эта мысль хоть как-то успокаивала, перевешивая чашу весов с выбором. — Хорошо, тогда встречаемся сегодня в полночь у той пристройки, — Юци указала пальцем на старенький сарай. — И только попробуй не явиться, — рыкнул напоследок Хван. К ритуалу нужно было подготовиться, поэтому они направились в дом Юци, чтобы запастись всем необходимым. Хоть она и говорила, что переехала в город не так давно, но обосновалась здесь тщательно. По всему дому были разбросан знакомый ведьминский инвентарь, начиная от огромного котла на кухне до различных кристаллов, выстроенных на тумбе. В центре комнаты на столе стоял магический шар для предсказаний, видимо, эта часть дара перешла к ней от отца. — Ты наверняка умеешь орудовать мечом, — Юци покосилась на Хенджина, оценивая его взглядом. — Я нанесу руны на меч, которым ты должен будешь разбивать ядра призванных призраков, чтобы избавиться от них. Они были искусственно созданы темной магией, поэтому другого варианта у нас нет. — Хорошо, я тебя понял, — маг покрутил в руках меч и вернул его Юци. — А нам с тобой, — она обратилась к Феликсу, — нужно будет призвать дух мальчика. — Эм, — Феликс немного замялся, — я не могу использовать такого рода силы. — Что? — Юци недоверчиво на него посмотрела. — Подойди ко мне, — она положила руку на грудь Ликсу и прикрыла глаза. — В тебе определенно есть энергия, но… — она не договорила, раскрывая глаза и что-то обдумывая. — Ладно, нам в любом случае будет нужна помощь. Пока я буду держать поле и очищать дух от тьмы, тебе нужно будет добиться от него, чтобы он сам захотел перейти на ту сторону, так как если дух будет сопротивляться, то нам просто не хватит сил. Подождите, она сказала: «есть энергия, но». Но..? Но что? Феликс постоянно слышал, что внутри него есть сила и дальше по списку. Но проявляться она как-то не спешила, и, кажется, ведьма смогла что-то разглядеть. Только вот что? Об этом нужно будет у нее спросить после ритуала, если, конечно, они справятся. Свою роль в ритуале Феликс понял, хотя не особо представлял, как это сделает, но просто кивнул в ответ. В любом случае, он сделает все от него зависящее, как и все остальные, не имея точного представления, с чем им предстоит столкнуться. Настало время подготовки и, да, Ликс внезапно осознал, как же удобно иметь собственный дом, где можно сразу же приготовить все необходимые зелья, где под рукой будет уголь и известь для нанесения магических знаков, где ты можешь, не задумываясь о соседях, повторять заклинания и создавать новые защитные амулеты. Еще немного и после выпуска у Феликса тоже будет свой дом… и несмотря на то, что ему будет не хватать разбросанных засушенных цветов и грибов от Хана, кажется, плюсов иметь отдельное жилье появилось предостаточно. Может все-таки взрослеть — это не так уж и плохо? Время близилось к полуночи, поэтому они, вооружившись подготовленными магическими предметами и древними заклинаниями, подошли к старой пристройке. Благо Со Чжун действительно явился и теперь трясся неподалеку, ожидая начало ритуала. Они вскрыли дверь и начали чертить на полу символы. Юци сказала, что самостоятельно еще не проводила подобные ритуалы, но хотя бы наблюдала за этим. В конце концов опыта у нее явно было больше, чем у остальных. Поэтому все безоговорочно слушали ее наставления и вырисовывали символы точно по указанной схеме. — Вставайте сюда, — скомандовала Юци и преподаватель безропотно подчинился. — Начинаем? — Хенджин покрепче схватился за рукоять меча, готовый атаковать. Юци начала шептать заклинания на каком-то незнакомом языке, скорее всего древнекитайский, который использовался в ритуале. С каждой минутой ее голос становился все громче и громче, а затем она свела руки вместе и направила в центр. Начерченные на полу круг сначала ярко засветился, а затем по нему пошел черный дым и… И начали вылезать призраки, которые тут же встретились с мечом Хвана. — Су Донг! — несколько раз прокричала девушка, и на фоне битвы Хенджина с призраками появилась блеклая фигура мальчика. — Теперь дело за тобой, — сказала она тише, не поворачиваясь к Феликсу, — я открываю портал. Джисон несколько раз показывал Феликсу духов, поэтому Ли знал, что в привычной форме те мало чем отличались от людей. Телесный цвет кожи, обычные прически, нормальная одежда. Но сейчас… Феликс видел перед собой темный силуэт с фарфоров-бледной кожей, даже вместо глаз была одна сплошная чернота. — Донг! Ты должен оставить свою месть! — крикнул Феликс, привлекая к себе внимание призрака. — С чего бы это? — дух посмотрел на Со Чжуна и садистски улыбнулся. — Пусть мучается также, как мучился я. — Прости меня, прости, — Со Чжун упал на колени и зарыдал. — Я осознал свою ошибку, я был не прав. — Будто я поведусь на эту ложь, — дух подплыл ближе к учителю и схватил его за шею. — Он больше не издевается над детьми, — по крайней мере Феликс очень надеялся, что тот школьник им не соврал. — Да и твое заклятье уже сделало его жизнь хуже, он теперь хромает и пьет! — Этого не достаточно, — Донг начал сдавливать шею преподавателю, перекрывая доступ к кислороду. — Твое заклятье выходит из-под контроля и вредит невинным людям! — постарался докричаться Ликс, пока Со Чжуна окончательно не придушили. — Они, все они все издевались надо мной! Так им и надо! — Нет, это другие дети, они ни в чем не виноваты! — после фразы Феликса, дух остановился и разжал руки, отбрасывая учителя на пол. — Оно должно было коснуться только его, это он все начал! — Я был идиотом, я пытался таким образом самоутвердиться за твой счет, я был ужасным человеком, мне нет прощения, я очень сожалею, — прохрипел Со Чжун. — Послушай, мы видели твою маму, он ей помогает, купил ей новый комод и часто приносит продукты, — постарался вразумить духа Феликс. — Мама? — Донг внезапно развернулся, и Феликсу показалось, что он увидел проблеск настоящих глаз внутри темноты. — Да, она очень скучает и держит твою комнату в полном порядке, — Ликс достал книгу по оккультизму и протянул ее Донгу. — О, моя книга, я так люблю ее, — дух начал оглаживать странички, перелистывая книгу, и весь его силуэт постепенно начал светлеть. — Твоя месть ни к чему не приведет, она будет только множиться и расти, а по итогу ты полностью потеряешь себя и станешь монстром блуждающим без цели! — продолжал Феликс. Если процесс очищения уже начался, то необходимо было продолжать убеждать. — Я не хочу быть монстром, — глаза Донга полностью очистились, и теперь Феликс мог рассмотреть в них застывшие слезы. — Тебе не нужно уподобляться тем людям, которые издевались над тобой, — Ликс подошел ближе, заглядывая духу в глаза. — Отпусти свою месть, и тогда ты сможешь наблюдать за мамой и навещать ее. — Я так устал быть прикованным к этому месту, я так хочу ее увидеть, — заплакал Донг, а его кожа наконец-то приобрела естественный цвет. — Она очень любит тебя, я уверен, что она сможет ощутить твое присутствие. — Мамочка, я так скучаю, я так хочу тебя увидеть, — с каждым словом он постепенно полностью очищался, и теперь выглядел как все привычные духи. — Ты готов покинуть это место? — спросил Феликс, кивая Юци. — Да, я больше не хочу здесь оставаться. И с этими словами все помещение наполнилось ярким светом. Недолгая вспышка, которая вместе с собой стирала остатки призванных темных Кума и освобождала душу мальчика. Тяжело каждый день после смерти жить с единственной мыслью отмщения, еще сложнее постоянно находиться в месте своей смерти. Поэтому теперь, когда Донг сам принял решение перейти в другой мир, не будучи поглощенный темной магией, он мог свободно возвращаться, наблюдая за обычными людьми и с некоторыми даже общаться. Они справились. — Увольняйся из школы и больше никогда не работай с детьми, — крикнул Хенджин преподавателю и потом свалился на пол. Пока Феликс общался с духом, то не чувствовал, насколько же сильно этот небольшой диалог высосал из него всю энергию и силы. Зато сейчас ощущал в полном объеме, рухнув на пол рядом с Хенджином. Кажется, энергетическая выносливость у Ликса была где-то на уровне школьника, если не ниже. Еще никогда простой разговор не был таким затратным. — Эй, ты как? — Хван обеспокоенно потряс его за плечо. — Все хорошо, я просто устал, — слабо улыбнулся Феликс. — Вы затратили большое количество энергии, пойдемте ко мне. Я вас на кормлю и помогу восстановиться, вы можете остаться. — Эээ… — неуверенно промычал Феликс. — Не волнуйтесь за главным зданием у меня есть чудесный гостевой домик. Так что никто вас не потревожит и можете отдыхать сколько угодно.

˜*°•.₪҉◘ 🔥 ◘҉₪.•°*˜

— Я знаю этот язык, так как обучалась в Китае, и там мы учили по шестнадцать диалектов, — Юци накладывала им тансуюк и раскладывала паровые булочки бао, как сама их назвала, Феликс не стал ее переубеждать, что это пянсе. — Мои родители выросли здесь, и здесь я родилась, но потом отца пригласили в Китай, и мы переехали. — Почему ты решила вернуться? — поинтересовался Феликс, пробуя мясо. Вкус был волшебным, Юци явно умела прекрасно готовить не только зелья. И говоря о волшебстве, еда действительно возвращала к жизни и восполняла энергию. — Я с детства видела сны про Соннам, меня почему-то всегда сюда тянуло, хотя я практически ничего не помнила про этот город, — девушка покрутила вилкой в воздухе и вновь погрузила ее в блюдо. — Не знаю, как объяснить, будто мое место силы. — Кстати, о силе, — Хенджин уплетал с такой скоростью, что не успевал пережевывать и говорил с набитым ртом, — мы так и не выяснили, кто начал распространять эти листки с ритуалом. — О, не переживайте, когда я взяла в руки фотографию и ко мне пришли воспоминания, то я увидела не только учителя физкультуры, — она загадочно улыбнулась. — Завтра мы поболтаем с этим человеком. — Силы это классно, — задумался Феликс. — Но и в тебе они есть, — участливо напомнила Юци. — Да-да, я слышу это с детства, — Ликс невесело усмехнулся. — Я же из семьи Ли, иного и быть не может. — в ответ Юци непонимающе на него уставилась. — Они у нас что-то вроде местных знаменитостей, — пояснил Хван, дожевывая булку. — Извини, ты же сказала, что выросла не здесь, — Ликс свел ладони в извинении. — В общем, да, одни из самых могущественных маг и колдунья столицы, а я тут журавль среди фазанов, хотя скорее фазан среди журавлей. — Когда в прошлый раз я смотрела твои силы, то увидела кое-что, — Юци, снова замолчала что-то обдумывая. — Твои силы, они как будто запечатаны. — Кем-то? — Скорее изнутри, но ты можешь их раскрыть, — воодушевилась девушка. — Ты когда-нибудь хотел чего-то настолько сильно, что аж внутри все начинало бурлить, хотел сам, именно ты, а не потому что так надо. А хотел ли Феликс чего-нибудь сам? В моментах опасности, конечно, он хотел жить, или… или он тогда просто смирился и принял неизбежное… Возможно, его силы не работают по отношению к нему самому, возможно, трудно быть эгоистом и делать что-то только для своей жизни, когда еще не научился любить и принимать себя. А может быть его силы работают только по отношению к другим? — Во многих людях есть нереализованная магия, у тех, кто не проявляет свои амбиции или боится желаний. Да и не всегда происходят ситуации, подходящие твоей силе. Хорошо, если ребенок захотел перепрыгнуть овраг, и у него проявилась способность к левитации. А если у ребенка дар бессмертия, не убивать же всех подряд. Или если для этого нужно спасти от смерти близких, то, возможно, не так уж и плохо, что таких ситуаций не случилось. — Ситуации… да, бывает сложно, — Феликс даже не задумывался о том, как сложно порой бывает подобрать ситуацию для возникновения силы и стоит ли оно того. — В любом случае, больше верь в себя и все будет отлично, ты и так прекрасно справляешься, а если что, у тебя всегда есть Хенджин, — улыбнулась Юци. — Да мы не… — Феликс не успел договорить, как его перебили. — Ты же еще не попробовал мой новый чай, после него ощущаешь прилив сил и приятное расслабление мышц, — она коварно хихикнула. — Что это? — Ликс поднес чашку к носу и принюхался, пахло гинко, женьшенем, чем-то еще, вроде трибулуса. Подождите. — Это что зелье? Афродизиак? — Феликс перевел взгляд на Хенджина. — Не пей! — именно в этот момент Хван допивал вторую или третью кружку. — Оу, — многозначительно выдал Хенджин. — Мне показалось, что это поможет вам расслабиться, — Юци невинно захлопала глазами, пытаясь скрыть улыбку. — Ты неверно поняла, как это отменить? — серьезно спросил Феликс. — Никак, на утро само пройдет, — пожала плечами Юци. — Ну я пошла, отдыхайте, мальчики. Феликс сканировал взглядом ведьму, пока та быстренько собралась и ретировалась из гостевого домика. Черт бы побрал этих ведьм! Его же с детства предупреждали, что с ними всегда нужно быть настороже. Ликсу уже жизненно необходимо попасть в законодательную палату их провинции, хотя бы ради запрета на использование заклятий без обратного действия, которые снимаются только со временем. Сколько же проблем от них! — Что ты делаешь? — Ликс повернулся к Хенджину, который придвинулся к нему впритык. — Мне жарко и хочется тебя… — Хван облизал пересохшие губы, — обнимать. Вот Феликсу только этого не хватало, он еще в своих мыслях и в чувствах не разобрался, а тут… Нет, безусловно, Хенджин был привлекательным, и тот факт, что у него прекрасное тело и красивая внешность, Ликс никогда не отрицал, даже когда не переносил скверного характера мага. Что уж говорить про сейчас. Но что, если Хван уже в кого-то влюблен. Что если все его шутки это только шутки, чтобы подразнить Феликса. Кто знает, что у Хенджина на самом деле в голове. Черт, да, Ликс не знает даже, что у него самого в голове. Ему бы спокойно вынести себе вердикт, разложить все по полочкам, потом, возможно, поговорить с магом обо всем, если потребуется. Но Хенджин приобнял его и начал тереться о плечо. — Ты что кот что ли? — выдохнул Феликс, торгуясь сам с собой. — Для тебя могу быть кем угодно, только помоги мне, — прошептал Хенджин. Если это было зелье без обратного действия, то наверняка оно должно работать на подобие того любовного, свойства которого Ликс уже испытал. А значит, скорее всего Хван не должен на утро вспомнить то, что будет происходить ночью. Гарантий, конечно, никаких, но так убеждать себя было легче. В крайнем случае можно будет применить заклятье памяти и показать магу свои воспоминания. — Ладно, пойдем, — Феликс даже сам не был уверен, на что он согласился и каким образом собирался помочь Хенджину. Он взял мага за руку и отвел в небольшую спальню, где они по возвращению бросили вещи. — Я просто помогу тебе, хорошо? — Ликс обхватил ладонями лицо Хвана, концентрируя внимание на себе. — Ты сам меня попросил, и пообещай, что завтра не убьешь меня, если вдруг спросишь. — Хенджин согласно кивнул.

Placebo — Battle for the sun

Феликс медленно и осторожно мелкими шажками отходил назад, шаг за шагом, чередуя с вдохом и выдохом, пока Хенджин точно также неторопливо двигался ему навстречу, как тот, кто загнал свою жертву в угол и знал, что она никуда не денется. Когда Ликс уперся ногами в кровать и отходить было уже некуда, он сел на нее и продолжил неспешно сдвигаться до самой стенки. Оттягивать неизбежное — вроде, так это называется. И он даже сам согласился на эту сомнительную помощь. Вот только, когда Хенджин так хищно смотрел, и одним своим видом заставлял коленки предательски дрожать, то единственное, что приходило на ум, это отступать. — Я… я… — у Феликса пересохло в горле и он уже не знал, что именно хотел сказать. Может в его еду тоже было что-то добавлено? Или оно передается воздушно-капельным путем? Так как Ликс всем своим телом чувствовал, как температура в комнате накалялась. — Ты… ты… — дразнился Хенджин, залезая на кровать и приближаясь к нему, — не бойся, я не причиню тебе боль и не сделаю ничего плохого. И вот от этого Ликс только сильнее запереживал, так как если бы они подрались, то на утро объяснить синяки было бы куда проще. Но, кажется, с ним никто не собирался драться, кажется, его скорее хотели съесть. А Феликс почему-то не сопротивлялся этой мысли, даже более того, он был не против, он этого желал. — Ты точно уверен, что хочешь этого? — еле проговорил Феликс, когда Хенджин был уже практически около него. Видеть его лицо так близко, рассматривать каждую родинку на коже, каждый небольшой шрамик, который еще не успел зажить. Это все было сильнее, чем слово «красиво», Хенджин был «притягательным». — А ты? — Хван облизал свои губы, приближаясь вплотную. Мысли роем метались в голове, как и взгляд Хенджина, который то и дело соскальзывал на губы, не оставляя пространства для догадок и предположений. Феликс даже не думал никогда о поцелуе с Хваном. Но, кажется, сейчас у него не было и пары минут в запасе на споры с самим с собой. Ликс прикрыл глаза, чувствуя теплое дыхание на своих губах. Он сильнее зажмурился… … подался вперед и поцеловал. Первое соприкосновение грубое, практически дикое. Хенджин впился губами, как будто поцелуй это единственная необходимая вещь для поддержания в нем жизни. Феликс вцепился пальцами ему в плечи, сильнее сжимая руки и ощущая горячую кожу даже сквозь ткань. Языки сталкивались так отчаянно, бескомпромиссно, но подстраиваясь друг под друга так идеально. Одно безумие на двоих, когда слетели все тормоза, и никто не собирался останавливаться, а даже наоборот все только набирало обороты. Уже не было смысла скрывать, что Ликсу до загнанного пульса нравилось происходящее. Хенджин прикусил нижнюю губу, и Феликс застонал, прижимаясь ближе. Руки переходили на затылок, зарываясь в волосах Хвана и слегка их оттягивая. Разрыв на миллиметр, только, чтобы перевести дух. Лоб к лбу, тяжелое дыхание смешивалось. Нежность можно было приберечь для следующего раза. Следующий раз, черт. Даже думать об этом было слишком рано. Хенджин вновь прижался к губам и протолкнул язык, глубокий, мокрый поцелуй, граничащий с пошлостью и прелюдией. Шумные вздохи, чтобы урвать секунды кислорода, тела уже совершенно не сдерживающие себя, и все желание, обращенное в страсть, которое кричало: «бери!». Хотелось сильнее, ярче, ощущать ближе. Феликс отстранил Хенджина от себя, вынуждая приземлиться рядом на кровать и, перекинув одну ногу, сел на его бедра, и не только бедра… — Ты возбужден, — Феликс нарочно потерся о вставший член Хвана под собой. — Ты тоже, — Хенджин шумно выдохнул, опуская руки на бедра Ликса и прижимая его ближе к себе. По спине пробежали мурашки, когда Хван пробрался пальцами под одежду, плавно скользя по позвоночнику. Феликс даже не заметил, как с него сняли кофту, но запомнил каждую секунду, как он раздевал Хенджина, любуясь стройным, подтянутым телом, с вычерченным прессом и крепкими руками с выступающими венами. — Невероятный, — прошептал Хенджин. Хотя невероятным был он сам. Сидящий сейчас напротив и выжидающий, пока Ликс налюбуется и натрогается. Не выдержав, Хван впился губами в шею, постепенно спускаясь все ниже, оставляя россыпь поцелуев и слегка покусывая ключицу. Феликс жался ближе, притягиваясь, будто стараясь врасти в тело, пока его гладили, обнимали, целовали, облизывали, мяли. Хаотичные поцелуи и укусы становились все резче, жестче, а от возбуждения крыло наотмашь. Как будто все эмоции, все чувства разом проявились, обострились и теперь затапливали с головой, а спасения никто не искал. Губы гуляли по груди, оставляя в районе солнечного сплетения бордовые метки. Феликс выгибался, наслаждаясь каждым прикосновением, каждым поцелуем, каждым движением пальцев на талии, каждым шумным выдохом и немым стоном. Хенджин вел языком влажную дорожку по телу, поднимаясь к шее, легонько касался губами линии челюсти и вновь вгрызался в губы, сплетая языки в лихорадочном ритме, окончательно отключая этим голову и окуная во власть обоюдных желаний. — Приподнимись и стащи их вниз, — пытаясь восстановить дыхание, проговорил Феликс. Он уже очень смутно соображал, все вытеснили мысли о том, что ему мало и хочется большего. Ликс привстал, стаскивая с одной ноги полностью штаны и нижнее белье, и снова вернулся на бедра Хенджина. Для стеснения не осталось никаких сил, хотелось получить разрядку и доставить Хвану удовольствие. Феликс прошелся подушечками пальцев по венкам на члене, а затем обхватил его, чувствуя, как Хенджин дернулся навстречу руке. Чувствовать чужой член в руке было… горячо и невероятно возбуждающе. Ликс собрал выступающий предэякулят с головки и начал двигать рукой по всей длине члена, постепенно увеличивая скорость. Выражение лица Хенджина хотелось навсегда зафиксировать в сознании, этот надлом бровей, эти дрожащие ресницы, эти полуоткрытые губы, с которых начали срываться тихие стоны. Весь он был сплошным воплощением прекрасного и желанного, как самый редкий магический кристалл, как самый сильный защитный амулет, самый драгоценный и уникальный. — Подожди, — Хенджин слегка приоткрыл глаза, кладя ладонь на руку Феликса, и останавливая его, — возьми оба. Если бы Феликс был в другом состоянии, то умер бы от смущения на месте после таких просьб, хотя он даже сейчас успел немного засмущаться. Но стоило Хенджину поцеловать, как возбуждение тут же стерло другие неуместные чувства. Хван обхватил оба члена, и начал водить рукой, и Ликсу оставалось лишь подстроиться под его ритм, помогая с другой стороны. И как же это приятно, тягучее наслаждение, желанное, порывистое, сладкое. Жадное удовольствие, которое он получал, испытывая новые ощущения и утопая в пленительных поцелуях. В голове даже мелькнула мысль, если Хван трахается также, как целуется, то… Но об этом Феликс подумает позже, когда не будет плавиться в руках и чувствовать приближение скорой разрядки от языка во рту и движений рук. Феликс стонал прямо в губы, шипел от исступления. Горячая слегка грубая рука Хенджина бесконечно и нетерпеливо ласкала, и Ликс рассыпался, прося больше и больше. Наваждение, аффект, эйфория, непередаваемый калейдоскоп чувств. И острое чувство блаженства, которое приближалось с каждой секундой, а затем разлилось патокой по каждой клеточке тела. Ликс прокричал имя Хенджина, сталкиваясь с ним лбами и ощутил, как между их рук стало липко и влажно. После, все было как будто в тумане, он чувствовал, как спустя несколько движений Хенджин тоже кончил и теперь громко дышал. Ликс не нашел в себе сил, кроме как прижаться головой к груди Хвана, и слушать его бешеный стук сердца. Это успокаивало, согревало и дарило какой-то дурманящий комфорт. Последнее, что он помнил, как Хенджин обтер его и уложил в постель. И перед тем как Феликс окончательно уснул, он услышал рядом с собой: — Я всегда буду оберегать свое солнце.

˜*°•.₪҉◘ 🔥 ◘҉₪.•°*˜

Утро наступило, когда солнце проникло между не задвинутых штор и решило начать светить прямо в лицо Феликсу. Он некоторое время морщился, ворочаясь из стороны в сторону, а потом все-таки решил встать. И да, осознание настигло примерно тогда же. Он быстро подобрал свои вещи и убежал умываться. Для диалога с собой заранее было подготовлено сразу несколько аргументов. Во-первых, Хенджин сам попросил. Во-вторых, возможно, он вообще об этом не вспомнит. В-третьих, Феликсу понравилось… Над третьим аргументом еще надо было поработать. Феликс вылез из ванной и отправился на кухню, выбирая на завтрак что-то менее опасное, чем вчерашний чай. Желательно бы вообще найти напиток, который убирал засосы на теле, но они хотя бы были не на видных местах и на этом спасибо. Как только он заварил чай и даже умудрился пожарить несколько яиц, в дверь постучались. На пороге стояла Юци с неизвестной девушкой. — Доброе утро, — поприветствовал их Феликс, приглашая за стол. — С основным мы разобрались, так что сразу к сути, это Мин Ю, она разбросала листки с ритуалом в школе, — торжествующе объявила Юци. — Но зачем? — удивился Ликс. — Мы дружили с Донгом в начальной школе, затем в средней, а потом в старшей школе нам поставили нового классного руководителя и началось, — девушка нервно теребила кончики длинных темных волос и кусала губы. — Я хотела как-то ему помочь, но Донг всегда говорил, что все в порядке, что мне не надо лезть, а то еще и меня начнут оскорблять, — она тяжело выдохнула. — Итог вы знаете. — И Вы решили ему помочь уже после всего? — уточнил Феликс. — Да, на последнем курсе я проходила практику в нашей школе и недавно устроилась учителем, поэтому я не могла каждый день видеть, как тот, кто сгубил человека, спокойно ходит по земле. — Донг Вам показывал свою книгу по оккультизму? — Мгм, мы даже вместе подбирали символы, чтобы написать имя Со Чжуна. — Вы хоть понимаете, какой опасности подвергли местных детей? — рассердился Феликс. Вот как можно настолько беспечно относится к магическим вещам? — Я не знала, что результат выйдет таким, — взмахнула руками Мин Ю. — Я вообще не была уверена, что это сработает, а не останется на уровне детской забавы, так как никогда раньше не сталкивалась с магией. — Во многих людях есть магическая сила, — Феликс повторил вчерашние слова Юци, на что та широко заулыбалась, — и если кто-то не может использовать силы просто так, то это не значит, что он не сможет провести ритуал с помощью специальных слов или приспособлений. — Я понимаю, что из-за меня пострадали невинные дети, — девушка потупила взгляд и замолчала. — Проследите, чтобы больше дети не занимались подобным, — сдался Феликс. Наверное, было бы полезно, если бы во всех школах, а не только магических преподавали хотя бы фундаментальные основы обращения с магическими предметами, но этого у них не было. — Обязательно, — охотно закивала девушка. — И еще один вопрос, это же Вы рассказали, что призраков называют Кума? — Да, некоторые преподаватели не верили, что в школе происходит что-то странное. Они думали, что ученики им врут лишь бы избежать контрольных, поэтому я объяснила директору, что такое Кума и, что нам необходима помощь специалистов. Где-то в комнате послышался шум, а затем на кухню выплыл сонный Хван. Он непонимающим взглядом окинул всех собравшихся и сел за стол. — Через час будем собираться, — сказал ему Феликс, — нам еще к директору надо зайти, предоставить отчет о работе и сказать, чтобы объяснили детям, почему нельзя играть в подобные игры. — А про меня? — испугано пролепетала Мин Ю. — Ничего не будет, если Вы пообещаете стать лучшей учительницей для детей, — взял с нее слово Ликс. И наверняка Феликсу было бы крайне неловко, если бы сегодня утром они остались с Хваном один на один. Но они не одни, поэтому Ликс в большей степени думал о том, что, безусловно, каждый имеет право на ошибку, но другое дело — это вопрос цены, которую придется за нее заплатить.