Краски поблёкнут, а город умрёт

102030 год

      — Мам! Мама, смотри какой красивый камушек я нашла! — выкрикнула маленькая девочка, одетая в красивое голубое платье.       Ветер нежно игрался её короткими чёрными волосами, а лучи бледного солнца посылали на них еле заметные блики. Она держала в маленькой ручке небольшой тёмно-синий камушек с бежевыми разводами.       — Ого, я раньше таких не видела, — восхищается женщина лет тридцати, опустившаяся на корточки рядом с дочкой и взявшая в свою руку камушек, который неожиданно вспыхнул ярко-красным цветом. — Странный какой-то, — произнесла она, отдавая предмет дочери. — Давай, Эряна, нам пора возвращаться домой, — дополняет она, кинув мимолётный взгляд на белые небоскрёбы, выстроенные стеной всего в тридцати метрах от пляжа.       Беря девочку за ручку, мать повела её вперёд, вдоль линии воды. По морской глади ходили маленькие волны, и морская бирюзовая вода то заглатывала часть суши, то отступала назад, оставляя за собой пену и вынесенные на берег мелкие ракушки.       Маленький камушек начал трескаться в ладошке девочки, и она завороженно смотрела на это. В её тёмных глазах сверкало удивление. Из щелей начал лить красный свет, и вдруг произошла яркая красная вспышка, которая, кажется, ослепила всех людей в мире

***

      — Ну вот, я так и знал, что это рано или поздно случится, — звонко засмеялся парень, зачёсывая назад двухцветные волосы.       — Да… Прошло так много лет. Человечество уже столько от всего умирало… Что там было первым? — другой парень поворачивает голову в сторону первого, с улыбкой смотря на него.       — Ну, вроде Солнце взорвалось, — задумчиво произносит парень с красивыми двухцветными волосами, которые блестели в последних, быстро угасающих лучах солнца.       Небесное светило затягивали собой тяжёлые серые тучи, предвещая бурю.       — Не-а, это было во второй раз, а в первый радиация.       — Да, точно, а теперь человечество вымрет из-за Пожирателя сердец, — слышится слегка тяжёлый выдох.       — А после эволюция запустится по-новому. Когда-то один человек сказал, что ничто не бывает бесконечно, — лёгкая ухмылка коснулась губ парня, и он прищурил карие глаза, кажущиеся глубокими тёмными омутами в полумраке комнаты, задумавшись на мгновение. — Вот как раз-таки это и бывает бесконечным. Сколько бы не вымирало человечество, не уничтожалась планета, солнечная система, галактика и всё остальное, рано или поздно это всё снова создаётся.       — И подумать только, раньше ты боялся, что все люди умрут, — перебил его собеседник, произнеся фразу немного безэмоционально.       — А сейчас не боюсь. Раньше и ты боялся меня потерять, — спокойная улыбка продолжает сиять на его губах.       Ветер лихо завывал за окном, быстро гнал чёрные тучи по небу, срывал листья с деревьев, норовясь сдуть высокие белые небоскребы. Эх, раньше на этом месте был Нижнекарск, а сейчас какой-то Фалэс, с одинаковыми безликими зданиями и лишь несколькими полностью стеклянными высотками. Жизнь здесь не чувствовалась, было скучно, одиноко, ведь люди, имея невероятные технологии, редко покидали свои квартиры.       — А сейчас не боюсь, Ромашка, — первый парень прижимает к себе второго, нежно улыбаясь и перебирая его мягкие кудри каштанового цвета. — Ведь я не чувствую больше ничего к тебе, — улыбка спала с его лица.       Внутри не было чувств: ни положительных, ни отрицательных к рядом сидящему человеку.       — Я тоже, — с грустью отвечает шатен, заглядывая в пустые гетерохромные глаза. — Такое ощущение, словно нам вырезали сердца, я не чувствую, чтобы оно билось, — он прикладывает свою ладонь к левой части грудной клетки знакомого для себя человека.       — Прошло так много лет… Ты хотя бы помнишь, что было раньше между нами? — сжимая чужую и холодную как лёд руку, парень с двухцветными волосами отодвигает её от себя.       — Этого не забыть, хотелось бы мне снова увидеть в твоих глазах тот влюблённый блеск, а не эту пустоту, — вздыхает кареглазый, отодвигаясь немного в сторону от другого парня, складывалось ощущение, что с его глаз вот-вот потекут слёзы боли и печали, но этого не случилось.       — Я так же хочу почувствовать это великолепное чувство… Но я знаю, оно всё ещё живёт глубоко внутри нас. Его нужно лишь снова разжечь… — имели ли его слова смысл или были отчаянным бредом — неизвестно.       Но парень с гетерохромией всё равно твёрдо верил, что всё возможно…

***

      Нетрудно догадаться, кто эти двое. Вы все прекрасно знаете их. Но как это? Почему они живы? А кто это сказал? Нет, они и не мертвы, и не живы, но они и не призраки. Люди их видят, но при этом у них двоих нет ни пульса, ни сердцебиения. Они могут ходить сквозь стены, но при этом они не прозрачны.       Видимо, это всё-таки побочный эффект от когда-то доставшихся им сил. Вот только загвоздка, они никогда не смогут умереть и будут всегда видеть и помнить все эволюции планеты Земля…       Больше ста тысяч лет они не могли любить друг друга — не это ли страдание? Возможно, всё ещё в их руках, но сто процентного шанса на возвращения былых трепетных чувств у них нет… Они узники собственных воспоминаний о былом, пленники обстоятельств… Может, не стоило тогда изгонять Вэрлена? Может, стоило принять свою участь и всё время бегать и прятаться от крылатого монстра, который будет стремиться убить каждого, находя новые уловки. Или же стоило вообще не влюбляться?!       Всё-таки финал остаётся счастливым, с намёком на вечные страдания, попробуйте понаблюдать за тем, как каждый раз планета буквально создаётся из пепла, а потом вновь превращается в него, спустя время… Попробуйте так много лет провести с человеком, которого любили когда-то очень давно, но неизвестный барьер не даёт влюбиться снова.       Было бы лучше, чтобы никто не знал продолжения, но это был бы грех, если бы автор не рассказал, вам, эту историю до конца, пусть и с промежутком в огромное количество лет. Не всегда счастливый конец настолько счастлив, как может показаться.

      Люди, любите своих вторых половинок всегда, чтобы не происходило, любите до потери пульса!..