Я нуждаюсь в тебе,как в сломанной ноге

Он смотрел на парня напротив него, который собирался застрелиться, и решил, что нет, он не хочет этого. Вербовщик всё ещё мог быть полезен, его смерть сейчас - бесполезная трата. Даже несмотря на ненависть к нему, он должен остановить его. Он просто отказывается дать ему умереть после трех лет его поиска. Всему виной эта чертова игра. Смерть была бы слишком сладкой для него, как способ сбежать от ответственности. Улыбка пропадёт с его лица, но не потому что он будет мертв. О нет, он будет живее всех живых. Он собирался дать ему попробовать свое же собственное лекарство. И вот, прежде чем Вербовщик успел нажать на курок, Ги Хун поднял руку в жесте остановки. Мужчина в костюме замер, приподняв бровь. «Что, если я предложу тебе другую сделку?» — спросил Ги Хун. Мужчина нахмурился, в его глазах мелькнул интерес. «Сделка...?» — медленно повторил он. Ги Хун кивнул, его лицо было серьезным. Он понимал, что то, что он собирался сделать, может не сработать. Что этот человек может внезапно решить нажать на курок, застрелив либо себя, либо Ги Хуна. Может быть, он умрет через несколько секунд. Но он должен был попытаться. «Я сохраню тебе жизнь прямо сейчас, и ты не будешь нажимать на курок, но взамен ты должен будешь участвовать со мной в играх», — объявил он. Вербовщик моргнул, а затем расхохотался. Он направил пистолет на Ги Хуна и улыбнулся. Мужчина напрягся, его дыхание сбилось. Он старался не выглядеть нервным, как человек ожидающий смерти. «Ты хочешь, чтобы я был игроком с тобой? Это и есть твоя сделка? Что ты с этого выиграешь?», — предъявил он, усмехаясь. И Ги Хун полагал, что он не мог винить его за то, что он не воспринимал его всерьез. Если бы кто-то другой предложил ему эту сделку, он, вероятно, рассмеялся. «Я хочу, чтобы ты прошёл через то же, что и те люди, которым ты даёшь визитки. Чтобы ты понял, что им пришлось пережить. Ты будешь моим шпионом, моим союзником. Ты — мой лучший шанс встретиться с Ведущим», — спокойно объяснил он. В конце концов, он был в контакте со своим врагом. Было бы полезно иметь кого-то, кто поможет ему в игре, особенно если что-то пойдет не так. Но это была ставка пятьдесят на пятьдесят. Потому что он не мог быть уверен, что этот парень не предаст его. Ги Хун был готов пойти на риск. Он так хотел положить конец играм, что был готов на всё. Если он умрет из-за того, что доверился не тому человеку, значит, это его судьба. Он не боялся своей смерти, его больше волновали жизни сотен незнакомых ему людей. И если бы он умер сразу после остановки игр, то умер бы без каких-либо сожалений. «И с чего ты решил, что это сработает? С чего ты решил, что мне позволят участвовать?» — парировал он. Ги Хун вздохнул и закатил глаза. Он не идиот. «Работники не знают твоего лица, ты просто никто среди всех таких же вербовщиков, как ты. Ты можешь легко притвориться одним из участников, и никто не заметит», — пояснил он. Он был почти уверен, что розовые солдаты менялись в каждой новой игре. Единственными оставшимися людьми, которые работали над играми, были, вероятно, вербовщики и Фронтмен. Даже создатель игр, должно быть, сменился, поскольку предыдущий умер три года назад. «Откуда ты это знаешь?»— спросил мужчина, прищурившись. Весы изменились, теперь Ги Хун был в позиции силы. «Простая дедукция»— ответил он, пожав плечами. Он мог ошибаться, но парень просто подтвердил его теории. Мужчина устал от того, что его принимали за идиота, будто он ничего не сделал за прошедшие три года. Ги Хун исследовал, изучал несколько предметов, особенно те, которые помогли бы для спасения чьей либо жизни. Он тренировался, чтобы быть более выносливым и сильным. Хотя в пятьдесят один год у него были свои пределы, на этот раз он чувствовал себя готовым и верил в себя. Вербовщик усмехнулся. «Ты очень изменился с тех пор, как я тебя в последний раз видел. Хорошо, я принимаю твоё предложение. Развлеки меня, игрок», — согласился он с озорным тоном. Ги Хун уставился на него. «Это не игра, на кону стоят жизни людей» — ругался он. Молодой человек поднял бровь. «Нет? Я думал, что все дело в играх», — ответил он с фальшивой невинной улыбкой. Боже, Ги Хун уже пожалел о своем решении. Мужчина уже действовал ему на нервы. «Не играй со мной в умного», — простонал он. «В любом случае, как мне тебя называть?» Было бы лучше, если бы у него было имя, чтобы не называть его каждый раз Вербовщиком. Их быстро раскроют, если он продолжит называть его так. Сначала он, казалось, колебался с ответом, слегка надув губы. Он обвел взглядом все вокруг, словно проверяя, не подглядывает ли за ними кто-нибудь. Потом он наклонился к Ги Хуну и протянул руку. «Приятно познакомиться, я Джун Со», — представился он. Ги Хун пожал ему руку и кивнул. Он понятия не имел, настоящее ли это имя человека, и, честно говоря, ему было все равно. Лишь бы у него был способ его называть. Он встал, вытирая пот с рук о джинсы. «Ги Хун», – начал Джун Со, но затем остановился. «Могу ли я называть тебя так?» – просил он. Мужчина взглянул на него. «Нет» — коротко ответил он. Джун Со встал с улыбкой, поправляя костюм. «Ги Хун, что нам теперь делать?» — спросил он, игнорируя отказ мужчины. Мужчина вздохнул, ущипнув нос пальцем. Его новый союзник вёл себя как ребёнок, хотя ему, должно быть, было не меньше пятидесяти пяти. Он очень надеялся, что тот не будет вести себя так каждый раз, когда они будут вместе. В таком темпе,он сведет Ги Хуна с ума еще до того, как достигнет своей цели. «Теперь отдай мне карточку, которая у тебя в кармане», — сказал он. Джун Со надулся и хмыкнул. «С тобой скучно, - сказал он с щенячьими глазами, - я думал, ты уже забыл об этом», - его рука потянулась к карману костюма. Он достал маленькую карточку, похожую на ту, которую Ги Хун получил много лет назад, и неохотно отдал ему. Мужчина взглянул на неё. Там был написан адрес, дата и номер телефона. Он нахмурился. Это было приглашение на встречу с Ведущим? Указанная дата была 31 октября. Сегодня же было 26-е, что означало, что у него было пять дней на подготовку. Он прищурился и подозрительно посмотрел на Джун Со. «Ты уже знал об этом, да? Ты принял сделку, потому что знал, что я встречусь с Фронтменом перед началом игры», — обвинил он. Молодой человек улыбнулся, пожав плечами. «Как ты можешь быть так уверен, что встретишься с ним?» — парировал он с маниакальным выражением лица. Ги Хун стиснул зубы. Парень играл на его нервах, как бы пытаясь довести до предела, но Ги Хун мог быть терпеливым, когда хотел. «Потому что больше не на кого думать, это дело только между ним и мной. Ты поможешь мне поймать его. Если нам удастся поймать его 31-го, то я отпущу тебя обратно. Ты вернёшься к своей обычной жизни и я не буду пытаться преследовать тебя. Если нет, мы с тобой внедримся в игры», — приказал он. Как только Фронтмен окажется в его руках, ему больше не понадобится помощь Джун Со. Он заставит его рассказать ему, где проходили игры, и как только у него будет вся информация, Фронтмен будет доставлен в полицию. Правосудие позаботится о нём. Работник без своего начальника был бы потерян, и это не был бы какой-то жалкий богатый VIP, который мог бы что-то изменить. У них не было бы времени отреагировать на арест. По крайней мере, он на это надеялся. «Понял, шеф~» — сказал Джун Со с военным приветствием. Ги Хун действительно задавался вопросом, была ли это его истинная личность или он делал это только для того, чтобы позлить его. «Есть идеи, как убрать моего босса?» — спросил он, казалось, искренне заинтересованный. Он смотрел на свой ноготь, убирая какую-то грязь, которой не было. У Ги Хуна создалось впечатление что этому парню нравится уделять много времени своему внешнему виду. «Да, я не знаю, что именно задумал Ведущий. Но у меня есть план. Я поставлю себе GPS-трекер и найму гангстеров. Итак, пока я буду разговаривать(или сражаться) с Фронтменом,ты с кучей гангстеров будешь отслеживать меня с помощью GPS-трекера и вы окружите его» — объяснил он. Джун Со напевал, подперев подбородок рукой. «Значит, мы идем по сценарию фильма. Мне интересно, сработает ли это в реальной жизни» — сказал он с некоторым волнением. Ги Хун был почти уверен, что парень на самом деле насмехаться над ним, но его не волновало его мнение. Единственное, что имело значение, — это то, что он подчинялся его приказам. «Просто следуй моим указаниям, не пытайся слишком напрягать мозг», — ответил он. Джун Со положил руку на сердце и сделал грустное лицо. «Ты оскорбляешь мои чувства, Ги Хун». Мужчина вздрогнул. Боже, как он ненавидел, когда тот произносил его имя. Что-то в нем настораживало Ги Хуна. Возможно, потому что он не казался полностью человеком. Выражение его лица было слишком фальшивым, а голос звучал слишком плоско, когда он говорил. Казалось, что он не мог испытывать чувства и просто имитировал их. Словно робот. «Ты умеешь пользоваться огнестрельным оружием?» — спросил мужчина. Им обоим нужно было уметь сражаться. Он не был настолько глуп, чтобы думать, что Фронтмен придет один. Вероятно, он будет со своей собственной группой наемников. Поэтому они должны были быть готовы. Пяти дней было бы недостаточно, чтобы правильно обучить Джун Со, если бы он ничего не знал об оружии; но он, по крайней мере, знал бы азы. Парень не успел ответить, как они услышали торопливые шаги, приближающиеся к ним. Дверь распахнулась, и вошел молодой человек с пистолетом в руке. Он направил свое оружие на них. Ги Хун моргнул, обдумывая происходящее, и краем глаза заметил, как Джун Со прыгнул к столу. Он схватил пистолет и выстрелил дважды прямо в лоб другого неизвестного мужчины. Тот рухнул на пол, кровь текла из его раны. Глаза Ги Хуна расширились, и он, открыв рот, повернулся к Джун Со, ошеломленно глядя на него. «Умею», — ответил он с улыбкой. Ги Хун покачал головой, гнев и паника нахлынули на него. «Я никогда не просил тебя убивать кого-то, чтобы доказать это! Ты сумасшедший ублюдок!» — кричал он. Ему не стоило предлагать эту сделку. Это была ошибка. Он поспешил к человеку на полу, его лицо показалось ему странно знакомым, и он осмотрел его рану, приложив два пальца к его шее. Его глаза закрылись, и он вздохнул с грустью. Человек был уже мертв. Ги Хун только что стал свидетелем убийства и возненавидел себя за то, что не был таким травмированным. Игры сделали его нечувствительным к смерти и насилию. Он не одобрял этого и ненавидел это больше всего на свете. Но ему было легче сохранять спокойствие, когда рядом с ним лежал труп. Он зажал нос, чувствуя, как надвигается головная боль. «Ладно, ладно. Просто закопаем труп и будем надеяться, что у этого человека нет семьи, которая будет его искать» — простонал он Еще одна смерть, за которую его можно обвинить. Ги Хун знал, что если бы существовали рай и ад, он бы не отправился в первый. Ему нужно было постоянно следить за Джун Со, и теперь он был уверен, что не может доверять ему и оставаться на месте. Кто знает, сколько еще людей погибло от рук этого человека? Если бы Ги Хун мог, он сделал бы всё, чтобы больше не было жертв. Когда он встал, его колени были в чужой крови, из коридора послышались новые звуки. В комнату вошел мужчина в одном нижнем белье и со связанными запястьями. Он выглядел испуганным. Его взгляд заметил Джун Со, и его глаза расширились. Точный выстрел в голову, и он тоже упал на пол, как марионетка. Ги Хун резко повернул голову в сторону Джун Со, чувствуя, что он вот-вот сойдёт с ума. «Ты что, издеваешься?!» — его голос сорвался, и он закашлялся. В уголках его глаз появились слезы. «Упс», — сказал Джун Со с маниакальной улыбкой. Ги Хуну хотелось плакать