Пароль от сердца Эндрю Миньярда

@Abram_Josten: «Твои губы одурманивают – я бы хотел целоваться с тобой часами и никогда не наесться» @A.Minyard: «кто-нибудь может заблокировать тебе доступ в Интернет?» @Abram_Josten: «Думаю это невозможно» @Abram_Josten: «Я все равно найду способ написать тебе»

***

      – Кевин, – услышав свое имя сквозь шум толпы в коридоре, он замер, оборачиваясь на парня, что махал ему рукой. – Прости, я надеюсь, ты не торопишься слишком сильно, – Джереми улыбнулся, поправляя упавшие на лицо пряди светлых волос. – Я хотел бы поговорить с тобой. Ты не против?       Кевин внимательно осмотрел парня напротив, отмечая его сбившееся дыхание и слегка покрасневшие щеки. Джереми редко бывал в этом корпусе в это время, поскольку их группы почти не пересекались. Значит, парень нарочно бежал сюда, чтобы перехватить его до того, как он успеет уйти. Он нахмурился, чувствуя, как внутри поднимается раздражение, смешанное с жалостью. Джереми не был виноват в его влюбленности в Жана.       – Да, конечно, – он постарался взять свои чувства под контроль. Сейчас лучшим вариантом будет сохранить спокойствие, – Если хочешь, мы можем пойти в более тихое место.       – Хорошо, – Нокс кивнул, оглядываясь по сторонам в поисках уединенного уголка. Неловкость этой встречи ощущалась в воздухе, словно наэлектризованная тишина перед грозой. – Мы могли бы пообедать вместе, – от смущения он пожал плечами, слабо улыбаясь. – Я угощаю, – добавил он, видя замешательство на лице знакомого, но на эти слова, Кевин покачал головой в знак отрицания.       – Я не против пообедать, – как можно мягче сказал Кевин, стараясь не задеть Джереми, – Но платить за меня нет необходимости, – на его слова Джереми лишь слабо улыбнулся.       – Как насчет кафе на первом этаже?       Кевин кивнул, чувствуя, как в груди нарастает какое-то неприятное предчувствие. Они двинулись по коридору к лестнице, ведущей вниз, в небольшое студенческое кафе. В узком пространстве приходилось то и дело уступать дорогу другим студентам, и Кевин отчаянно старался не соприкасаться с Джереми. Каждое случайное прикосновение обжигало, словно искра, напоминающая о той сложной и запутанной сети чувств, в которой они все оказались. Тишина между ними была плотной и густой. Кевин буквально кожей ощущал на себе взгляд Джереми, словно тот пытался прочитать его мысли. Он старался смотреть прямо перед собой, устремив взгляд в никуда, лишь бы не встречаться глазами с парнем, который храбростью своей разрушал его тщательно выстроенную броню.       В кафе было довольно уютно, пахло свежей выпечкой и ароматным кофе. Запах вызывал лёгкое щемящее чувство тоски, словно напоминая о беззаботных временах, когда всё было проще и понятнее. Они заказали по стаканчику кофе и теплой выпечки, расплатившись каждый за себя, и устроились за столиком в самом дальнем углу, подальше от шумной компании студентов, спорящих о последних новостях. Кевин усмехнулся, когда услышал слухи о таинственном парне Эндрю Миньярда.       Несколько минут они сидели молча, наслаждаясь вкусным горячим кофе и теплой выпечкой.       – Так о чём ты хотел поговорить? – наконец спросил Кевин, делая маленький глоток кофе. Горячая жидкость обожгла язык, но он не обратил на это внимания, слишком занятый тем, чтобы скрыть дрожь в голосе. Джереми поставил свой стакан на стол с тихим стуком, и Кевин заметил, как слегка дрожат его руки. Он глубоко вздохнул, словно ныряя в ледяную воду.       – Это насчёт Жана, – произнес он тихо, и его щеки мгновенно покрылись румянцем смущения. Голос его звучал почти как извинение.       Кевин почувствовал, как внутри всё похолодело, словно ледяная рука сжала его сердце. Он ожидал этого разговора, подсознательно готовился к нему, но всё равно не был готов к тому, что сейчас услышит. Все его чувства словно обострились, и он чувствовал каждый стук своего сердца, каждый вздох.       – С ним что-то случилось? – спросил он, стараясь сохранить спокойствие в голосе, хотя внутри бушевал настоящий шторм. Слова прозвучали неестественно ровно, словно их произносил кто-то другой.       – Я думаю, – Джереми сжал свои руки, начиная потихоньку заламывать свои пальцы от волнения. – Я думаю, вы оба влюблены друг в друга, – выпалил Джереми, глядя прямо в глаза Кевину, словно пытаясь вырвать из него правду. В его взгляде читалась смесь страха, надежды и какой-то невыразимой грусти. – Но вы боитесь сказать об этом, потому что вы лучшие друзья.       Кевин замер, словно его поразила молния. Он не мог дышать, не мог двигаться. В голове словно остановилось время. Он смог недавно рассказать об этом только Нилу, и тот пообещал, что никому не расскажет. Неужели это настолько очевидно?       – Я не знаю, о чём ты говоришь, – пробормотал он, опуская глаза, словно надеясь, что, спрятавшись от взгляда Джереми, сможет спрятаться и от правды.       – Не ври мне, Кевин, пожалуйста, – Джереми покачал головой с лёгкой улыбкой, в которой, однако, не было ни капли веселья. – Я видел вас. На той вечеринке у Элисон в прошлом году. Вы целовались.       Кевин почувствовал, как кровь прилила к лицу, словно его облили кипятком. В памяти всплыли обрывки той вечеринки, алкоголь, приглушенный свет, громкая музыка и поцелуй с Жаном, который казался ему тогда сном, мимолетным безумием, которое лучше забыть. Он надеялся, что никто не видел. Он искренне верил, что тот поцелуй остался лишь в его памяти.       – Это ничего не значит, – попытался оправдаться он, стараясь говорить убедительно, хотя внутри всё кричало от отчаяния. – Мы просто перебрали с выпивкой.       – Нет, Кевин, это значит гораздо больше, – Джереми говорил мягко, но настойчиво, словно пытаясь достучаться до самой его души. – Я вижу, как вы смотрите друг на друга. Как вы заботитесь друг о друге.       Кевин молчал, не зная, что ответить. Он знал, что Джереми прав, что все его слова – правда, но он боялся признаться в этом даже самому себе. Боялся разрушить их дружбу, боялся неизвестности, которая ждала его впереди, если он решится открыть свои чувства.       – И ещё, – продолжил Джереми, и в его голосе послышалась грусть, – Я знаю, как ты избегаешь Жана в последнее время. И это причиняет ему боль. Он скучает по тебе, Кевин. Перестань это делать, пожалуйста. Не мучай ни себя, ни его. Нельзя так себя изводить.       Кевин резко поднял глаза на Джереми, слабо улыбаясь.       – Жан влюблен в тебя, – Кевин покачал головой, показывая, что у него нет шансов. – Я это вижу. Как он смотрит на тебя, как волнуется перед встречами с тобой.       Джереми покачал головой.       – В прошлую нашу встречу, он признался, что я ему симпатичен, – он слабо улыбнулся. – Но его чувства ко мне не настолько сильны Кевин. Я знаю это, – он опустил взгляд на свои сжатые руки.       Джереми замер на мгновение, словно собираясь с духом.       – Знаешь, Кевин, я не буду врать. Раньше ты мне нравился. Очень нравился. Я ждал каждой совместной пары по истории. Но потом ты отдалился от меня, а Жан, наоборот, стал общаться со мной больше. И в какой-то момент я понял, что начинаю влюбляться в Жана. Но даже несмотря на это мои чувства к тебе не изменились. Я знаю, это звучит безумно, и, наверное, это эгоистично с моей стороны, – он на мгновение замолк, собираясь с духом. В этот момент он говорил о чувствах, которые хранил в себе долгое время. – Но я не могу это контролировать. Я вижу, как вы смотрите друг на друга, и понимаю, что между вами есть что-то особенное, что-то, чего я никогда не смогу заменить.       Голос Джереми дрогнул, и он опустил глаза, словно стыдясь своих слов.       – Поэтому я готов отступить. Я не могу смотреть, как вы причиняете друг другу боль, как вы мучаетесь, скрывая свои чувства. Если вам суждено быть вместе, я не буду стоять на вашем пути. Я просто хочу, чтобы вы были счастливы. Даже если это значит, что я не буду частью вашей жизни.       Джереми замолчал, ожидая ответа. Кевин сидел, опустив голову, и чувствовал себя совершенно разбитым. Он не знал, что сказать, что чувствовать. Он был влюблен в Жана, но признание Джереми вызвало в нём бурю противоречивых эмоций. Он чувствовал благодарность, вину, сожаление и какое-то странное, непонятное волнение о том, что что-то ускользает от него.       Он поднял глаза на Джереми и увидел в них искренность и смирение. Словно Джереми уже принял решение, и всё, что ему оставалось, – это сообщить его Кевину.       – Я… Я не знаю, что сказать, Джереми, – прошептал Кевин, чувствуя, как к горлу подступает ком. – Мне нужно… Мне нужно подумать.       Джереми понимающе кивнул.       – Конечно. Я понимаю. Просто поговори с Жаном, хорошо? Он этого заслуживает. Вы оба это заслуживаете.       Он замолчал на мгновение, а затем, с тихой грустью в голосе, добавил:       – И, позволь мне остаться для вас другом. Несмотря ни на что. Я не хочу вас терять.       Кевин почувствовал, как в глазах защипало. Он хотел что-то сказать, пообещать, но не смог выдавить из себя ни слова. Он просто кивнул в ответ. Джереми слабо улыбнулся и поднялся со своего места.       – Мне пора. Увидимся, Кевин.       И прежде, чем Кевин успел что-либо ответить, Джереми развернулся и быстрым шагом направился к выходу из кафе. Кевин проводил его взглядом, чувствуя, как одиночество вновь окутывает его. Он остался один на один со своими мыслями, со своими страхами. В кафе играла тихая музыка, вокруг него шумели студенты, но Кевин словно оглох и ослеп. Он видел только образ Джереми, уходящего прочь, и перед ним вставал образ Жана. Он посмотрел на свой кофе, остывший и безвкусный. Он вспомнил тот поцелуй на вечеринке, мимолетное касание губ Жана, которое оставило в его душе неизгладимый след. Может быть, Джереми прав. Кевин взял телефон и открыл список контактов. Палец дрогнул над именем Жана, но он не решился нажать кнопку вызова.

***

      Раскалённое солнце пробивалось сквозь узкие окна спортзала, отчего воздух казался густым и неподвижным. Пыль, поднятая движениями, лениво кружилась в лучах света, создавая причудливые танцы теней.       Эндрю, как всегда, был непроницаем, его взгляд – холодным и отстраненным. Он двигался легко и грациозно, словно хищник, готовый в любой момент нанести смертельный удар. Рене, напротив, излучала спокойствие и уверенность. В её движениях чувствовалась сила и уравновешенность. Они начали медленно, присматриваясь друг к другу, изучая слабые места. Первым атаковал Эндрю, нанеся серию быстрых и точных ударов. Рене легко уклонялась, словно танцуя с тенью. Затем она перешла в контратаку, используя свою ловкость и гибкость, чтобы сбить Эндрю с равновесия. Их спарринг был странным танцем, смесью грубой силы и изящной техники. Они знали друг друга слишком хорошо, чтобы пытаться удивить или перехитрить. Они просто оттачивали свои навыки, доводя движения до автоматизма. Прошло около получаса, прежде чем они остановились, тяжело дыша, и покрытые потом. Эндрю отпил воды из бутылки и бросил быстрый взгляд на Рене.       – Всё? – спросил он, как всегда, немного грубовато. Рене вытерла пот со лба полотенцем и улыбнулась. Её волосы, подстриженные под каре, с пастельными кончиками, забавно подпрыгивали при каждом движении.       – Почти, – ответила она. – У меня есть к тебе вопрос, – Эндрю нахмурился. Он не любил вопросы, особенно от Рене. Она всегда знала слишком много, видела слишком глубоко.       – Какой? – неохотно спросил он.       Рене сделала глубокий вдох и посмотрела Эндрю прямо в глаза.       – Ты узнал, кто такой Абрам? – Эндрю нахмурился еще сильнее.       – Еще нет, – ответил он.       Рене слегка наклонила голову вбок, словно размышляя. На ее губах играла легкая улыбка.       – Мне кажется, это человек, которого ты должен знать, – ее глаза хитро блестели. – Может быть, это кто-то, кого ты еще не знаешь, но иногда обращаешь внимание. Может быть, кто-то, кто хочет стать частью твоего настоящего. Кто-то, кто наблюдает за тобой издалека, но боится подойти ближе.       Эндрю резко повернулся в ее сторону, подходя ближе к девушке. Он ненавидел, когда Рене говорила загадками. Он ненавидел, что этот Абрам заставлял его чувствовать себя уязвимым.       – Ты ведь знаешь кому принадлежит это имя? – спросил он, стараясь сохранить спокойствие в голосе, хотя внутри бушевал ураган. Ненависть к этому таинственному поклоннику росла с каждой минутой. Рене пожала плечами.       – Просто… слышала. Неважно, – повторила она, но в её голосе прозвучала какая-то странная нотка, словно она что-то скрывала. Она знала, кто этот Абрам. Он был уверен в этом.       Рене никогда не говорила ничего просто так. Каждое её слово имело смысл, каждую её фразу нужно было расшифровывать. И сейчас, глядя в её глаза, он понимал, что ответ находится совсем рядом. Он посмотрел на Рене, пытаясь прочитать её мысли, но её лицо, как всегда, оставалось непроницаемым. Она смотрела на него с каким-то странным сочувствием, словно зная что-то, чего не знал он. Знала, что этот Абрам, этот таинственный поклонник, каким-то образом связан с ним. С его сердцем. Эндрю почувствовал, как внутри нарастает раздражение. Он не любил загадки, не любил, когда ему что-то недоговаривают. Особенно когда это касалось его.       – Если ты что-то знаешь, говори прямо, – потребовал он.       – Я просто хотела сказать, что возможно, сейчас тебе стоит довериться судьбе, – улыбнувшись, она развернулась и вышла из спортзала.       Эндрю остался наедине со своими мыслями и растущим чувством тревоги. Что это за Абрам? Почему именно сейчас он ворвался в его жизнь со своими безумными сообщениями? И почему Рене так обеспокоена? И главное, почему при мысли об этом имени в его голове возникает образ Нила Хэтфорда? Может ли это быть правдой? Может ли этот мальчишка, который украл его сердце, быть тем самым таинственным поклонником?

***

@Abram_Josten: «И почему твоя неудачная копия такая противная» @Abram_Josten: «Ты явно мой любимый близнец» @A.Minyard: «ты знаком с Аароном» @Abram_Josten: «Не совсем. Он просто мне не нравится» @Abram_Josten: «Но одна моя знакомая безумно влюблена в него» @Abram_Josten: «Но ничего, каждый из нас хоть раз делал неправильный выбор» @A.Minyard: «мы близнецы» @Abram_Josten: «И что?» @Abram_Josten: «Ты явно лучшая версия» @A.Minyard: «заткнись» @A.Minyard: «Рене знает кто ты» @Abram_Josten: «Уокер?» @Abram_Josten: «Возможно она догадалась» @Abram_Josten: «Я всегда находил ее слишком пугающей» @Abram_Josten: «Я знаю, что она что-то скрывает» @Abram_Josten: «Ты такой же» @Abram_Josten: «И я тоже» @Abram_Josten: «Мы все что-то скрываем» @A.Minyard: «и что же скрываешь ты» @Abram_Josten: «Я бы мог стать для тебя отличной ходячей курсовой работой)» @Abram_Josten: «Мой отец не был хорошим человеком» @Abram_Josten: «Многие считали нас счастливой семьей» @Abram_Josten: «Но ночью все менялось. Моя комната находилась прямо над его подвалом» @Abram_Josten: «А в нашем доме была отвратительная шумоизоляция» @Abram_Josten: «Он особенно любил ножи» @Abram_Josten: «Надеялся, что однажды я стану его наследником» @A.Minyard: «где он сейчас» @Abram_Josten: «Мертв» @A.Minyard: «я рос в системе» @A.Minyard: «сменил около 12 семей» @Abram_Josten: «Были ли среди них хорошие?» @A.Minyard: «ни одной» @Abram_Josten: «Ты поэтому ненавидишь чужих прикосновений» @Abram_Josten: «Я наблюдал за тобой» @Abram_Josten: «Они тебя трогали?» @A.Minyard: «мне было семь, когда это случилось впервые» @Abram_Josten: «Эндрю» @Abram_Josten: «Мне очень жаль» @A.Minyard: «мне не нужна твоя жалость» @Abram_Josten: «Да. Я знаю это» @Abram_Josten: «Прости»

***

      Университетскую столовую заливал яркий солнечный свет, отражаясь от глянцевой поверхности столов и наполняя помещение теплом. В воздухе витал смешанный аромат еды, а в ушах звенел гул голосов и звон столовых приборов. В это время дня, столовая была переполнена студентами, спешащими на обед, чтобы подкрепиться перед следующей порцией лекций и семинаров. Нил сидел за привычным столом и слушал рассказ Рико, который активно жестикулировал руками. После усердной работы над экзаменами Морияме удалось восстановить свой ритм жизни, вернув тот в привычное русло.       – …и я ему сказал об этом прямым текстом. Этот придурок уже не в первый раз предлагает сомнительную сделку. Не понимаю, как Ичиро терпит его рядом с собой до сих пор, – Рико откинулся на спинку стула, нахмурившись. – Этот урод скоро нам самый настоящий кризис устроит.       – Ты слишком драматизируешь, Рико. Это всего лишь бизнес, – Нил покачал головой на слова друга. – Я более уверен, что твой брат тоже прекрасно понимает, какой человек находится рядом с ним.       – Я пытался поговорить об этом с Ичиро, – Рико пожал плечами, – Но он продолжает настаивать на сделке с ним. Я даже нашел альтернативный вариант инвестирования, но все тщетно.       – Рико, я уверен в Ичиро, – вздохнул Хэтфорд. Однако, он не успел закончить свою мысль, так как к их столику подошла девушка по имени Мариса вместе с подружкой. «Кэйтлин» – пронеслось имя знакомой девушки в голове. Они вместе проходили дополнительные курсы по математике в первый месяц его обучения здесь, и в то время неплохо ладили. Они и сейчас иногда могли поболтать, но довольно редко.       – Привет, Нил. Как продвигается твое задание по кодированию? – Мариса постаралась ослепительно улыбнуться ему. Она считалась одной из самых красивых девушке на их факультете компьютерных технологий. И явно старалась этим фактом пользоваться в свою пользу.       – Нормально, Мариса, – ответил Нил, стараясь быть вежливым. На его слова Рико раздраженно фыркнул.       Мариса облокотилась на стол, наклонившись к Нилу.       – Я тут подумала… Может, отвлечёмся от этих цифр и алгоритмов сегодня вечером? Сходим куда-нибудь, развеемся.       Рико скривился, словно попробовал что-то кислое. Нил же почувствовал неловкость.       – Прости, Мариса, но я не могу, – ответил Нил.       – Почему? – удивилась Мариса. – Неужели ты настолько увлечён программированием? Или у тебя есть девушка?       Нил на мгновение замялся. Он не хотел вдаваться в подробности своей личной жизни.       – У меня нет девушки, – сказал он. – Но, я влюблен в другого человека. Так что, –Мариса удивлённо вскинула брови. – Прошу, перестань меня доставать.       Девушка фыркнула, но тут же развернулась на своих каблуках, отходя от их столика. Кэйтлин проводила взглядом подругу, но задержалась.       – Прости, – она виновато улыбнулась, – Я старалась ее остановить. Но она слишком упрямая.       – Ничего, – Нил покачал головой. – Хорошего тебе дня, – Девушка кивнула, и направилась в след за подругой. Однако, внезапно Нил окликнул ее. – У меня будет к тебе небольшая просьба, – он улыбнулся.       –Да, конечно, – Кэйтлин улыбнулась, показывая, что готова выслушать.

***

@Abram_Josten: «Ты когда-нибудь влюблялся?» @A.Minyard: «я не влюбляюсь» Спустя несколько минут @A.Minyard: «да» @Abram_Josten: «Я никогда не думал, что однажды влюблюсь» @Abram_Josten: «Мне всегда казалось, что мне это не интересно» @Abram_Josten: «Но встреча с тобой изменила это» @Abram_Josten: «Это произошло на вечеринке-посвящении в этом году» @Abram_Josten: «И я знаю, что ты ни с кем не встречаешься» @Abram_Josten: «И возможно, я не тот, кто должен быть рядом с тобой» @Abram_Josten: «Но я всегда наблюдаю за тобой» @Abram_Josten: «Ты знал, что очень красивый?» @A.Minyard: «ты писал об этом десятки раз» @Abram_Josten: «Да, точно» @Abram_Josten: «Иногда перед сном я представляю как ты рядом» @Abram_Josten: «Какие парни тебе нравятся?» @A.Minyard: «глупые кролики, очевидно» @A.Minyard: «готовые сбежать при первой же возможности»

***

      За окном уже давно воцарилась ночная тьма, лишь редкие огни фонарей пробивались сквозь занавески в комнату Нила. Он сидел за столом, погруженный в мир кода, когда тишину пронзил настойчивый стук в дверь. Мэтт сегодня проводил вечер со своей девушкой, поэтому Нил никак не ожидал гостей.       Открыв дверь, Нил опешил. На пороге стоял Жан, и вид у него был ужасный. Лицо бледное, словно полотно, а в глазах плескалась неприкрытая тоска, такая глубокая, что Нилу самому стало больно. Казалось, Жан с трудом сдерживает бурю эмоций внутри, готовую вот-вот вырваться наружу. Нила охватило сильное переживание за друга. Он знал, что Жан не из тех, кто легко раскрывает свои чувства, и, если он пришёл к нему в таком состоянии, значит, случилось что-то действительно серьёзное.       – Жан, что случилось? – встревоженно спросил Нил, отступая, чтобы пропустить друга в комнату.       Жан молча вошел внутрь и тяжело опустился на ближайшую кровать, словно на него давил непосильный груз. Он сидел, уставившись в одну точку, его плечи напряжены, а руки судорожно сжаты в кулаки. Вся его поза выражала крайнюю степень подавленности и отчаяния.              – Всё так запуталось, – глухо произнес Жан, не поднимая головы. Голос его звучал сломлено.       – Поделись со мной всем, пожалуйста, – Нил присел рядом с ним на корточки, стараясь говорить мягко и спокойно. Он давно обратил внимание, что не только Кевин был тем, кто избегал друзей. Жан поступал также, и Хэтфорд уже давно догадывался, что произошло между двумя его близкими друзьями.       После долгой паузы Жан глубоко вздохнул, словно набираясь смелости, и посмотрел на Нила с мучительным выражением в глазах. Нил увидел в них такой страх и отчаяние, каких раньше никогда не замечал.              – Я… я люблю Кевина, – признался он, словно это признание вырывало кусок его души. Каждое слово давалось ему с огромным трудом.       Нил замер на мгновение, осознавая всю сложность ситуации. Он всегда думал, что Жан испытывает чувства к Джереми. И в добавок к этому, Нил знал, что Кевин безнадежно влюблен в Жана. Но реальность оказалась куда более запутанной, чем он мог себе представить. Сердце Нила сжалось от боли за всех троих.       – Я знаю, что это не вовремя и неуместно, – продолжал Жан, глядя в пол, словно стыдясь своих слов, – Мы ведь друзья.       Нил положил руку Жану на плечо, стараясь передать ему хоть немного поддержки и понимания. Ему хотелось сказать что-то, что могло бы облегчить его боль, но он не знал, что именно.       – Жан, чувства – это не порок. Их нельзя просто взять и выключить. Ты не виноват в том, что влюбился в Кевина, – сказал он тихо, стараясь, чтобы его голос звучал ободряюще.       – Но это бессмысленно, Нил, – Жан покачал головой, не отрывая взгляда от пола. В голосе его звучала безнадёжность. – Он никогда не полюбит меня в ответ.       Нил не мог сказать Жану о том, что Кевин давно влюблен в него. Это был секрет Кевина, и Нил не имел права его раскрывать.       – Ты не можешь знать наверняка, – мягко возразил Нил, – Может быть, тебе стоит попробовать поговорить с ним и понять, что он чувствует на самом деле.       – Не думаю, что это хорошая идея, – Жан горько усмехнулся. – Однажды мы с ним поцеловались на вечеринке, – Моро говорил тихо, но в пустой комнате, где были лишь они этого было достаточно. – На следующее утро, он сделал вид, что ничего не произошло. Я был влюблен в него уже давно, но в то утро все изменилось. Потом появился Джереми. Я надеялся забыть все свои чувства, – Жан посмотрел в голубые глаза напротив, что наблюдали за ним. Нил внимательно слушал друга, пытаясь поддержать. – У меня практически это получилось. Но потом Кевин стал меня избегать, и я понял, что несмотря на все то, что я чувствую к Джереми, я все ещё люблю его.       – Тогда тебе нужно поговорить с ним, – посоветовал Нил, – Открыть ему свои чувства. Даже если это трудно.       – Я не могу, Нил, – прошептал Жан, его голос был полон отчаяния, – Я слишком боюсь. Я боюсь потерять его. Даже как друга.       Нил прекрасно понимал этот страх.       – Иногда, Жан, нужно рисковать, – сказал Нил. Он слабо улыбнулся, сжимая руки друга в знак поддержки. – Это то, чему я научился у вас. Ведь только благодаря вам я рискнул, и написал Эндрю, – Жан усмехнулся, вспоминая как именно Хэтфорд это сделал. – Ты один из самых сильных людей, которых я знаю. Не позволяй страху испортить твою жизнь. И, Кевин заслуживает того, чтобы знать о твоих чувствах к нему. Я верю, что он не отвернется от тебя несмотря ни на что.       – Спасибо, Нил, – пробормотал он. Нил видел, как в глубине его серых глаз начинает разгораться слабый огонёк надежды.       – Я просто хочу, чтобы ты был счастлив, Жан, – искренне ответил Нил. Его голос звучал мягко и тепло.       Они замолчали, погруженные в свои мысли. Нил видел, как Жан борется с собой, как в его душе разгорается битва между страхом и надеждой. Он искренне желал, чтобы друг нашел в себе силы признаться Кевину в своих чувствах. Ведь любовь, даже безответная, всегда лучше, чем вечное сожаление о несказанном. И он верил, что его друзья заслуживают счастья, даже если их путь к нему будет тернист.

***

@Neil_ Hatford: «Спасибо, что заставил Жана признать свои чувства» @Jeremy Knox: «Хочу, чтобы они были счастливы» @Jeremy Knox: «Недавно я обедал с Кевином» @Jeremy Knox: «Нил, прошу позаботься о них» @Jeremy Knox: «Я не думаю, что смогу быть рядом с ними в ближайшее время»

***

@Abram_Josten: «Давай сыграем?» @Abram_Josten: «Я начну» @Abram_Josten: «Я хорошо умею взламывать замки» @A.Minyard: «сколько дарований в одном человеке» @Abram_Josten: «Повторяешься, Миньярд» @Abram_Josten: «О и только в этот раз без весьма очевидных фактов, пожалуйста» @A.Minyard: «я ненавижу слово на букву п» @Abram_Josten: «Хорошо» @Abram_Josten: «Однажды я путешествовал автостопом из Нью-Мексико в Феникс с разными дальнобойщиками. Притворился социологом, проводящим опрос» @A.Minyard: «бегунок» @A.Minyard: «мать Аарона погибла в аварии» @Abram_Josten: «Абрам – это мое второе имя. Меня назвали в честь отца» @A.Minyard: «как его звали» @Abram_Josten: «Натан» @A.Minyard: «это имя тебе не подходит» @A.Minyard: «ты не похож Натана» @Abram_Josten: «Я – Натаниэль» @A.Minyard: «я ненавижу ложь» @Abram_Josten: «Наше знакомство началось со лжи» @A.Minyard: «поэтому я ненавижу тебя»

***

      Никки, Аарон и Эндрю расположились на мягких, обитых бордовым бархатом диванах за небольшим столиком в университетской библиотеке. Полумрак и приглушенный свет ламп создавали атмосферу умиротворения, в которой можно было сосредоточиться на учебе или просто отдохнуть. В отличие от шумной столовой, здесь царила тишина, нарушаемая лишь шелестом перелистываемых страниц и приглушенным шепотом.       Никки, развалившись на диване, то и дело поглядывал в свой телефон, с улыбкой печатая что-то в ответ. Он переписывался со своим парнем, Эриком, обсуждая детали предстоящей совместной поездки.       Аарон, наоборот, сидел прямо, словно к нему был привязан стержень. Сдвинув брови, он склонился над толстым учебником по органической химии. Со стороны казалось, что он пытается расшифровать сложнейший шифр, а не формулы. Его губы беззвучно шевелились, когда он проговаривал сложные термины, а палец нервно постукивал по обложке книги.       Эндрю, как обычно, оставался самым отстраненным. Он полулежал на диване, закинув одну руку за голову, и молча пролистывал ленту в своем телефоне. Его лицо не выражало никаких эмоций, словно он надел непроницаемую маску. Он изредка бросал взгляды по сторонам, но его взгляд оставался холодным и безразличным. Казалось, ничто не могло его заинтересовать или вывести из равновесия.       Внезапно к их столику подошла Кейтлин. Она наклонилась и нежно поцеловала Аарона, своего парня, в щеку.       – Привет, ребята, – поздоровалась она с улыбкой, чуть дольше задержавшись взглядом на Эндрю.       – Привет, – буркнул Аарон, не отрываясь от книги. Она села рядом со своим близнецом и потянулась к своему телефону. Отправив нужное сообщения, она принялась ждать.       В этот момент в библиотеку вошел Нил. Он огляделся, словно кого-то искал, и Никки внезапно замер посреди предложения, которое он набирал в телефоне. Его глаза расширились, а губы приоткрылись в немом восхищении.       – Боже мой, – выдохнул Никки, привлекая внимание остальных, – Это же Нил Хэтфорд. Что он забыл в библиотеке? – прошептал он.       Аарон закатил глаза, явно устав от восхищений Никки. Эндрю же, казалось, даже не заметил вошедшего Нила, продолжая бесстрастно скролить ленту в телефоне. Кейтлин же усмехнулась, зная, на кого смотрит Никки.       – Ты о Ниле? – спросила она, – Да, он действительно ничего.       – «Ничего»?! – воскликнул Никки, чуть повысив голос, за что тут же получил гневный взгляд от библиотекаря. – Да он выглядит просто сногсшибательно, особенно когда говорит на испанском! Мы вместе ходим на курсы, и я каждый раз теряю дар речи, когда слышу его акцент. Он становится невероятно сексуальным, аж искры летят! Мне хочется скушать его.       Эндрю, казалось, слегка напрягся, но продолжал молчать, не отрывая взгляда от экрана телефона. Нил как раз проходил мимо их столика, направляясь к полкам с книгами.       – Вообще-то, Нил говорит не только на испанском, – тихо заметила Кэйтлин, понизив голос, – Он полиглот. Однажды я случайно услышала, как он разговаривал с кем-то по телефону на японском. И этот кто-то назвал его Абрамом.