Шелки Чешуя: Жертва Такемичи

POV Такемичи Путешествие в карете продолжалось вечность. Воздух внутри стал настолько густым от запаха мужского пота, дорогой кожи и магии, что его можно было резать ножом. Чтобы хоть как-то отвлечь этих «голодных хищников» от исследования моего тела, я предложил перекусить остатками наших запасов. — О, еда! — Баджи оживился, как пес, учуявший кость. — Надеюсь, там есть мясо. Драконам нужно много белка, особенно когда рядом такая аппетитная... закуска. Он снова мазнул взглядом по моей шее, и я поспешно начал доставать свертки. У нас был хлеб, вяленое мясо, сыр и те самые «канапе», которые я успел накрутить утром. — Открывай рот, — приказал Майки, перехватывая мою руку с куском сыра. — Я сама могу... — начала было я, вовремя спохватившись и стараясь не выходить из роли, хотя сердце колотилось где-то в горле. — Я сказал: открывай. Мне пришлось подчиниться. Майки медленно, почти интимно, вложил кусочек сыра мне в рот, задевая пальцами мои губы. Он наблюдал за тем, как я жую, с таким видом, будто сам пробовал меня на вкус. — Эй, я тоже хочу! — Кадзутора влез между нами, бесцеремонно слизывая каплю меда, упавшую мне на палец. — М-м... сладко. Такемичи, ты на вкус как цветочный нектар. — Хватит вести себя как животные! — не выдержал я, чувствуя, как лицо горит от стыда. — Мы же... мы же просто обедаем! — Мы и есть животные, — Баджи оскалился, вгрызаясь в кусок мяса. — Высшие хищники этого мира. И нам очень нравится наша добыча. Остаток пути прошел в какой-то полудреме. Парни, наевшись, стали более ленивыми, но не менее тактильными. Баджи уснул, положив голову мне на колени, и мне пришлось терпеть тяжесть его головы, боясь пошевелиться. Майки обнимал меня со спины, а Кадзутора просто переплел свои пальцы с моими, изучая каждую линию на моей ладони. К вечеру карета остановилась. Мы вышли на огромную поляну, в центре которой возвышалось Иггдрасиль — Мировое Древо. Его ветви уходили в самые облака, а от корней исходило мягкое золотистое сияние. Воздух здесь вибрировал от чистой магии. К нам подъехали Кен и Чифую. Они выглядели уставшими, но сосредоточенными. — Вот мы и на месте, — Кен спрыгнул с коня и подошел ко мне, бросая косой взгляд на Баджи, который всё еще пытался приобнять меня за плечи. — Это граница. За этими корнями начинается обитель высших существ. — Красиво... — прошептал я, завороженно глядя на светящуюся кору. — Красиво, но опасно, — Чифую подошел ближе, поправляя перчатки. Из-за пазухи он достал увесистый фолиант в переплете из чешуи василиска — «Бестиарий Древних Кровей». — Мировое Древо не пропускает людей. Его барьер сжигает любого смертного, в чьих жилах течет только человеческая кровь. Чтобы пройти, нужно быть хотя бы на четверть мифическим существом. Кен нахмурился и посмотрел на Майки. — Майки, это проблема. Такемичи — человек. Она не сможет пройти. Барьер просто отбросит её, или, что хуже, испепелит. Нам нужно искать обходной путь через горы, а это лишние три дня. Майки помрачнел. Он подошел к невидимой границе, где золотистая пыльца танцевала в воздухе. — Я не могу ждать три дня. Мои владения нуждаются во мне. Кен-чик, неужели нет способа? — Только если ты поделишься с ней своей кровью через ритуал... но это долго и болезненно, — Кен покачал головой. — Такемичи, постой здесь. Мы попробуем ослабить барьер магией. Я послушно замер в паре метров от золотистого сияния. Внутри всё сжалось. «Значит, я не пройду? — подумал я с какой-то странной смесью облегчения и горечи. — Может, это мой шанс сбежать?» Но у Баджи были другие планы. Его природное любопытство и любовь к хаосу взяли верх. — Да ладно вам! — крикнул он, подходя ко мне сзади. — Посмотрите на неё! А вдруг она — «спящая»? Баджи с веселым гоготом с силой толкнул меня в спину. — Лети, пташка! Проверим твою родословную! — А-а-а! — я вскрикнул, теряя равновесие. Мои руки вытянулись вперед, и я зажмурился, ожидая удара тока или вспышки боли, которая превратит меня в пепел. Я пересек невидимую черту. Тишина. Никакой боли. Вместо этого я почувствовал странное, приятное покалывание во всем теле, будто тысячи невидимых перышек коснулись моей кожи. Золотистое сияние Древа не оттолкнуло меня — оно... запульсировало в такт моему сердцу. Я медленно открыл глаза и увидел, что стою по ту сторону барьера, живой и невредимый. Более того, мои вены на руках на мгновение вспыхнули слабым голубым светом, а потом погасли. За барьером воцарилась гробовая тишина. У Кена отвалилась челюсть. Майки застыл, не донеся руку до меча. Чифую лихорадочно начал листать какую-то книгу, которую выхватил из сумки. — Не может быть... — прошептал Кен, подходя к самой границе, но не решаясь её пересечь. — Такемичи... Ты прошла. — Ого! — Баджи присвистнул, потирая затылок. — Я же говорил! Спящая кровь! Чифую лихорадочно листал свой фолиант, пока не остановился на странице с изображением птицы, сотканной из инея и звезд. — Не может быть... — прошептал Чифую, сверяя свечение моих вен с рисунком в книге. — Голубая искра... Майки, в «Бестиарии» сказано, что такой отклик дает только кровь Ледяного Феникса. Это существа, которые считались вымершими сотни лет назад. — Но... мои родители были обычными людьми! — я сам был в шоке. — Я всю жизнь жила в деревне! — Значит, они тебе врали, — Чифую подошел к границе, его глаза блестели от исследовательского азарта. Кен смотрел на меня так, будто видел впервые. В его взгляде читалось смятение. — Теперь понятно, почему Майки так тянуло к тебе с самого начала. Драконы инстинктивно чуют равных себе по силе. Я стоял под сенью Мирового Древа, чувствуя, как мир вокруг меня рушится. Я не просто парень, притворяющийся девушкой. Я — парень-полукровка, застрявший в женском платье среди пяти голодных драконов, которые теперь смотрят на меня не только как на «игрушку», но и как на «ценный трофей». — Это всё меняет, — Майки прижал меня к себе, и на этот раз его объятия были по-настоящему пугающими. — Теперь я тебя точно никуда не отпущу. Моя королева с кровью феникса... «Твою мать, — подумал я, глядя на свои руки. — Кажется, мои проблемы только что увеличились вдвое».