мой художник на крыше

ㅤintro . крыша. она никогда не говорила за себя. это место, куда люди забирались сами, чтобы найти свой ответ. солнце медленно уходило за горизонт. парень в одежде тёмных тонов склонился над блокнотом, рисуя город в первые лучи заката. лёгкий весенний бриз поднимался на вершине здания, ласково касаясь его лица. через мгновение на крышу взобрался другой парень, тяжело дыша после бега. его футболка слегка прилипла к телу, а в руках он ловко перебрасывал мяч, прежде чем небрежно оставить его на полу.     крыша — место, где сливаются все стороны мира, где небо встречается с землёй. они молча встали у края крыши, опираясь локтями, глядя вдаль. в какой-то момент один из них закрыл глаза, улыбнулся и, повернувшись, неожиданно ущипнул другого за щёку. тот начал отбиваться и остановившись, резко посмотрел ему в глаза. тот лишь улыбался.     миры могли быть разными, но здесь, на крыше, они дополняли друг друга так, словно были созданы, чтобы сосуществовать. май тянул за собой ещё один школьный день, наполняя класс усталым шелестом страниц и вялым постукиванием ручек о парты. учитель монотонно диктовал, а ученики механически записывали, не вникая в смысл, не оставляя в строчках ни капли живого интереса. воздух был тяжёлым, словно насквозь пропитан скукой. и вдруг дверь скрипнула, нарушая однообразие. в класс вошла сонсэним мён, а за ней — девушка с резкими чертами лица и взглядом, в котором не было ни тени робости, ни искры любопытства. её тёмные глаза лениво скользнули по рядам, не задерживаясь ни на ком, словно она видела перед собой пустоту. по классу пробежала волна лёгкого оживления — кто-то шептался, кто-то украдкой бросал взгляды, но двое оставались неподвижны, словно их это не касалось. су а и джи ун даже не подняли головы. — прошу прощения, ким-сонбэним, я не отниму у вас и пяти минут, — ровно произнесла сонсэним мён. — ребята, познакомьтесь: наша новая ученица, нам кёнхи. тишина заполнила класс, напоминая застывшее озеро. кёнхи засунула руки в карманы — небрежно, без желания казаться дружелюбной или заинтересованной. — прошу примите её с теплом и без упрёков, — добавила сонсэним, коротко кивнув учителю, а затем, развернувшись, покинула кабинет. дверь снова закрылась. кёнхи осталась одна, под десятками пар глаз, но, похоже, это не имело для неё значения. кто-то вернулся к записям, кто-то продолжил шёпотом обсуждать новенькую. су а не собирался смотреть. всё это было скучно, предсказуемо — новая ученица, новые слухи, старые разговоры. он наклонился к тетради, но вдруг услышал резкий скрип — кто-то отодвинул стул, не заботясь о том, чтобы сделать это тише. он скосил взгляд назад. кёнхи уже сидела за пустым местом позади него, лениво уткнувшись в телефон, не проявляя ни малейшего интереса к происходящему. учитель мельком взглянул на неё с лёгким неодобрением, но ничего не сказал. су а вернулся к записям, но теперь ощущал за спиной её присутствие — не настойчивое, не навязчивое, но ощутимое, словно лёгкий, едва различимый шум. джи ун прищурился, изучая профиль новой ученицы. что-то в её облике было смутно знакомым — сочетание утончённости и резкости, очерченные скулами линии лица. в памяти всплыл шумный зал, глухие удары по лапам, быстрые движения ногами. бойцовский клуб тхэквондо "намгё". он видел её там. он нахмурился, скользнув взглядом по су а, но тот, похоже, не заметил. джи ун снова перевёл взгляд вперёд, но ощущение странной догадки осталось. спустя несколько уроков юра подошла к су а, её быстрые шаги выдавали спешку. — су а-щщии, — негромко позвала она, чуть наклоняясь ближе, будто опасаясь отказа. — я бы хотела тебя попросить о кое-чём… можешь показать новенькой школу? мне нужно уйти домой, подготовиться к олимпиаде. если ты не против… су а машинально покосился на кёнхи. та сидела, уткнувшись в телефон, даже не делая вид, что слушает. он вздохнул, прикрыв глаза на секунду. — ладно, — коротко ответил он, снова возвращаясь к еде. — спасибо! — облегчённо выдохнула юра и быстро ушла. джи ун, лениво прислонившись к стеклу у окна, наблюдал за ним, уголки его губ дрогнули в едва уловимой ухмылке. — и что она тебе сказала? — его голос прозвучал с лёгкой насмешкой, но в глубине слышался настоящий интерес. су а даже не повернул головы. — ничего особенного. он едва заметно качнул плечом, будто отмахиваясь. отражение в стекле выдавало их обоих: су а, всё так же смотрящего в пустоту за окном, и джи уна, чей взгляд задерживался вовсе не на школьном дворе. — ну же, говори… что, что-то личное предложила, да? су а медленно выдохнул, наклоняя голову чуть набок. — попросила показать школу. всё? он снова отвёл взгляд, возвращаясь к своим мыслям. джи ун чуть нахмурился, но ничего не сказал. когда кёнхи, наконец, вышла из кабинета, она сперва лениво оглядела коридор, а затем направилась к ним. — хей… это ты, ён су а? су а медленно перевёл взгляд на неё, чуть прищурившись. её тон был ровным, почти грубым, без намёка на излишнюю вежливость, будто она не видела смысла в лишних словах. — да, — коротко ответил он, склонив голову набок. джи ун, наблюдавший за сценой, скользнул по ней внимательным взглядом, но не вмешивался. кёнхи оценивающе посмотрела на су а, будто сверяя его с каким-то своим представлением. воздух в коридоре был чуть прохладнее, чем в душных классах, и это ощущалось особенно приятно. су а шел вперед ровным, неторопливым шагом, почти лениво засовывая руки в карманы. кёнхи следовала за ним, не отставая, но и не слишком стараясь поддерживать ритм. она не пыталась завязать разговор, и это было приятно — никаких дежурных вопросов, никакого натянутого интереса. он показывал ей школу без особого энтузиазма, но и без раздражения, просто выполняя то, о чем его попросили. пару раз он кивал в сторону кабинетов, называя их, но не утруждал себя объяснениями. кёнхи это устраивало. она давно привыкла к тому, что парни, встречая её, либо смотрят оценивающе, либо сразу пытаются бросить что-нибудь дурацкое, проверяя её границы. но су а не был таким. он не пытался схватить её за руку, не бросал намеки, не мерил её взглядом, словно товар на витрине. он просто был. она ловила себя на мысли, что рядом с ним ей не надо напрягаться, не надо мысленно готовиться ко взрывной реакции на чужую наглость. он не был добрым. не был вежливым. он просто был нормальным. джи ун в это время сидел в классе, постукивая карандашом по парте, и скучал. учитель монотонно рассказывал тему, но мысли ускользали за стены кабинета. су а был где-то там, проводя эту новенькую по коридорам, а джи ун, сам того не замечая, время от времени поглядывал на пустой стул рядом. он не ревновал. зачем ему ревновать? просто… было непривычно. как только дверь кабинета скрипнула, выпуская в класс су а и кёнхи, несколько голов повернулись в их сторону. джи ун, лениво вытянувшись на стуле, поднял взгляд первым. его бровь чуть дернулась — не от удивления, скорее от интереса. кёнхи, запрокинув голову, смеялась — звонко, чуть грубовато, не заботясь о том, как это звучит. её глаза искрились, губы тронула насмешливая улыбка, и в её позе чувствовалась абсолютная раскованность. рядом с ней су а шагал с привычной ленцой, держа руки в карманах и глядя куда-то перед собой, будто бы вовсе не участвовал в разговоре, что вызвал этот смех. — хватит, кёнхи, — тихо, но твердо бросил он, скосив на неё взгляд. она лишь ухмыльнулась, лениво качнув плечом, словно говоря: «ладно, ладно». джи ун медленно провел взглядом по их лицам, по странному контрасту между беззаботностью кёнхи и невозмутимостью су а. что-то внутри джи уна сжалось. не больно, но ощутимо. он смотрел на них, на этот легкий смех, на то, как су а — даже если всего на секунду — выглядел расслабленным рядом с кем-то другим. не должно было быть так. он привык, что только он мог тянуть его из этой вечной задумчивости. только он мог раздражать его до злости, веселить до смеха или просто молча сидеть рядом, зная, что этого достаточно. но теперь этот смех вырвался откуда-то извне, и это было… не то чтобы неправильно, но неприятно. он медленно убрал руку под парту, сжав кулак. — да уж, не прошло и дня, а вы уже как будто с детства знакомы, — проговорил он, намеренно легким тоном, но взгляд выдал больше, чем он хотел. су а мельком глянул на него — коротко, спокойно, без изменений в выражении лица. но джи ун знал его слишком хорошо, чтобы не заметить едва заметную заминку в движении. кёнхи усмехнулась, склонив голову набок: — ревнуешь? она сказала это шутливо, но джи ун не улыбнулся. только лениво приподнял бровь, встречаясь с её взглядом. — к нему? — он ухмыльнулся, но глаза остались холодными. — с чего бы? су а молча прошел мимо них, опускаясь на свое место. а джи ун всё ещё чувствовал этот неприятный укол внутри. джи ун медленно скосил взгляд на су а. его ухмылка стала чуть тоньше, почти исчезла, но во взгляде всё ещё играло что-то вызывающее. су а посмотрел на него спокойно, но в этом взгляде было больше, чем просто просьба. он не злился, не раздражался — он просто дал понять, что джи ун зашел слишком далеко. — хватит. смотри вперед, — тихо, но твердо повторил он. на секунду между ними повисло молчание. кёнхи, стоявшая рядом, внимательно перевела взгляд с одного на другого, но не сказала ничего, будто ожидая, чем закончится этот немой обмен взглядами. джи ун медленно выдохнул, чувствуя, как что-то неприятное царапает внутри. но он не ответил, только откинулся на спинку стула и нарочито повернулся лицом к доске, как будто ему и правда вдруг стало интересно, что там говорит учитель. но ощущение того, что он уступил в этом молчаливом споре, не уходило. су а лениво перевел взгляд на кёнхи, которая вдруг оживилась, наклоняясь ближе и показывая что-то на экране телефона. её голос прозвучал чуть громче обычного, с неожиданным энтузиазмом: — хей, смотри… вот это он упааал! в её словах вдруг исчезла вся эта нарочитая отстраненность, грубоватая уверенность. она выглядела так, будто на секунду забыла, что должна быть «крутой», и просто поделилась чем-то забавным. су а моргнул, переведя взгляд с её лица на экран. там, на видео, кто-то неуклюже поскользнулся на ровном месте и рухнул, размахивая руками. кёнхи с ожиданием смотрела на него, явно надеясь на хоть какую-то реакцию. он хмыкнул — не потому, что видео было таким уж смешным, а потому, что её искренность в этот момент казалась забавнее самого падения. кёнхи прищурилась, наблюдая, как су а мельком взглянул на экран, а потом, будто ничего не произошло, просто отвернулся, взявшись за ручку. он наклонился над тетрадью и начал выписывать всё, что говорил учитель, словно её не было рядом. она подняла бровь. — …серьёзно? — протянула она, убирая телефон. кёнхи не собиралась сдаваться. она снова повернулась к су а, наклонившись чуть ближе, и без тени смущения заговорила: — хей, су а, а где ты живёшь? он на секунду замер, дописывая строчку в тетради, потом медленно повернул голову к ней. его взгляд был таким же ровным, как и тон: — ымган 902. кёнхи моргнула, явно не ожидая услышать этот адрес. — серьёзно? ымган 902? она чуть нахмурилась, задумавшись. — я живу недалеко от ымгана… — пробормотала она, потом посмотрела на су а чуть внимательнее. — если ты не занят, может, пройдёмся вместе? су а не сразу ответил. он спокойно перевёл взгляд обратно в тетрадь, как будто обдумывал её предложение, но на самом деле просто не видел в этом ничего особенного. — ладно, — коротко ответил он. кёнхи довольно кивнула, будто это был не просто нейтральный ответ, а целая победа. как только прозвенел звонок, его звонкое эхо прокатилось по коридорам, смешиваясь с шумом двигающихся парт и гулом голосов. кёнхи сразу же поднялась со своего места, ловким движением закинув сумку на плечо. её взгляд тут же нашёл су а, который, казалось, никуда не спешил — он спокойно складывал тетрадь, ровно закрывал учебник, не обращая внимания на суету вокруг. — ну. давай быстрее, — сказала она, склонив голову набок. — мне потом на тренировку пора. су а медленно поднял на неё взгляд. его лицо оставалось таким же ровным, но в глазах на мгновение мелькнуло что-то похожее на вопрос, прежде чем он просто молча кивнул, легко вставая со стула. но прежде чем он ответил, их разговор прервал голос. — куда это вы? джи ун нахмурился, скрестив руки на груди, и посмотрел прямо на су а, будто ожидая какого-то особого ответа. в его голосе не было явного раздражения, но что-то едва уловимо цеплялось в интонации, выдавая скрытое недовольство. су а медленно перевёл взгляд на джи уна. — просто домой, — спокойно ответил он. — вместе? — джи ун чуть прищурился, не спеша отводить взгляда. кёнхи, стоявшая рядом, лениво фыркнула, будто не понимая, в чём вообще проблема. — да, вместе, — ответила она за су а. — не нравится? джи ун ничего не ответил сразу. его взгляд скользнул с кёнхи обратно на су а, словно он ждал, что тот скажет что-то ещё. — мы просто идём домой, джи ун, перестань… — голос су а прозвучал ровно, чуть тише обычного. в нём не было усталости или раздражения, только спокойная нейтральность, словно в этом разговоре вообще не стоило искать какой-то подтекст. джи ун смотрел на него ещё пару секунд, но потом отвёл взгляд, не выдав ни согласия, ни несогласия. в его челюсти на мгновение дрогнул едва заметный нерв, но он тут же выдохнул, пряча руки в карманы. — ладно, — бросил он коротко, отводя взгляд в сторону, будто потеряв к ним интерес. кёнхи чуть приподняла бровь, но комментировать не стала. просто пожала плечами, мол, дело твоё. су а не добавил ничего больше. он просто поднялся, забросил сумку на плечо и первым шагнул к выходу, даже не оборачиваясь. джи ун заметил её жест — дерзкий, насмешливый. кёнхи демонстративно высунула язык, а пальцем дико оттянула веко, будто кривляясь. её ухмылка была почти детской, но в ней чувствовался вызов, насмешка, тонкий намёк на то, что она прекрасно поняла его реакцию и решила ещё сильнее подлить масла в огонь. он медленно сузил глаза, но не ответил. просто смотрел, как она развернулась и легко, почти бесшумно догнала су а, словно её не волновало ничего, кроме их с ним пути домой. джи ун сжал челюсть. внутри что-то неприятно дёрнулось, раздражение стукнуло по вискам лёгкой пульсацией, но он тут же взял себя в руки, глубоко вдохнув. это было глупо. это не имело значения. но взгляд его всё равно скользнул за дверь, туда, где исчезли их силуэты. вечер медленно опускался на улицы, окрашивая небо в размытые оттенки теплого серого. воздух был свежим, чуть прохладным, но не колким — таким, какой приятно вдыхать после долгого дня. кёнхи и су а шли молча, их шаги звучали ровно, без спешки, без суеты. в этой тишине не было неловкости, наоборот — она будто укутывала их, делая дорогу лёгкой, непринуждённой. кёнхи неожиданно поймала себя на мысли, что ей нравится такая тишина. не пустая, не давящая, а наполненная странным, едва уловимым спокойствием. они дошли до развилки. су а остановился первым, лениво поднял взгляд и коротко кивнул в сторону своего дома. — мне туда. пока… его голос был ровным, спокойным, без излишних эмоций, будто это было просто частью их общего молчания. кёнхи кивнула, не торопясь уходить. её взгляд на мгновение задержался на су а — спокойном, непоколебимом, словно весь мир вокруг него мог греметь и рушиться, но он бы остался таким же. — ага, пока, — коротко бросила она, но в голосе не было ни холода, ни резкости, лишь легкая нотка удовлетворения. она смотрела, как он неторопливо шагает по узкой тропинке, пока его силуэт не начал растворяться в вечернем полумраке. тишина, что сопровождала их дорогу, всё ещё приятно отзывалась внутри, как эхо чего-то настоящего. кёнхи легко выдохнула, засовывая руки в карманы, и медленно пошла своей дорогой, без лишних мыслей и без желания что-то анализировать. просто спокойно, так же, как и было. утро было свежее, чем вчера. прохладный ветер мягко пробегал по улицам, но солнце уже тянуло свои лучи, обещая тёплый день. су а привычно взял сумку, бросил взгляд на часы и направился к двери, но едва коснулся ручки, как раздался звонок. он остановился. на мгновение замер, будто услышал что-то странное, затем медленно открыл дверь. на пороге стоял джи ун. руки в карманах, лёгкая ухмылка, взгляд с едва заметной искоркой чего-то задумчивого. — ты чего... — су а посмотрел на него снизу вверх, чуть прищурившись. — ты слишком долго собирался, — спокойно ответил джи ун, делая шаг вперёд, как будто собирался войти без приглашения. су а нахмурился. — и ты пришёл, чтобы ускорить процесс? джи ун только хмыкнул, лениво пожав плечами. — ну, теперь ты не отвертишься. пошли. су а закрыл за собой дверь, шагнул на крыльцо, а джи ун уже нетерпеливо двигался вперёд. они шли рядом, в тишине, только редкие звуки пробуждающегося города заполняли пространство между ними. джи ун вроде бы не спешил, но шаг у него был уверенный, как будто он сам решал, с какой скоростью течёт утро. су а чуть покосился на него, но ничего не сказал, просто молча шагал рядом. школа была недалеко, но путь до неё неожиданно показался длиннее обычного. — зачем ты пришел?, - тихо прошелся су а своим нежным голосом по ушам джи уна, заставляя его дрогнуться от непривычного голоса в вакууме тишины. джи ун даже не повернул головы, продолжая идти вперёд. — а что, нельзя? су а слегка нахмурился, но не стал останавливаться. улица ещё не успела заполниться учениками, воздух был свежим, почти бодрящим. — ты же мог просто встретить меня у школы, — его голос был ровным, спокойным, но в нём читался скрытый вопрос. джи ун ухмыльнулся, бросив на него короткий взгляд. — а ты мог бы просто не спрашивать. он шагал уверенно, как будто с самого утра точно знал, что будет здесь, рядом с су а, и что у него есть на это полное право. су а чуть прищурился, но дальше не настаивал, только снова перевёл взгляд вперёд. тишина между ними была привычной, но на этот раз она ощущалась как-то по-другому. они дошли до школы неторопливо, под шагами мягко похрустывал гравий, а утренний воздух ещё сохранял в себе прохладную свежесть. в какой-то момент джи ун чуть ускорился, мягко, но уверенно обогнав су а. едва ли не играючи, он шагнул вперёд, опередив его ровно настолько, чтобы первым дойти до дверей школы. не сказав ни слова, он потянулся к ручке и плавно распахнул дверь. затем обернулся, встретившись с су а взглядом. на его лице мелькнула лёгкая усмешка — то ли насмешливая, то ли дружеская, но в ней чувствовалось что-то большее, неуловимое. он слегка наклонил голову в сторону, приглашая жестом. — прошу, — проговорил он спокойно, голос звучал мягко, но в нём скользнула едва заметная нотка притворной галантности. су а посмотрел на него с лёгким прищуром, но ничего не сказал. только молча прошёл внутрь, чувствуя на себе внимательный взгляд джи уна. они безмолвно дошли до класса, лишь гул коридоров да отдалённые голоса школьников заполняли пространство между ними. су а не спешил, да и джи ун не торопил, шаг за шагом они приближались к кабинету, пока в конце концов не оказались у порога. и тут неожиданность. внутри уже кто-то был. кёнхи сидела за одной из парт, запрокинув голову назад, руки небрежно закинуты за спину, будто ей было чересчур скучно. по её виду можно было подумать, что она ждала здесь целую вечность, хотя, скорее всего, просто пришла раньше. увидев, что в дверях кто-то появился, она резко выпрямилась и встала, словно кто-то только что вывел её из состояния дремоты. глаза её расширились на мгновение, а затем на лице появилась широкая улыбка. — хеей, су а-щщи! ты пришёл! — воскликнула она, легко и непринуждённо, словно говорила не о простой встрече в школе. кёнхи не успела дойти до су а, как джи ун быстро и незаметно схватил его за руку, заставляя замедлить шаг. она, не ожидая такого, столкнулась с ним — лицом к его торсу, плечом к плечу. она моргнула, отстраняясь, и перевела взгляд с джи уна на су а. кёнхи промолчала, лишь слегка нахмурив брови, но ничего не сказала. она просто обошла джи уна, подошла к су а и, хлопнув ладонью об его ладонь, приветственно улыбнулась. — как ты, су а? су а едва заметно вздрогнул от прикосновения джи уна, смутившись от неожиданности. он посмотрел на него хмуро, будто пытаясь что-то прочитать в его взгляде, но ничего не понимал. — что он делает… — пронеслось у него в голове, но он не стал задавать вопрос вслух. кабинет постепенно заполнялся учениками — кто-то громко обсуждал утренние события, кто-то пытался наскоро переписать домашку, а кто-то просто бездумно пялился в окно. су а молча сидел на своём месте, когда рядом с кёнхи опустился один из парней. — хей, кёнхи… вы с су а так хорошо вместе смотритесь! — сказал он с самодовольной ухмылкой, явно надеясь на какую-то реакцию. кёнхи лениво перевела на него взгляд, помолчала пару секунд, словно обдумывая, стоит ли вообще тратить на это энергию, а потом раздражённо протянула: — если не заткнёшься, моя нога прилетит вертушкой в твое ебало, стрём. парень сначала усмехнулся, но, заметив её выражение лица, решил, что безопаснее будет сменить тему. он не стал отвечать, просто отвернулся, делая вид, что с самого начала говорил не ему. парень, что сказал это, сначала лишь усмехнулся, но, увидев взгляд кёнхи, быстро понял, что шутки в сторону. он поднял руки в знак капитуляции и отвернулся, делая вид, что вообще ничего не говорил. су а лишь мельком взглянул на кёнхи, а потом снова уткнулся в свои записи, не собираясь ни вмешиваться, ни что-то пояснять. джи ун же наблюдал за всей сценой с легкой ухмылкой, но не комментировал — ему было достаточно видеть, как кёнхи сама справляется. джи ун подошел ближе, без стеснения протягивая руки к су а, с привычной ленцой сжимая его бицепсы, словно проверяя, не исчезли ли они за ночь. движение было таким естественным, будто он делал это не в первый раз — и, кажется, даже не во второй. — как дела, кёнхи-я, су а? — он спросил легко, с тенью ухмылки, но в голосе слышался какой-то скрытый оттенок, который сложно было разобрать. су а лишь вздохнул, краем глаза глянув на него, но ничего не сказал, позволив джи уну делать, что тот хочет. кёнхи же, перекинув ногу на ногу, лениво посмотрела на них, приподняв бровь, будто видела этот странный ритуал уже тысячу раз. джи ун смотрел прямо в глаза су а, будто выискивал там подтверждение своим словам, не оставляя тому ни единого шанса уклониться. его голос звучал легко, почти небрежно, но в этой легкости таилось нечто большее. су а почувствовал, как в груди неприятно ёкнуло, будто кто-то случайно задел слишком тонкую струну. он едва заметно напряг пальцы, прежде чем отвел взгляд, сделав вид, что не услышал или просто не придал значения. — просто. он же мой особенный… не так ли? джи ун произнес это так естественно, будто факт, который даже не подлежит сомнению. но су а ничего не ответил. он лишь сглотнул, переводя взгляд куда-то в сторону, стараясь не замечать, как его собственное сердце сбивается с привычного ритма. слова джи уна прозвучали слишком просто, слишком обыденно, но в этом «просто» было что-то вызывающее. су а почувствовал, как что-то внутри него дрогнуло, но он не позволил себе задуматься об этом слишком долго. вместо этого он лишь слегка смутился, потупил взгляд и, будто не расслышав, перевел его куда-то в сторону. кёнхи приподняла бровь, скептически посмотрела на джи уна, затем на су а и, вздохнув, бросила: — вы оба странные. но мне норм. она откинулась на спинку стула, словно давая им самим разбираться в этом молчаливом напряжении, пока су а все еще не знал, как на это реагировать. кёнхи ухмыльнулась, чуть наклонив голову, и повторила, будто прогоняя слова через себя ещё раз: — да всё нормально. потом резко выдохнула, откидываясь на спинку стула, и закатила глаза. — бляяять, я не делала домашку по биологии… она протянула слова так, словно это было самое мучительное осознание в её жизни, а потом, не теряя ни секунды, повернулась к су а, сложив ладони в притворно-милой мольбе: — дашь списать, су а? джи ун только ухмыльнулся, глядя, как она уверенно просит, будто уже знала ответ заранее. су а смотрел куда-то в сторону, задумавшись, ощущая странную мягкость в том, как джи ун мял его бицепс. что-то в этом движении было слишком... нежным, слишком затягивающим. он будто выпал из разговора, провалился в собственные мысли, где тепло чужой ладони стало чем-то большим, чем просто касание. в этот момент перед его глазами мелькнула рука, и голос кёнхи резко выдернул его обратно в реальность: — алоооо, су аааа! ты хоть слышишь? или уже встал от джи уна? её бровь была приподнята, губы скривились в насмешливой ухмылке, а джи ун только плотнее сжал пальцы на его руке, будто тоже ожидая реакции. джи ун только шире ухмыльнулся, глядя, как су а хлопает ресницами, будто всё ещё не до конца осознавая, что происходит. его смущение было таким очевидным, что джи ун даже почувствовал лёгкую волну удовлетворения. — прекрати..., – тихо пробормотал су а, начиная отталкивать его от себя. но джи ун не особо сопротивлялся он позволил су а отстранить себя, но при этом лениво наклонил голову, будто раздумывая, действительно ли стоит остановиться. он чуть склонился ближе и всё так же ухмыляясь, протянул: — да ладно тебе, чего сразу так нервничать? кёнхи всё прекрасно понимала. её ухмылка расползлась по лицу, и она медленно провела языком по зубам, будто смакуя происходящее. — ой, какие нежности с утра пораньше, – протянула она, скрестив руки на груди и наблюдая за ними с нескрываемым интересом. су а только сильнее нахмурился, отводя взгляд, а джи ун, словно довольный кот, которому удалось поймать мышь, продолжал стоять слишком близко, не спеша отходить. кёнхи фыркнула, но тут же с довольной ухмылкой выхватила тетрадь из его рук. — вот это я понимаю, дружеская забота, — пробормотала она, пролистывая страницы. су а всё ещё чувствовал жар, заполняющий его изнутри, будто джи ун оставил на его коже невидимые следы. он выдохнул, стараясь не смотреть на того, но чувствовал его взгляд — внимательный, пронзительный, слишком довольный. — не смотри на меня так, – пробормотал он, наконец, натянув лямку рюкзака на плечо. — как? – джи ун наклонился ближе, усмехаясь. су а закрыл глаза и закатил их, делая вид, что раздражён, но внутри всё ещё бушевал шторм. как только они зашли в кабинет биологии, кёнхи мгновенно заняла место рядом с джи уном, бесцеремонно закинув рюкзак на стол. су а сел напротив, на другой стороне прямоугольной парты, молча доставая учебник. кёнхи хмыкнула, откинувшись на спинку стула, и, не стесняясь в громкости, бросила: — я сяду с вами, голубки? она усмехнулась, склонив голову набок, будто намеренно смаковала свои слова. джи ун закатил глаза, но не возразил. су а лишь медленно перевернул страницу, делая вид, что не услышал, но уши его едва заметно покраснели. — удобненько устроились, — лениво протянула кёнхи, скользнув взглядом по джи уну, который лишь ухмыльнулся. он небрежно закинул руку на спинку её стула, чуть подался вперёд и, не отрывая взгляда от су а, спросил: — ты чё, один будешь сидеть? су а молча перевёл взгляд на него, потом снова на свои руки. — да, — спокойно ответил он. кёнхи только фыркнула, раскрывая тетрадь. — ну и ладно. зато тебе не будут мешать… заниматься, — с издёвкой протянула она, оставив намёк висеть в воздухе. джи ун почувствовал, как кончиком своей ноги задел кроссовок су а. движение было едва ощутимым, но оно словно зацепило что-то внутри него. он замер на секунду, будто проверяя, заметил ли су а. жар резко подступил к его щекам, и он поспешно вздохнул, стараясь скрыть смущение. взгляд его скользнул в сторону, а пальцы нервно постучали по столу. су а никак не отреагировал, просто продолжал спокойно сидеть, будто ничего и не произошло. — что-то случилось? — лениво спросила кёнхи, переворачивая страницу тетради. — нет, — быстро ответил джи ун, чуть отводя ногу, но всё ещё ощущая тепло соприкосновения. чёрт, почему это вообще его так задело? джи ун старался сосредоточиться на тетради перед собой, но мысли упорно блуждали в другом направлении. слишком живые, слишком яркие. он даже не успел заметить, как воображение нарисовало перед ним су а — расслабленного, с лёгким румянцем на щеках, в каком-то полумраке, может, под одеялом... он резко моргнул, пытаясь избавиться от этих картинок. чёрт. не сейчас. но тело уже выдало его с головой, и джи ун знал — теперь главное не двигаться слишком резко. он сглотнул, заставляя себя дышать ровно. в груди что-то сжалось, когда он осознал, насколько тесно стало внизу. проклятые мысли. слишком живые, слишком реальные. су а даже не смотрел в его сторону, а джи ун уже чувствовал себя так, будто его поймали с поличным. он сжал кулаки, притворяясь, что внимательно слушает учителя, но в голове билось только одно - только бы это быстрее прошло. он скользнул взглядом по су а, задержавшись на его руках, на шее, на том, как он слегка хмурится, вчитываясь в строки учебника. мысли снова свернули не туда, уводя его по кривым дорожкам желания. джи ун сжал сумку, незаметно прижимая её к паху, ощущая, как приятное напряжение пробегает по его телу. он не хотел подставлять су а, не хотел, чтобы тот заметил… но черт, ему нужно было хоть какое-то спасение от собственного тела, которое предавало его снова и снова. его чувствительная головка почувствовала твердость сумки, которая только усиливалась, когда он сильнее прижимал сумку.. кёнхи прищурилась и склонила голову на бок, изучая джи уна с нарочитым любопытством. он тихо, почти неслышно втягивал воздух, будто пытался скрыть, как внутри всё сжимается и пульсирует. но как только в голове снова стало проясняться, он почувствовал чужие взгляды. су а смотрел на него внимательно, чуть склонив голову, а кёнхи, опершись локтем о парту, лениво прищурилась, словно оценивая что-то забавное. джи ун поспешно отвёл взгляд, выпрямился и прокашлялся, будто это могло сбросить с него ощущение напряжённости. — ч-что случилось?.. — пробормотал он, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — мы-то не знаем, — протянула она, лениво барабаня пальцами по столу. — а что с тобой случилось? у тебя что-то болит? её голос был слишком невинным, слишком лёгким, чтобы не заметить в нём скрытой насмешки. су а тоже посмотрел на него, но в его взгляде не было поддразнивания — скорее лёгкое недоумение. джи ун сглотнул и натянуто улыбнулся, чуть отодвигаясь назад, будто пытался создать между ними дистанцию. учитель постучал по своей парте, привлекая внимание класса, и недовольно шикнул: — ребята, тише! его голос был строгим, но не злым — скорее уставшим от привычного шума, что всегда возникал перед началом урока. кёнхи фыркнула, но послушно замолчала, откинувшись на спинку стула. джи ун тоже выпрямился, стараясь выглядеть как ни в чём не бывало, а су а просто вернулся к своим записям, будто их разговор и не происходил. это желание пульсировало внутри, горячее и упрямое, разливаясь по телу огненной волной. он ловил себя на том, что снова скользит взглядом по су а, по его изгибам, по тем местам, куда ему не следовало бы смотреть. мысли, одна за другой, тянулись в запретные уголки фантазий, разгораясь всё сильнее. он хотел хотел затянуть его в подсобку, прижать к стене, провести губами по самым запретным местам, где дыхание превращалось бы в стон. но всё, что он мог сейчас, это сжать кулаки под партой и пытаться делать вид, что его разум не погряз в этом сладком, грязном искушении. он буквально рванул за ним, не позволяя расстоянию стать слишком большим, когда звонок звонко прошелся по коридорам. сумка оставалась там, где была, спрятанная, словно щит от посторонних взглядов. — су ааа! давай в столовку! — позвал он громко, будто ничего не происходило, будто его мысли не блуждали в самых тёмных углах желания. су а лишь мельком взглянул на него, чуть прищурившись, но не сказал ни слова, просто продолжил идти. кёнхи наигранно нахмурилась, сложив руки на груди, и притопнула ногой, будто обиженный ребёнок. — хей! а я?? совсем, что ли, меня забывать? — её голос прозвучал громко, с лёгкой игривостью, но в глазах всё же читался намёк на требование. джи ун, даже не замедляя шаг, поставил два пальца к лбу и откинул их в сторону, словно отправляя ей шутливый прощальный жест. на его лице играла хитрая ухмылка, а в глазах плясали искорки самодовольства. кёнхи сначала зависла, открыв рот, нахмурилась, а затем резко сорвалась с места, бросившись за ними. — эй, я тоже хочу кушать! — громко возмутилась она, лавируя между учениками в коридоре, стараясь догнать их. джи ун сидел, развалившись за партой, устало поглядывая на су а, который сосредоточенно складывал учебники в рюкзак. школа постепенно пустела, голоса школьников стихали, растекаясь по коридорам, а воздух наполнялся ощущением приближающегося вечера. как только раздался звонок, они неспешно вышли во двор. су а, с привычной невозмутимостью, шел по дорожке, направляясь к подготовительным курсам. рядом с ним джи ун, засунув руки в карманы, шагал вразвалочку, разглядывая его сбоку. — ну что? идем на твои дополнительные? — спросил он, чуть склонив голову в сторону. су а удивлённо приподнял бровь, скользнув по нему взглядом. — зачем они тебе? — в его голосе слышалось лёгкое недоумение, словно джи ун только что предложил что-то совершенно нелепое. — ну, как зачем. проведу тебя до туда, потом вместе дойдем до твоего дома, — джи ун говорил так, будто это само собой разумеющееся. су а промолчал, только тихо вздохнул, словно обдумывая что-то про себя. он всё ещё был уверен, что джи ун живёт где-то неподалёку, недалеко от него. ведь утром, когда тот добирался до его дома, оказалось, что он жил в совсем другос районе... он посмотрел на него боковым взглядом, но ничего не сказал. просто пошёл дальше, позволяя джи уну идти рядом. автобус тронулся, укачивая их лёгкими покачиваниями. они сидели рядом, плечом к плечу, и их ляжки то и дело соприкасались, передавая друг другу тёплое, едва уловимое напряжение. су а старался не обращать внимания, смотрел в окно, наблюдая за плывущими мимо улицами. джи ун же, наоборот, будто нарочно двигался так, чтобы их касания не прекращались. — далеко ехать? — спросил он, чуть подавшись вперёд. — не очень, — коротко ответил су а, не оборачиваясь. автобус медленно раскачивался на поворотах, и их ноги вновь соприкоснулись. транспорт нерезко остановился и два парня вышли из него. джи ун прислонился к столбу рядом с остановкой, засунув руки в карманы, и смотрел, как су а неспешно поднимается по ступеням. когда тот уже почти скрылся за дверью, он махнул ему рукой, словно провожая в долгое путешествие. су а на мгновение остановился, взглянул на него — спокойного, ожидающего — но не ответил жестом. просто отвернулся и шагнул внутрь, растворяясь в здании. джи ун вздохнул, качнул головой и огляделся, решая, чем себя занять в ожидании. через 2 часа джи ун заметил его сразу. су а выглядел так, будто последние силы оставил там, в душном кабинете. его плечи поникли, шаги были медленными, а лицо — уставшим, словно он только что пробежал марафон. не дожидаясь, пока тот сам дойдет, джи ун быстро подошел к нему, сунув руки в карманы. — живой? — с легкой ухмылкой спросил он, склонив голову набок. су а молча кивнул, но шаг его пошатнулся, и джи ун, не раздумывая, подхватил его за локоть, удерживая на месте. — давай быстрее домой… — голос су а звучал тише обычного, будто все силы покинули его. джи ун кивнул, чуть сильнее сжимая его локоть. — понятно, — спокойно ответил он, подстраивая шаг под уставшего друга. улицы уже начинали темнеть, воздух наполнялся прохладой. су а шел, глядя себе под ноги, а джи ун иногда бросал на него взгляд, словно проверяя, не ослабнет ли тот еще больше. парни дошли до дома су а, и джи ун, привычно улыбнувшись, махнул на прощание. су а, слегка приподняв подбородок, кивнул ему в ответ, словно подтверждая, что все в порядке. он открыл дверь, шагнул внутрь, но прежде чем закрыть её, заметил, что джи ун все еще стоит там, не двигаясь. его взгляд был пристальным, изучающим, будто он пытался запомнить каждую черту лица су а перед тем, как тот скроется за дверью. су а задержался на мгновение, а потом, не сказав больше ни слова, тихо закрыл дверь. как только дверь закрылась, улыбка джи уна медленно сползла с его лица. он смотрел на тёмную поверхность двери, но в голове у него была не она, а су а. он почувствовал, как внутри растёт беспокойство — странное, липкое, то, что он не мог просто так стряхнуть. его пальцы сжались в кулак, а мысли кружили вокруг одного и того же. он задумался. о нём. о том, как тот устало вздохнул, как его плечи чуть дрогнули перед уходом. джи ун стоял ещё пару минут, прежде чем тяжело выдохнул и наконец развернулся, направляясь домой. су а даже не переоделся. он просто упал на кровать, не разбирая, где заканчивается его тело и где начинается мягкая ткань простыней. тяжесть дня навалилась на него сразу, словно чугунная плита. он разлёгся, раскинув руки, чувствуя, как гудят мышцы, как мысли путаются в медленном, усталом потоке. веки становились всё тяжелее, дыхание замедлялось. ему не хотелось ни двигаться, ни думать, ни даже раздеваться. только лежать. только позволить этому изматывающему дню наконец-то раствориться в тишине. на следующее утро су а не мог поверить своим глазам: на экране телефона светилось 7:30. он впервой опоздал. сердце подскочило так резко, что казалось, вылетело из груди прямо в горло. кровь бросилась в голову, паника захлестнула его, смывая остатки сна. он подскочил с кровати, не чувствуя ног, и, не теряя ни секунды, начал суетливо собираться. одной рукой натягивал рубашку, другой — искал в рюкзаке нужные тетради, взглядом то и дело цепляясь за экран телефона. 7:32. чёрт. он выбежал из комнаты, на ходу запихивая в рот кусок чего-то съедобного, и, забыв даже о шнурках, вылетел за дверь. вылетев за дверь, он резко затормозил. перед ним, будто по какому-то заговору, стояли джи ун и кёнхи. он замер столбом, глаза широко распахнуты, дыхание сбито. паника, захватившая его с утра, теперь налетела с новой силой, но уже от неожиданности. джи ун, прищурившись, ухмыльнулся. кёнхи прикрыла рот ладонью, но глаза её явно смеялись. — оуу, да ты не просто опоздал, а ещё и в шоке, — джи ун лениво скрестил руки на груди. — лицо как у загнанного кролика, — добавила кёнхи, чуть качнув головой. су а молча сглотнул. ощущение, будто он попал в ловушку, от которой не было спасения. джи ун терпеливо стоял с самого 6:30 утра, не двигаясь с места, пока кёнхи появилась здесь буквально минуту назад. он ни разу не пожаловался, не подал виду, что устал или замёрз. просто ждал. ждал, пока су а наконец появится. а теперь, когда тот стоял перед ними, растерянный и заспанный, джи ун легко схватился за лямку рюкзака, будто ничего не случилось, и весело спросил: — ну что, бежим? су а чуть ли не задрожал, осознавая, насколько всё плохо. дыхание сбивалось, а влажные глаза едва сдерживали горячие слёзы. он ощущал, как всё внутри скручивается в узел, и, кажется, ещё секунда — и он просто развалится. но тут чьи-то руки мягко легли на его плечи, тёплые и уверенные. — хей, хей... — раздался голос кёнхи, мягкий и спокойный, как будто она уже знала, что делать. она чуть крепче прижала его к себе, будто окутывая спокойствием. — ничего, су а. всё нормально. не переживай так. джи ун смотрел на него внимательно, не вмешиваясь, но его пальцы сжались в кулак. су а дрожащим выдохом кивнул, не в силах сказать ни слова. он чувствовал, как тревога сдавливает грудь, но тёплые касания кёнхи немного отрезвили. она мягко потянула его вперёд, ведя за собой, будто давая понять, что всё под контролем. — пошли, не торопись. разберёмся. — её голос был таким уверенным, что ему захотелось поверить в это. она смешно скривила губы, будто заставляя его улыбнуться, и спокойно кивнула. джи ун шёл рядом, молча смотрел на него, но его рука чуть приблизилась, будто он был готов подхватить су а, если тому снова станет плохо. джи ун стиснул зубы, чувствуя, как внутри загорается раздражение. он смотрел, как кёнхи мягко держит су а за плечо, как успокаивает его, и это вызывало в нём что-то болезненно жгучее. его пальцы дрогнули, желание сорваться и просто оттолкнуть её, забрать су а себе, притянуть к груди и наконец сказать то, что кипело внутри, стало почти невыносимым. хотел прилипнуть свои губы в его мягкие щеки и лоб. хотел выплеснуть все эмоции, что копились в нём все это время. хотел показать насколько хотел джи ун в своих мыслях.. но он лишь шумно вдохнул, заглушая этот порыв, и сжал кулаки в карманах. — идём быстрее, — глухо бросил он, делая шаг вперёд. они постучались в дверь, и, не дожидаясь особого приглашения, су а первым шагнул внутрь, чувствуя, как в груди всё ещё отзывается утренний стресс. следом за ним вошёл джи ун, а позади, отпустив плечо су а, кёнхи легко зашагала следом. джи ун, не спеша, медленно опустил руку на плечо су а, чуть сжав ткань формы, прежде чем заговорить: — здравствуйте, хван-сонсэнним! можно войти? учитель хван поднял голову от разложенных на столе бумаг и молча оглядел троицу. в классе стояла приглушённая тишина, прерываемая лишь редкими голосами снаружи, будто школа жила своей отдельной жизнью, не замечая их напряжённого ожидания. учитель кивнул, разрешая им войти, и тут же вернулся к своим записям, будто их опоздание не стоило особого внимания. су а медленно опустился на своё место, ощущая, как усталость всё ещё стягивает его тело, словно тяжёлая мокрая ткань. суставы ныли, веки становились непослушными, а разум предательски плыл где-то между явью и сонным оцепенением. он глубже осел на стуле, опираясь локтем о парту, и моргнул несколько раз, пытаясь не поддаться желанию просто закрыть глаза и отрешиться от всего вокруг. джи ун скользнул взглядом по су а, отмечая, как тот едва держится, чтобы не заснуть прямо на уроке. его усталость казалась почти осязаемой, как лёгкая дымка, стелющаяся вокруг. не раздумывая долго, джи ун снял свою ветровку и осторожно накрыл ею су а, будто укрывая его от всего мира. ткань мягко легла на плечи парня, и тот едва заметно шевельнулся, но не подал никакого знака, что заметил жест. джи ун усмехнулся про себя, решив, что, возможно, су а уже полностью отключился. его сердце невольно сжалось — хоть бы тот хоть немного отдохнул. джи ун не мог оторвать взгляда от су а. тот уже сладко спал, едва заметно шевеля ресницами во сне, его дыхание стало ровным, а усталые черты лица разгладились. джи ун невольно улыбнулся — редкий момент, когда он мог просто смотреть на него, не скрывая своих чувств. кёнхи, наблюдая за этим, лишь ухмыльнулась, но промолчала. она слишком хорошо знала джи уна, чтобы не понять, что значил этот взгляд. по классу прокатился громкий смешок, когда ким гён иль с ухмылкой указал на су а. он развалился на своем месте, явно наслаждаясь моментом, и продолжил громко, чтобы услышали все: — ребята, смотрите, кто тут спит! тот самый человек, который строил из себя дохуя героя и сильного! несколько человек обернулись, кто-то посмеялся, кто-то лишь бросил быстрый взгляд. джи ун тут же напрягся, его пальцы сжались в кулак, а взгляд потемнел. он знал, что су а устал, что его силы на исходе, и видеть, как кто-то насмехается над этим, вызывало в нем злость. кёнхи обернулась через плечо, бросив на гён иля ленивый, почти насмешливый взгляд. её губы скривились в ухмылке, и она протянула с нарочитой ленцой: — эй, амёба одноклеточная, может, закроешь свой ебальник? тут вообще-то человек пытается спать. гён иль сначала только хмыкнул, но его самодовольная ухмылка быстро сползла, когда он заметил, что некоторые одноклассники обратили на него внимание. его лицо помрачнело, губы поджались, а в глазах мелькнула злость. — шлюшкам слово не давали, — бросил он, сжав кулаки и чуть подался вперёд, словно ожидая ответа. в классе на мгновение повисла тишина, а затем воздух будто треснул от напряжения. джи ун резко повернул голову к гён илю, его челюсть напряглась. кёнхи прищурилась, не давая эмоциям взять верх, но её взгляд буквально сверлил парня. — а ты с каких пор решаешь, кому слово давать? ты кто вообще? воздух? — она оперлась локтем на парту, подперев голову рукой. — мне кажется, или у тебя слишком много желания потрепать языком? может, это просто зависть, что тебя даже шлюха не захочет? где-то в классе послышался приглушенный смешок. джи ун чуть приподнял бровь, наблюдая, как выражение лица гён иля меняется с самоуверенного на раздраженное. гён иль, даже не осознав, как это произошло, резко встал со своего места и стремительно приблизился к кёнхи. его лицо оказалось совсем рядом, дыхание обожгло её кожу, а голос прозвучал низко и зло, почти шёпотом: — тупые лесбиянки не умеют разговаривать с мужчинами, или что? его губы скривились в усмешке, и он наклонил голову, будто оценивая её реакцию. джи ун не раздумывал. его рука молниеносно схватила гён иля за воротник и с силой дёрнула, швыряя его обратно, прямо в сторону его друзей. те едва успели подхватить парня, который пошатнулся и зло выдохнул. — тебе же сказали заткнуться, ебанат, – джи ун смотрел на него холодно, его голос был низким, почти угрожающим. гён иль, не раздумывая, вскочил на ноги, его лицо исказилось от злости. сжав кулаки, он бросился вперёд, замахиваясь для удара, но джи ун двигался быстрее он ловко уклонился в сторону, оставляя противника бить воздух. потеряв равновесие, гён иль с размаху налетел на парты, грохнувшись прямо на них. несколько учебников слетели на пол, а сам он замер на мгновение, тяжело дыша от накатившей ярости. гён иль зашипел от боли, когда кёнхи резко схватила его за волосы, вынуждая посмотреть ей прямо в глаза. её колено прижимало его к столу, не давая подняться. лучше слушаться тупых лесбиянок, псина! прошипела она, занося кулак. он попытался дёрнуться, но было поздно её удар пришёлся точно в челюсть, заставляя его вскрикнуть. шум в классе затих, и все замерли, наблюдая за сценой. су а перевёл ошарашенный взгляд с кёнхи на джи уна, затем снова на гён иля, лежащего на полу. его глаза были покрасневшими, то ли от сна, то ли от усталости, а может, и от всего сразу. — вы… — прохрипел он, будто не зная, что сказать. кёнхи встряхнула руку, надув губы и недовольно поморщившись. — вот же, блять… рука заболела аж… — проворчала она, качая головой. су а медленно провёл руками по ткани на своих плечах, ощущая чужое тепло, оставшееся на ней. он нахмурился, не сразу понимая, как ветровка джи уна оказалась на нём. его взгляд метался по классу, пока не нашёл виновника. он аккуратно снял одежду и молча протянул её джи уну. тот чуть замешкался, словно хотел отказаться, но, встретившись с уверенным взглядом су а, всё же взял её обратно. — спасибо, — тихо сказал су а, не зная, за что именно благодарит. за заботу? за тепло? или просто за то, что джи ун всегда был рядом? джи ун опустил взгляд на ветровку, которую су а протягивал ему, и замешкался. он не ожидал, что тот так быстро заметит. — тебе лучше оставить её, — пробормотал он, но су а лишь покачал головой. — я в порядке. держи. по классу прокатилась гробовая тишина. мён-сонбэнним стояла у двери, широко распахнув глаза, её взгляд метался от гён иля, распростёртого на полу, до кёнхи, потирающей кулак, и джи уна, который выглядел так, будто только что собирался снова врезать. — ЧТО ТУТ ПРОИЗОШЛОООО?! — её голос прогремел по кабинету, заставляя нескольких учеников вздрогнуть. су а, который до сих пор пытался осознать, что вообще случилось за последние пару минут, замер с ветровкой в руках. кёнхи медленно убрала руку за спину, а джи ун хмыкнул и, покосившись на су а, лишь пожал плечами, словно ничего особенного не произошло. джи ун вышел первым из учительского кабинета, сунув руки в карманы и закатив глаза, словно только что выслушал самую скучную лекцию в жизни. следом шла кёнхи, поморщившись и разминая плечо, будто она только что отбивалась от целой орды. последним шел гён иль — с каменным лицом и злостью в глазах, но всё же, кажется, сдерживаясь, чтобы не устроить новый конфликт прямо в коридоре. су а, стоявший у стены, нервно выпрямился, едва они появились. его взгляд пробежался по лицам друзей. джи ун скривился и махнул рукой: — охуели, как обычно. типа «почему драка», «кёнхи нельзя драться», «джи ун будь примером», «гён иль прекрати провоцировать». ничего нового. кёнхи хмыкнула, хрустнув пальцами: — ещё раз тронет кого-то из нас — я ему второй глаз закрашу. гён иль фыркнул, но промолчал. гён иль подошёл так близко, что джи ун ощутил на лице его горячее, неровное дыхание. голос был тихим, но в нём скользило столько яда, что казалось, он прожигал кожу насквозь. — сегодня. тхэван 45. 19:00. — каждое слово он будто вырезал лезвием. — не придёшь — мы тебя найдём. он медленно отстранился, но глаза всё так же впивались в джи уна, будто выискивая в нём хоть каплю страха. но тот лишь слегка склонил голову набок, лениво прищурившись. — да неужели? — он усмехнулся, словно услышал какую-то нелепую байку. гён иль сжал кулаки, но не стал отвечать, лишь бросил на него последний тяжёлый взгляд и ушёл. су а посмотрел на джи уна с тревогой: — ты же не пойдёшь?.. джи ун медленно выдохнул, не спеша, словно обдумывая ответ. потом усмехнулся и хлопнул су а по плечу: — а ты как думаешь? где-то вдалеке гулко отбивались шаги прохожих, но здесь, у тхэван 45, всё казалось слишком тихим. джи ун стоял, засунув руки в карманы, и смотрел на толпу перед собой — парни, что вечно крутились вокруг гён иля, и несколько девушек, лениво прислонившихся к нему, будто он был их личной подушкой. гён иль лениво скосил взгляд, ухмыльнувшись. — ой-ой, а кто это у нас? сам пришёл, без друзей? джи ун цокнул языком, оглядывая его с ног до головы, словно оценивая товар на рынке. — нуу, где ты, гён иль? я уже весь голоден, мне пора ужинать. он говорил спокойно, но в его голосе скользнула лёгкая насмешка. будто вся эта сцена казалась ему нелепой постановкой, где он уже заранее знал финал. джи ун медленно выдохнул, чувствуя, как внутри всё закипает. гён иль смотрел на него с мерзкой ухмылкой, явно ожидая реакции, надеясь вывести его из себя. — че, думаешь, трахаешься с су а и кёнхи — стал крутым? — гён иль наклонил голову, словно изучая его. воздух между ними натянулся, будто невидимая струна вот-вот лопнет. джи ун не сразу ответил. он лишь сжал пальцы в кулак в кармане, но лицо оставалось таким же спокойным. — странно, — протянул он, медленно шагнув вперёд. — ты ведь тот, кто постоянно говорит обо мне и моих друзьях. может, ты просто завидуешь? или мечтаешь быть на их месте? в голосе звучал яд, но спокойный, будто он действительно просто размышлял вслух. гён иль рванулся вперёд, резко толкнув джи уна в грудь. тот отшатнулся, но устоял, скользнув взглядом по парню. вокруг моментально поднялся шум, девушки в обнимку с "гиенами" захихикали, а сами парни начали подзадоривать гён иля. — ну чё, крутой? – гён иль зло оскалился и снова кинулся вперёд, замахиваясь кулаком. но джи ун не был из тех, кто просто стоит и ждёт. он легко уклонился в сторону, позволяя удару пронзить воздух, и в следующую секунду сам врезал гён илю в живот. тот согнулся, выругался, но сразу попытался ответить, размахивая руками. — ты, блядь..., – прохрипел гён иль, но не успел договорить, как получил ещё один удар, уже по скуле. драка разгоралась. "гиены" вскочили со своих мест, кто-то выкрикивал поддержку, кто-то просто ржал, пока двое подростков кидались друг на друга, обмениваясь ударами. джи ун был быстрее, точнее, но гён иль давил агрессией, пытаясь завалить его силой. в какой-то момент они оба рухнули на асфальт, джи ун оказался сверху, вжав колено в рёбра гён иля, сжимая его за воротник. лицо гён иля пылало от злости, но он не мог сдвинуться. — ещё раз тронешь кёнхи или су а, я тебе нос сломаю, – сквозь стиснутые зубы, процедил джи ун внезапно двое из «гиен» рванулись вперёд, схватив джи уна за плечи и грубо сбив его с гён иля. он не успел среагировать, как почувствовал первый удар в бок, затем ещё один в живот. земля больно встретила его спиной, и прежде чем он смог подняться, на него посыпались пинки. — ну что, крутой, а теперь не такой резкий?, - глумился гён иль, вытирая угол рта, где запеклась кровь. один из парней пнул джи уна по рёбрам, заставляя его стиснуть зубы от боли. он пытался перекатиться, прикрывая голову руками, но удары сыпались с разных сторон. вокруг раздавался хохот, кто-то снимал всё на телефон, кто-то просто подбадривал нападающих. — ты же хотел показаться сильным, да?, - гён иль присел рядом, схватил джи уна за волосы и дернул его голову вверх. — тогда потерпи ещё немного. удары сыпались один за другим безжалостные, резкие, со всей силой, на какую только были способны нападавшие. джи ун сжимал зубы, сдерживая стоны боли, но каждая секунда казалась вечностью. где-то вдалеке раздавался смех, кто-то выкрикивал насмешки, а кто-то просто наблюдал, не вмешиваясь. гён иль стоял рядом, самодовольно склонив голову на бок, наблюдая за избиением с лёгкой ухмылкой. — что, джи ун? всё ещё крутой?, – с издёвкой бросил он, наклоняясь ближе. джи ун попытался приподняться, но тут же получил сильный удар в живот, из-за чего согнулся, задыхаясь. его ноги дрожали, тело не слушалось. — пиздец какой жалкий, – рассмеялся один из «гиен», отбрасывая окровавленную футболку джи уна в сторону. ещё один удар. потом ещё. и ещё. в какой-то момент всё перед глазами джи уна стало размываться, шум голосов превратился в глухой гул, а боль – в одно сплошное жжение, заполняющее каждую клетку его тела. он лежал на холодном асфальте, глядя в ночное небо, которое плыло перед глазами мутным пятном. телефон в кармане завибрировал, но джи ун даже не пошевелился. он просто не мог. тело не слушалось, каждый вдох отзывался болью в рёбрах, а сознание ускользало, будто кто-то настойчиво тянул его в пустоту. звонок стих, потом начался снова, но джи ун так и не ответил. где-то вдалеке слышались шаги — удаляющиеся, ленивые, с лёгким хриплым смехом. «гиены» уходили, оставив его вот так — разбитого, изувеченного, одного. гён иль посмотрел на экран телефона, его глаза сузились, а губы растянулись в злобной ухмылке. слово "чжагия" (дорогой) как ножом прокололо его. ярость вспыхнула в груди, и он с силой сжал телефон в руке, чувствуя, как угроза и боль переполняют его. с отчаянным смехом он швырнул телефон на землю, раздавив его под своим ботинком. звук треска, когда экран раскололся на части, эхом отозвался в ночной тишине. гён иль наступил на него, словно вытирая с собой всё, что могло его связать с этим человеком, с его жалкой слабостью. его взгляд был пуст, а его действия — полны злобы и мести. он молча развернулся и пошел прочь, оставляя джи уна в этом мракобесии. разбитый телефон лежал на холодном асфальте, экран еще мерцал, несмотря на трещины, сквозь которые пробивалась надпись "자기야" (дорогой). звонок дрожал короткими вибрациями, но ответа не было — только темнота, кровь на костяшках и глухая ночь, что окутала улицы. в это время су а сидел у себя в комнате, бездумно листая учебник. он знал, что джи ун сейчас, скорее всего, в клубе, и поэтому не спешил ему писать. "наверное, просто занят", — спокойно подумал он, переворачивая страницу. резкий, бешеный стук в дверь заставил его вздрогнуть. — су а! — за дверью раздался взволнованный голос кёнхи. — открой, быстро! он медленно поднялся, раздраженно зевнул и пошел к двери. как только ручка повернулась, кёнхи буквально ворвалась внутрь, её лицо было бледным, а в глазах читалось беспокойство. — джи ун… он не отвечает, — прерывисто сказала она, пытаясь отдышаться. — я звоню, звоню, но… его телефон… су а нахмурился. — он, наверное, просто… — телефон сломан! — перебила его кёнхи. её руки дрожали, она сжала кулаки. — я не знаю, где он… мне это не нравится… тревога холодной тяжестью сжала его грудь. су а нахмурил брови, раздраженно потер переносицу, не до конца веря в слова кёнхи. — ты, наверное, преувеличиваешь, — сказал он с легкой усталостью. но в тот же момент его мысли будто вспыхнули. гён иль. потасовка. тхэван 45. его сердце сжалось. он даже слышал, как у него в ушах зазвенело от нахлынувшего напряжения. — …черт, — выдохнул он, хватая телефон и быстро открывая карту. кёнхи, не понимая, но уже догадываясь, метнулась ближе. — что? что случилось? — он… гён иль… он же говорил ему прийти туда в 19:00, — су а с силой сжал телефон в ладони. кёнхи побледнела еще сильнее. теперь всё складывалось в ужасающую картину. воздух в переулках был тяжелым, пропитанный запахом сырости и никотина. фонари светили тускло, и их дрожащий свет отбрасывал длинные тени на потрескавшийся асфальт. су а шел быстро, его шаги были нервными, а дыхание сбивчивым. он вглядывался в темные углы, стараясь не поддаваться панике. рядом с ним кёнхи, не отставая, оглядывалась по сторонам, ее руки сжаты в кулаки. — он должен быть где-то здесь, — пробормотал су а, чувствуя, как в груди нарастает тревога. минуты тянулись мучительно долго, пока, наконец, они не заметили его. — джи ун! — голос кёнхи сорвался на крик, когда она первой подбежала к темному силуэту, распростертому на земле. су а застыл, сердце будто ударило разом обо всё тело. но в следующее мгновение он рванул к нему, опускаясь на колени рядом. су а дрожащими пальцами задрал рукав джи уна, его ладонь тут же легла на запястье, нащупывая пульс. кожа была холодной, словно впитала в себя всю ночную сырость. — вызови скорую... — голос его был напряжённым, почти срывался, но в нём не было ни тени сомнения. кёнхи не заставила себя ждать — дрожащими руками вытащила телефон и, отвернувшись, быстро набрала номер. су а в это время осторожно склонился над другом, всматриваясь в его лицо, в ссадины и кровь, застывшую на коже. сердце бешено колотилось, но он заставил себя дышать ровно. — всё будет нормально... — пробормотал он, хотя сам не был в этом уверен. субботнее утро выдалось тяжелым. всю ночь су а и кёнхи провели в больнице, сидя в коридоре в ожидании хоть каких-то новостей. тревога сжимала грудь, мысли путались, а усталость наваливалась с новой силой. когда врачи наконец сообщили, что состояние джи уна стабильно, они немного выдохнули, но не ушли. су а заходил в палату несколько раз, просто стоял у двери, смотрел на него и выходил обратно, не зная, что сказать или сделать. он не слышал, как джи ун сквозь забытьё бормотал его имя. ночь была выматывающей. врачи настойчиво рекомендовали им покинуть больницу и отдохнуть — их присутствие здесь не могло ничем помочь джи уну, а вот самим им требовался сон и спокойствие. су а молчал. он не спорил, не соглашался, просто смотрел в стекло двери палаты, где лежал джи ун. в тусклом свете больничных ламп его лицо казалось ещё бледнее, а перевязки на руках и синяки на скулах только усиливали глухое чувство тревоги внутри. он не стал задерживаться. последний взгляд — тихий, прощальный, и су а развернулся, умеренно шагнув за кёнхи. ночь ждала их за пределами больницы, и дорога домой тянулась тягучей пустотой. время тянулось мучительно медленно. воскресенье казалось особенно долгим, но наконец, когда часы перевалили за полдень, их ожидание было вознаграждено — джи ун пришёл в себя, и врачи подтвердили, что он стабилен. су а почувствовал, как воздух в груди стал легче. напряжение, которое сковывало его всё утро, немного ослабло. он и кёнхи быстро собрались, решив взять с собой еды — не только потому, что больничная пища была сомнительной, но и чтобы хоть как-то порадовать джи уна после всего, что случилось. заперев за собой дверь, су а не думал ни о времени, ни о деньгах. всё это не имело значения. важнее было как можно скорее увидеть его. друга. или… не друга? он сжал ремешок сумки чуть крепче и поспешил к кёнхи. они пересекли больничный коридор, тихо ступая по холодному полу. дверь в палату была приоткрыта, и су а первым заглянул внутрь. джи ун сидел на кровати, неподвижный, уставившись в одну точку. скука и усталость отпечатались на его лице, но в этом взгляде читалось нечто большее — пустота, будто мысли его блуждали где-то далеко. когда дверь мягко скрипнула, он лениво перевёл взгляд, не ожидая ничего особенного. но стоило ему увидеть знакомые лица, как выражение на его лице мгновенно поменялось. глаза сначала расширились от удивления, потом слегка прищурились, и едва заметная, но тёплая улыбка коснулась его губ. — о, — выдохнул он, словно сам не верил, что они здесь. — привет, черт. мы пришли добить тебя, — кёнхи ухмыльнулась, демонстративно сжав кулак, но в её голосе не было и намёка на серьёзность. джи ун покосился на неё, не сдержав лёгкой улыбки, но тут же перевёл взгляд на су а. тот не сказал ничего лишнего — только поставил контейнер с едой на край кровати, будто бы не зная, что ещё можно сделать. — ты… говорил, что любил этот суп, — наконец, тихо проговорил он, не поднимая глаз. воздух в палате на мгновение застыл. джи ун опустил взгляд на контейнер, а потом снова посмотрел на су а. уголки его губ едва заметно дрогнули, и в глазах появилось что-то тёплое, почти неуловимое. джи ун чуть приоткрыл рот, глядя на него, будто пытаясь осмыслить всё сразу — и сам факт их прихода, и суп, и странное ощущение, которое он не мог разобрать. — я ещё… немного добавил туда кибимбап, — тихо сказал су а, по-прежнему не поднимая взгляда. — суп… кибимбап… так ещё и пришёл сюда… — джи ун медленно моргнул, затем хмыкнул, покачав головой. — чего ты такой сегодня… он смотрел на су а пристально, почти изучающе, но в этом взгляде не было насмешки — только лёгкое, едва ощутимое удивление, смешанное с чем-то ещё, чем-то тёплым. — чего такой добрый… или вообще, милый… и глаза у тебя сегодня… особеннее… — голос джи уна звучал не так уверенно, как обычно. су а несколько раз моргнул, его взгляд метался то в сторону окна, то на его руки, то на тарелку с супом. он не знал, как реагировать. но что-то внутри него дрогнуло, и прежде чем он успел осознать это, его губы сами по себе чуть приподнялись. он улыбнулся. не широко, не резко — едва-едва, но всё же. джи ун, всё ещё с открытым ртом, замер. он не сводил с него глаз, будто пытаясь убедиться, что не ослышался, не ошибся. а потом, словно в попытке понять, что только что произошло, повторил его выражение лица, неловко скопировав улыбку, но в его глазах была настоящая растерянность. — …ты только что улыбнулся? — пробормотал он, будто боялся вспугнуть этот редкий момент. су а медленно сел на соседнюю кровать, его движение было таким неторопливым, будто он и сам не до конца осознавал, что делает. он спокойно, почти буднично, сказал: — кушай давай… пока он не остыл… джи ун мельком взглянул на него, потом снова перевёл взгляд на суп. он задумчиво взял ложку, чуть помешал бульон, словно размышляя, стоит ли доверять такому странному поведению друга. а потом, с лёгким подозрением в глазах, поднёс ложку ко рту и попробовал на вкус. — может, ты его отравил… — пробормотал он с набитым ртом, жуя осторожно, будто проверяя, нет ли подвоха. — вдруг поэтому улыбаешься? он скосил глаза на су а, но тот, как ни странно, просто смотрел в сторону, будто даже не слышал. кёнхи хитро фыркнула, скрестив руки, а потом незаметно скользнула ближе к су а. — ага, еще чего. чтобы этот милаха? да я лучше тебя отравлю, придурок, — сказала она, ухмыльнувшись. в следующий момент она ловко просунула руку под его согнутую в локте, обхватывая его, словно парочки. су а не отстранился, но и не среагировал особо — будто бы так и должно быть. он просто сидел, его взгляд по-прежнему был прикован к джи уну. он смотрел, как тот ест, как двигаются его губы, как он морщится на горячее, как чуть приподнимает брови после каждого глотка. смотрел так, будто это было единственное, что его сейчас волновало. джи ун ухмыльнулся, наблюдая за этой картиной, и вдруг небрежно бросил: — вы, что, вдвоем встречаетесь? су а тут же дернулся, его взгляд резко метнулся на джи уна. он медленно, но уверенно высвободил руку из захвата кёнхи и спокойно ответил: — еще чего... их глаза встретились, и на мгновение все вокруг исчезло. они смотрели друг на друга — слишком долго, слишком внимательно, будто пытались разобрать что-то важное в этих зрачках, будто глаза могли сказать больше, чем слова. ни один не отводил взгляда, не моргал, не отвлекался. а где-то рядом кёнхи безуспешно пыталась вернуть всё, как было, возмущенно дергая су а за руку и наигранно обижаясь. — да ладно тебе, холодный ты человек! — бурчала она, но он даже не услышал. он ничего не видел. никто вокруг не существовал. только джи ун. ребята ушли чуть позже, когда в палате снова воцарилась привычная больничная тишина. врачи заверили их, что уже завтра джи уна выпишут — его организм оказался сильным, восстановление шло быстро. су а и кёнхи вышли из здания, но мысли о друге ещё долго не покидали их головы. особенно у су а, который, казалось, с каждым шагом всё больше терялся в собственных ощущениях. этот взгляд, это внимание, эти заботливо приготовленные контейнеры с едой — всё это не уходило из головы джи уна. он снова и снова прокручивал в памяти момент, когда су а улыбнулся. так просто, но так чертовски красиво. он вспоминал, как тот сидел напротив, молча наблюдая, как он ест. как его ресницы чуть подрагивали, а в глазах блестела мягкость, которой раньше джи ун не замечал. а может, не хотел замечать. но теперь это ощущение не отпускало — странное, тёплое и слишком приятное, чтобы игнорировать. всё это — весь су а — мысленно притягивало его к себе. джи ун закрывал глаза, и перед ним снова появлялся тот самый взгляд, тот самый нежный изгиб губ, что на долю секунды превратился в улыбку. он вспоминал, как су а моргнул, как шевельнул пальцами, как прикоснулся к столу, будто оставляя там частичку себя. он мечтал о нём всю ночь. его сознание, будто охвачено лихорадкой, снова и снова возвращалось к этому образу. его улыбка, его щенячьи глаза, мягкий оттенок загорелой кожи, чуть приоткрытые губы — всё это было настолько отчётливым, что казалось реальным. он мог почти коснуться его, почти услышать дыхание, почти почувствовать тепло его руки. он представлял его. и только его.