Дух Мщения

      Предупреждение 18+       POV Кайл Бин.       Уйти или остаться? Такой простой и одновременно такой сложный вопрос. С одной стороны, что тут думать то. Беги, пока есть возможность, если тебе жизнь дорога. Но с другой стороны, какое-то неуловимое чувство просит меня остаться с ней. Или я просто слабак, что не в состоянии отказать этой женщине? — Я… Я не знаю. — Мне хотелось бы сказать ей «нет» и уйти, но мои ноги были словно прибиты к полу, а мой язык не позволяют мне это произнести и заплетается, стоит только начать говорить. По какой-то причине моё тело требует, чтобы я остался здесь с ней. — Я не могу дать определённый ответ. — Тогда чего ты хочешь в данный момент? — Тихо прошептала Нора, касаясь моего лица кончиками своих пальцев. — Я… — Чёрт! Да я сам не знаю и не понимаю, чего я хочу в данный момент. — Ох. Как же это сложно. — Какой же ты нерешительный. — С улыбкой ответила Нора, забавляясь над моей реакцией. — Знаю. Но почему-то это происходит именно рядом с тобой. Я сам не понимаю, что моя душа просит. — Может быть, это поможет тебе лучше понять свои чувства. — И после этого она вновь коснулась моих губ своим поцелуем. Ласково, с любовью и осторожно, словно боялась напугать меня или разрушить этот момент. Я просто завис, не понимая, что делать, а время словно остановилось. Да что со мной происходит?! С Синди я вёл себя довольно смело. Да и с клиентками на работе не стесняюсь флиртовать в открытую. Так почему я туплю именно с ней? Из-за того, что она мать Габриэллы и приёмная Петры? Из-за того, что это Нора Озборн? Или из-за того, что она взрослая, как и я в душе? Сижу, как будто в трансе, не в силах предпринять ничего, даже просто ответить на её нежность. А она продолжает целовать меня, постепенно усиливая поцелуй, погружая в океан чувств, которые я с трудом осознаю. Её губы нежно скользят по моим, а кончики её пальцев гладят мои щёки, и каждый миг кажется вечностью, а моя голова заполняется мыслями, которые не дают мне покоя. Нора постепенно отстранилась от поцелуя, позволяя мне насладиться моментом, прежде чем наклонить голову и начать нежно покрывать мою шею своими мягкими губами. Её заботливые руки, словно создавая атмосферу уюта и тепла, медленно и аккуратно гладили мой затылок и правую щеку, вызывая волны нежности и спокойствия, которые растекались по всему телу. Как же я скучал по этим прекрасным чувствам. Чувствам любви и заботы по-настоящему любящей женщины. — Нора, что мы, чёрт возьми, делаем? — Я лишь закрыл глаза, опустив руку ей на голову, зарывшись пальцами в густые волосы, позволяя ей дальше целовать мою шею, а я не в силах сопротивляться её поцелуям. Так вот чем так хороши милфы. Они знают, чего хотят от жизни и от мужчин, и не боятся это показывать. Хотя о чём это я? Я сам примерно её возраста, если учитывать мою прошлую жизнь. — Как до этого дошло? Мы оба сошли с ума. — И не говори. Я целую парня моей дочери, который мне в сыновья годится. И сейчас я пытаюсь его соблазнить. Я определённо сошла с ума. Знала бы ты, что за этим молодым телом внутри скрывается вполне себе взрослый мужик, познавший всю горесть одинокой жизни. Она взглянула на меня с нескрываемой страстью в глазах, и я почувствовал, как моё сердце бешено заколотилось в моей груди. А разум начинает затуманиваться. Ещё немного и произойдёт что-то непоправимое. В этот момент я понял, что всё происходящее — неправильно, но я не мог остановиться. — Нора, я… — Она приложила палец к моим губам, заставляя меня замолчать. — Даю тебе последний шанс. Скажи мне «нет» и уходи. Иначе я тебя не отпущу. Её слова эхом отозвались в моей голове. Я не мог поверить, что она действительно это говорит. Я знал, что это неправильно, что мы оба знаем, что это неправильно. Но в то же время я не мог отрицать, что моё сердце тянулось к ней, что я хотел быть с ней сейчас, несмотря на все последствия. — Нора… Я открыл рот, чтобы что-то сказать, но слова застряли в горле. Я не знал, что делать. Я не знал, как поступить. Я не знал, смогу ли я уйти, если она действительно этого хочет. Чёрт! Я не могу и слова сказать ей. — У тебя был шанс, Кайл. — Сказала она спустя минуту молчания. А затем она впилась в мои губы, а я забыл обо всём на свете, для меня перестал существовать весь мир, и осталась лишь Нора, и ее обжигающе горячие губы. Мы шли по краю пропасти, и я не знал, как нам выбраться из этой ситуации, но в тот момент я не хотел думать об этом. В этот момент я понял, что наши отношения зашли слишком далеко, и нам нужно что-то решать. Но сейчас я просто наслаждался моментом, наслаждался её близостью и страстью. Нора встала с кресла, заставив меня подняться, после чего, не отрываясь от поцелуя, прижала меня к стенке, пытаясь слиться со мной в одно целое. Господи, я и подумать не мог, что Нора будет так хороша. Мы только целуемся, а мне уже жарко, внутри всё пылает. Я осознал, что окончательно поддался её соблазну. Положив руки на её плечи, я ещё сильнее вжался в её сладкие губы. Её руки начали пробираться под мою футболку, даря мне ощущение её нежных ладоней. — Кайл, что со мной происходит? Я сама не своя. — Прошептала она мне на ухо, а затем засунула туда свой язычок, исполняя сальсу. От такого у меня мурашки табуном пробежались по спине. А её участившееся дыхание и лёгкие стоны лишь сильнее били мне в голову. — Я схожу с ума от тебя. Эти сладкие речи пьянили меня. Наши губы снова слились в поцелуе, и я почувствовал, как мир вокруг нас начал исчезать. Её руки продолжали исследовать моё тело, даря мне приятные ощущения от её прикосновений. — Но я знаю одно: ты мне нужен, Кайл. — Она прижалась ко мне своей грудью и взяв мои руки в свои, опустила их ниже, на свои ягодицы, слегка сжимая их. — Прямо сейчас. — Нора… — Я подался вперёд и мы вновь поцеловали друг друга, но уже отвечали взаимностью, а в ход пошли наши языки. Будь я проклят, что вытворяю такое с ней. Стыдно признавать, но я хочу эту женщину. Я уже готов был перейти черту с ней и взять её прямо на этом кухонном столе… — Мама, ты дома? — Но в доме прошёлся голос Габриэллы. Мы вмиг оторвались друг от друга, приводя себя в порядок. И когда мы это сделали, на кухню зашла Габриэлла и Петра. — Вот ты где ма… Кайл? — Привет, девчонки. — Я махаю им ручкой. Улыбаемся и машем. — Кайл? — Петра появилась в дверях, услышав своё имя, а в глазах читалось лёгкое удивление. — А что ты тут делаешь? — Решил к вам в гости заглянуть, — Ответил я, стараясь скрыть волнение после жаркого поцелуя. — Нора разрешила мне остаться до вашего прихода. Мы с ней вместе приготовили ужин. Вы не голодны? — Чтобы мама самолично готовила? — Габриэлла усмехнулась, её голос прозвучал с лёгкой насмешкой. — Так вот почему погода сегодня такая плохая. — Как жестоко, Габриэлла, — Нора ответила с наигранной обидой, надув щёчки. — И это говорит моя родная дочь. Но если честно, я мало чем помогла. В основном готовил Кайл. — Не принижайте себя, Нора. Вы отлично орудуете ножом и красиво нарезали овощи и мясо. — Сказал я, стараясь не показывать, как мне приятно слышать похвалу от Норы. — Надеюсь, ужин вам понравится. — Конечно, понравится. — Ответила Петра, подходя ближе. — Мы все так давно не собирались вместе. — Вот именно, — Подхватила Габриэлла, смягчая тон. — Давайте сядем за стол и поедим. — Тогда идите переодевайтесь, девчонки, а затем вместе накроем стол. — Сказал я, подмигивая им с лёгкой игривостью. Петра и Габриэлла, весело переговариваясь, вышли из кухни, чтобы сменить свои уличные наряды на что-то более уютное и домашнее. — Уф, это было близко. Ещё немного, и нас бы поймали на горячем. — И не говори, — С облегчением согласилась Нора, быстро чмокнув меня в щёку, что вызвало у меня приятное волнение. — Но мне это очень понравилось. Жаль, что нас прервали. Я была так увлечена моментом, что даже не заметила, как быстро всё произошло. — Возможно, так будет лучше, — Произнес я, стараясь подойти к ситуации с рассудительностью. — Нам стоит трезво оценить, что тут произошло, чтобы понять, как двигаться дальше. Может быть, нам не следовало переступать эту грань. — Наверное, ты прав, — Ответила она с заметным разочарованием в голосе, и я заметил, как её настроение немного потускнело. Мы вышли из кухни в обеденную комнату, где нас ждала задача накрыть на стол. Вскоре к нам присоединились девочки, и мы сели за ужин, впервые все вместе, но атмосфера казалась немного напряжённой. Пока девчонки с удовольствием уплетали суп, салат и бутерброды с чаем, я украдкой поглядывал на Нору: в её глазах чувствовалась лёгкая грусть, как будто она терзалась мыслями о том, что могло бы быть, если бы обстоятельства сложились иначе. Извини, Нора. Но, возможно, нам лучше оставить всё как есть, чтобы не усложнять наши отношения. Кроме того, я не могу обманывать Петру, потому что она заслуживает честности и открытости. Прости, что своим поцелуем дал тебе ложную надежду, даже не осознавая, насколько это может быть болезненно для тебя. Надеюсь, ты не будешь на меня сильно обижена и сможешь понять, что иногда лучше оставить чувства в стороне, чтобы сохранить нашу дружбу.

***

      Несколько часов спустя…       Я прогуливался по узким улицам дождливого и ночного Нью-Йорка, погружённый в свои запутанные и мрачные мысли. Каждый шаг по мокрой брусчатке напоминал мне о том, как порой сложно бывает разобраться в собственных чувствах. Оставаться в доме Норы после того, что между нами произошло, было для меня совершенно невозможно. Я не должен был её целовать; этот поступок только создал ложные надежды на какое-то будущее вместе, которое, как я теперь понимал, было лишь иллюзией. Я сам виноват в этой запутанной ситуации, и это осознание давило на меня, как тяжёлый дождь, который не прекращался всю ночь. Несмотря на настойчивые просьбы Норы и Габриэллы, которые с искренним беспокойством предлагали мне остаться у них на ночь, выделив для меня уютную свободную гостевую комнату и заверяя, что мне не стоит выходить на улицу в такой сильный дождь, я всё же принял решение, что будет лучше вернуться домой. Я чувствовал, как внутри меня нарастает неловкость от мысли провести ночь под одной крышей с Норой, ведь этот поцелуй, который произошёл между нами, всё ещё оставался свежим в моей памяти. Лучше оставить это воспоминание позади и не усложнять наши отношения, так будет лучше для нас обоих, позволяя нам сохранить ту дружбу, которая была до этого момента. Петра проводила меня до самой улицы, при этом искренне желая всего наилучшего и напоминая мне о том, чтобы я был осторожен по пути домой, ведь дорога могла таить в себе различные неожиданности. В конце нашего разговора она нежно чмокнула меня в щёчку. Прости меня, Петра, за те вещи, которые я творю за твоей спиной и которые не дают мне покоя. Я постоянно говорю тебе, как сильно тебя люблю, но при этом сам целую другую женщину на кухне, и эта двойственность моих чувств заставляет меня испытывать угрызения совести. Пока я прогуливался по улицам мегаполиса, наступила ночь, и, к сожалению, метро больше не работало. Дождь продолжал лить без остановки, создавая на асфальте лужи, в которых отражались тусклые огни фонарей и моё искажённое лицо. Придётся вызывать такси, что обойдётся в немалую сумму, и это меня слегка беспокоило. Я решил сначала дойти пешком до моста Куинсборо, а уже оттуда пытаться поймать такси, надеясь, что в этом районе будет больше возможностей. Но я не послушал Петру, которая предостерегала меня не идти по тёмным улицам, и всё же выбрал более короткий маршрут через подворотни, чтобы сократить расстояние и, возможно, избежать ненужных встреч… — Эй, красавчик, подожди! — Окликнули меня сзади трое незнакомок, и их голоса эхом отразились от стен близлежащих зданий. За мной следовала группа женщин с довольно угрюмым настроением, как только я оказался на плохо освещённой улице, где мрак казался особенно гнетущим. Они были в толстовках с капюшонами, куртках, а некоторые даже в масках, что добавляло атмосферу тревоги и неопределённости. Похоже, мне придётся удирать, не дожидаясь дальнейших действий с их стороны. Но впереди меня поджидали ещё пара женщин, перегородивших дорогу, их взгляды были полны намерений, и я понимал, что ситуация становится всё более опасной. Варианты сокращались, и каждый миг становился всё более критичным. Незнакомки окружили меня, заставляя меня отступить к стенке. — Серьёзно? Ладно, девочки, давайте так, я просто отдам вам свой кошелёк, а вы позволите мне уйти? Мне не нужны лишние неприятности. — Если начнётся драка, мне одному не справиться с шестью, и я прекрасно понимаю, что шансы не на моей стороне. В этом мире женщины не так уж и беззащитны, как в моём. Здесь они способны постоять за себя и могут оказаться достаточно сильными и смелыми, чтобы дать достойный отпор. — Ну что ты, парень. Мы не хотим грабить тебя. — Начала диалог со мной женщина брюнетка и с короткой стрижкой, в кожаной куртке и с татуировкой на шее, что стояла по центру и оценивающе рассматривала меня. — Мы просто хотим с тобой немного поразвлечься. — Извини, детка. У меня сегодня нет настроения. Я устал и хочу поскорее домой. — Отвечаю я ей нейтральным тоном, попутно оценивая ситуацию. Может мне прорваться и просто сбежать? — Это не проблема, красавчик. — С акульей улыбкой ответила она, доставая из нагрудного кармана шприц с каким-то веществом. — Как насчёт Халлекса? Эта штука мигом поднимет тебе настроение. И ты сразу передумаешь ехать домой. Так… Я так полагаю, меня хотят накачать наркотой, а затем устроить акт группового изнасилования. Чёрт, а я думал, что все эти страшные сказки про изнасилованных парней из газет никак не коснутся меня. — Простите, девочки, я химией не увлекаюсь. Предпочитаю заниматься этим на ясную голову. — Ничего. Один раз попробуешь и тебе захочется ещё. Взять его! Пятеро женщин тут же, всем скопом бросились на меня. Я смог отбиться от двух женщин, третьей сломать нос ударом колена, но остальные схватили меня за руки и впечатали в стену, попутно нанося мне удары в корпус. Как я и думал, они были сильные, их руки обхватили меня, не давая вырваться. Брюнетка с акульей улыбкой закрыла мой рот ладонью, не давая мне закричать, и воткнула шприц мне в шею. — Не волнуйся, красавчик. Это для твоего блага. — Произнесла она с ухмылкой, словно знала, что у меня нет выбора. — Скоро ты почувствуешь себя хорошо. — Добавила она, и в её голосе звучала какая-то зловещая уверенность. Она нажала на поршень, и я ощутил, как незнакомое вещество медленно проникает в мою кровь, расползаясь по венам, словно огненный поток. Через несколько мгновений мир вокруг начал вращаться, будто бы кто-то взял и перевернул его с ног на голову. Ноги стали подгибаться и слабеть, и я почувствовал, как внутри стало невыносимо жарко, словно меня бросило в огонь, а дыхание и пульс усилились так сильно, что я отчётливо стал слышать стук своего сердца. Нападавшая, которая ввела мне наркотик, впилась в меня губами, её дыхание было горячим и сладким. А затем она начала расстегивать мою куртку и залезла в мои штаны. Она явно наслаждалась этим моментом, как хищница, которая играет со своей жертвой. В то время как другие удерживали мои руки прижатыми к стене, не давая мне вырваться. Я с трудом осознал, что у меня нет ни сил, ни возможности сопротивляться. И с каждой секундой я начинаю терять самообладание. Что, черт возьми, они мне вкололи?       [Выстрел паутины] Я услышал столь знакомый и желанный звук. Только три знакомых мне супергероини могут это сделать с характерным звуком выстрела паутины. И я оказался прав. Шесть насильниц тут же отлетели назад, с помощью паутины, выдёргивая их от меня, как будто их привязали канатом к грузовику, и были протащены по земле, к Паучихе, что сейчас была на стене. Но из-за темноты и помутнённого зрения от наркотика, я не мог понять, кто именно пришёл ко мне на выручку. С трудом я смог удержаться на ногах, наблюдая, как Девушка-Паук приземляется на асфальт, вступая в драку с преступницами. И это было натуральным избиением младенцев. То, как Паучиха раскидывала этих преступниц с грацией и ловкостью, можно только в фильмах можно увидеть. Преступницы пытались её ударить, схватить, даже достали холодное оружие в виде ножей, но она быстро и ловко раскидывала их своими мощными ударами. Двое даже отлетели назад прямо в окна рядом со мной. А последнюю уцелевшую на ногах она подняла от земли, ударив ей по лицу, а затем бросила её, как мешок с картошкой. Я медленно приближаюсь к ней, чтобы узнать, кто это была? Петра, Гвен? — Эй! Постой! — Кричу я ей, последовав за ней. Это была явно Паучиха. Но из-за темноты улицы, я не увидел, кто это была на самом деле. Она обратила на меня взор и быстро скрылась, забежав за угол. Я последовал за ней, но быстро встретил тупик, а её самой нигде не было. Всё-таки скрылась. — Любишь ты попадать в беду, Кайл. — Услышал я голос позади себя. Я улыбнулся и обернулся, увидев Петру в столь знакомом красно-синем костюме Паука, что сейчас висела на паутине передо мной вверх ногами. — А тебе похоже нравится спасать меня. — Отвечаю я ей с улыбкой. — Иногда даже кажется, что ты мой паучий ангел-хранитель. — Я была здесь неподалёку. Ага, конечно. А по-моему ты с самого начала сопровождала меня, как только я покинул дом Норы Озборн. Ты так беспокоилась обо мне, что решила провести меня, чтобы убедиться, что я благополучно добрался домой? Как это мило, Петра. Только вот пришла бы ты на помощь чуток пораньше. — Ты… удивительная. — И очень милая, Петра. Как же я сейчас хочу тебя обнять и не отпускать. — Не все так считают. — И очень скромная в придачу. Как же я тебя люблю, Петра. Прямо сейчас бы сделал тебя женщиной. — Просто они все дураки. Но я то знаю, что ты хорошая. — Приятно это слышать, Кайл. И тут у меня в голову пришла идея. Сейчас мы одни, дождь, она висит вверх ногами передо мной. Просто идеальный момент, будто сама судьба дала эту возможность.       POV Петра Паркер. — Паучиха, могу ли я выразить тебе свою благодарность? — Произнес Кайл, медленно приближаясь ко мне, его шаги были осторожными, как будто он боялся, что может спугнуть ту атмосферу, что между нами возникла. Что же он задумал? Его руки коснулись моей маски, а взгляд, полный желания и восхищения, притягивал меня к нему, как магнит. — Хорошо. Я опустила голову, открывая шею, чувствуя, как расстояние сокращается между нами. Кайл осторожно проводил руками по моей маске, нащупывая её край, его прикосновения были мягкими, но в то же время полными решимости. Постепенно он снял половину маски, открыв мои губы, и с невероятной страстью и любовью поцеловал меня. Этот поцелуй был настоящим откровением, полным эмоций и нежности, и я поняла, что это… был лучший поцелуй в моей жизни, который оставил во мне ощущение тепла и невероятного восторга, как будто мир вокруг нас исчез, оставив только нас двоих. Святая Богиня, как же я мечтала об этом, чтобы Кайл меня поцеловал именно так, как сейчас. Так… жадно, так… страстно, словно он не может насытиться этим мгновением. Он буквально впился к моим губам. Это было гораздо лучше, чем наш предыдущий поцелуй в его комнате. Его горячие губы так плотно слились с моими, что я почувствовала, как трепещет всё моё тело от волнения. И мне совершенно не важно, что Кайл по сути целует Девушку-Паука, а не Петру Паркер, ведь в этот миг я чувствую себя настоящей, и это ощущение переполняет меня счастьем. Я рада, что это наконец-то произошло, что наши пути пересеклись в таком волнующем моменте. Однако… Кайл как-то слишком разошёлся. И с каждой секундой его поцелуй стал напоминать нечто большее, чем просто нежность. Страсть, возбуждение, возжелание. Он будто жаждет меня. Он пустил в ход свой язык, танцуя с моим в возбуждающем танце. Я чувствую, как его страсть растёт, и это одновременно возбуждает и пугает меня. Он обнял мою шею одной рукой, а другой блуждал по моему телу, пока Кайл не прикоснулся к моей груди, массируя их. — Кайл, что ты… Мм! Я с трудом оторвалась от его губ, чтобы остановить его словами, но он вновь впился в мои губы, не отпуская меня. А я… не могла ему сопротивляться. Мне было так хорошо от его поцелуя. От его ласки. Я сама начала медленно терять рассудок от его поцелуя. Я так мечтала об этом моменте. И вот он, наступил этот момент. Кайл целует меня, как я и хотела. Так лови момент и наслаждайся, Петра. Вот только… Кайл как-то чересчур возбудился, что было не свойственно ему. Он громко и жарко дышал, обжигая моё лицо, а я чувствовала, как сильно колотится его сердце. Он начал откровенно постанывать в мои губы, будто ему этот поцелуй приносил невероятный кайф. Крепко обнимал мою шею и массировал грудь. А потом он и вовсе начал облизывать мои губы и шею своим языком, от которого меня в дрожь бросило. — Паучиха, я больше не могу сдерживаться. Полетели ко мне. Я сделаю тебе приятно. — Томным голосом произнёс он, продолжая покрывать меня поцелуями. Что-то не так. Я, конечно, была безумно рада услышать от него такие слова. Но… Кайл бы никогда такое не сказал на трезвую голову или незнакомой девушке. Или может он и вправду так желает переспать с нами, с паучихами, как это было с Шёлк в тот день? Она тогда подробно рассказывала нам с Гвен, как она провела ту ночь с Кайлом. И от её рассказов у меня у самой появилось желание зайти к нему через окно, чтобы он повторил это и со мной. — Возьми меня. Я полностью твой. Свяжи меня своей паутиной. Сделай меня своим. — Продолжал Кайл, с возбуждением говоря мне в лицо, обжигая меня своим дыханием. Нет, с ним определенно что-то не в порядке. Он бы точно такое не сказал. Я спустилась на землю, обняв его за талию, а он, в свою очередь, схватил меня за шею, и мы прыгнули на крышу при помощи паутины. — Вау! Еху! — Пришёл в восторг Кайл, когда мы прыгнули вверх, забираясь на крышу. Когда мы оказались на крыше, оказавшись вдвоем, он снова начал лезть ко мне с поцелуями. Но я остановила его, удерживая за плечи. — Кайл, что это с тобой? Ты странно себя ведёшь.       James Horner — Rooftop Kiss Он всегда был робким и стеснительным в этом плане. Никогда не брал инициативу. А сколько раз он останавливал нас, пресекая все наши намёки, уже не пересчитать. Даже будучи пьяным он не пытался затащить меня к себе в постель, хотя и была такая возможность. И даже с Синди он сопротивлялся до последнего, если верить по её рассказу. А сейчас… он сам лезет ко мне, открыто намекая на то, чего он сейчас хочет. — Я… не знаю. — Произнёс он, тяжело дыша. — Но сейчас я точно знаю, чего я хочу. — Он взял мои руки и стянув с них перчатки, приложил к своему лицу, наслаждаясь от прикосновений моих ладоней. — Я хочу тебя, Паучиха. После этого он начал медленно и нежно ласкать и облизывать мои пальцы своим языком, словно исследуя каждую складочку и изгиб. Я невольно сглотнула, не в силах оторвать взгляда от этого зрелища, которое завораживало и одновременно вызывало во мне волну эмоций. Его лицо отражало выражение настоящего «Ахэгао», полное страсти и удовольствия, что только усиливало атмосферу. Затем, с мягкостью, он притянул мою другую руку к своей груди, позволяя мне почувствовать его тепло, и стал медленно, но уверенно вести её вниз, пока она не достигла его кожаных брюк, создавая напряжение между нами, которое было невыносимо сладким. — Нет, Кайл, что ты делаешь?! — Я отступила от него. Что с ним не так? Почему он ведёт себя так вызывающе? — Я устал ждать, детка. — Он начал медленно двигаться ко мне, снимая куртку. — Кайл, ты же промокнешь и заболеешь! — Воскликнула я, когда он сбросил куртку и остался в чёрной футболке. На улице всё ещё шёл дождь, и погода уже была холодной. — Моё тело пылает, милая. — Я продолжала отходить от него, пока не упёрлась в холодную стену, а Кайл медленно продолжал идти вперёд, смотря на меня с таким вожделением, что я невольно запаниковала. — Пожалуйста, не уходи от меня. Я так хочу твоей любви. Он подошёл максимально близко, а затем прижался ко мне всем своим телом, обжигая дыханием мою шею. Богиня, я сама с трудом сдерживаю себя, чтобы не наброситься на него. Блин, Петра, что ты стоишь как вкопанная? Просто возьми его уже. Он сам просится к тебе в руки, вот твой шанс. Ты ведь этого хотела, думая о нём во время мастурбации. Но с чего вдруг такие перемены? Почему Кайл так внезапно изменился? — Ты ведь тоже этого хочешь, я это вижу. — Произнес он у моего уха, его дыхание было горячим и манящим. — Не сдерживай себя. — Ах! — Не удержавшись, я издала стон, который вырвался из глубины души, полон желания и ожидания. Кайл положил руку на мой живот, и его прикосновение было нежным и уверенным, а затем он опустил её ниже, начиная с лёгкостью и игривостью касаться через костюм моего самого интимного места. Богиня, как же это приятно! Через костюм он начал играться со мной и проникать внутрь, растягивая ткань. Его прикосновения вызывали трепет и волну наслаждения. А я… я не в силах ему противостоять, словно его пальцы обладали магической силой, заставляющей меня хотеть большего. — Кайл, нам… нам нельзя. — Еле как произношу эти слова, продолжая постанывать от его пальцев между ног и поцелуев на моей шее. — Тогда почему ты сама двигаешь бёдрами навстречу моим пальцам, м? Я опустила взгляд и поняла, что он был прав. Я сама невольно начинаю двигаться в такт, навстречу к его пальцам. Богиня, что я творю? Неужели я сама от возбуждения теряю рассудок? А Кайл тем временем опустился вниз, встав передо мной на колени. — Паучиха, хочешь, я отлижу тебе, как это делал с Шёлк? — Сладким голосом произнёс он, продолжая дразнить меня внизу, пока не нащупал скрытую молнию от моей нижней части костюма. Не успела я понять, что произошло, как он резко снял с меня трико вместе с моими трусиками и впился губами в мою киску. — АХ! Нет, Кайл! Не надо! А-ах! — Говорю я ему, закинув голову назад от внезапно нахлынувшего удовольствия, при этом сама схватилась за его волосы на затылке, чтобы он продолжал меня ласкать своим горячим языком. Я точно схожу с ума. Говорю ему нет, а сама наслаждаюсь и издаю стоны от его ласк. Так вот что чувствовала Синди в ту ночь с ним. Это… это гораздо лучше, чем играться с собой своими пальчиками. — Кайл! Мм! — Я вновь начала стонать, закусив свой рот кулаком. Это неправильно. Мы не должны этого делать. Я должна остановить его. Должна! Но… я не могу. Я не хочу, чтобы это прекращалось. Мне сейчас так хорошо. Так приятно, что хочется отдаться ему полностью. Я невольно сняла трико со своей правой ноги и, закинув её ему на плечи, прижала ей его голову к своему горячему, влажному лону. А он руками схватил меня за мои ягодицы и сам еще сильнее прижался к моим мокрым губам. — Кайл! Кайл! Мои ноги начали подкашиваться. Я лишь могла смотреть и чувствовать, как Кайл целует мои нижние губы, глубоко проникая внутрь меня своим горячим языком. И то, с каким выражением лица он это делает… как он смотрит на меня… это невозможно передать словами. Как будто он сам испытывает полнейший экстаз от этого процесса, словно попробовал что-то невероятно сладкое и не может оторваться. Кроме того, от него буквально исходил пар, как будто он только что вышел из сауны прямо на улицу. От удовольствия я закатила глаза и не заметила, как он поднялся с колен и впился со мной в поцелуй, а его горячие пальцы теперь исследовали мою внутреннюю богиню, постепенно ускоряя процесс. — Я не в силах оторваться от тебя. — Произносит он, облизывая мою щёку. — И не надо. — Отвечаю я, беря его вторую руку и опустив на свою грудь, сжимая её. Кайл уловил намёк и начал играться с моей грудью, вновь целуя меня с языком. Я окончательно сдалась. Голова уже совсем не соображает. Остались только животные инстинкты. Кайл, целует, массирует грудь и играется с моей киской пальцами. Пусть он делает со мной всё что хочет, я полностью ему доверяю. В его руках я чувствую себя любимой и желанной. Он шепчет мне на ухо нежные слова, которые успокаивают меня и наполняют сердце теплом. В этот момент я понимаю, что именно с этим человеком я хочу провести всю свою жизнь. — Я так мечтал сделать это с тобой, когда впервые увидел тебя. — Я… я тоже! Кайл! Кайл!!! О-ах! — Я не сдержалась и резко обняла его, продолжая стонать и дёргаться в конвульсиях. Я… я испытала настоящий оргазм от его пальцев, и это было невероятно. Даже в те дни, когда я только начинала исследовать своё тело и открывать для себя мир наслаждений через мастурбацию, я не испытывала настолько яркие эмоции, как это было сейчас, когда я была рядом с ним. Его страстные и уверенные движения заставляли меня чувствовать себя живой, и я испытывала совершенно новые ощущения, которые наполняли меня радостью и счастьем. Какой же он тёплый. Несмотря на то, что он до нитки промок из-за прохладного дождя, в его объятьях я чувствую настоящий жар. Я прижимаюсь к нему сильнее, впитывая его тепло, его дыхание, его сердцебиение. В его объятьях я забываю обо всём: о дожде, о промозглой погоде, о проблемах, которые ждут меня за пределами этого момента. Его губы касаются моих, и мир вокруг исчезает. В этом поцелуе — всё: страсть, любовь, желание быть рядом. — Паучиха. — Он взял меня за подбородок, заставляя смотреть ему в глаза. — Я больше не могу. Давай займёмся сексом. Как же я хотела услышать эти слова. Но… В этот момент я осознала, что с ним было что-то не так, когда взглянула в его глаза. Его зрачки были необычно расширены, словно он находится под воздействием наркотиков, что и вызывало во мне тревогу. Это было так непривычно и даже пугающе, ведь я знала его достаточно хорошо, чтобы понимать, что его состояние не соответствует обычному. А его поведение казалось странным и неадекватным, как будто у него сняли ограничения, и теперь он более спонтанен и импульсивен, чем когда-либо. Он двигался неестественно, его поведение было вызывающим, сам он начал с трудом стоять на ногах, и в целом складывалось впечатление, что он потерял контроль над собой. А ещё я заметила след укола на его шее. — Кайл, эти шмары что-то вкололи в тебя? — Я взялась за его голову, рассматривая зрачки. Нет, он определённо под кайфом. — Да какая разница. Лучше трахни меня уже наконец. — Он вновь жадно впился в мои губы, кладя руки на мои ягодицы. — Нет! — Я слегка отталкиваю его от себя, а затем связываю его руки паутиной, попутно надевая нижнее трико обратно. Чёрт возьми, какая же я дура! Должна была догадаться, что с ним что-то не так. Он же сейчас под кайфом, а я нагло этим пользовалась. Позор тебе, Петра! — Оу! Всё таки тебе нравится такое, да? Ну раз так… — Он встал на колени и поднял руки перед собой, продолжая смотреть на меня вызывающий взглядом. Словно изображая пленника. — Тогда свяжи меня, Паучиха. Накажи. Да пожёстче со мной. Я сегодня был очень плохим мальчиком. — Господи, хватит! — Я стреляю паутиной ему в рот, чтобы он замолчал. А затем связываю ему ноги. Нужно срочно ввести его в больницу, пока он ещё что не выкинул.

***

       Центральная больница. Некоторое время спустя… — Паучиха, не уходи от меня. Нам ведь так было хорошо вместе. Стоило только зайти в больницу и развязать Кайла, как он вновь начал приставать ко мне, но уже на глазах перед врачами и некоторыми пациентами в приёмной. Богиня, как же неловко перед всеми. — Врача срочно! Скорее! — Кричу я в приёмной. И через некоторое время ко мне подбежал один из интернов. — На него напали бандитки и накачали каким-то наркотиком. Нужно скорее откачать его и провести детоксикацию! Интерн подошла к Кайлу с намерением проверить его зрачки и подтвердить мои слова. Она остановилась на небольшом расстоянии, внимательно глядя на его лицо. Кайл заметил её и сразу же начал проявлять интерес. Он сделал шаг вперёд, сокращая дистанцию, и положил руку ей на талию. Его прикосновение было неожиданным и вызывающим, но интерн не дрогнула. — Эй, милашка, не хочешь с нами тройничок? — Произнёс он с ухмылкой, слегка наклонив голову. Его голос звучал уверенно и провокационно. Боже, Кайл, как ты можешь такое говорить ей? — Зрачки увеличены. Наблюдается интенсивное потоотделение и высокая температура. Ситуация серьёзная. Уложите его на кушетку. Фил, зови сюда доктора Палмер. И подготовьте оборудование для детоксикации! Я же взяла Кайла на руки и уложила на кушетку, еле как отрываясь от него, ведь он никак не хотел меня отпускать. Господи, за что мне такое испытание? Я искренне считала, что он внезапно осмелел и действительно хотел меня как женщину. И мне было так хорошо, когда он ласкал меня, там внизу. Но всё это оказалось из-за действия наркотика. И я не могла просто в наглую пользоваться его состоянием. Меня потом совесть будет мучить угрызениями до конца дней. — Всё будет хорошо, Кайл. Медики тебе помогут. — Говорю я ему, положив его на кушетку и разрываю объятья. — Паучиха, не уходи. Забери меня к себе. Обещаю, я буду очень послушным мальчиком. — Нет, Кайл. Ты не в себе. Обещаю, я вернусь за тобой. После этого Кайла увезли вглубь больницы под сопровождением врачей. А мне ничего не оставалось, как стремительно покинуть больницу, под заинтересованные взгляды сотрудников. Пока я летела по городу, в моей голове крутились мысли о произошедшем. Хвала Богине за то, что смогла вовремя заметить это. Если бы я не остановила его, не обратила внимание на его расширенные зрачки и провокационное поведение, страшно представить, что бы мы могли вытворять на крыше. Возможно, я бы впервые занялась с ним любовью. И как же, чёрт возьми, обидно, что это был результат воздействия наркотика, а не его настоящие чувства. Хотя, возможно, именно наркотик стал тем толчком, который снял с его моральный барьер. Но всё равно это неправильно. Я надеюсь, что когда он придёт в себя, он не будет винить себя за то, что случилось, и не станет обвинять меня за то, что воспользовалась его состоянием, пусть даже и без злого умысла. Ох, как бы мне хотелось, чтобы он просто забыл всё то, что случилось на крыше. А если он всё же будет помнить ту сцену, как он отреагирует, когда я снова встречу его в образе Паучихи? Хотелось бы мне знать. Но одно знаю точно. Кайл был невероятен. И как же мне хочется повторить это с ним как можно скорее. А может… мне плюнуть на закон штата и заняться любовью с Кайлом в шестнадцать? Как он на это отреагирует? Скорее всего он мне скажет нет, раз он даже Фелиции отказал. Ещё как назло внутри меня всё пылает после его ласк. — Какой же ты злодей, Кайл. Оставил меня неудовлетворённой. Нужно как-то успокоиться и привести мысли в порядок. И надеяться, что с Кайлом будет всё в порядке. Завтра я обязательно загляну к нему, чтобы поддержать его и узнать, как он себя чувствует. — Жди меня, Кайл.