Краски поблёкнут, а город умрёт

      Высокие многоэтажные здания и весь городской утренний гомон остались где-то там позади, уступая место скромным пяти-четырёхэтажкам и большому количеству растительности. Вот они, жилые кварталы, которые по обычаю располагаются на самом краю города, но бывают и такие, которые недалеко от центра, но там не так спокойно, как тут. Движение транспорта здесь поспокойнее, а о пробках и речи идти не может.       Здесь есть всё, что хочешь: магазинчики, аптеки, кафе, школы. Здесь и людей не так уж и много, из-за чего окраинные жилые кварталы не назовёшь «человеческими муравейниками».       Паркуя машину возле одного из небольших продуктовых магазинов, Никита выходит из неё и, открывая правую первую дверь, легонько толкает друга в плечо.       — Эй, «мистер я выспался», просыпайся, приехали.       Улыбаясь под маской, произносит Берг.       Сонно открывая глаза, Давид поворачивает голову в сторону друга.       — Что, уже приехали?       — Ага, давай выходи, нам ещё пройтись надо, говорит парень с гетерохромией, отходя от своей машины и разминаясь на свежем воздухе.       Роменский тоже выходит из машины, закрывая за собой дверь.       — И куда идти, Никит? — спрашивает он, подойдя к полублондину, который уже изучал электронную карту этих кварталов.       — Судя по геометке, мы сейчас находимся на квартале Левского, а «логово» этого шамана находится на квартале Вишневской, это если я не ошибаюсь, на несколько секунд замолчав и смотря по сторонам, вроде как сравнивая местность с картой, Никита добавляет. — Нам надо пройтись вниз и пройти один квартал, там уже и будет этот Вишневский.       — Ну тогда пошли? — уточняет шатен, видя лёгкое сомнение в маршруте, читаемое по лицу друга.       — Да, давай я пойду вперёд, ориентируясь по карте, — говорит Берг и начинает идти вперёд, спускаясь вниз по улице, проходящей вдоль нескольких кварталов.       Спустя некоторое время он останавливается, смотря на пятиэтажное здание времён ещё Советского Союза.       — Это то здание, где живёт шаман? — удивлённо спрашивает кареглазый, смотря на самые верхние окна.       — Выходит, что да, дом одиннадцать, расположенный между домом один и пятнадцать, а все остальные находятся вообще далеко от них… — вздыхает Никита, поднимаясь по нескольким бетонным ступеням, которые уже частично превратились в пыль так, что начал выступать ржавый железный каркас.       — Ну у них и планировка здесь, — недовольно пробормотал Давид, поднимаясь вслед за другом.       Да, видимо, тот, кто планировал размещение зданий, явно был тем, у кого руки не оттуда росли, или же он, попросту, считать не умел. Нет, ну это надо же, чтобы первым со стороны улицы было здание под номером семь вместо номера один, а номер один вместе с другими несколькими номерами вообще оказался построен отдельно от других зданий в этом квартале, находясь на небольшом пригорке. Складывалось ощущение, что кто-то просто так натыкал туда жилых зданий, не заморачиваясь с порядком номеров…       Набрав номер нужной квартиры, Никита позвонил в домофон, в то время как Давид стоял рядом с ним, прислонившись плечом к шершавой стене.       — Утро доброе, к кому пожаловали, молодой человек? К людям, аль хотите проникнуть в неисследованный потусторонний мир? — звучит загадочный голос из домофона.       — Здравствуйте, а вы — это Эллинс Розд? — спрашивает Берг.       Эллинс Розд — это, возможно, не настоящее имя шамана, а его псевдоним, по крайней мере, истинное своё имя он не раскрывал никому. Также некоторые считают, что это его имя в потусторонних мирах и именно так к нему обращаются все духи, призраки и другие существа.       — Просто Элл, всё верно, вам с вашим другом нужна помощь, не так ли? — таким же загадочным и немного гипнотическим голосом спрашивает шаман.       Парни переглянулись. Повисло минутное молчание.       — Да, а вы можете впустить нас? — спрашивает полублондин, смотря на домофон.       — Конечно, квартира номер тридцать, четвёртый этаж, не заблудитесь, — сказал шаман, и в ту же секунду тяжёлая железная дверь, проскрипев, открылась.       — Пойдём! — сопровождая фразу жестом, гетерохромный парень заходит вместе с другом в старый, потрёпанный временем подъезд.       Поднимаясь по лестнице на четвёртый этаж, они без проблем нашли нужную квартиру и только хотели постучаться, как дверь открылась. На пороге стоял мужчина лет сорока. Высокий, с небольшой тёмной бородой и тёмными не слишком длинными волосами. Он был одет в обычную одежду, только на шее висел какой-то громоздкий амулет в виде непонятного символа.       — Вы и есть тот самый знаменитый шаман в этом городе? — засомневался Роменский, смотря на внешний вид мужчины.       Он ожидал увидеть какого-нибудь довольно пожилого мужчину с длинной бородой, одетого в шкуры и мантии, и с непонятными рисунками на лице, а здесь довольно обычный человек.       — Да, не сомневайтесь, Давид, разве так важно, как внешне выглядит шаман? Главное, что он может, проходите, — шаман отходит в сторону, пропуская парней в свою квартиру.       — Попрошу снять свою верхнюю одежду и надеть бахилы, после прямо по коридору, третья комната, — сказал мужчина и покинул друзей, направившись в ту комнату, которую назвал.       Парни начали снимать куртки.       — Никита, — тихо шепнул другу шатен.       — Что? — спрашивает названный, отвлёкшись.       — Тебе не кажется, что мы куда-то не туда с тобой попали? — поглядывая на дверь впереди, настороженно спрашивает кареглазый.       — Если честно, кажется, но он явно знает, зачем мы здесь, и, между прочим, знает твоё имя, — надевая бахилы, отвечает Никита.       Тот факт, что этот неизвестный мужчина действительно знает имя Роменского, поставил его в ступор.       Надев бахилы, друзья подошли к третьей двери и осторожно открыли её.       Пред ними предстала довольно просторная комната: в центре стоял большой стол с бархатной скатертью цвета красного вина, а вокруг стола расположились обычные стулья. На полках, прикреплённых к стенам, горели свечи в подсвечниках. Длинные чёрные шторы скрывали за собой окна, поэтому в комнате царила темнота, а свет исходил лишь от горящих свечей. На полу было начерчено что-то вроде странного круга, окружающего стол и стулья. С потолка свисали разные непонятные племенные штуки, напоминающие ловушки для призраков. А на стенах были развешаны пучки разных трав.       Во главе стола сидел тот самый шаман, но только в другом обличии, на нём была длинная красно-чёрная мантия и всё тот же массивный амулет, а на лице было несколько странных рисунков, видимо, руны.       — Проходите, садитесь, чувствуйте себя комфортно и благополучно, — заметив замешкавшихся в двери парней, произносит своим всё тем же загадочным голосом Элл.       — Никита, мне не по себе от его голоса, — шепнул Давид.       — Да и мне тоже, — также шёпотом ответил Берг.       Но они всё-таки зашли в комнату и сели напротив шамана.       — А сейчас давайте вы сами, Давид и Никита, расскажите, что привело вас ко мне, — говорит шаман, внимательно смотря парням в глаза.       Складывалось ощущение, что они находятся на допросе, а шаман — это злой полицейский. Свечи тихо потрескивали, и от них вверх тянулись еле заметные струйки дыма. В комнате пахло какими-то благовониями и разными травами.       Полублондин, как тот, кто в принципе стал инициатором визита сюда, начал объяснять цель:       — Существует одно необычное существо, мы знаем лишь, как оно выглядит и что может делать, и больше ничего, ни названия, ни что оно такое в принципе, нам бы очень хотелось знать, что, точнее, кто оно.       — Опишите мне его, — как будто приказным тоном говорит Розд, сложив руки домиком.       — По телосложению выглядит как человек, одет в светлую одежду, испачканную красными пятнами, некоторые из них похожи на сердечки, за спиной два серых больших крыла, на глазах бинт, а на руках длинные когти, и ещё в его глазу видно бьющееся сердце, а своим взглядом он может удушать. Нападает на людей, вскрывает грудные клетки, вынимает сердца, которые потом съедает, а рёбра «выворачивает» в другую сторону, имитируя древнюю пытку — «Кровавый орёл», — полностью описав существо, парень заметил, как Элл напрягся.       — Одну минуту, — сказал он и встал из-за стола, направившись к двери, выходя из комнаты и оставляя друзей в одиночестве и в полной тишине, нарушаемой тихим треском свечей.       Через пару минут шаман вернулся с пожелтевшим свитком, кажется, папирусом в руках и, развернув, положил его на стол, придавив края какими-то мешочками, чтобы они не сворачивались.       В полной тишине он изучал древние письмена, а после высказал всё как есть:       — Ох, ребята, то, с чем столкнулся наш город и, собственно, вы, это очень могущественное и злое существо. Говорят, оно зародилось ещё до Рождества Христова и ранее было обычным человеком, которому разбили сердце. Он влюбился в девушку, но та отвергла его любовь, растоптала алый цветок розы. В письменах сказано, что на следующий день он спрыгнул с утёса, прямо на острые камни и промучился там семь дней, а после явилось оно… Воистину могучее существо. После момента своей гибели, а умер он четырнадцатого февраля по нашим меркам, он вернулся туда, где жила его возлюбленная, и начал убивать каждого, кто кого-либо ненавидел, и каждого, кто отверг чью-то любовь, и тех, кто никого не любит. Он носит повязку на глазах потому, что внутри них ещё осталась искра любви, но он её скрывает. В нынешнее время это существо можно призвать, если допустить ошибку в одном ритуале, проводимом за неделю до Дня всех влюблённых. Если кто-то совершает ошибку, то оно высвобождается и начинает убивать всех, кто никого не любит, кто отвергает любовь. Не убивает он лишь тех, кто искренне влюблён и в кого влюблены в ответ. Но это всё мелочи. В день Икс — четырнадцатого февраля, если не отправить своей второй половинке валентинку, оно обязательно явится и убьёт каждого, кто этого не сделал. Его называют «Пожиратель сердец». Тех, кто увидит его глаза, тех будет подстерегает смерть, если им никто не отправит валентинку. Но оно всегда стирает память тем, кого временно оставляет в живых до четырнадцатого февраля. А имя ему Вэрлен, — после слов шамана за окном что-то громыхнуло, словно раскат грома.       Но вот незадача, на улице-то не весна.       Парни вздрогнули от неожиданности, но мужчина был спокоен.       Внезапно прозвучал звук уведомления, пришедшего на телефон Берга, включая его, парень видит оповещение об экстренной ситуации.       — Это ещё что? — заглядывая в телефон друга через его плечо, спрашивает Давид.       — Тут написано, что в городе экстренная ситуация, за день опустело три двенадцатиэтажных здания в центре города. Всех жильцов убили, — шокировано отвечает Никита, выключая телефон.       — Но… — Роменский хотел что-то спросить, как вдруг шаман прервал его, до этого делая вид, словно и не слышал ни о каком оповещении.       — Чувствую, что один из вас уже пережил встречу с существом, — внезапно произносит он и останавливает свой взгляд на кареглазом.       Из-за чего всё внутри парня перевернулось.       — Дайте свою руку, Давид, — произносит он монотонно, ожидая, когда это выполнят.       Шатен скосил взгляд на Никиту, который внимательно наблюдал за всем происходящим. Выдохнув, Роменский несмело протянул правую руку, как вдруг его сильно схватили и сжали за запястье аж до посинения.       — Ай, вы что творите! — он пытался вырвать руку из мёртвой хватки, но ничего не вышло, в ответ её лишь сильнее сжали.       Элл молчал, всё сильнее сжимая руку.       Внезапно Давид почувствовал, как у него закружилась голова, а вены внутри руки начали ужасно печь, словно их изнутри прожигало сильное пламя. Вены набухли и сильно выступили на правой руке, казалось, ещё немного, и они лопнут.       — Отпустите его руку! — зло говорит Никита, подскакивая со стула и вырывая руку своего друга из хватки шамана, на что тот лишь удивлённо похлопал глазами.       — Я всего лишь хотел узнать, по какой причине ваш друг выжил и что-то помнит.       — Вы что, не видите, что ему плохо, пойдём, Давид, мы уходим отсюда и больше не вернёмся, — говорит полублондин, поворачиваясь уже в сторону кареглазого.       Как только руку Давида вырвали из цепких рук Элла, он сразу же пришёл в себя.       Аккуратно охватывая Роменского за запястье левой руки, Берг выводит его из комнаты, а после и из квартиры странного шамана.       — Ошибаетесь, молодые люди, моя помощь вам ещё понадобится. Хм, так вот какая она, неординарная причина, — усмехается шаман, смотря вслед злому гетерохромному парню. — Даже не дали подпитаться немного своей энергией, я же тоже должен как-то жить. Надо было у другого её высосать, — вздыхает шаман, задувая свечи.

***

      Дом номер одиннадцать уже давно остался где-то там позади. Небо было светло-серым, пасмурным. Холодный зимний ветер завывал в нитях проводов. Вдалеке слышался гул машин и шум живущего своей жизнью города.       — Никит, ты можешь подбросить меня к моему дому? — усталым голосом интересуется шатен.       После визита к шаману он стал выглядеть более вялым.       — Да, могу, но ты уверен? Мало ли что может случиться, тем более оно уже начало убивать людей в жилых зданиях, — замявшись, Берг повернул голову к другу.       — Я знаю, но я тебя уверяю, со мной ничего не случится, — искренне пытаясь поверить в свои же слова, отвечает друг, в душе твёрдо зная, что за ним придут. — Между прочим, ты тоже в многоэтажке живёшь, так что шансы у нас равны, — вздыхает он.       Ничего не ответив, Никита заводит машину.