Скрещенные звезды

Помнится, сразу после выписки я прекратила с ней общение, потому что мне было максимально больно. Каждое её слово или даже упоминание о ней будто вскрывали внутри меня незажившие раны. Это была не обида, а что-то гораздо большее — смесь разочарования, горечи и чувства утраты. Я была слишком истощена, как эмоционально, так и физически, чтобы продолжать притворяться, что ничего не произошло. Казалось, что продолжение общения только усугубит мои страдания, и хотя разрыв давался нелегко, я осознанно выбрала эту удалённость. Мне нужно было собрать себя заново, не оборачиваясь, не анализируя, не пытаясь понять. Возможно, она и не подозревала, насколько тяжело мне было.

***

Порой, мысль пробивает тонкую стену облегчения: чем может закончиться это новое начало? Что, если я только обманываю себя, делая вид, что ухожу вперёд, а на самом деле всё может обернуться очередной болью или разочарованием? Всё же мне удалось забыть о ней на несколько месяцев, но ненадолго. Время, словно холодный ветер, задувший пламя боли, на мгновение приглушило моё чувство утраты. Я погрузилась в рутину, сверялась с графиками, искала маленькие радости в повседневности, пытаясь убедить себя, что жизнь может течь дальше, будто ничего и не было. Казалось, улики её присутствия вокруг постепенно растворяются: её смех уже не эхом звучал в моей памяти, её образ становился всё более размытым. Но стоило только мелькнуть какой-нибудь знакомой детали — запаху её любимых цветов, мелодии из песни, которую мы слушали вместе, — и всё возвращалось с двойной силой. Мне не хватало её так, будто часть меня самого была потеряна вместе с ней. Такие моменты напоминали, что время лечит только тех, кто готов отпустить. А я, видимо, всё ещё держалась за что-то, что было слишком дорого, чтобы просто забыть. Всё это похоже на вечный круговорот, где боль то затихает, то накрывает с головой, как волна. Иногда мне казалось, что я справляюсь, что рана закрывается, а затем происходило что-то, какой-то случайный миг, который будто вскрывал её заново. Это было мучительно и одновременно странно ценно. Возможно, грусть — это и есть плата за любовь, за близость, которую нельзя стереть даже временем. Она оставила след не только в моём сердце, но и в каждой мелочи, которая окружала меня. В книгах на полке, в шорохе листвы за окном, даже в том, как свет ложился на стены в комнате. Её отсутствие заполнило каждое пространство так, что оно перестало быть пустотой, а стало чем-то новым — чем-то, что я до сих пор не могла описать словами.