Cutting Ties / Сжечь мосты

— Ваймак у аппарата, — пробормотал Дэвид в трубку, шаря по столу в поисках чего-то, что отодвинуло бы надвигающуюся мигрень. — Дэвид Ваймак, главный тренер "Лис" Пальметто? — осторожно спросил голос на другом конце провода. Ваймак вздохнул. У него был гребаный выходной. Он не хотел иметь никаких официальных дел в свой выходной, особенно после того, как под утро ему пришлось идти в башню и разнимать монстров, что как с цепи сорвались, увидев снимки Эндрю с матча. Кевина пришлось отвезти в дом Эбби — тот ничего не соображал от выпитого и к тому времени, когда добрался туда, был уже на грани невменяемости. Аарон злобно кричал на Ники на немецком и того, находящегося на грани слез, пришлось передать на попечение Дэн и девочек. Аарона он бы отправил куда-нибудь вместе с Мэттом или взял с собой на площадку, но этот засранец умудрился смыться до того, как он перевел дух. — Просто тренер "Лис", — поправил он: у них не было бюджета на целый штат. — Говорите. — Отлично, — мужчина оживился. — Это Дэвид Майер из "Ястребов" Атланты. У вас не найдется времени для видеоконференции? — "Ястребы" Атланты, — мужчина задумался, включая свой компьютер и просматривая список команд в Джорджии. — Извиняюсь, но из какого вы университета? — Мы не из НАСС, мы из про-лиги, — он усмехнулся, а Ваймак тихо выругался. — Так вы можете принять звонок? — Когда? — спросил Ваймак. Он мысленно перебирал варианты, зачем "Ястребы" могут звонить ему, и прикидывал вероятность потери Кевина. — Как только будете готовы, тренер. — Дайте мне пару минут, — снова вздохнул он, медленно просматривая данные на компьютере. — У вас есть мой эмейл? — Все уже отправлено, просто примите звонок. — А вы не теряете время, — пробормотал он, не готовый к тому, что должно было произойти, к этому удару. — Я не упускаю возможностей, тренер. — В таком случае, приступим, — Ваймак повесил трубку, вернулся к пузырьку с таблетками, который он уронил ранее, и выпил несколько штук, запивая их холодным кофе. Ему стоило бы побриться. И прислушаться к совету Эбби хранить в офисе смену одежды, или хотя бы рубашку, чтобы ему не приходилось разговаривать с менеджерами других команд в растянутой майке с логотипом какой-то группы. Он просто надеялся, что обезболивающее подействует быстро. Перед тем как принять звонок, он окинул быстрым взглядом офис за своей спиной, убеждаясь, что среди беспорядка не было ничего компрометирующего и неуместного. Ваймак не знал, чего ожидать, но уж точно не увидеть десяток участников на экране. Он слегка откинулся на спинку стула, пытаясь найти имя человека, который только что ему звонил. — Дэвид Майер, — он поздоровался во второй раз, увидев в нижней части экрана имя тренера. — Рад, что вы смогли присоединится к нам так скоро, — улыбнулся ему Майер. — Чем обязан? — Я слышал, что именно к вам можно обратиться за честным мнением и оценкой игрока, — дипломатично ответил Майер. — Я бы предпочел, чтобы вы перешли к делу, — решительно сказал Ваймак, глядя на имена всех пяти тренеров "Ястребов" на экране и на другие управленческие должности. — Кто-нибудь хочет объяснить мне, почему я здесь? Тут вмешался главный тренер Роджерс. — У нас есть несколько вопросов касательно вашего экс-игрока Доу, бывшего Миньярда. — Вы имели ввиду Миньярда, бывшего Доу? — на автомате поправил Ваймак, уходя мыслями в другую от Кевина сторону. Роджерс нахмурился, поднес к лицу лист бумаги и что-то сверил. — Майер? — Нет, — парировал он. — Эндрю Доу, бывший Миньярд, бывший Доу. По его словам, он имеет на фамилию Доу больше прав, чем на Миньярда. — Вот дерьмо, — Ваймак потер рукой лицо. Последствия утренней потасовки монстров были ужасны и он не хотел думать о том, что произойдет, когда Аарон и Ники узнают, что Эндрю отказался от семейной фамилии. — Извиняюсь. Что вы хотели узнать об Эндрю? — Возможно, вы слышали, — вернулся к разговору Роджерс, — у нас были некоторые проблемы с вратарями в этой сезоне. — Да, у меня тоже были проблемы с вратарями, — Ваймак поторопил их объяснения. — Не хотите ли объяснить, почему вас интересует Эндрю? — Тогда перейду к сути, — слегка раздраженно кивнул Роджерс. — Несколько наших тренеров обсуждали возможность подписать с ним контракт на оставшуюся часть сезона, и нам нужно уточнить несколько деталей перед тем, как давать ему оффер. Для начала поговорим о пунктах вашего с ним контракта. — Я не собираюсь помогать вам связаться с Эндрю, если вы об этом, — нахмурился Ваймак. Эндрю ясно дал понять, что ищет что-то, кроме "Лис", кроме экси. — Мы не об этом, — уверил его Майер, получая тяжелый взгляд от главного тренера за перебивание. Ваймаку начал нравиться этот мужчина, он с радостью воспринял этот комментарий: он не станет подрывать доверие Эндрю, сажая людей ему на хвост. — Контракт прекращен. Я мог бы принять против него меры, если бы он подписал контракт с другой студенческой командой, но в тексте нет ничего о том, что мой игрок не может перейти в профессиональную лигу. На самом деле, есть пункт, который позволяет оставаться здесь, будучи подписанным в профессиональной команде, если он решит играть на обоих уровнях. — То есть, не будет никаких юридических последствий, если Доу подпишет с нами контракт? — спросил Роджерс, и руководство заинтересованно сдвинулось вперед. — Не с моей стороны, — заверил Ваймак. — Что можете сказать о нем на корте и за его пределами? — продолжил Роджерс, нахмурившись. — У парня есть прошлое, — Ваймак подавил желание закатить глаза. — Как и у всех моих ребят. Да даже у Дэя. Он был в моей команде, потому что хотел лучшей жизни. По поводу корта — Эндрю человек слова. Если у него есть причина играть, он сделает все, что в его силах, если же нет — что же... — Достойная заработная плата — это вполне веская причина, — руководитель отдела по связям с прессой улыбнулся. — Не для Эндрю, — возразил он. — Как лекарства влияли на его игру? — спросил Роджерс, снова просматривая свои бумаги. — У меня есть запись той игры против "Воронов" в прошлом году. Это было впечатляюще, но его подстегивала химия, не так ли? Ваймак прочистил горло и посмотрел на Майерса, которого все сильнее заставляли хмуриться слова главного тренера. — Это конфиденциальная встреча? Роджерс был ошеломлен вопросом. — Разумеется, — с улыбкой вмешался менеджер команды. — Никто не в курсе, что мы общались с мистером Доу, и мы бы предпочли придержать это до тех пор, пока не придем к соглашению. Все, что мы здесь обсудим, будет направлено на пользу нашей команды и не будет предано огласке. — Хорошо. Не вы говорили с Эндрю, я прав? — Ваймак задумался, размышляя о динамике команды, за которой он наблюдал. — Это был тренер Майер, да? Эндрю избегает говорить с людьми, если они смотрят на него сверху вниз. Бесплатный дружеский совет: если хотите подписать контракт с Эндрю, позвольте Майеру вести с ним переговоры и дальше. Майер не смог сдержать улыбку, а Роджерс громко кашлянул. — Не могли бы мы вернуться к делу? — настоял мужчина. — Игра мистера Доу против "Воронов", сто пятьдесят мячей, из которых "Вороны" забили только тринадцать. Достижение, едва ли имеющее себе равное. — И вы думаете, что ради этого он принял больше наркотиков, чем обычно? — вызывающе уточнил Ваймак, тяжело глядя в глаза мужчины. — Вы могли заметить, что до того, как мы потеряли Сэта в прошлом году, Эндрю играл только в первую половину матча. Лекарства мешали ему сосредоточиться и он мог играть только в короткий момент, когда их действие начинало спадать. Он рассчитал время приема таблеток так, чтобы попасть в этот промежуток времени на первую половину игры. Это позволяло ему играть максимально трезвым, но как только первый тайм заканчивался, достаточно быстро наступала ломка. Он нуждался в следующей дозе, что бы ломка не стала слишком сильной. После того, как мы потеряли Гордона, единственное, что я мог сделать, чтобы удержать команду на плаву — это перетасовать линии и попросить Эндрю играть полные матчи, пока мой другой вратарь брал в руки клюшку защитника, — продолжил Ваймак, радуясь, что весь тренерский состав был заинтригован и слушал его со всей внимательностью. — Игру с "Воронами" вам стоит пересмотреть снова. Эндрю был под кайфом около двадцати минут, после чего его начало отпускать, а во второй половине он боролся с ломкой. Рене устроила хорошее представление, спокойно уводя его с корта, но на самом деле его буквально несли на руках. Я никогда раньше не видел, чтобы ему было так плохо. Ваймак ждал, пока все участники разговора осознают сказанное. Только когда больше половины из них выглядели достаточно впечатленными, он снова заговорил. — Вам не придется иметь дело с Эндрю на наркотиках, сейчас он абсолютно трезв. Вы хотите знать, будет ли он играть и насколько хорошо? Могу вас заверить, если он сказал, что будет играть, значит, он будет играть, пока не умрет прямо на воротах. С ним сложно договориться, ведь он не будет делать что-то просто потому, что вы ему платите. — Он сказал мне, что вы подкупили его бутылкой "Джонни Блю", — развеял напряжение Майер. — Он так же сказал мне сообщить вам кое-что... — это привлекло внимание Ваймака сильнее, чем весь предыдущий разговор, так что он сделал приглашающий жест и Майер весело улыбнулся ему. — Я не сам вышел на него, Эндрю пришел посмотреть на открытую тренировку. Мы поговорили и я дал ему свой номер, пригласив как-нибудь осмотреться в нерабочее время и через пару недель он перезвонил мне. Мы выпили кофе в офисе и он просмотрел наши контракты. Ваймак был слишком ошарашен, чтобы говорить. То, что началось как недоверчивый смешок, переросло в громкий смех, заставивший его отодвинуться от стола и провести руками по волосам. Эндрю позвонил им. Эндрю добровольно пошел посмотреть на профессиональную команду в свободное время. — Ты удачливый сукин сын, — ухмыльнулся Ваймак. Сколько бы он не думал об Эндрю, он никогда не предполагал, что когда-нибудь тот станет профессионалом. Какое-то время он думал, что Кевину удастся затащить его туда, но никогда по собственной воле. — Уверен, что бы не делал Майер, видимо, у него есть какая-то магическая связь с Эндрю. Если сумеете подписать с ним контракт, обеспечьте ему хорошие условия и никто не успеет и глазом моргнуть, как у вас появится лучший вратарь лиги. — Кажется, вы ужасно рады этому, даже не смотря на то, что потеряли своего основного вратаря, — удивился тренер Кокрейн. — У Эндрю всегда были сложные отношения с экси, — радостно объяснил Ваймак. — У кого угодно были бы, если бы это было единственным шансом выбраться из камеры на несколько часов. Тот факт, что он был так хорош в этом, привлек к нему много нежелательного внимания, к которому он не был готов. Теперь он понимает, что его ждет. Если он собирается снова оказаться в центре внимания, то на этот раз он точно знает, что делает. Я осознавал, что ему нужно было больше, чем мы могли ему дать — именно поэтому я подписал контракты и с его семьей, но в конце концов и этого было недостаточно. Что бы ему ни было нужно, он, видимо, нашел в Атланте что-то, что поможет ему удержаться на плаву, раз он готов снова выйти на корт. До самого конца разговора Ваймак не мог сдерживать свою гордость. Какие бы вопросы они ни задавали об Эндрю после этого, все, о чем он мог думать — это о том, как Эндрю нашел дорогу назад к экси на своих собственных условиях. И если он подпишет контракт, Ваймаку придется выделить место на стене для первого "Лиса", подписавшего контракт с профессиональной командой. — Само собой, — резюмировал Роджерс в конце конференции, — этот разговор должен остаться конфиденциальным, даже от вашей команды, тренер. Мы не можем допустить, чтобы новость об этом просочилась в СМИ, пока мы не будем к этому готовы. Ваймак насмешливо хмыкнул. — Вы думаете, я хочу быть тем, кто скажет его семье, что он не просто ушел, а сменил имя и вернулся в экси без них? Я не знаю, что у них произошло, но Эндрю после ухода еще ни разу не связался с ними. Как только они узнают, что он снова стал Доу, здесь начнется настоящий ад.

***

Нил выглядел несчастным, глубоко засунув руки в карманы своей огромной толстовки с капюшоном и пристально глядя на выставленные кровати. — Если бы ты мог испепелить ее взглядом, это бы уже произошло, — сухо прокомментировал Эндрю. — Было бы проще, если бы ты попробовал. — Я передумал, — Нил в отвращении скривил лицо. — Мне не нужна кровать. Эндрю боролся с желанием схватить этого идиота и трясти, пока тот не внемлет доводам разума. — Как долго ты жил в этой квартире? Нил пристыженно посмотрел на него. — Еще и двух лет не прошло, — сказал он в свою защиту. — Два года сна на паршивом подержанном односпальном матрасе, на полу, — резюмировал Эндрю, игнорируя бормотания Нила о том, что матрас у него не так долго. — Настало время повзрослеть и купить себе настоящую кровать, с каркасом и местом для двух человек, чтобы ты, по крайней мере, мог развалиться на ней. Эндрю проснулся и увидел, что Нил стоит в дверях своей комнаты, хмуро рассматривая свои пожитки и заставленную мебелью гостиную. Это был первый раз, когда он заглянул в спальню своего соседа, и, в общем-то он ожидал, что она будет обставлена ​​самыми дешевыми вещами, которые только мог найти Нил, учитывая его складное кресло и подставку под телевизор из ящика для молока. Но он не ожидал, что там не будет ничего, кроме этих вещей и матраса на полу с кучей наброшенного сверху постельного белья. Единственное, что выглядело нормально — это встроенный шкаф, в котором было достаточно одежды, чтобы выглядеть относительно заполненным, даже если стиль одежды варьировался от "полгода живу на улице" до "поступил в бизнес-школу". У Эндрю сложилось впечатление, что наполнение последней части обеспечил его дядя. — Мне не нужно что-то настолько большое, — медленно и с нажимом сказал Нил. — И мне действительно не нужно что-то настолько изысканное, — он махнул рукой в сторону выставленных кроватей. — Это не изысканно, — поправил Эндрю. — Просто ново, и да, тебе нужно что-то, что будет держать твой матрас над полом и сам матрас, который не будет дырявым и рваным. — Ты говоришь как Стюарт, — мрачно буркнул Нил. — Я говорю как кто угодно, кто имеет дом и стабильный доход, — поспорил он. Тот факт, что он фантазировал о том, как уронит Нила на кровать еще с матча "Лис", сыграл только маленькую роль в его решении отвести Нила по магазинам, когда тот решил, что хочет себе такую же мебель, как и в гостиной. И эти фантазии не включали в себя матрас на полу, не то чтобы при желании это его остановило... — Я даже не знаю, что ищу, — беспомощно вздохнул Нил. — Во первых, — Эндрю схватил Нила на руки и, игнорируя его слабые протесты, поднес его к кровати, — замри! — опустив его на ближайший матрас, Эндрю угрожающе навел на него указательный палец. Нил приподнялся на локтях и пристально посмотрел на него. — Какого хуя? Эндрю обогнул кровать, чтобы лечь рядом. — Нужно выбрать подходящий тебе матрас. Это значит, что ты должен полежать на нем, чтобы понять, сможешь ли ты на нем спать. Нил застонал и рухнул обратно. Эндрю нравилось видеть его таким. С прикрытыми в попытке расслабиться глазами и волосами, рассыпавшимися по матрасу. Нил вздохнул, повернул голову и нежно посмотрел на него своими яркими голубыми глазами. — Слишком мягко, — тихонько пожаловался он, как будто они действительно спали вместе в постели, а не лежали посреди универмага. — Мне приходилось спать где угодно: от голой земли до лестничных клеток. Но на этом я не усну. — Окей, — Эндрю разделял это мнение, он тоже предпочитал более жесткие матрасы, хотя и не спешил двигаться. — Тогда нам нужно найти вариант поплотнее. Нил задумчиво похмыкал, скользя взглядом по фигуре Эндрю. Эндрю почувствовал, что краснеет, и отвел глаза, но Нил не прекратил смотреть. — Нил, — предупредил Эндрю, сопротивляясь порыву притянуть его ближе. — Тебе следует заняться покупками, а я не матрас. Нил издал лающий смешок и, посмеиваясь, поднялся. — Значит вот как мне следует смотреть на матрасы? — поддел он. — Только если думаешь проверить их качество, — выпалил он, только потом осознавая, как это прозвучало, и покраснел. Нил фыркнул, когда Эндрю провел рукой по волосам и повернулся, чтобы уйти. Нилу не потребовалось много времени, чтобы догнать его, хотя он, похоже, передумал подшучивать над Эндрю из-за его опрометчивого высказывания. Бродя по магазину, они перепробовали еще несколько матрасов, прежде чем Нил нашел тот, в котором был достаточно уверен. Поиск подходящего каркаса кровати оказался одновременно и менее, и более утомительным. У Нила не было предпочтений по типу кровати и он не был заинтересован в выборе дизайна; Эндрю же, с другой стороны, хотел, чтобы он имел хотя бы смутное представление о кровати, прежде чем решится на покупку. — Я уволился, — выпалил Эндрю, когда Нил наконец принял решение и просматривал форму заказа вместе с продавцом-консультантом. — Это хорошо, — Нил поднял на него взгляд от бумаг, прежде чем вернуться к заполнению их адреса и деталей доставки. — Не так уж. На самом деле, достаточно глупо. — начал спорить он, больше сам с собой, чем с кем-то еще. — У меня нет подходящей работы. Может, я облажался. — У тебя встреча завтра, разве нет? — Нил искоса посмотрел на консультанта, тщательно подбирая слова. — Было бы глупо не дать тебе оффер, даже если это слегка скоропалительно. Эндрю задумчиво промычал. В последний раз, когда они с Майером договаривались о встрече, он, безусловно, казался уверенным в себе, но если брать в расчет главного тренера и остальную часть команды, Эндрю не был бы так уверен. Это был странный опыт — нервничать из-за экси, но он не ненавидел тот факт, что эти давно похороненные чувства снова медленно пробивались на поверхность. Это только подтверждало, что на этот раз он поступил правильно. — Ничего еще не известно наверняка, — напомнил он скорее для себя. — Не то чтобы я самый надежный кандидат. Есть другие, более профессиональные люди, которых они могли бы нанять до следующего года. — Более профессиональные и менее талантливые, — сказал ему Нил спокойным и собранным голосом. Он не льстил Эндрю, для него это был просто факт. Нил не стеснялся высказывать свое мнение по каким-либо вопросам, и он не юлил, чтобы сохранить лицо перед кем-либо. Он говорил именно так, как он видел вещи, независимо от того, насколько грубо это могло показаться. — В твоем прошлом может и не все гладко, но вложения в тебя окупятся в десятикратном размере, вне зависимости от того, как долго ты будешь с ними. Учитывая нехватку кадров на данный момент, ставка на крупные инвестиции принесет им лучшие результаты, чем возвращение в команду скучного, стабильного игрока, сидящего на скамейке запасных, — Нил вернулся к бланку и вежливо поблагодарил консультанта. Эндрю шел рядом с ним, пока они возвращались к машине. — Почему сам не играешь? — спросил он после того, как они оба сели в машину. — Ты одержим этим спортом и повернут на своей форме сильнее, чем большая часть спортсменов, которых я знаю. Почему бы тебе самому не взять клюшку? — С чего ты взял, что я не играл? — грустно хмыкнул Нил. — Это было в детстве, какое-то время я даже играл с Кевином и Рико, — он остановился, чтобы сделать глубокий вдох, а Эндрю включил двигатель, чтобы заработал кондиционер, пока они сидели. — И что случилось? — подтолкнул его Эндрю, надеясь, что Нил продолжит открывать для него завесу тайн своей жизни. Эндрю не стал бы разглашать подобные вещи без причины, и он предполагал, что у Нила тоже есть строгие правила относительно того, кому и что рассказывать. — Я должен был принести какую-нибудь пользу моему отцу, но за пределами семьи Морияма преемственность не приветствовалась, — он сказал это с резкостью в голосе. — Меня должны были продать Тэцудзи, если бы он счел меня достаточно перспективным, или убить, чтобы избежать проблем для семьи в дальнейшем. Моя мать не была согласна на подобное и выкрала меня у них из под-носа до того, как сделка завершилась. После этого мне не разрешали играть: слишком велик был риск, что кто-то из них узнает меня, пока моему отцу приказано спрятать концы в воду. Эндрю не знал, что ответить на это признание. От Кевина он знал, что Морияма очень не прочь торговать потенциалом, или же просто торговать людьми — смотря с какой стороны смотреть; но он никогда не слышал, чтобы Нилу или кому-то другому удалось сбежать. Почему Кевин никогда не упоминал, что играл с сыном Мясника? Возможно, это была одна из тех назидательных устрашающих историй, которые должны были удерживать от побега. Не рыпайся, иначе Мясник найдет и убьет тебя, как сделал со своим сыном. Думая об этом, о Жане, точно так же проданном "Воронам", он решил, что именно так они и держали игроков в строю. Кто бы захотел навлечь на себя гнев мужчины, способного убить собственного сына — мальчика, который был таким же талантливым ребенком, как и они сами? — Он уже мертв, разве нет? Мясник, — Эндрю смотрел на него, мысленно возвращаясь к каждому шраму из тех, что успел увидеть и гадая, как именно он их получил. На что пошел отец Нила, чтобы получить одобрение своего босса. — Ты спасся от него. Нил кивнул, но на его взгляд выглядел слишком бледным. — Едва ли. Эндрю узнал в его глазах тот же взгляд, который был у него самого, когда он стоял на краю крыши в поисках ответов. Он ненавидел видеть его на лице Нила. По крайней мере, теперь он знал, почему дядя держал его поблизости и пытался социализировать. — Собираешься позволить мертвецу одолеть себя? — с вызовом спросил Эндрю. Нил фыркнул от удивления, а затем бросил на него острый взгляд, полный гнева и кипящего вызова. — Думаешь, я зашел так далеко только для того, чтобы повернуть обратно? — спросил он, смягчившись, когда понял, что Эндрю его не осуждал. — Я смогу вздохнуть спокойнее, когда мне больше не придется сидеть в зале суда под взглядами его шестерок. — И долго еще? Нил пожал плечами. — Это продолжается уже несколько месяцев. Вот что происходит, когда пытаешься привлечь их всех к ответственности одновременно. Было бы проще выставить их на улице и пустить каждому пулю меж глаз. И дешевле, — фыркнул он, подумав.

***

Кевин намеренно не притрагивался к бутылке, проснувшись с сильной головной болью после вчерашнего загула. Судя по угрозам Ваймака, еще несколько таких ночей, и — Кевин был в этом уверен — его насильно отправят в реабилитационный центр. Он задавался вопросом, хватит ли полномочий тренера, чтобы оставить его там, и молча порадовался, что так и не рассказал этому человеку о том, в чем его мать призналась Тэцудзи. Он понимал, что Ваймак не был бы так снисходителен, зная, что Кевин его сын. Он часа три пересматривал видео со вчерашней игры, но все еще не мог поверить своим глазам. Он просмотрел всю запись, ловя каждый кадр, когда камеры поворачивались в сторону Эндрю. Ставил на паузу и увеличивал изображение. Присматривался к каждому, даже самому крохотному взаимодействию между Эндрю и его другом, ко всему, что мог увидеть. Смотреть было особо не на что. Несколько легких прикосновений, ничего не значащих, если бы это был кто угодно, кроме Эндрю. Тот никогда не был инициатором прикосновений и в лучшем случае терпел их, а сейчас же он положил локоть на спинку сиденья своего покрытого шрамами спутника — так небрежно, что можно было подумать, что они делают это постоянно. Наклонялся к нему, когда они разговаривали. Когда в перерыве основная камера нацелилась на него и Эндрю увидел свое лицо на экране и наблюдающего за ним оператора, он наклонился к парню и буквально прошептал ему что-то на ухо, прежде чем встать и покинуть трибуны. Эндрю не мог настолько доверять кому-либо, и уж точно не человеку рядом с ним. Кевин не завидовал, он беспокоился. У него были на это причины. Эндрю был его ближайшим другом после Жана, которого он оставил в гнезде. И он знал это лицо. Он знал эти волосы, эти глаза. Возможно, их носил человек на двадцать лет моложе того, о ком он думал, и с гораздо большим количеством шрамов, но это не меняло того факта, что Кевин знал, кто он такой, и Эндрю не был в безопасности рядом с ним. Натаниэль. Натаниэль всегда выглядел как маленькая копия своего отца. Кевин помнит, как в детстве стоял рядом с ним и Рико и водил взглядом по их очевидному сходству, наблюдая, как Мясник прямо у них на глазах разрезает человека на куски. Он не сводил глаз с Натанаэля, пристально следящего за происходящим, пытаясь не слушать крики мужчины и понять, насколько далеко зашло это сходство. Неужели их действительно поселят в одной комнате с ребенком, которого вырастили как следующую версию этого убийцы? На корте он мог забыть о том, кем был Натаниэль — его детские глаза сияли, когда он носился по полю с такой скоростью, что даже они с Рико не могли угнаться за ним, но вне корта? Если судить по пустому, безразличному выражению его лица, пока его отец работал, то яблоко от яблони упало недалеко. Парень рядом с Эндрю на видео был гораздо меньше, чем ожидал Кевин, но это, несомненно, был тот же ребенок. Миниатюрный мясник, который годами скрывался от Морияма, пока не исчез сам Мясник и его люди. Кевин видел отчеты. Смотрел новости, когда стало известно о резне. Были слухи об участии в ней Натаниэля, но Кевину не удалось связаться хоть с кем-то, чтобы подтвердить это. Ходили также слухи о конкурирующей банде, но Кевин в этом сомневался. Никто не был глуп настолько, что бы охотиться на сторожевого пса Морияма. Как и ожидалось, Морияма отказались от всех связей с Мясником и его людьми, как только новость стала достоянием общественности, в то время как ФБР прочесывало записи Мясника и арестовывало всех, кого могло связать с их деятельностью. Судебное разбирательство продолжалось и держалось в строгой тайне, чтобы не допустить утечки информации о преступлениях или ключевых, защищенных свидетелях обвинения. В любом случае, Кевину нужно было найти способ связаться с Эндрю и предупредить его о том, с кем он имеет дело. Он не знал, как Эндрю познакомился с этим парнем, но сомневался, что тот знает, кем он был на самом деле. Никто не знал, кем на самом деле был Натаниэль.