Расследование Майка Уилера. Дело: странный Уилл Байерс.

🎨🎨🎨

      Уилл странный.       Нет, Майк, конечно, считает, что все по-своему странные, но поведение его парня в последние дни… Особенно странное. Нет, он не отворачивается от привычных поцелуев в лоб по утрам, обнимает руку Майка во сне, по вечерам чуть ли не плашмя ложится на парня, чтобы полностью получить тепло от тела, и ластится как довольный кот, ворует свитера Уилера и всегда покупает в столовой две булочки, для него и Майка. Но всё же есть одна деталь, которую определённо можно назвать странной.       Исчезновение мольберта и всех принадлежностей для рисования из небольшой квартирки, которую они снимают.       Уилл просто объяснил это тем, что задали какой-то сложный проект по искусству, требующий очень много времени и чего-то ещё, что там бормотал торопящийся Байерс, когда утаскивал всё своё добро в университет. Это оправдание звучало довольно убедительно, но Майк всё равно не поверил. В этот невероятно трудный проект в принципе было трудно поверить с самого начала, особенно когда знаешь, что Уилл никогда бы не осмелился рисовать где-то не дома, потому что Майк знает, что только ему можно смотреть на полотно с красками, когда на нём ещё ничего не начинало вырисовываться. Майк, в принципе, единственный, у кого Уилл спрашивал мнение про картину, хоть и Уилер сам мало что смыслил в искусстве, которое изучал его парень. У него было что-то типа преимуществ насчёт подобного. И Майк был крайне удивлён, когда Уилл мало того, что унёс все краски и даже мольберт, так ещё и наотрез отказался рассказывать про загадочный проект.       Неужели Уиллу в самом деле было не очень приятно, когда во время рисования Майк тихонько подходил к нему, клал подбородок на плечо и наблюдал за мелкими и аккуратными мазками масляной краски? Но ведь Уилер думал, что ничего страшного, ведь Уилл всегда поворачивался к нему, дарил аккуратные поцелуи в нос и продолжал рисовать. Но раз так, то почему Уилл ничего не сказал? Он всегда говорил, когда ему что-то не нравилось! Вот в тот раз, когда Майк защекотал его за бока, Уилл сказал не делать так, и поэтому он начал щекотать за подмышки, раз по-другому не нравится. И если бы Уиллу не нравилось, когда Майк стоит у него над душой, обнимает со спины и кладёт подбородок, то Уилер пообещал бы, что в следующий раз будет наблюдать издалека!       Но вместо этого Уилл (почти) по-тихому утащил свои материалы и перестал отвечать на вопросы, если они касались картины, которую он так упорно рисовал каждый день после пар.

***

      Майк лежит на диване, положив руку за голову, уставившись в потолок. Он даже не слушает голоса в телевизоре, а лишь смотрит наверх, наблюдает, как меняется свет, отражающийся от экрана, и ждёт. Ждёт Уилла из университета, в котором он снова задерживается. После пар Майк хотел остаться вместе с Байерсом, чтобы хотя бы раз взглянуть на картину, которой он занимается с января, но Уилл снова сказал, что там нет ничего интересного и лучше пойти домой и отдохнуть. Майк хотел ответить, что дело в том, что он как раз-таки отдыхает, когда просто сидит рядом с Уиллом, но обнаружил, что стоит у выхода из заведения, а сам Байерс уже успел скрыться за поворотом коридора. Уилер тогда обижено хмыкнул, поправил лямку рюкзака и пошагал в ближайший магазин, чтобы купить немного продуктов на ужин. Он решил специально из вредности попытаться приготовить тушёные овощи, которые Уилл не очень любил. Но потом всё равно купил пару пачек его любимых конфет, ведь посчитал овощи слишком жестокими, и Уилла надо будет задобрить. Но не суть…       Главное то, что Уилл возвращается домой ближе к семи и ведёт себя как обычно, впрочем, как и все дни до этого. Парень издаёт усталый вздох, швыряет свой рюкзак куда-то в спальню и подходит к дивану. — Ты дуешься? — Уилл садится на корточки, чтобы быть на одном уровне с Майком, протягивает ладонь и заправляет одну кудряшку за ухо. — Не дуюсь, — бурчит Майк в ответ и немного дёргается от внезапных холодных рук. Чтобы не показывать обиду, которой, к слову, как таковой и не было, Уилер берёт ладони Уилла в свои, чтобы согреть. — Просто вредный? — Уилл улыбается, а Майк фыркает в ответ.       Байерс привстаёт с корточек, намекая, чтобы парень подвинулся, и почти полностью ложится на Майка, так как больше одного человека на диван не умещается. Хотя им это и не мешает. Уилл прячет своё лицо в шее Майка, щекоча его шею ресницами, и обхватывает тело парня руками, как осьминог. Байерсу всегда больше всего нравилось так. — Огх… Уилл, ты холодный, — Майк немного шевелится, чтобы принять более удобную позу, и кладёт свою руку на спину парня, поглаживая. За такой комментарий Уилл прижимается своими губами к шее Майка, прекрасно зная, что они тоже холодные. По телу пробегают приятные мурашки. — Точно всё в порядке? — Майк чувствует, что Уилл улыбается, и его губы сами по себе расползаются в улыбке. — Ну, если не считать моего любопытства к твоей картине, то да, всё в порядке, просто устал. — Я же говорил, что там нет ничего важного… — Уилл смеётся на ухо Майку, посылая ещё одну волну мурашек, и немного сползает, чтобы положить свою голову на плечо Уилеру.       И вот опять.       Опять Уилл отшучивается и ничего не говорит.       Ну и ладно.       Майк перемещает свою руку со спины в волосы Уилла, перебирая лохматые каштановые пряди. На телевизоре продолжает идти какой-то глупый ромком. Надо бы зайти в магазин и купить парочку киноновинок…

🎨🎨🎨

      Но нет, Майку всё же не даёт покоя эта загадочность Уилла. Да, он иногда любил говорить загадками, как будто знал всё наперёд, но здесь другой случай. Он будто бы намеренно не хочет говорить подробности. Майк просто знает, что Уилл-трудяга каждый божий день уговаривает Уилера идти домой и приготовить что-нибудь вкусненького. Пф, неужели Майк настолько хорошо готовит, что Уиллу приходится уговаривать его? Но не суть. Суть в том, что Майка достала эта неопределённость, и поэтому придётся принимать какие-то меры. Нет, он не станет привязывать Уилла к стулу и допрашивать его, он, конечно, любит играть в такие ролевые игры, но не тогда, когда надо вытаскивать информацию. Пускай этим занимается отчим Уилла.       Поэтому, пока тот в душе, Майк находит свой старый ежедневник, про который, наверное, забыл ещё с первого курса, и находит пустую страничку. Затем берёт чёрную ручку и жирными буквами пишет, подчёркивая название несколько раз:       «Расследование Майка Уилера.»       «Странный Уилл Байерс!!!»       Да, выглядит так, будто семилетка посмотрел крутой фильм про шпионов и решил начать подражать им, но Майку больше ничего не пришло в голову. Но да, он признаётся, что чувствует себя персонажем кино и на самом деле разгадывает шифр злых русских, который Дастин услышал из своего импровизированного радиоприёмника летом 85-го, а не анализирует поведение своего парня. Да, он учится на писателя, но это не мешает ему попробовать побыть психологом.       Как только Майк снова берёт ручку, чтобы написать пару заметок, из ванной выходит Уилл. Уилер еле успевает спрятать блокнот в ящик прикроватной тумбочки, ему на голову накидывают мокрое полотенце и утягивают на кровать в объятия. «Мини-расследование» откладывается на следующий день, ведь сейчас надобность защекотать Уилла намного больше, чем какой-то блокнот.       В момент, когда Уилл громко смеётся, пытаясь отцепить от себя Уилера, забываются все загадки и недомолвки. Майку кажется, что, когда перед ним такой счастливый и смеющийся Уилл, ему большего и не надо.       Следующие несколько дней Майк «действует». Сначала он правда пытается найти какие-то зацепки в поведении Уилла. Что-нибудь, что будет отличаться от обычных жестов и привычек парня. Но тут Уилер терпит неудачу. Нет ничего, что может попасть под категорию «странно». Уровень тактильности не поменялся, тон голоса всегда мягкий и спокойный, а смех искренний. Майк задумчиво грызёт ручку и вписывает первый пункт:       «Отшучивается и уходит от ответа про картину.»       Пока Майк, почёсывая ручкой голову, пытается придумать что-то ещё, в гостиную заходит Уилл, и от неожиданности Уиллер подскакивает, закрывая блокнот. Через секунду Уилл начинает смеяться, ведь ручка застряла в волосах.       Надо действовать эффективнее.       И поэтому ещё несколько дней Майк опрашивает каждого одногруппника Уилла, чтобы выведать хоть что-нибудь. Но, кажется, Байерс даже здесь был на шаг впереди и подговорил каждого. Ведь иначе не объяснишь однотипные ответы, которые словно были считаны с одного листочка. Да, в них были незначительные отличия, но суть всегда одна. Либо говорили, что Майк мог спросить самостоятельно, либо «они не знают», либо Уилл просил не говорить. Последнее самое интересное. Именно, что Уилл просил не говорить. Уилер каждый раз хмыкает от этой мысли.       Парень стучит кончиком ручки по записанной цитате про просьбу Уилла.       Теперь он понял.       Невероятно сложного задания по искусству не существовало с самого начала.       Хорошо. Майк обводит фразы и пишет под ними этот вывод. Здесь напрашивается следующий вопрос. Если не задание, то тогда что?       Майк знает, что Уилл почти никогда не рисует что-то полноценное просто так. Он сам говорил, что ему достаточно больших листов в скетчбуке, чтобы рисовать что-то для себя, и это удобнее холстов. Мольберт всегда стоит в спальне у окна, но используется только во время сессий или проектов. Но сейчас ни то, ни другое. Семестр закончится только в мае, а сейчас на дворе февраль.       Мог ли он рисовать картину в качестве подарка? Безусловно. Но и здесь есть своё «но». Уилл как-то рассказывал, что искусство для него — это выражение своих чувств, потому что словами у него не очень получается. Майк понимает, что имел в виду Байерс, но он предпочитает не вспоминать про это. Главное то, что картины — это чувства. Но кому он может выражать чувства, кроме своей семьи, друзей и Майка? Самый скорый день рождения — день рождения Уилла. Нет, может, у одного из его одногруппников скоро праздник, но Майк сомневается, что Уилл будет рисовать целую картину для знакомого и тем более скрывать её.       В пятницу Майк отчаивается и решает проследить за Уиллом после пар. Нет, он правда ему доверяет, просто волнуется немного. Мало ли, что Уилл мог себе надумать, а теперь скрывается. Может быть так он сможет узнать что-нибудь. Только главное, чтобы Уилл не заметил Майка, а то будет очень и очень неловко. Вдруг подумает, что Уилер подозревает его в чём-то, и они поссорятся. Этого им ещё не хватало, когда все вокруг ходят влюблённые в ожидании четырнадцатого февраля. Может Майку уже стоит готовить извинительную речь и ящик любимых Reese's? Майк «прощается» с парнем и делает вид, что уходит, но на самом деле постоянно оборачивается, чтобы понять, за каким поворотом скрывается Байерс. По длинным коридорам не так сложно идти незамеченным, Майк старается как можно медленнее и менее подозрительно шагать за Уиллом и постоянно пытается идти среди компаний других студентов. Так он доходит до одного из самых дальних корпусов университета. Уилер бывал тут не так много раз: первый раз, когда проводили экскурсию по всем корпусам на первом курсе, а остальные, когда изредка провожал Уилла на его занятия, чтобы потом бежать через всё здание в свой корпус. Майк думал, что Уилл зайдёт в художественный класс, в котором он учится, но нет, они проходят его мимо. В последний момент Майк прячется за углом, ведь Уилл внезапно останавливается у самой дальней комнаты и оборачивается. Через пару секунд слышится хлопок двери и Майк подходит ближе. На удивление там слышится голос Уилла и незнакомый женский: — Я надеюсь, ей понравится! — ободряюще говорит Уиллу кто-то. — Столько времени ушло… — Это да…       В смысле ей? Уилл писал картину для девушки? Что-то Майку это напоминает… За дверь снова слышатся голоса, но, погрузившись в свои мысли, парень пропустил половину. — Я даже не представляю, как я потащу всё это домой… — А своего бойфренда не хочешь попросить о помощи? — Женский голос хихикает. — О, Майки… Милый, помоги донести до дома мой мольберт и огромную картину, которую я скрывал от тебя последний месяц!.. — Голос становится ещё выше, пытаясь подражать Уиллу. Мало того, что он рисует картину для девушки, так ещё кто-то знает про них? Но ведь Уилл сам не особо горел желанием рассказывать об их отношениях… Майк старается не волноваться по этому поводу, ведь, кажется, что со стороны незнакомого голоса нет ни капли негатива? — Эй! Я его так не называл! — Майк словно видит, как Уилл закатывает глаза. — Не придумывай! Я слышала, как вы шептались в коридоре и ты его так назвал! — Это было один раз! Ты вообще не должна была это услышать! Никто не должен был! У меня просто вырвалось! — Я рядом стояла! Я что ли должна была уши закрыть?       Майк чувствует, как его щёки потеплели. Ему правда нравится, когда Уилл называет его милым, и да, в коридоре правда был один раз. Уилер до сих пор помнит, как смутился тогда, ведь на публике редко услышишь от Уилла такое. И он помнит, как Байерс обернулся, словно смотрел на кого-то конкретного, но потом снова вернулся к разговору. Видимо, он посмотрел на ту незнакомку, чей голос Майк слышит за дверью. — Ты долго ещё? — небольшой спор стих, и неизвестный голос обратился к Уиллу. — Мне осталось совсем немного. — Нет, я сейчас буду собираться, — отвечает Уилл, усмехаясь. — Хочу вернуться пораньше. Ещё один день любопытств от Майка Уилера я не выдержу. Серьёзно, он спрашивает об этом каждый день! Майк даже завёл какой-то ежедневник, где пишет свои догадки! — Чего? — девушка громко смеётся. — Я серьёзно! При виде меня он прячет этот блокнот, будто мама спалила с порнухой! — голос Уилла стихает. — Надеюсь, он не заподозрил, что пока он спит, я проверяю этот дневник юного шпиона, который он так усердно прячет в прикроватной тумбочке.       А вот это сильно ранило сердце Майка. Если раньше он чувствовал себя героем какого-то фильма про шпионов, то сейчас Уилер — неудачник в глупом ромкоме, который крутят каждый день по телевизору. Майк ещё никогда не был так близок к провалу.       Майк понимает, что самое время сваливать, ведь Уилл уже собирается уходить из своего тайного кабинета искусства, и будет очень неловко, если прямо сейчас они встретятся лицом к лицу.

***

      После ужина Майк с Уиллом проводят свой остаток вечера на диване, смотря новый фильм, который они взяли на прокат. Положив голову на бёдра Уилла, Майк плавится под тёплыми касаниями его пальцев, которые аккуратно перебирают тёмные отросшие кудри. Уилер целый день думает над тем разговором, который он подслушал днём. Хоть волнение и ушло, вопросов наоборот стало намного больше. Неужели Уилл правда рисовал для какой-то девушки, или он просто неправильно всё понял? Покажет ли Уилл картину когда-нибудь? В конце концов… Почему он скрывается? — А ты хотя бы покажешь картину? — Майк поворачивает голову, чтобы посмотреть в лицо Уилла снизу вверх. Парень берёт ладонь Байерса в свою, как будто им необходимо поддерживать физический контакт постоянно. Не то чтобы он против. — Покажу, — Уилл усмехается и второй рукой тычет в нос Майка, на что тот смешно его морщит. — Вредина. — Кто из нас ещё вредина! — Смотри фильм… Сейчас всё интересное пропустишь!       Майк отпускает ладонь и поворачивает голову обратно к экрану, делая обиженное лицо, словно его снова задели слова про вредину. Правда, тут же расслабляется, когда Уилл снова запускает руку в его волосы.

🎨🎨🎨

— Майк, вот скажи честно, ты иди… Тебе правда нечем заняться? — Джейн отпивает из трубочки невозможно сладкий кофе и зыркает на Уилера осуждающим взглядом. — И ты хочешь сказать, что весь твой рассказ — это не домашнее задание по писательству? — Да, и мне нужна твоя помощь! — Майк гневно тыкает вилочкой в свой чизкейк и закатывает глаза. — Ты же его сестра, ну же! — И что мне это даёт? — девушка снова отпивает кофе. — Ты что, правда не понимаешь? Он рисует картину для какой-то девушки! Д-е-в-у-ш-к-и! — парень произносит по буквам последнее слово, чтобы до подруги точно дошёл смысл. — И не показывает мне эту картину! — Он же сказал, что покажет… — бурчит себе под нос Джейн, рассматривая ногти, покрытые розовым лаком. — С чего ты вообще взял, что картина для неё? Просто потому что услышал разговор за дверью? Ты не рассматривал вариант, что собеседник мог говорить про своё изделие? Судя по всему, та незнакомка, если верить твоим словам, тоже над чем-то работала…       Майк издаёт разочарованный стон и стукается лбом о столик, за которым сидит. Джейн допивает свой кофе и продолжает уничтожать догадки Майка своими словами. — Нет, Майк, серьёзно. Ты ему не доверяешь или что? Почему ты вообще продолжаешь настаивать на том, что Уилл почему-то рисует картину именно для девушки? Он с кем-то из девушек дружит так же близко, как со мной или Макс? Я знаю, что нет. — Девушка устало вздыхает. — Тогда почему ты так уверен в словах, которые сказали Уиллу за дверью? Может он вообще знает, что ты ходил за ним по пятам, и попытался отвести подозрения? Про твой дневник юного шпиона-то он знает… — Да доверяю я ему! Просто волнуюсь! — Майк поднимает голову со стола и недовольно смотрит на Джейн. — И снова мы пришли к тому, с чего начали… — Джейн облизывает губы и стучит пальцем по щеке. — Ты что, правда не понимаешь, Майк? Для начала вспомни, какой сегодня день. — Тринадцатое февраля, — бурчит Майк, сложа руки у груди. — Именно поэтому ты позвала меня на шоппинг, мне нужен подарок для Уилла. — Давай, дальше мысль развивай? — Уилер смотрит на подругу с недоверием. — Ты хочешь сказать, что он может подарить мне картину завтра? — глаза парня раскрываются в удивлении, а Джейн кивает. Майк поправляет свои волосы и закатывает глаза. — Да ну, бред какой-то. Не думаю, что он подарит мне что-то такое масштабное на такой небольшой праздник. — Ты невыносим! — Джейн кидает в Майка скомканную салфетку и встаёт из-за стола, показывая, что пора идти по магазинам. — Сама такая! Разговариваешь загадками, прямо как Уилл! — В ответ девушка показывает язык, и Майк поднимается следом.       Майк и Джейн заходят в магазин, где продаются самые разные принадлежности для рукоделия и рисования, а также там можно упаковать подарок. Уилер помнит, что именно здесь Уилл долго думал над покупкой новой пастели, но так её и не взял, отмахнувшись, что сначала надо закончить старую, и вообще не в его положении тратить так много на материалы. Майк ещё тогда подумал, что Уилл слишком обесценивает своё творчество, хоть оно и важно для него, но не хочет покупать что-то дорогое для своих рисунков. И поэтому парень иногда брал подработку, чтобы поднакопить денег на подарок, и неожиданно сложилось так, что нужная сумма получилась в аккурат к празднику.       На самом деле, Майк мог подарить набор пастели и просто так, ведь зачем придумывать разные праздники, чтобы в определённые дни выражать свои чувства, если любить надо не зависимо от красных дней в календаре? Но Уилл любит символичность и разные праздники и старается всегда уделять им внимание. Наверное, потому что всё детство он получал что-то только на праздники. Эту черту в Байерсе Майк находит довольно милой, и поэтому всегда старается дарить что-то в ответ.       И поэтому, пока он стоит и разговаривает с Джейн, попутно ожидая, пока ему завернут подарок в упаковку, около входа в магазин Майк замечает знакомую фигуру. Чёрт, это Уилл. Что он тут делает? Разве он не говорил, что ему нужно в университет, чтобы доделать там что-то?       Майк в панике просит подругу, чтобы она тут же отвлекла парня, ведь вдруг весь сюрприз испортится? Уилл точно не должен догадаться, что у него за подарок! Джейн говорит, что она с радостью побудет в компании своего брата, нежели его парня, ведь она уже несколько раз пожалела, что пошла на шоппинг с Майком, ведь он невыносим. На эти слова Уилер показывает подруге язык, а затем всё равно благодарит её. Просто знает, что она специально так говорит, чтобы побесить его.       Майк платит за покупки и смотрит, как подруга что-то эмоционально рассказывает Уиллу, показывая пистолет у виска. Пф, видимо, жалуется ему, насколько Майк её достал. Через пару минут Джейн возвращается и говорит, что Уилл ушёл. И друзья отправляются по магазинам дальше, ведь девушка хочет посмотреть новую коллекцию одежды от её любимого бренда.       И никто не скажет Майку, что на самом деле все в курсе сюрприза Уилла, и он сам попросил сестру, чтобы она взяла на шоппинг Уилера, ведь Байерсу надо принести все свои принадлежности обратно домой и спрятать картину. Встреча в торговом центре была чистой случайностью, потому что Уилл тоже хотел купить упаковочную бумагу, ведь вспомнил про неё в самый последний момент.

🎨🎨🎨

      На следующее утро Майк просыпается не от противной трели будильника, а от нежных касаний рук Уилла. Он заправляет кудряшку за ухо Майка, улыбается так сладко-сладко и находится так близко-близко, что парень, кажется, прямо сейчас схватит Уилла и не отпустит никогда. Но Байерс его опережает, и как только замечает, что Майк проснулся и открыл глаза, то тут же оставляет быстрый поцелуй на губах. Майк улыбается в ответ, но всё равно затягивает Уилла в постель, накрывая обоих одеялом. — Я хотел пожелать доброго утра, но ты, видимо, не собираешься вставать? — Уилл смеётся, обнимая Майка в ответ, пока тот утыкается лбом в плечо и отрицательно мычит. — Время почти одиннадцать утра, а у нас ещё столько планов на день! — Пускай эти планы подождут до следующих выходных… — сонно бормочет Майк в плечо Уилла. — А ты не хочешь узнать, над чем я работал весь январь и половину февраля? — от слов про картину, Майк отрывает лоб и с блестящими глазами смотрит на парня. — Значит, пора подниматься. Не забыл, какой сегодня день?       Уилл выпутывается из объятий и уходит в гостиную, а Майк первым делом берёт свой блокнот с «расследованием», чтобы написать последнюю запись о том, как оно закончилось, ведь Майк никакой не гений мысли и не смог разгадать слова Уилла. Парень открывает страничку и видит новую надпись, написанную чужим ровным почерком:       «Расследование закрывается! Уилл Байерс оказался на шаг впереди! Милый, я знаю про твою слежку и слышал твои шарканья за дверью!»       Ауч. Снова попадание прямо в сердце. Сейчас Майк скорчится от боли и не появится в гостиной. Но вместо боли, Уилер чувствует жар в щеках, ведь Уилл снова назвал его милым, хоть и на бумаге, а ещё он давно в курсе этих записей и наблюдал за Майком, как за семилеткой на детской площадке. — Так ты знал?.. — Майк стоит на пороге комнаты и смотрит на Уилла. Байерс стоит с лёгкой улыбкой на губах у мольберта, на котором расположен большой холст в голубой упаковочной бумаге. Уилер сжимает свой подарок. Набор пастели кажется совсем небольшим по сравнению с тем, какого размера картина. — Знал о чём? О том, как ты записывал моё поведение и мои цитаты в свой блокнот, чтобы попытаться прочитать между строк? — Уилл медленно подходит ближе. — Как ты расспрашивал всех моих знакомых про картину? Как в пятницу ты решил проследить за мной? — Майк сильнее сжимает свой свёрток и опускает взгляд. В голосе Уилла нет и намёка на злость, лишь усмешка. Он останавливается около Майка так близко, что можно услышать дыхание друг друга. Уилл на полголовы ниже, но пристыженный Майк чувствует, что сейчас он намного ниже Байерса. — Да, знаю. — Прости меня… Чёрт, правда надо было готовить извинительную речь и купить ящик Reese's… — Ты не сделал ничего, за что надо извиняться, — Уилл тихо усмехается и кладёт руку на плечо Майку, сжав его. — Я понимаю, что вёл себя очень подозрительно, это не твоя вина. Джейн сказала, что ты лишь волновался обо мне. Я верю ей и твоим записям. Я очень ценю твоё доверие, — Он переместил ладонь на щёку Майка, поднимая его голову. — Мне было весело наблюдать за тобой и… Надеюсь, тебе было забавно наблюдать за мной. Давай не будем воспринимать это всё всерьёз, и ты просто посмотришь на то, над чем я так старался? — Уилл… — У Майка наворачиваются слёзы. Как Уилл может быть таким? Как он может говорить так спокойно о том, как Майк по-детски себя вёл? Уилер думает, что если сейчас ему не заткнут рот, то из него выльются всевозможные слова любви к Уиллу, которые он сейчас хочет произнести. Майк думает, что пастель в его руках — ничто, по сравнению с тем, что сейчас стоит на мольберте. Уилл работал над ней почти два месяца, а Майк купил свой подарок за один день. И совершенно неважно, что копил на него довольно долго. Парень протягивает Байерсу жёлтый свёрток, а тот снова улыбается так, словно Майк подарил ему кусок земли на Луне. — Держи. Я помню, как ты смотрел тогда на это в магазине и подарил бы тебе её просто так, но вот так совпало и… — Хватит балаболить, — Уилл снова усмехается и щёлкает Майка по носу. Парень принимает подарок и ведёт к мольберту. Майк сглатывает вязкую слюну, понимая, что полотно перед ним — его подарок.       Майк протягивает руку и срывает бумагу.       И перед ним показывается очень яркое и красочное полотно. На холсте изображён летний день: ясное небо без облаков, зелёная трава и множество небольших силуэтов на фоне. Но главным объектом были качели и двое мальчиков, один из которых сидел на них, а другой стоял с протянутой рукой. Это был первый день их встречи.       Майк поднял глаза, полные слёз на Уилла, который стоял рядом с полотном и наблюдал за реакцией парня. Уилер всё ещё не сказал ни слова, но его рот был приоткрыт, щёки красные, а блестящие от влаги глаза бегали по холсту, рассматривая каждую деталь. — И… как тебе? — неуверенно начал Байерс. — Я долго над ней работал, потому что хотел передать самую мельчайшую деталь. Ты тогда сказал, что этот момент был лучшим в твой жизни и я хотел, чтобы… Чтобы картина тоже была лучшей… — Уилл ты даже… Боже. Ты даже не представляешь насколько мне нравится. Я… У меня просто нет с-слов, — он начинает заикаться, а слёзы непроизвольно течь. Майк думает, что он просто не заслужил такого отношения к себе. Не заслужил такого Уилла. — Ты даже не представляешь, как сильно я тебя л-люблю… — Майк вытирает слёзы рукой и глубоко дышит, чтобы выровнять дыхание, но получается не очень. Уилл подходит к Майку и обнимает его за плечи, опуская чужую голову на своё плечо. — Ну-ну… Плакать в такой романтичный день ещё не хватало, — Уилл чувствует, как Майк обнимает его в ответ за талию и прижимается ближе. Он целует парня в макушку и гладит его по спине, успокаивая. — Майки, я тоже очень сильно тебя люблю. Но давай не будем плакать? Я ещё твой подарок не посмотрел. Ты сказал, что эту вещь я давно хотел, да? — По сравнению с твоим, мой подарок… — Майк.       Уилер больше не говорит ни слова про свой подарок и лишь следует за Уиллом на диван. Глаза всё ещё щипет от слёз, а дыхание дрожит, но Майк старается не обращать на это внимание и пытается успокоиться полностью. Парень всё ещё нервничает, но концентрируется на реакции Уилла и очень сильно надеется, что не прогадал с подарком.       Уилл срывает обёртку, и Майк слышит, как тот затаил дыхание от увиденного. Упаковка пастели не очень красочная, но, кажется, Байерс понял, какое у неё наполнение. Уилл убирает бумагу в сторону и открывает коробку, чтобы точно убедиться, что там то, о чём он думает. — Ты правда запомнил… — Байерс достаёт несколько мелков и заворожённо их рассматривает. — Ты долго хотел их купить, подумал, что можно устроиться на подработку, чтобы подарить их тебе, — Майк кусает губу. — Я знаю, как это важно для тебя. — Спасибо большое, я правда очень это ценю, — Уилл приобнимает Майка за плечо и целует в висок. Он поворачивает голову и с улыбкой смотрит на Уилла. — Если честно, я немного скопил денег и хотел в ближайшее время всё-таки купить их, но ты меня опередил. Теперь наши планы изменились. — Какие планы? — Майк честно не понимает, о чём говорит Уилл. Снова загадки. Ему стоит нести свой блокнот? — О, Майк, у нас определённо есть повод сходить куда-нибудь, — Уилл встаёт с дивана и тянет за собой Майка. — Сегодня же четырнадцатое февраля.