Один год о нас

ГЛАВА 6

Риз

Кори вернулся спустя некоторое время, и вид того, как он усаживается на край кровати с деревянным подносом в руках, опять чуть не выбил меня из колеи. Этот невероятный мужчина заварил для меня чай и принес чайник с фарфоровой сахарницей на подносе, как какой-нибудь слуга. - Не обязательно было так стараться, - сказал я, всё ещё с трудом ворочая языком. - Я и так уже полностью твой. Кори бросил на меня уничижительный взгляд и аккуратно поставил поднос на кровать рядом со мной. Я сел повыше, опираясь спиной об изголовье. Простыни скомкались вокруг моих голеней. Прикрываться не имело смысла - Кори и так уже видел всего меня, и не только снаружи, но и изнутри. - Это называется «забота после сессии», Риз. Ты наверняка знаком с таким понятием, - сказал он, придерживая крышку чайника и наливая в одну из маленьких чашек насыщенный золотисто-коричневый напиток. Чай благоухал деревьями, цветами и свежестью. Я никогда не чувствовал настолько сложного и насыщенного аромата. - Угу, знаком, - пробормотал я. - Сахар? - спросил он. - Решай сам. Он бросил один кубик в чашку и протянул мне. Я обхватил её обеими руками, поднёс к лицу и глубоко вдохнул поднимающийся пар. - Запах просто нереальный, - произнёс я, отпив глоток и обнаружив, что вкус чая оказался даже лучше аромата. - Это специальная чайная смесь от моего друга, - сказал он, наливая вторую чашку для себя, тоже с одним кубиком сахара. - Ты предлагаешь его всем своим сабам? - спросил я, ощущая как чай горячей волной обжёг мне горло вместе с произнесёнными словами. Кори выгнул бровь. - Ты считаешь себя им? - Ты понял, что я имел в виду. - Понял, - ответил он, и я был благодарен, что он не стал заострять внимание на моей оговорке. - И мой ответ: нет. Я не привожу мужчин домой. Мне стало интересно, почему Кори не приводит домой своих партнеров. Будь то мужчины, из его клуба, «Черной Двери» или как он там назывался, или мужчины, с которыми он встречался. А встречался ли он с кем-нибудь вообще? У меня не было ощущения, что воздержание, прерываемое одной встречей в месяц с мужчиной на другом конце страны, как-то его тяготит. - Ты должен рассказать мне об этом подробнее, - сказал я, снова отпивая чай. Этот глоток прошел легче предыдущего, и мои мышцы расслабились ещё сильнее. Он тихо хмыкнул и закатил глаза со свойственной ему непринужденностью, которая означала не раздражение, а скорее удивление от того, что кто-то посмел поставить под сомнение его слова или поступки. - Если мне нужна сессия, я иду в клуб. Там есть всё необходимое. - Или к кому-нибудь в гости? - уточнил я. - В клубе есть всё необходимое, - повторил он твёрдо. - Звучит как-то… - Обезличенно? - подсказал он, криво усмехаясь. - Скучно? Замкнуто? Поверь, я уже слышал это от своих друзей, которые давным-давно обзавелись постоянными партнёрами и наслаждаются тихой семейной жизнью. - А сам ты как считаешь? - спросил я, вглядываясь в него. - Для отношений нужно доверие. - Разве ты не доверяешь тем, с кем спишь? - Я доверяю им настолько, насколько они могут быть честны со мной, когда это необходимо, - просто ответил он, поднося чашку к губам и приоткрывая губы. Этот разговор был… интересным. Кори всегда выглядел исключительно компетентным и уверенным в себе мужчиной. И хоть этот откровенный разговор после секса не заставил меня изменить мнение о нём - это был первый раз, когда я заметил брешь в неприступной броне доминантности, которая окружала его, даже когда он стоял на коленях. Он дал мне возможность не отвечать прямо на моё замечание о сабмиссивах, так что и я не стал развивать эту тему дальше. Оба вопроса были озвучены вслух, и рано или поздно мы обязательно вернемся к ним… к лучшему это или к худшему. - Расскажи мне побольше об этом чае, - сказал я, радикально меняя тему и делая еще один глоток. Остывший до комнатной температуры чай приобрел сладковатый привкус. – И расскажи о своём клубе. Кори облегчённо вздохнул, переставил поднос на тумбочку и уселся слева от меня, соприкасаясь с моим плечом и вытягивая ноги. - Это совершенно разные темы, - сказал он. - Не такие уж и разные. - Чай, как я уже говорил, от друга. Честно говоря, я не знаю точного состава, но пушистых гусениц в нем точно нет, - он тихо рассмеялся. – Эта чайная смесь предназначена для расслабления, снятия воспаления и уменьшения тревожности. Я фыркнул, делая еще глоток. - Ты что, раскусил меня, да? Он хитро усмехнулся и шутливо толкнул меня плечом. - Никогда не пробовал ничего подобного, Хотя, если честно, я вообще пил только чай в пакетиках. Ужас отразился на его лице, он повернулся ко мне, драматично округляя глаза. - Пожалуйста, скажи мне, что это шутка. - Я работаю по ночам, Кори, - напомнил я ему. - Я кофеман. - Тьфу, гадость, - он фыркнул, изображая, что плюёт за край кровати. - Можем не соглашаться друг с другом, - сказал я. - Но этот чай – божественен. - Завтра утром заварю тебе другой. Для сравнения, - сказал он. - А завтрак в постель будет? - поддел я, протягивая руку через Кори, чтобы поставить на поднос свою пустую чашку. Его пальцы скользнули по моей спине, и я с трудом удержался от того, чтобы не растянуться у него на коленях, как ленивый домашний кот. - Ты получишь завтрак там, где захочешь, - он поцеловал меня в плечо, пока я выпрямлялся. - А что касается «Черной Двери» … что ты хочешь знать? «Черная дверь», точно, так он и называется. - Ты был в «Восхищении», - сказал я. - Чем они отличаются? - Всем. Для начала, на сто процентов меньше богохульства. - И виски получше? - спросил я. - Очевидно, - Кори допил свой чай и положил руку мне на бедро. - По сути, они похожи. Есть место для общения, есть место для секса. Есть приватные и общие комнаты, так же, как и у вас. А ещё есть внутренний дворик на открытом воздухе, осенью он особо хорош. - А весной? - Тоже более-менее, - пробормотал он, снова слегка улыбаясь. - Что ж… - я размял плечи и потянулся, вытягивая руки над головой. Чай подействовал… Секс подействовал. Я чувствовал себя лучше, чем когда-либо за последние несколько лет. - Не могу дождаться, когда ты меня туда отведёшь.

***

ГЛАВА 7

Кори

Когда после дня, потраченного на осмотр достопримечательностей, мы вошли в «Черную Дверь», я попытался представить, каким Риз видит клуб. Мне было плевать, что он думает о Таймс-сквер – переполненной людьми вонючей помойке, - но мне было важно, что он подумает об этом месте. Здесь пахло деньгами. Роскошью. Кожей, дорогим виски и подчинением. Кроме спальни Риза в Лос-Анджелесе, это было моё любимое место на земле. И это был настоящий взрыв мозга. Я давно понял, что зашёл с Ризом слишком далеко, но в последнее время ко всему прочему мне стало казаться, что мои тщательно скрываемые уязвимости вылезают наружу. Шаг за шагом он потихоньку раскапывал, вытаскивал на поверхность того человека, которым я был давным-давно. Когда-то давно я был более открытым. Более готовым любить и позволять любить себя. Но то было много лет назад, еще до того, как я открыл для себя Тему. До того, как осознал себя Домом. Может, оно и к лучшему – тогда я не был готов к такому мужчине, как Риз. - Как-то меня совсем не удивляет, что здесь столько черной кожи, - прошептал мне Риз на ухо, наклонившись так, чтобы никто не услышал. - Ну, это же не «Красная Дверь» и не «Голубая». Выпьешь чего-нибудь? Я принесу тебе настоящий виски и проведу экскурсию. - С удовольствием. Поцеловав Риза в щеку, я пошёл к бару заказать нам выпивку. Бармен посмотрел на меня с любопытством, но не спросил о моём спутнике. Я прекрасно знал, что к концу вечера все сплетники в клубном сообществе будут обсуждать, что Кори Каллахан впервые кого-то привёл. Мне было плевать на эти разговоры. Пусть говорят и завидуют, какой охрененно горячий мужчина пришёл сегодня со мной. Когда я вернулся к нему с напитками, стало очевидно, что Риз тоже заметил внимание окружающих. Взяв стакан из моей руки, он сделал большой глоток и посмотрел на меня. - Они пялятся, потому что я новичок здесь или потому что я с тобой? Я заставил себя невозмутимо выдержать его взгляд и попытался притвориться более уверенным, чем чувствовал себя на самом деле. - Думаю, и то, и другое. Я проводил тут сессии со многими, но никого не приводил с собой. Я протянул ему руку и ждал, пока он возьмет её. - Пойдем, я всё тебе покажу. - Ты не приводишь мужчин домой. Ты не приводишь мужчин сюда. Я начинаю чувствовать себя особенным, Кори, - голос Риза прозвучал хрипло то ли из-за виски, то ли из-за сдерживаемых эмоций. - Ты и должен чувствовать себя особенным, - я остановился и посмотрел ему в глаза. – Должен, Риз. Риз первым отвёл взгляд. - Покажи мне игровые комнаты. Моя ответная улыбка получилась хищной, но я и не пытался скрыть от него свое удовольствие. Я хотел, чтобы он увидел, как я рад тому, что он здесь. Как я горжусь, что делюсь с ним частью своей жизни. До сих пор мы были вместе только на его территории, и было одновременно странно и приятно поменяться ролями. Я повёл его в сторону игровых комнат. За закрытыми дверями шли приватные сессии. В одной из открытых комнат пара после сессии уютно устроилась в объятиях на диване, обмениваясь медленными, интимными поцелуями. А вот зрелище в следующей комнате было довольно интересным. Толпа зрителей наблюдала за демонстрацией саундинга. ** ** Саундинг (от англ. sounding) - БДСМ-практика, при которой в уретру (мочеиспускательный канал) вводятся специальные гладкие металлические стержни (зонды). Эта практика требует особой осторожности и стерильности, и, как правило, используется для получения интенсивных физических впечатлений и ощущения глубокой психологической подчинённости. – прим. переводчика Саб, незнакомый мне мужчина, был привязан к стулу с широко раздвинутыми ногами, связанными за спиной руками и блестящей от пота и смазки кожей. Его подрагивающий член стоял прямо, как мачта, а дом медленно погружал тонкий металлический зонд внутрь уретры. Я схватил Риза за руку и затащил нас в комнату, подыскивая место с хорошим обзором. Я позволил ему наблюдать за происходящим, а сам любовался им. Он смотрел на демонстрацию широко распахнутыми глазами и со слегка приоткрытым ртом, как у человека, мечтающего о глотке воды. Риз выглядел томящимся от жажды. Я никогда бы не стал подталкивать Риза к подчинению, но в такие моменты, когда его лицо выражало настолько неприкрытое желание, жажду, любопытство, уязвимость - именно тогда мне безумно хотелось, чтобы он стоял на коленях передо мной и был полностью в моей власти. Краем глаза я следил за демонстрацией, но в основном моё внимание было поглощено Ризом и тем, как всё чаще вздымалась его грудь по мере того, как сессия продолжалась, а возбуждение саба становилось всё более отчаянным. Подойдя сзади, я обнял Риза за талию одной рукой, продолжая держать стакан виски в другой. То, что Риз был чуть выше меня, создавало некоторое неудобство, но я справился - оттянул воротник его рубашки в сторону и поцеловал кусочек обнажившейся кожи. - Позволишь мне однажды сделать это с тобой, Риз? В ответ он издал звук, который мог означать и «да», и «иди на хер». Он был слишком возбуждён, чтобы его можно было понять. - Посмотри, какой он красивый, Риз. Тебе ведь нравится, как он выглядит? С какой отзывчивостью и покорностью он принимает всё, что ему дают. Он хорош, но ты бы на его месте был великолепным и потрясающим, - я поцеловал его в затылок и скользнул рукой под рубашку. Поглаживая ему живот кончиками пальцев, я продолжал шептать на ухо: - Я никогда не заставлю тебя делать то, к чему ты не готов, Риз. Если ты захочешь встать передо мной на колени и подчиниться, тебе придётся самому попросить об этом. Я должен знать, что ты сам этого хочешь. Я опустил руку ниже и накрыл ладонью его напряженный, скрытый тканью член. - Ты сегодня так хорошо себя вёл, Риз. Могу ли я отблагодарить тебя за то, что ты прилетел только для того, чтобы увидеть меня? – спросил я, расстегивая пуговицу на его джинсах и опуская молнию, чтобы стало возможно засунуть руку ему в трусы. - Могу? -  повторил я, размышляя, не потерял ли Риз дар речи на моменте, когда тонкий зонд сменился на толстый, который сейчас с трудом входил в щель саба. - Да, - он повернул голову и посмотрел на меня горящим взглядом. - Кори, пожалуйста.

***

ГЛАВА 8

Риз

Этот мужчина мог уничтожить меня одним словом, одним прикосновением, и сейчас, когда его пальцы сомкнулись вокруг моего твёрдого члена, я почувствовал, что окончательно теряю себя. Он подарил мне свою доминантность, ни разу не доведя меня до точки невозврата. Он соблазнял меня удовольствиями, которые могли бы стать моими, если бы я решился довериться ему и отдал инициативу. А когда я пятился назад, убегая от соблазнов, он терпеливо следовал за мной, не давил и не требовал. Незаметно, без пафоса и красивых слов, Кори подарил мне и свою покорность. Я почти упустил суть, зациклившись на мелочах, но когда он так нежно говорил со мной, связывая мои запястья шелковыми лентами, я осознал, что именно произошло. Я увидел его таким, какой он есть. Я увидел его настоящего. Я думал обо всё этом, глядя на пару перед нами. Один мужчина был обнажён, другой – нет, но они незримо были связаны, хоть и разными способами. Мужчина в кресле сидел смирно – насколько вообще можно оставаться неподвижным, когда в уретре находится металлический зонд. Но из его горла вырывались глубокие, неконтролируемые первобытные стоны. Дом трахал его канал тонким стальным зондом, улыбаясь, посмеиваясь и демонстрируя всем, как сперма тонкой струйкой вытекает из члена саба и стекает по стволу. И вместо того, чтобы дать партнеру передышку, он вынул тонкий зонд и заменил его на более толстый. К стонам добавились хрипы, рычание и всхлипывания. Тело саба подёргивалось, пытаясь сопротивляться вторжению, хотя он сам давно уже добровольно отдал власть и контроль над собой своему дому. - Что именно тебя больше всего цепляет в происходящем? - прошептал мне на ухо Кори, лениво поглаживая мой ствол. – Думаю, что вовсе не зонд. - Подчинение, - признался я. – Безусловное доверие. Кори издал благодарный и, может быть, немного беспомощный звук возле моего уха. - В этом есть что-то особенное, правда? - Ты доверяешь мне? – вдруг вырвалось у меня. Слова о том, что я для него особенный, тяжёлым грузом лежали на моем сердце с того самого момента, как слетели с его губ. Он не стал ничего уточнять, а я не стал расспрашивать, и это была ещё одна тема, которую нам нужно было обсудить в ближайшее время. Мы пять месяцев избегали разговоров на подобные темы, но сейчас оба уже понимали, что играть дальше, не раскрыв наши карты друг перед другом, невозможно. - Да, - тихо ответил он, отпуская мой член и поднимая руку к моему лицу. - Помоги мне поблагодарить тебя. Не хочу причинить тебе боль. Во рту у меня пересохло, и я сделал глоток виски, затем поднёс его руку к своему рту и облизал пальцы и ладонь, щедро увлажняя их слюной. - Хороший мальчик, - промурлыкал он свою невыносимую похвалу и снова забрался мне в штаны, крепко и влажно обхватывая кулаком мой член. Я пропустил ещё одну смену зонда - стержень в члене связанного мужчины был уже толще маркера, а его пальцы сжимали подлокотники кресла так, что костяшки побелели. - Полюбуйся на себя, - сказал ему Дом, а потом обратился к зрителям. – Полюбуйтесь на него. Посмотрите, какая у него идеальная раскрытая щель, испачканная его спермой. Неожиданный жар разгорелся внизу моего живота, и Кори позади меня издал заинтересованный звук. Он уловил мою реакцию - резкую вспышку интереса и возбуждение, вспыхнувшее в моем теле и захватившее ту часть меня, которую я до сих пор не понимал. - Сейчас я заставлю кончить его ещё раз, - сказал дом, и саб отчаянно застонал. - А потом я отвезу его домой и покажу, насколько я им горжусь и как благодарен за то, что он развлекал вас сегодня. По небольшой толпе пронеслась волна возбужденного шёпота, дом взял вибратор, включил его на максимум и прижал к члену партнера. Я не мог представить, какие ощущения это вызывает само по себе, а уж тем более с толстым стальным зондом внутри, но невероятно отчаянные стоны и вздохи, вырывавшиеся изо рта саба, дали мне достаточно простора для фантазии. - Закрой глаза, - прошептал Кори. - Можешь слушать его, если хочешь. Скажи мне - кто сейчас самый важный человек в этой комнате? - Ты, - ответил я, не раздумывая. Он положил подбородок мне на плечо, обхватил меня свободной рукой и поднёс к моим губам свой стакан с виски, чтобы я сделал глоток. Его рука продолжала сжимать и поглаживать мой член настолько сильно, чтобы я не забывал о ней, но недостаточно интенсивно, чтобы заставить меня кончить. Я открыл рот, позволяя ему аккуратно влить дорогую выпивку. - Неправильно, - сказал он, убирая стакан и целуя меня в шею. – Это ты. После этих слов я превратился в комок ощущений и потребностей. Движения его руки между моих ног, звуки из центра комнаты – всё это было интенсивнее и ярче любой сессии, в которой я когда-либо принимал участие лично, не говоря уже о тех, в которых я был наблюдателем. Его твёрдый горячий член тёрся о мои ягодицы сквозь ткань, бёдра толкались в меня и дыхание учащалось в такт моему, пока он дрочил мне. Не успел я задуматься о том, кончит ли он себе в штаны, как сам взорвался оргазмом и залил спермой его руку. Еще не успела стихнуть последняя волна удовольствия, а я уже повернул голову к нему, ища его губы. - Ты успел кончить? - спросил я, тяжело дыша. - Почти, - пробормотал он еле слышно. - Используй мой рот, - попросил я, поворачиваясь в его объятиях и опускаясь на колени. Мой член торчал из расстегнутой ширинки, подергиваясь от отголосков оргазма, но сейчас я мог думать лишь о том, как доставить Кори удовольствие в ответ. Как быть тем самым хорошим мальчиком, которым он всегда меня называл. Расстегнуть его ремень оказалось легко, дернуть молнию вниз на ширинке – чуть сложнее, а потом я вытащил его член и одним быстрым движением взял его глубоко в горло. Кори застонал так низко, что этот звук отозвался во мне вибрацией. Он запустил пальцы в мои волосы, сжал их, сделал один толчок, второй, и горячие струи спермы наполнили мой рот. Кори согнулся надо мной, дёргая бедрами и продолжая кончать мне в рот, а я с жадностью глотал всё, что он отдавал. Где-то за моей спиной публика восторженно реагировала на очередной оргазм в демонстрации, но я был слишком занят своим мужчиной, чтобы отвлекаться на окружающих. Кори провёл дрожащей рукой по моим волосам, а я откинулся на пятки и улыбнулся ему снизу вверх Его грудь часто вздымалась. Он провёл большим пальцем по уголку моего рта, вытирая остатки спермы, и протолкнул его мне в рот. Я пососал и его соленый вкус идеально подошел к уже имеющемуся привкусу виски. А потом, закрепляя момент нашей близости, я прикусил подушечку пальца. Кори вздрогнул, невольно зарычав, выдернул палец и протянул мне стакан, который я охотно взял. Я стоял на коленях перед другим мужчиной. И никогда в жизни не чувствовал себя лучше. Никогда не чувствовал себя таким непринужденным и свободным.

***

ГЛАВА 9

Кори

В этом клубе передо мной на коленях стояли десятки мужчин. Связанные. Покорные. Я испробовал с ними все возможные практики, получил несчетное количество оргазмов. Бесчисленное множество мужчин прошло через мою жизнь до Риза, и теперь все они казались безликими. Они были ничем. Даже не зарубками на дверном косяке спальни. Они были временными во всех смыслах этого слова – и в моей памяти, и в эмоциях. Риз смотрел на меня снизу вверх, и в его глазах читалось то, от чего моё сердце трепетало как пёрышко, и кровь наполняла вены солнечным теплом. Я ещё несколько раз провел пальцами по его волосам и наклонился ближе. Его рот был со вкусом виски и меня. - Пойдем, - сказал я, не отрываясь от его губ. – Нужно закончить экскурсию. Риз тихо усмехнулся, и я помог ему подняться. Когда он выпрямился, я притянул его к себе, прижимая вплотную. Наши члены всё ещё не были спрятаны, но заняться этим можно было и позже. А сначала… - Спасибо, Риз. Ты был таким хорошим для меня, - прошептал я, обхватив его лицо и целуя один, ладно, два раза. И только потом я отстранился, передал пустой стакан проходившему мимо сотруднику клуба, аккуратно заправил член Риза обратно в бельё и застегнул его джинсы. Всеобъемлющая радость захлестнула меня, когда он позволил мне позаботиться о нём таким образом. Именно так дом заботится о своём сабе. Это был маленький шажок для нас, но невероятно важный. Затем я привёл себя в порядок и взял Риза за руку. Наши пальцы переплелись, и мы пошли, держась за руки. Я не делал этого годами. Пока не встретил его. - Идём. Ты еще не видел балкон, - сказал я, выводя его из игровой комнаты. Демонстрационная сессия закончилась, зрители начали расходиться. Атмосфера в комнате успокоилась, хоть в ней до сих пор витала энергия возбуждения и секса. На балкон, расположенный высоко над улицей, редко кто осмеливался выходить. Большинство посетителей предпочитали любоваться видом на город изнутри. - Если тебе некомфортно, мы можем не выходить, - сказал я Ризу, когда мы поднялись на верхний этаж. Он махнул мне рукой, приглашая идти вперёд. - На самом деле я сам сюда редко выхожу, - признался я, подходя к перилам. Высота была головокружительной, и многим людям становилось не по себе от того, что они находятся так высоко. Не спасали даже перила. Риз, однако, выглядел совершенно спокойным и даже облокотился на ограждение. - Что-то в последнее время ты зачастил – то и дело делаешь то, чего давно не делал. Я облизнул пересохшие губы. Риз так много открыл мне о себе, а я почти ничего не дал ему взамен. Здесь, на моей территории, было проще раскрыться перед ним. Во всяком случае мне так казалось. И ещё я понял: чем больше времени я проводил с ним, тем более естественным мне это казалось, и быть вдали от него было странно. После поездки в Чикаго и возвращения в Нью-Йорк незадолго до приезда Риза, у меня возникло странное ощущение, будто я здесь чужой. - Не знаю, с чего начать, - выдохнул я, нервно улыбаясь. Открыться очень хотелось, но было страшно. - Что ты хочешь обо мне знать? - Правду. Всё, что тебе самому хочется рассказать. Я глубоко вдохнул, как перед прыжком в воду, и уставился на город. - Последний парень был у меня в колледже. Мы познакомились, когда были первокурсниками, и с помощью небольшого презента убедили администратора поселить нас в одной комнате общежития. Уже тогда было ясно, что мне это было нужно гораздо больше, чем ему, но я был молод и безнадежно влюблён. Я пожалел, что не захватил с собой ещё один виски по пути. Он бы согрел меня от пронизывающего ветра и холодных воспоминаний. - И что случилось? - Я искал что-то настоящее и вечное. Он – нет. На второй год обучения мы планировали переехать и вместе снимать жилье за пределами кампуса. Но прямо перед переездом, он сказал мне, что остаётся в общежитии. Что всё это «домашнее семейное дерьмо» не для него. Я был полностью раздавлен. - Мне очень жаль, - сказал Риз тихо и придвинулся ближе. Я был благодарен ему за этот жест. - С тех пор у меня не было отношений. Сначала потому, что у меня было разбито сердце, потом потому, что я открыл для себя Тему. А после - потому, что я много работал и часто был в разъездах. Поэтому - нет, я не привожу мужчин домой и не привожу их сюда, вот почему все смотрят на тебя, словно ты самое удивительное, что они когда-либо видели. Он тихо рассмеялся. - А я-то думал… - Правда в том, что ты для меня важен. С самой первой нашей встречи я нарушаю все свои правила ради тебя. Я выдохнул, прижался к Ризу, уткнулся лицом в изгиб его шеи, жадно вдыхая его запах. Мои пальцы судорожно сжали ткань его рубашки. Я коснулся губами его горла, оставляя дорожку из поцелуев по всей шее. - Поехали домой. Я не стал больше ничего говорить, хотя и понимал, что у него остались вопросы. Но оставаться здесь совершенно не хотелось - ни на балконе, ни в «Черной Двери». Наши встречи были короткими и редкими, и теперь я желал его себе целиком и без остатка. Хотел запереться с ним наедине, забыв обо всем на свете, и просто наслаждаться тем, что он заставлял меня чувствовать. - Пожалуйста, Риз. Он крепко сжал меня в объятиях: - Вызывай свою роскошную тачку.

***

ГЛАВА 10

Риз

Обратная дорога от «Черной Двери» до квартиры Кори казалась совершенно иной, чем дорога туда. Не такой, как любая наша прошлая поездка. Что-то изменилось внутри меня в этот вечер – это я знал наверняка. Судя по его нервным уклончивым ответам на балконе, перемены произошли и в нём. - Мне жаль, что тебе причинили боль в прошлом, - сказал я, когда мы оказались в уютной безопасности его квартиры. - И спасибо, что был честен со мной. - Спасибо, что ты был честен со мной, - сказал он, бросая ключи и бумажник в небольшую тарелку на столике у входа. Я нервно облизнул губы, зацепил пальцем одну из шлёвок пояса его брюк и притянул к себе ближе. - В клубе ты сказал, что все смотрят на меня так, будто я самое удивительное, что они когда-либо видели... Я замолчал и прижался губами к его доверчиво подставленной шее. Кори тихо ободряющее хмыкнул, побуждая меня продолжать. Я оставил ещё один влажный поцелуй на линии челюсти. - Ты тоже так на меня смотришь. Иногда, когда думаешь, что я не вижу. Он тяжело сглотнул, и его нервное дыхание коснулось моих волос. - Риз, - прошептал он, медленно проводя ладонями по моей спине. - Мой хороший мальчик. Мой самый лучший... что же мне с тобой делать? Ответов на этот вопрос было много, но я слишком хорошо знал, что когда твоё представление о себе рушится, единственное, что способно вернуть тебе равновесие - это довериться тому, кому веришь больше всего. Когда-то Кори увидел, как меня терзают мои собственные демоны, и чтобы успокоить их, предложил мне своё подчинение - пусть и временно. Сейчас, стоя в объятиях в прихожей его квартиры в Нью-Йорке, я мог предложить ему то же в ответ. Я хотел дать ему то же в ответ. Потянувшись, я аккуратно взял его за запястья и уложил его руки себе на талию. - Всё, что пожелаешь, - сказал я, опускаясь перед ним на колени и глядя на него снизу вверх со всем доверием, которое он старательно взращивал в моём сердце эти пять месяцев. Кори моргнул, словно не веря своим глазам, запустил пальцы в мои волосы и аккуратно сжал их - гораздо нежнее, чем в «Черной Двери». Впервые его прикосновение было неуверенным и осторожным. Я прижался головой к его ладони и облегченно вздохнул, когда хватка стала сильнее. - Какова цена? - прошептал он. Если бы он спросил меня об этом три месяца назад, ответ мог бы быть другим, но сейчас... - Бесплатно, - пообещал я, протягивая руку и обхватывая пальцами его запястье. - Я именно там, где хочу быть. - Риз. Моё имя слетело с его губ как молитва, и он опустился на колени, оказавшись почти на одном уровне со мной. Бетонный пол его лофта не слишком подходил для того, чтобы раскрывать сердце, стоя на коленях, но та степень беззащитности, которую он проявлял, была тем, что я не видел от него за эти месяцы. Я отвёл его руку от своей головы и поцеловал костяшки пальцев. Потом перевернул ее и прижался губами к теплой ладони. - Это очень эгоистично - сказать, что я не хочу тебя отпускать? - спросил он, и его ресницы задрожали, когда я царапнул зубами тонкую кожу его запястья, чувствуя губами его пульс. - Что я хотел бы оставить тебя здесь. Только для себя. Я выдохнул и улыбнулся, качая головой. - Это лестно слышать. - Я знаю, что у тебя своя жизнь в Лос-Анджелесе. Я поцеловал его запястье, и позволил нашим рукам соскользнуть вниз. - Я никогда не ожидал встретить такого, как ты, - признался я, наклоняя голову к груди, чтобы скрыть румянец, разлившийся по щекам после такого признания. - Сказать, что это было неожиданно для меня - не сказать ничего, - Кори грустно улыбнулся. - И что теперь? - Ты у меня спрашиваешь? – я иронично усмехнулся. - Я думал, ты у нас главный. Кори рассмеялся, откинулся назад, усаживаясь на пятках поудобнее. Я воспользовался сменой позы, чтобы сесть на пол перед ним, скрестив ноги. От волнения ладони вспотели, и я уже успел соскучиться по его пальцам, переплетенным с моими. - Рядом с тобой я постоянно чувствую, будто земля уходит у меня из-под ног, - сказал он. - Никогда бы не подумал. Кори нежно улыбнулся в ответ, и я как никогда отчаянно захотел его поцеловать. - Ты заставляешь меня желать того, о чём я никогда даже не мечтал. - Например? Он поднял бровь, внимательно глядя на меня. - Например? - повторил я, понимая, что нам обоим нужно услышать, как он произнесет эти слова вслух. - Я хочу тебя, - сказал он мягко, но уверенно. - Я хочу тебя эксклюзивно для себя. - Я и так с января только с тобой. - Но я хочу, чтобы это было сказано вслух. - Он приложил ладонь к своей груди, растопырив пальцы. - Я хочу, чтобы это было понятно. - Мне понятно. - Я хочу, чтобы было понятно всем. - Кори подошел ко мне на коленях вплотную, бережно взял моё лицо в ладони и всмотрелся в меня с новой жадной настойчивостью. - Я хочу, чтобы об этом знали мои друзья. Я хочу, чтобы знали твои друзья. Я хочу проводить с тобой не просто одни выходные в месяц. Я хочу, чтобы ты лю… Слова замерли у него на языке. Я поцеловал его, избавляя от необходимости договаривать. В каком-то смысле ему и не нужно было произносить это вслух. Всё, чего он хотел, уже принадлежало ему Я поводил языком по его сжатым губам, пока он не открылся и не впустил меня внутрь, а затем исследовал его рот – зубы, нёбо, язык. Кори глухо застонал, впился пальцами в мои щёки, перехватил контроль и углубил поцелуй, пока я не оказался сидящим прижатым спиной к стене, а он не оседлал мои бёдра. Я снова оказался возбуждён до предела, и он тоже, а тяжесть его тела только усилила нетерпеливое напряжение между ног. Своим поцелуем он довёл меня почти до исступления, а следующим поцелуем успокоил, постепенно слезая с меня и опускаясь на пол рядом. Он привалился к стене, касаясь моего плеча, вытянул ноги и легонько толкнул носком своего ботинка мой кроссовок. Я достал телефон из кармана, открыл соцсеть и положил его на бедро. Кори посмотрел на мой профиль, потом перевёл вопросительный взгляд на меня. Я улыбнулся распухшими от поцелуев губами. - Ну что, - откашлявшись, спросил я. - Мне пора обновить статус отношений в профиле? ------------------------------------------------ Готовы ли Кори и Риз вывести свои отношения на новый уровень? Узнаем в июне! Конец пятой книги.