рифт рейсеры

1.1

      Как сказано в известной поговорке: умные мысли преследовали его, но он был быстрее. Если бы отец Ка Мина прознал, куда сына понесло в такой поздний час — оттаскал бы за уши и запер дома.              Район Лимбо. Шальная часть города, куда стекалась молодёжь потусоваться в клубах: со всех сторон слепили неоновые вывески, сбивал с толку галдёж и чувствовалась вибрация басов. Ка Мин замечал в толпе и обычных людей, как он сам, но в основном его окружали Существа.              Ка Мин никогда не видел так много разношёрстных Существ в одном месте. Пересекая оживлённый перекрёсток, Ка Мин уже успел случайно наступить на хвост оборотню, стать жертвой заигрывания парочки эльфиек, столкнуться плечом с неизвестным ему широкоплечим Существом и унести ноги. Руки из карманов Ка Мин старался не доставать — он слышал, что в таких кварталах орудуют пикси, а такой простак, как Ка Мин, для них очень лёгкая мишень.              Найдя свободную подворотню, где никто не обжимался и не курил, Ка Мин спрятался в тени, чтобы перевести дух. Он уже пожалел об этом глупом споре: допустим, ну, признал бы он, что побаивается Существ, похихикала бы над ним пара коллег, и забыли бы. Зачем вообще он решил начать отмазываться? В итоге, даже позволил взять себя на слабо и пришёл искать «закрытый клуб», куда его пригласили, чтобы доказать свою храбрость.              В таких тусовочных районах, будь они для людей или для Существ, не было ничего хорошего. Ка Мин рос в порядочной семье под строгим контролем отца, подобные хаотичные и разгульные места вызывали у него отторжение и желание побыстрее сбежать обратно в уютную квартирку-студию.              — Ладно, я просто зайду и выйду. Туда и обратно, — уговаривал себя Ка Мин, и вновь перечитал сообщение. — Вопрос, правда, куда я иду, потому что я не понимаю, про какую очередь вы пишете, если тут везде очередь!              Коллега, к сожалению, перестал отвечать Ка Мину ещё полчаса назад. Ка Мин ещё раз простроил маршрут, выглядывая из подворотни: ему нужно было дойти до вейп-шопа напротив клуба «Инкубаски» и повернуть налево у какой-то «эротической линии», чтобы это не значило. Ка Мин отправил коллеге несколько злобных стикеров и с чувством выполненного долга спрятал телефон поглубже в карман.              «Эротической линией» оказалась стайка девушек, которые зазывали пойти с ними в мотель. Ка Мин остановился на расстоянии от них, чтобы не привлекать внимания, и начал выискивать взглядом загадочный поворот налево.              — Милый, ты так засматриваешься? Кто тебе приглянулся?              Одна из них подкралась к Ка Мину сзади, обвив руками шею, и прижалась грудью к плечу. Ка Мин едва не подпрыгнул от неожиданности, и шарахнулся от неё, засмущавшись.              — Прошу прощения, милая… Леди? — забормотал Ка Мин, аккуратно выворачиваясь из её цепкой хватки. — Я вас не побеспокою.              Из неоткуда появилась вторая девушка, и Ка Мин врезался в неё спиной, пытаясь ретироваться.              — Какой прелестный малыш. Алька, таким нужно делиться, — ласково прошептала она, поворачивая лицо Ка Мина к себе за подбородок.              Они были настолько высокие, что Ка Мин буквально дышал им в открытое декольте. Мысли Ка Мина превратились в беспорядочный визжащий клубок, где был различим только вопрос, как ему побыстрее сбежать от этих белокурых красавиц.               — Вот .де мая. прят… лись ангелы маего с…рдца… — заплетающимся языком пролепетал парень с большими закрученными рогами, вынырнувший из толпы.              Он притянул Альку к себе за талию. Девушка не растерялась и обольстительно улыбнулась, отвечая оборотню что-то на ухо. Ка Мин воспользовался заминкой и выскользнул из рук второй девушки, быстро ретировавшись за угол. Не важно, был ли это нужный поворот, он казался спасательным кругом в открытом море.              Ка Мин поёжился, вспоминая ощущение чужих рук на своей коже. Ещё одно такое вторжение в личное пространство, и он удерёт отсюда и будет избегать любых встреч с поварами на работе до окончания своего академа. Подобная близость с Существами выбивала все здравые мысли из его головы и делал беспомощной мышью в поиске безопасной норки.              Между зданий оказался совершенно другой мир. Видимо, в лабиринте подворотен были не только чёрные входы в клубы, но и двери для элиты и членов закрытых вечеринок. Ка Мин пытался выглядеть естественно, но ему казалось, что над ним горела бегущая строка: «невинный человеческий мальчик, который, когда курили, даже рядом не стоял».              Вход в клуб, куда пригласили Ка Мина, должен был быть по спискам.              — В общем-то, тут все входы со списками, — проворчал Ка Мин, оглядываясь по сторонам.              Несколько охранников проводили Ка Мина внимательным взглядом с прищуром. Они все, как один, были в несколько раз больше обычного человека. Рельефные широкоплечие оборотни с выдающимися звериными чертами: у кого-то выразительная нижняя челюсть с выпирающими клыками, у кого-то лапы с ножевидными острыми когтями, у некоторых даже морды были звериные для пущего страху. Ка Мин подошёл к предположительно правильной двери, где была самая длинная вереница людей, и стал нервно ждать своей очереди.              Ка Мин был так сосредоточен на том, чтобы не выделяться из толпы, что не заметил, как коренастый оборотень с длинными бивнями навис над ним со списком в руках.              — Имя, — отрезал он, глядя в списки.              — Ка…              — Эй там! — взревел оборотень, угрожая кулаком разбушевавшимся Существам неподалёку. — Да-да, я с вами говорю! Посторонись.              Он подвинул Ка Мина в сторону и отошёл от очереди, грозно бранясь на пьяных дебоширов. Толпа позади зашевелилась, и Ка Мина кто-то толкнул в спину, из-за чего он врезался во второго охранника, который открывал двери.              — Чего столбишься? Реще проходи.              — Но я… — хотел объясниться Ка Мин, но оборотень наклонился к нему так близко, что бивни едва не царапали Ка Мину лицо.              — Реще.              Не найдя ответа, Ка Мин быстро закивал. Оборотень провёл картой по двери ещё раз, и запустил Ка Мина внутрь.              Ка Мин долго спускался вниз по узкой лестнице, игнорируя других посетителей, которые подпирали стены на пролётах. Он написал несколько гневных сообщений коллеге, пытаясь понять, куда дальше ему идти, и даже не заметил, как спустился до конца.              Он остолбенел от увиденного: вместо клуба в привычном его понимании перед Ка Мином открылось огромное пространство, словно он вошёл в выставочный павильон, но с ночным небом над головой. Последний раз он был в таком большом помещении, когда был волонтёром от университета на Всемирном Магическом форуме. Вместо танцпола посреди павильона располагалась арена, где стояли машины и мотоциклы, словно вышедшие из фильма про зомби-апокалипсис, а из динамиков играло что-то среднее между электронным фонком и трэпом. По периметру стояли небольшие палатки, вокруг которых сновали люди, и по левую сторону от арены Ка Мин заметил единственное, что объединяло это место с обычным клубом — бар.              Ка Мин засмотрелся и не заметил, что загораживал проход, до тех пор, пока его не толкнули в сторону. От неожиданности он выронил телефон из рук и едва не упал сам.              — На дороге-то не стой, — беззлобно крикнул высокий парень, острые уши которого намекали на черты эльфийской расы. — А то как в первый раз.              — Может, он реально в первый раз, — пожала плечами его покрытая татуировками спутница, взяв под руку, и они скрылись в толпе.              Ка Мин потёр плечо — тяжелая у Существ рука. Он поднял выпавший телефон и, не увидев ни одного сообщения, решил осмотреться здесь сам.              Его поражало звёздное небо над головой. Такими детальными он не видел иллюзии даже на практике в цирке. До того, как взять академический отпуск, Ка Мин успел попасть на закулисье одного из самых успешных цирков страны. Когда Ка Мин только поступал на цирковое искусство, даже представить не мог сколько было нюансов в постановке шоу. На поддержание магической иллюзии в таком огромном пространстве нужно как минимум иметь передовые генераторы с постоянной циркуляцией энергии и очень искусную команду архитекторов пространства.              Ка Мин подошёл к первой попавшейся палатке. На столе были разложены камни всех размеров по цветам. Если присмотреться, фактура у камней тоже отличалась - от глянцево гладких до матовых и шершавых. Ка Мин наклонился поближе, не решаясь трогать товар, и стоило его носу приблизиться к камню, как тот засветился. Ка Мин отпрянул — на секунду ему показалось, что камень готовился взорваться.              — Аккуратнее, а то нос оторвёт, — хохотнул мужчина за стойкой. Он вытер руки о запятнанную майку и спустил очки со лба. — На какой движок ищешь?              — Что?              — Двигатель у тебя какой, говорю, — ворчливо повторил мужчина. — У тебя на лбу написано, что ты не понимаешь, на что смотришь. Так уж быть, на первый раз — помогу.              Ка Мину было крайне неловко переспрашивать. Он огляделся, надеясь, перенаправить внимание торговца на других покупателей, но он был единственным.              — А… какие есть?              — Ёхт, парень, так ты вообще ничего не знаешь? — утомлённо вздохнул мужчина, покачав головой. — Ну, работает от чего? Эфир? Кристалл? Смесь? Фантом?              — Э-э… эфир?              Мужчина цыкнул.              — А водишь ты что? Просто интересно, не решил ли ты сунуть в гоночный болид монопотоковый движок. А то знал я такого дурака — сидел потом посреди рифт-зоны с мёртвым двиглом.              — Интересно, — кивнул Ка Мин, будто понял хоть слово.              Между ними повисла тишина. Торговец смотрел на Ка Мина в ожидании, а Ка Мин глядел на него в ответ и не понимал, чего тот хотел.              — Ну? — нетерпеливо спросил торговец, словно босс, которому Ка Мин задолжал отчёт.              — Что?              — Что. Ты. Водишь? — по словам отчеканил мужчина, явно начиная раздражаться.              — А, этот… полит… — попытался повторить услышанное ранее Ка Мин, чтобы хотя бы создать видимость сведущего человека, но передумал и выпалил: — То есть, байк! Я вожу байк.              — Ха! Тогда лучше запасись парой кристаллов, иначе будешь тащить свой байк обратно вручную!              — Торан!              Парень, бежавший к ним, едва не снёс весь прилавок. Его волосы беспорядочно торчали из-под ремня защитных очков, а комбинезон так сильно подпалён на боку, что пахло гарью.              — Срочно, два хаотических! Быстро-быстро-быстро! — затараторил он, стуча кулаком по прилавку так, что камни подпрыгивали.              — Да ты мне ещё за прошлые не заплатил! — возмутился Торан, но всё равно принялся рыскать по ящикам, словно его разум и тело действовали отдельно друг от друга. — Плати, и получишь.              — Срочно, — рыкнул парень, да так стукнул по деревянному прилавку, что Торан подпрыгнул. — У меня сейчас небо упадёт.              — Да чтоб тебя, — Торан вытащил два мерцающих разными бликами булыжника, и не успел даже повернуться, как парень выхватил камни и рванул.              — Денег принеси! — крикнул вслед Торан.              — Дори принесёт! — прокричал тот в ответ и скрылся.              Пока Торан бросал убегающему вслед проклятья, Ка Мин воспользовался моментом и медленно ретировался. Он не стал близко подходить к лавкам и смотрел на расстоянии, чтобы вновь не вляпаться в неудобный разговор. Возможно, он попал на какой-то закрытый маркет? Друг рассказывал, что на такие мероприятия приходят купить магическое сырьё или безделушки.              Здесь, видимо, если и был маркет, то технический. Ка Мин видел очень много Существ, которые напоминали механиков из автосервиса: комбинезоны, сапоги, защитные очки, у некоторых даже на поясе висели инструменты. Помимо камней на прилавках лежали запчасти, загадочные приспособления и целые механизмы: из разговоров Ка Мин подслушал, что это были двигатели.              — Ставки закрываются через пять минут! — перекричал толпу высокий голос.              Ка Мин инстинктивно повернулся, как и половина людей в толпе. Хрупкая на вид девушка с морковно-оранжевым макияжем на глазах и щеках повторила объявление в мегафон:              — Ставки закрываются через пять минут! Хватайте удачу за хвост!              Едва она успела поправить бантики на своих бараньих рогах, как несколько человек налетели на её крохотный киоск, будто саранча, и загалдели наперебой. Она с улыбкой забирала их деньги и кивала каждому слову, но Ка Мину казалось, что ей совсем не интересно, и она просто искусно продавала людям желание поставить деньги на что бы то ни было.              Музыка стала тише, и из динамиков раздалось объявление. Ка Мин расслышал его только с третьего раза из-за механизированного голоса, который словно передавался по радио с другого конца земного шара.              — Регистрация окончена. Пройдите на рифт. Регистрация окончена. Пройдите на рифт.              Толпа сильно воодушевилась и начала стекаться в сторону арены. Ка Мин растерялся, оглядывая народ, и решил выбрать цель из толпы, за которой будет следовать, чтобы не метаться. Его внимание привлекли длинные рыжие волосы женщины перед ним: она была занята разговором со своими спутниками, которые держали её под руки — такие же рыжие парень и девушка ростом с Ка Мина, которая была им обоим по плечо. Ка Мин не хотел быть предвзятым, но ему показалось, что обычные на вид люди были более безопасным вариантом в месте полном Существ и торговцев нелегальщиной.              Было трудно потерять в толпе три рыжие макушки с очень заразительным смехом. Ка Мин плёлся за ними хвостиком, стараясь подслушать, о чём они говорят, и был так сосредоточен, что не заметил, как оказался на арене среди высоких автомобилей и роботов. Троица, за которой он шёл, разошлась в разные стороны, и Ка Мин растерянно забегал взглядом по их спинам, выбирая, за кем последовать дальше.              Его внимание привлекла суета спереди: посреди арены, у двух столбов, стояла смуглая женщина с золотым флагом на длинном древке — все взгляды были прикованы к ней. Она взмахнула флагом и подняла висящий на шее горн, и низкий гудок заглушил музыку и гул голосов.              Пространство между столбов заискрилось, и кристаллы на вершине каждого столба пришли в движение, раскручиваясь до такой невообразимой скорости, что казались неподвижными. Ка Мин никогда не видел в живую, как расслаивается реальность, открывая проход между мирами. Такое показывали только по телевизору на каналах с экспериментами Исследовательского института.              Открытие прохода было похоже на тонкий разрез скальпелем на поверхности мира. Будто кто-то провёл лезвием по воздуху, и за тканью реальности показался другой мир: зелёный пейзаж с лесом вдали. Вдоль столбов, словно вены, поднималась сетка энергетических проводов, и края разреза реальности потянулись к столбам, расширяя проход до таких размеров, что туда бы проехал двухэтажный поезд.              Арену пронзил рёв двигателей, земля под ногами Ка Мина завибрировала. Женщина, за которой пошёл Ка Мин, сидела на вытянутом бронированном байке и тоже газовала на месте — Ка Мин бы не узнал её, если бы не рыжие волосы, торчащие из-под шлёма. Он оторопел, когда пряди её волос засияли и обратились языками пламени, а из выхлопных труб вырвались столбы огня.              Сердце Ка Мина застучало быстрее. Он, словно лесная лань окружённая хищниками, замер посреди арены, всем телом чувствуя опасность, но не мог сдвинуться с места. Его окружали Существа и устрашающие машины, от их мощи дрожала земля, а воздух нагревался, как в знойный день. Инстинкты Ка Мина визжали, перекрикивая боевой клич из рычания автомобилей и свиста Существ, когда начался обратный отсчет из динамиков.              — Восемь, семь, шесть… — кричала вместе с механическим голосом толпа.              Ка Мина словно ударили по голове: он заозирался по сторонам, выискивая пути отступления, но стоял так близко к воротам, что путь у него был один — вперёд. Иначе его сравняет с землёй толпа позади. Действуя по наитию, Ка Мин с окончанием отсчета запрыгнул на выступающую ступеньку одного из крупногабаритных автомобилей и вцепился в ручку двери так, словно от этого зависела вся жизнь.              Когда машина тронулась, Ка Мин ощутил себя космонавтом — скорость была такая, словно они взлетали, проходя все слои атмосферы. В оглушительном рёве машин все его мысли затихли, Ка Мина вдруг охватило ледяное спокойствие, будто ситуация была рутиной выходного дня — он пытался выжить, держась за машину в подпольной гонке.              Ка Мин зажмурился перед облаком пыли, когда они въехали в открывшийся портал. Кожу обжёг холодный ветер и морось, от которой тело пробила дрожь после жары на арене. Мимо проносились другие участники заезда пока дорога была ровной, но автомобиль Ка Мина вдруг с дрифтом влетел в кусты и поехал вглубь леса.              Стараясь закрыть лицо от царапающих веток, Ка Мин уткнулся носом в железную дверцу. Его мотало из стороны в сторону и подбрасывало на каждой кочке, уже через минуту Ка Мин не чувствовал пальцев и усиленно напрягал ноющие руки — он вот-вот сорвётся.              Раздался лязг железа и резкий рывок от столкновения. Машину занесло, и Ка Мина отбросило в сторону, как бескрылого птенца — руки соскользнули, и он едва сгруппировался перед тяжелым приземлением.               Не успел Ка Мин поморщиться от боли, как над ним пронёсся ещё один автомобиль. Если бы Ка Мин не прижался к земле — лишился бы головы. По телу прокатывались волны мурашек от постоянных вспышек адреналина, из-за этого конечности ощущались лёгкими, и боль быстро отступала. Под рёбрами в боку неприятно ныло, плечо простреливало при любом движении, но всё отходило на второй план, пока Ка Мин метался между папоротниками, будто загнанный зверь под пулями, пытаясь увернуться от машин и Существ.              Сердце колотилось так, будто выпрыгнет через горло. Ка Мин затаился в кустах, не издавая ни звука, не шевелясь, и внимательно следил за пространством. Рёв мотора уносился вдаль, крики стихли, и Ка Мин остался наедине с пугающе мрачной природой. Деревья тесно переплетались корнями и своими кронами загораживали свет: они были такими высокими, что сравнились бы с многоэтажкой в элитном районе. Между стволами тянулись лианы и лозы, а в тех местах, где в кронах были дыры, расползлись кусты и большие лапы папоротников.              Ка Мину казалось, что за ним наблюдают. Вокруг была ужасающая тишина, где только лес переговаривался сам с собой треском веток и шелестом листьев. Ка Мин чувствовал на себе взгляды, словно кто-то намеренно затаился и ждал момента, чтобы наброситься и разорвать. Сглотнув своё волнение, Ка Мин понял, что не дышал, и тихо втянул воздух через нос, чтобы не потерять сознание.              Ветка треснула слишком громко и близко, и Ка Мина будто окатили ледяной водой. Кто-то был за его спиной, и Ка Мин до дрожи в коленях боялся оглянуться. Вслушиваясь, Ка Мин распознал тихий, едва уловимый скрип листьев от шага, и шею опалило тёплое дыхание. Ка Мин ощутил спиной нависшую над ним опасность и не раздумывая рванул вперёд сквозь гущу кустов.              Он бежал, как не бегал на соревнованиях за стоящий на кону грант. Лёгкие разрывало так, будто в них разгорелся огонь, обжигающий горло. Ощущение силы в ногах постепенно испарялось: за плечи цепляли папоротники и ветки, позади клацали зубы, и неистово кричало нечто, на что Ка Мин боялся обернуться. Он молился, чтобы не запнуться о выступающие корни, иначе уже не сможет подняться.              Криков стало больше, топот размножился на несколько пар лап. Над Ка Мином появилась тень, и он увернулся, взяв курс правее. Рядом с ним приземлилось массивное тело, покрытое чёрной чешуёй. Бегая на двух когтистых длинных ногах, его преследовала птица, из круглого тела которой торчало несколько голов. У каждой вместо клюва была разинута уродливая пасть, и когда она клацала рядом с конечностями Ка Мина, на одежду попадала едкая зелёная слюна, разъедающая ткань.              Бежать прямо стало бесполезно, когда вторая птица спрыгнула перед Ка Мином, преградив путь. Он чудом уклонился, едва не залетев ей в рот. Ка Мин кубарем покатился по земле, не успев нормально затормозить на такой скорости. Он сразу поднялся, остервенело оглядываясь, с какой стороны на него напрыгнут, но птицы так и не настигли его.               Между деревьев разлилась голубая дымка, посреди которой стояла знакомая рыжая девушка из троицы с арены — та, что была ниже своих знакомых. Её спину украшали сияющие крылья из перламутровых пластин в серебряном обрамлении. Они переливались радужными бликами, и делали бы свою обладательницу похожей на ожившую бабочку из волшебной сказки, если бы не были запятнаны кровью и зелёной слизью. Рукав Ка Мина разъело, кожа покраснела от запястья до плеча, чего не скажешь о кибер-костюме девушки: он никак не реагировал на едкую слизь, даже цвет остался идеально синим без единого пятнышка.              Девушка начала ходить по кругу, держа в своих хрупких руках за длинные шеи несколько убитых птиц. Она считала головы, пока их тела безжизненно влачились за ней следом. Услышав приближающийся рёв мотора, она сразу взлетела, утащив трупы птиц за собой. Прямо под ней пронёсся мотоцикл, и его всадница успела схватить одни только перья с птичьего хвоста.              Мотоцикл очертил колесом круг и остановился. Огненноволосая женщина подняла стекло шлёма и несколько раз рыкнула двигателем, привлекая внимание феи.              — Кто успел, тот и съел, Мавуика, — хихикнула фея, помахав птицами, словно они ничего не весили, хотя были размером со страуса. — Не твой день.              — Уверена?              Мавуика опустила стекло шлема и рёв её мотора эхом прокатился между деревьев. Из выхлопных труб хлынул огонь. Разогнавшись, мотоцикл выпустил два пламенных столпа по обе стороны заднего колеса и взлетел.              Фея увернулась и скрылась за кронами, уводя Мавуику и её неповоротливый летающий мотоцикл за собой. Ка Мин осел на ближайший корень и долго смотрел вслед улетевшим гонщицам.              — Охренеть… — вырвалось из него.              Он не узнал собственный осипший голос и закашлялся — в горле пересохло. Оставшись наедине с собой, он ощутил усталость, навалившуюся на плечи и больше не мог заставить онемевшие ноги двигаться. Остекленевшими глазами на него смотрела отрубленная голова одной из птиц. И даже если бы прямо сейчас она ожила и отрастила ноги, Ка Мин бы не сдвинулся с места, позволив обглодать себя до костей.              Ка Мин собрал свою последнюю волю к выживанию, подумав об одиноком отце и друзьях детства, которые достанут его с того света и сами прибьют, и отполз под поваленный ствол.              — Немного посижу, и подумаем, как выбраться, — просипел Ка Мин, будто кто-то был здесь кроме него.              В кризисной ситуации Ка Мину было проще делать вид, что он не один. Это вызывало в нём чувство ответственности и заставляло думать усерднее. Если бы Ка Мин не думал об отце, который будет в одиночку выплачивать долги по бизнесу, уже бы забылся сном без надежды на спасение. Но Ка Мин должен завтра выйти на работу, через неделю получить зарплату и половину перечислить отцу, чтобы быстрее разделаться с семейным долгом и вернуться в университет.              Иногда голоса и гул мотора раздавались довольно близко, вынуждая Ка Мина выглянуть из своего укрытия. Мимо него даже проскакал всадник на механическом коне, но он не внушал доверия. Ка Мин надеялся попросить кого-нибудь о помощи, но внутренне боялся, что его скормят чудовищам, как только обнаружат.              Очевидно, здесь происходило что-то незаконное. Ка Мин предполагал, что его занесло в магический карман. Разрешение открывать эти измерения было только у Исследовательского института и правительства, а клуб, куда пришёл Ка Мин, был очень далек от звания научной лаборатории. К тому же, Существа всех рас здесь дрались за возможность убить как можно больше монстров, кто знает, что они сделают с человеком, который пробрался на их вечеринку?              Когда кипящая кровь остыла, Ка Мин задрожал. Даже если он проберётся к воротам, как ему выйти незамеченным? Прикинуться Существом? У него не было ни костюма, ни машины, ни живого места на теле, только руки и ноги. И те уже были под вопросом, Ка Мин был не уверен, что сохранит все конечности к концу своего путешествия в мир волшебства и магии.              Его размышления прервал грохот. Земля сотрясалась от медленных тяжелых шагов, послышался треск деревьев и крик разлетающихся в разные стороны птиц. Что бы это ни было — оно было огромным, и оно приближалось.              Единственное, что слышал Ка Мин — оглушающий стук собственного сердца, всё остальное доносилось до него отдалённо, как из-под стеклянного колпака. Он глубоко вдохнул и зажал рот руками, чтобы ненароком не пикнуть. Казалось, его вырывающееся из груди сердце уже слышал весь лес. Ка Мин не знал ни одной молитвы, но молился, как умел, чтобы гигант прошёл мимо и не наступил на дерево, под которым он прятался.              С каждым шагом вибрация земли была всё сильнее, с обветшалого древесного ствола посыпался сухой мох и щепки. Ка Мин зажмурился, сжавшись, словно мог уменьшиться до размера атома и исчезнуть, но ничего не происходило. Всё затихло.              Ка Мин неуверенно приоткрыл глаз, боясь, что прямо перед ним будет сидеть уродливое чудовище, но он всё ещё был один в узком пространстве между поваленным деревом и землёй, и камень за его спиной оставался камнем. Но стоило Ка Мину посмотреть в сторону выхода, и его сердце упало: на траву легла огромная тень, перекрывающая редкие солнечные лучи.              Послышалось механическое жужжание, и дерево затрещало. Оно медленно поднялось в воздух и отлетело в сторону на несколько метров. Ка Мин в ужасе посмотрел вверх: над ним возвышался вовсе не монстр, а робот. На двух толстых ногах крепилось круглое тело, из которого росли три массивные руки: две по бокам и одна сверху. Спереди на теле горело красное ядро, как большой глаз - его лучи сканировали окружающее пространство, а черный металл местами был сильно помят и покрыт кровью.              Не успел Ка Мин опомниться, как робот опустился, будто сел на корточки, и протянул к нему большую руку — такой он мог сжать Ка Мина в кулаке и раздавить. Ка Мин испуганно закрыл лицо руками, боясь смотреть в лицо смерти, и сжался, чувствуя давление на ребрах: его обхватили за пояс твёрдые железные пальцы, поднимая в воздух.              — Ты не Кошмар.              Ка Мин распахнул глаза, услышав человеческий голос, но вокруг никого не было. Робот поднёс его поближе к красному ядру и ослепил.              — И… не Существо.              Голос доносился из робота. Звук был немного искажён помехами, но определённо не звучал враждебно.              — Че… человек? — неуверенно предположил робот. — Ты человек?              — Помогите, — выпалил Ка Мин вместо ответа. — Я никому не расскажу, что видел! Я вообще случайно тут оказался. Знаете же, как бывает — раз! И зашёл не в ту дверь. Но я никому не скажу. Честно. Только не убивайте.              — Эм… я не хочу тебя убивать, — пробормотал робот. — Но… наверное, надо спросить, что нам делать? Прошу прощения, можно вас?              Парень, говоривший с Ка Мином, обратился к кому-то стороннему. Должно быть, пилот этого робота был в другом месте.              — Такое дело… — снова заговорил робот. — В рифте человек.              Послышался фоновый шум, словно второй собеседник был слишком далеко, чтобы микрофон различил слова.              — Нет, не маг… просто человек. Без способностей. Обычный.              — Обычный?! — взвизгнул женский голос и стал отчётливым. — В смысле обычный? Он зарегистрирован?              — Ты, человек, — обратился к Ка Мину робот. — Ты регистрировался на заезд?              — Я… эм, нет? — пролепетал Ка Мин, и на том конце послышался громкий женский вскрик.              — Как тебя туда занесло?! — затараторила девушка прямо в микрофон. — Руки ноги на месте? Покрути его, вдруг у него что-то отвалилось, мы потом проблем не оберёмся… ты точно человек? Не вампир? Не оборотень? Может, эльф? Хотя, ты низковат, конечно… но эльфы разные бывают! Фремине, поставь его, вдруг ты его раздавишь!              Робот медленно опустил Ка Мина не землю, и красный луч ещё раз просканировал Ка Мина.              — Похоже, он правда человек, — вновь заговорил Фремине. — Анализ не показывает… аномалий Существа. Нам… эм, стоит позвать госпожу Дори?              Ка Мин не расслышал ответ. Люди на той стороне молчали, а лес снова напомнил о себе треском веток и шелестом листьев. Ка Мин нервно оглянулся — что-то приближалось.              — Прошу прощения? — крикнул Ка Мин, поднимаясь. — Вы ещё здесь? Мне кажется, тут монстры. Эй!              В ответ была тишина. Шелест стал громче и раздался приглушенный рык. Ка Мин всмотрелся в гущу кустов и заметил, как среди веток показалось несколько уродливых сплющенных морд: они были похожи на человеческие, но кривые и перекошенные. Их обрамляла густая скатавшаяся колтунами грива, а из разинутых пастей торчали несколько рядов неровных длинных зубов.              — Эй… — еле слышно позвал Ка Мин, отступая.               Он запнулся об обломки дерева, неуклюже плюхнувшись задом в траву, и начал отползать, пока не упёрся в железную ногу робота.              — Ох… добыча, — вернулся голос Фремине.              Робот пришёл в движение и быстро вытянул все три руки вперёд, выпуская из ладоней прицельные лазерные залпы. Чудовища заскулили и начали разбегаться, но одним длинным лазерным лучом робот рассёк пространство, срубая большое количество деревьев и разрывая на части всё живое.              — Где ты? Человек? — позвал Фремине, крутя телом робота в разные стороны.              Ка Мин тут же подскочил и замахал руками.              — Я тут! Тут! Только не наступи…              Робот сделал два шага назад, возвращая Ка Мина в поле зрения.              — Нам… в общем, госпожа Дори сказала вернуть тебя на арену. Ты далеко забрёл. Ну, для человека.              — Я, в общем-то, не особо и хотел… — пробормотал Ка Мин, почесав затылок. — Прости, ты… ты, наверное, проиграл из-за меня? Это же гонка.              — Ну… не совсем. Сегодня заезд «по головам», так что… я имею в виду, сегодня не на скорость гонки.              Ка Мин слышал в его голосе растерянность — парень был явно неразговорчивый и очень смущённый.              — Что такое «по головам»? — спросил Ка Мин, чтобы вытянуть из него больше слов.              Третьей рукой робот указал Ка Мину за спину на разбросанные тела монстров.              — Головы. Победит тот, кто принесёт больше голов.              Ка Мин сглотнул подступающую к горлу тошноту, глядя на перекошенные морды монстров. Фремине говорил об этом так спокойно, словно они стояли у той лавки с камнями и обсуждали двигатели.              — А, эти головы… — нервно хихикнул Ка Мин. — Как здорово. Мы добыли тебе парочку!              — Можешь не переживать. Я всё равно не выиграю. И мне… не особо надо.              — Почему?              Фремине замолчал, а робот вдруг сделал оборот телом вокруг своей оси, сканируя пространство. Ка Мин молча наблюдал, поглядывая из стороны в сторону, чтобы не создавать шума — вдруг на них готовилось нападение.              Робот опустился телом на траву, забавно согнувшись в ногах. Теперь он напоминал лягушку, которая готовилась к прыжку. Словно дверь на борту самолёта, в теле робота сбоку открылась кабина.              — Тебе… эм, придётся побыть там. У меня нет рейсера, так что… оно не очень оборудовано. Но так будет быстрее. И безопаснее.              Услышав очередной подозрительный треск, Ка Мин реактивно подбежал к открывшейся двери и залез внутрь. Пока дверь не закрылась, он до последнего боялся, что какое-нибудь чудище цапнет его за зад.              Кабина внутри была полой и довольно тесной, здесь было много кнопок и рычагов, а на передней стенке, где предположительно крепилось красное ядро, висел небольшой экран. Он показывал выцветшую картинку происходящего, но, когда ядро сканировало пространство, среди деревьев и кустов появлялись красные формы — видимо, всё живое здесь подсвечивалось.              Посередине была закреплена конструкция, напоминающая экзоскелет. По догадке Ка Мина это был способ управлять роботом изнутри.              — Меня… меня слышно?              Голос Фремине в кабине был намного чётче, будто они просто разговаривали по телефону.              — Приём, база, — шутливо сказал Ка Мин. — Орёл в гнезде.              Фремине ничего не ответил на это, и Ка Мину стало неловко. Когда робот пришёл в движение, Ка Мина повело в сторону, и он врезался в ближайшую стену.              — Прости. — Фремине выровнял робота, и Ка Мина занесло в другую сторону, будто моряка в трюме в шторм. — Ой… наверное, тебе, эм, придётся включиться в систему управления.              Ка Мин потёр ушибленный затылок и поднялся, указывая на экзоскелет.              — В эту штуку? Да без проблем. В неё залезть надо?              — Это не… эм, может быть немного неприятно. Ты же человек. Люди… тяжело переносят воздействие магии. Хотя… ты как-то выжил здесь. Ты уверен, что ты обычный?              — Когда утром просыпался, был абсолютно обычным, — пропыхтел Ка Мин, пробираясь к экзоскелету.              Вероятно, робот всё ещё был под небольшим наклоном, и пришлось хвататься за торчащие детали, чтобы подойти к конструкции.              — Странно, — заключил Фремине. — Ну… раз ты тут выжил, наверно, сможешь недолго побыть в управлении. Детали жестковаты, возможно, натрут… я не рассчитывал найти рейсера.              — Я просто встаю к нему, и оно дальше само? — Ка Мин встал перед скелетом, держась за выступающие рычаги.              Как только он их отпустит — упадёт в стальные объятия этой конструкции.              — Да, ты… просто встань в него.              Конструкция выглядела, как пыточная — словно она скуёт Ка Мина по рукам и ногам и растянет в разные стороны, как на андреевском кресте в древние времена. Выдохнув, Ка Мин отпустил рычаги резко, чтобы не успеть испугаться.              Когда Ка Мин врезался спиной в позвоночник экзоскелета, детали пришли в движение. Руки и ноги Ка Мина легли аккурат в предназначенные для них детали, которые сомкнулись, подобно капкану. Детали смыкались до тех пор, пока плотно не притёрлись к коже.              — Сейчас ты почувствуешь укол эфира… — заговорил Фремине, но Ка Мин вскрикнул, и не слышал его дальше.              Шею пронзила острая боль, словно несколько игл вошли прямо в позвоночник. Ка Мин дёрнулся, но скелет крепко удерживал его в неподвижном состоянии. Через несколько секунд боль начала отступать, по телу прошла волна онемения и лёгкого покалывания. В деталях скелета подсветились тонкие кабели, которые ветвисто тянулись по всем деталям. Ка Мин ощутил резкий прилив сил и на пробу двинул рукой. Теперь скелет был более податливым. Чтобы двинуть рукой Ка Мину пришлось приложить усилия, однако вместе с его рукой в движение пришла и рука робота.              — Ты как? — обеспокоенно спросил Фремине. — Не тошнит? Можешь ничего не делать, я сам поведу.              Ка Мин почти не слышал его, восторженно оглядывая себя. Словно делая зарядку, он развёл руки в стороны и подвигал ногами — робот всё повторял за ним. Управление было тяжелым, как будто Ка Мин тягал железо в зале с большим весом, но ему это было под силу.              — Как круто! — восторженно воскликнул он, и посмотрел на экран, будто именно оттуда Фремине мог его видеть. — А можно я? Совсем немножечко, а? Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста!              — Эм… — растерялся Фремине, помолчав. — Ну… если ты нормально себя чувствуешь, попробуй. Но это не так просто…              Пока Фремине говорил, Ка Мин уже сделал первый неуклюжий шаг. Он чувствовал похожий восторг, когда в детстве ему дали покататься на скейте с ускорителем или когда отец принёс ему дрон на десятилетие. Но это было несравнимо с чувством контроля над огромным роботом в сердце магического кармана. С победным кличем Ка Мин пошёл вперёд, минуя деревья и стараясь не запинаться о слишком крупные камни. В конце концов это был не его робот, и разбить его, распластавшись по земле, не хотелось.              — Ты довольно… довольно хорошо ведёшь. Ты же точно человек? Не рейсер?              — Кто такой рейсер? — спросил Ка Мин, пытаясь поднять ногу повыше, чтобы переступить камень, но она никак не поднималась.              — Это максимальная высота. Придётся обойти, — прокомментировал Фремине. — Рейсеры — гонщики, которых ты видел на арене. Возможно… ты видел их и тут. Они убивали Кошмары. То есть, монстров. Мы называем их так. Кошмары.              — А ты рейсер?              — Нет. Я — механик.              — Но ты же участвуешь в заезде.              — Эм… ну, это не запрещено, — замялся Фремине. — Мне нужно сырьё, но у меня нет рейсера… так что, я участвую дистанционно.              — А почему ты не в кабине?              Фремине замолчал на некоторое время. Ка Мина осенило — возможно, он наступил на запретную территорию. Человек ведь по разным причинам не мог пойти куда-то. Вдруг Фремине инвалид и движения были для него больной темой?              — Извини, если это личное, — выпалил Ка Мин, едва не запнувшись о корень дерева от смущения. — Можешь не говорить.              — Это… не личное. Я много болею. У меня, эм, довольно слабое тело, я… я не смогу выдержать управление. Наверное, я даже не зайду надолго в рифт.              — Извини, если вопрос тупой, но я вроде как, новичок тут… Что такое этот ваш рифт?              — Рифт-зона. — В углу экрана появилась картинка арены с воротами, где Ка Мин начал свой импровизированный заезд. — Ты сейчас в ней. Это… эм, ты слышал про магические карманы?              Ка Мин кивнул, но Фремине не продолжал.              — Ой, — опомнился Ка Мин, осознав, что, вероятно, Фремине его не видел. — Да. Слышал про такие.              — Рифт-зона — вид магических карманов. Но они… скажем, более опасные. И непредсказуемые.              — И зачем вы в них лазаете тогда? — спросил Ка Мин, стараясь скрыть скепсис в голосе.              — Ну… у всех свои причины. В рифт-зонах больше сырья, оно качественное и… довольно редкое. Некоторым из нас оно просто нужно. Некоторым… необходимо.              Ка Мину было любопытно, к какому типу участников относился Фремине. Пусть они и знакомы всего ничего, но Ка Мин чувствовал к Фремине некую привязанность и благодарность. В конце концов, Фремине мог просто раздавить его без выяснения обстоятельств или бросить на растерзание Кошмарам.              Фремине казался добрым парнем, совсем не похожим на того, кто мог бы участвовать в незаконных магических гонках. Вероятно, у Фремине была веская причина, чтобы лезть в рифт-зону.              — А ты встретишь меня? — неуверенно спросил Ка Мин, потупив глаза в пол, словно Фремине был перед ним. — Ну, то есть, у ворот, когда мы выйдем? Или я сам могу прийти, куда скажешь, если ты не можешь выйти.              — Я… — Фремине звучал удивлённо, но его голос вдруг смягчился. — Я могу.              Ка Мин вздохнул с облегчением — Фремине как минимум мог передвигаться по арене. Значит, когда Ка Мин выберется, сможет крепко обнять своего спасителя и поблагодарить.              Робот снова просканировал территорию и по левую сторону показались две красные точки.              — Держись правее, — сказал Фремине, и Ка Мина повело вправо, будто кто-то управлял его телом. — Не хотелось бы столкнуться с Цербером.              — Это ещё что? — взвыл Ка Мин, позволяя управлять собой. — Чем бы оно ни было, я не хочу видеть это вживую.              — Не «что», — поправил Фремине, и в углу экрана снова появились картинки. — «Кто».              Ка Мин узнал огненную даму, за которой увязался на арене, и фею, которую повстречал в лесу. Парень, появившийся на экране последним, видимо, был третьим звеном рыжей троицы, которых Ка Мин принял на арене за обычных людей.              — Это рейсеры? Или враги? — уточнил Ка Мин.              — Они рейсеры. Просто они… очень амбициозные. Я бы не хотел столкнуться с ними в заезде «по головам». Можно сказать, это скорее их соревнование между собой. Особенно, если они участвуют втроём в одной жеребьёвке. Обычно, мы могли бы попросить Тарталью помочь вытащить тебя, но сегодня… ему не до нас.              Ка Мин немного подался вперёд, рассматривая фотографии. Подписи было плохо видно, но синий костюм и крылья бабочки одной из участниц были слишком узнаваемы. На фото она стояла с медалью и кубком, кокетливо подмигивая в камеру.              — Я видел её. Фею.              Ка Мин указал на экран, забыв, что управляет роботом, и снёс небольшое дерево. Фремине никак не стал это комментировать.              — Нилу? Ну, повезло. У неё… сегодня очень красивые боевые крылья. Я бы хотел, эм… посмотреть на них поближе.              — Заинтересован? — поиграл бровями Ка Мин, и в голосе Фремине прорезалось смущение.              — Ну… в её крыльях. Я… не видел работу мастера Фарузан так близко. Она — легенда Исследовательского института. Эти крылья… работа мастера Фарузан.              — А-а-а, — с пониманием протянул Ка Мин. — Блин, ну, это правда. У неё отпадные крылья. Хотя, я особо не запомнил, если честно, пока она крошила ими тех стрёмных птиц… а чего ты не попросишься посмотреть? Или тут все враждуют?              — По… проситься? — казалось, одно представление об этом заставило Фремине ужаснуться. — Я бы не посмел.              — То есть, тут все агрессивно враждуют? — заключил Ка Мин.              — Нет, мы не враждуем, тут все очень дружны… это просто… — Фремине устало вздохнул. — Я стесняюсь.              — Что? Ты? Стесняешься? — искренне удивился Ка Мин. — Ты сам отгрохал такую махину, чего тебе стесняться?              — Это мелочи…              — Мелочи? — Ка Мин остановил робота, бегая взглядом по кабине. — Куда мне смотреть, чтобы пронзить тебя возмущенным взглядом?              — Никуда… там нет камеры.              — Тогда слушай мой возмущённый голос. Вот это всё, — Ка Мин обвёл рукой кабину, снова забывая, что управляет роботом, — никакие не мелочи. Я авторитетно заявляю, что после этой гонки ты и я идём мацать крылья госпожи Нилу. К тому же, она задолжала мне пять минут времени, когда чуть не располовинила меня этими крыльями.              — Разве… такое было?              — Не было, но кто проверит?              Фремине хихикнул так тихо, что микрофон едва уловил звук. Это воодушевило Ка Мина настолько, что он ощутил новый прилив сил. Ка Мин бы побежал к вратам вприпрыжку, если бы роботом можно было такое исполнить.              — Мы уже близко к выходу, — сказал Фремине, приблизив на экране ворота на арену. — Будь внимателен. Тут много рейсеров. Нас могут атаковать.              — Ты же сказал, что не враждуете? — побледнел Ка Мин.              — Ну… мы соревнуемся. Добычу можно отобрать. Если сможешь. Кто успел — тот забрал.              Деревья закончились и уступили место широкому полю, набитому папоротниками и мелкими кустами. В разные стороны тянулись заезженные дорожки, по нескольким в чащу унеслись бронированные машины, а кто-то бежал на своих двоих. Посреди поля зиял разрез в пространстве, за которым была арена.              Ка Мин подвигал конечностями, убеждаясь, что хорошо чувствует робота, и спросил:              — Я надеюсь, что мне не пригодится это знание, но просто на всякий случай интересуюсь… а стрелять как?              — Тебе… пока никак.              — То есть, тут всем нельзя управлять изнутри?              — Ну… мне это не было нужно, — безразлично пробормотал Фремине. — У меня же нет рейсера. Я настраивал его так, чтобы управлять на расстоянии…              Фремине не смог закончить предложение. Экран начал мигать, лампочки на панели управления загорелись красным.              — Справа, — успел сказать Фремине, и Ка Мин закрылся правой рукой.              Они с чем-то столкнулись. Уши резал скрежет металла, а по руке пошла волна искр. Мышцы от запястья до плеча свело ноющей судорогой, и Ка Мина сложило пополам от боли.              — Ещё один, — спокойно прокомментировал Фремине, и взял управление на себя.              В их сторону приближался шар сжатого света, который Фремине успешно сбил на полпути метким лазерным выстрелом.              — Фреми… Фремине! — выпалил сквозь сжатые зубы Ка Мин. — Рука…              — Нам её оторвало.              — А моя…              — Твоя в порядке, — мягче сказал Фремине. — Она болит из-за дисбаланса в распределении энергии. Кто по нам…              Фремине замолчал, и повисшая в кабине тишина Ка Мину не нравилась.              — Что там?              — Хаос, — на выдохе прошептал Фремине. — Они привели Хаос.              Ка Мин развернул робота и оторопел. Огромное чудовище взревело в небо, оглушая так, что Ка Мину пришлось закрыть уши. Его рёв пронзал до костей, как зимний холод, от него внутренности скручивало в животе. Горбатое чудовище царапало землю всеми четырьмя лапами, разбрасывая исполинские деревья по сторонам, как щепки. А его хвост распушился десятками змей, которые палили светящимися шарами во все стороны. Тело этого Кошмара было покрыто мхом и зеленью, и в брешах между ними виднелись его внутренности.              — Кто такой Хаос? — пришёл в себя Ка Мин.              — Эм… типа пчелиная матка? — неуверенно проговорил Фремине. — Он охраняет центр рифт-зоны и кристалл, на котором она держится.              — И почему эта срань здесь? — истеричные нотки прорезались в голосе Ка Мина, когда Хаос бросил свирепый взгляд в сторону портала.              — Кто-то его привёл…              Словно в ответ на вопрос, мимо пронёсся огненный мотоцикл, на полной скорости взлетая в воздух.              — Этот мой! — крикнула огненная женщина, и без тени сомнений влетела на своем байке Хаосу прямо в морду.              Огромный взрыв поднялся дымом в небо. Женщина вылетела с другой стороны и продолжила обстреливать чудовище огненными залпами. Издалека она была похожа на крошечную муху, донимающую слона. Рядом с ней появился второй крошечный силуэт, разбрасывающий блёстки по воздуху, и над Хаосом опустился купол голубой дымки. Несколько десятков змеиных голов полетели с хвоста, будто их обрубила невидимая сила.              Хаос завыл, разозлившись, и вдруг повалился на бок, словно одна лапа его больше не держала.              — Цербер пришёл, — сказал Фремине, и развернул робота в сторону портала.              — Стой-стой, а мы куда? — возмутился Ка Мин. Ему хотелось посмотреть, что будет дальше.              — Уносим ноги.              Робот побежал в сторону портала. Ка Мин включился в управление, игнорируя ноющую руку, и сосредоточился на том, чтобы уворачиваться от световых шаров и падающих с неба змеиных голов. Управлять роботом в таком бешенном темпе оказалось слишком тяжело — Ка Мин стёр пот со лба и постарался разозлиться, чтобы ноги продолжали двигаться вопреки усталости.              Стоило оступиться лишь на секунду, и ногу поразила та же боль. Робот накренился, но Фремине вовремя выставил оставшиеся руки, упираясь ими в землю.              — Выходи из управления! — прикрикнул на него Фремине.              Ка Мин слышал его голос, как сквозь толщу воды. Боль была такой сильной, что он едва мог заставить себя дышать. Экзоскелет искрился, вызывая в мышцах новые импульсы судорог. Ка Мин сдерживался, чтобы не закричать, иначе это бы взволновало Фремине. Кто-то из них должен был мыслить трезво.              — Ка Мин, микросхема на твоей груди, — инструктировал Фремине. — Сломай её и выходи.               Следующей свело вторую ногу. Это было похоже на удар молнии — резкая вспышка и мучительная пульсация в мышцах. Быстрым движением Ка Мин нащупал на груди шершавую микросхему и принялся царапать её, не чувствуя пальцев. Экзоскелет ослаб и разомкнулся, выплюнув Ка Мина на панель управления.              — Выходи, быстрее, — поторапливал Фремине и открыл ему дверь.              Ка Мин собрал последние силы и выкатился на траву кубарем. За его спиной раздался ещё один взрыв: Ка Мин оглянулся и увидел, как робота разорвало на части вместе с птицами, которых он тащил в верхней руке.              — Жив? Идти можешь?              Рядом с Ка Мином сидел маленький робот-пингвин, у которого было восемь длинных ножек, как у паука. На нём был умилительный берет из стальных пластин, и Ка Мин был бы рад потискать это сооружение, если бы вокруг не царила полнейшая неразбериха.              — Фреми? — удостоверился Ка Мин, ткнув пингвина в клюв.              — Быстрее, — пингвин толкнул его головой в бок. — Надо бежать, пока они его не уронили.              Ка Мин с сожалением посмотрел на робота и разбросанных птиц.              — Но твои головы…              — Разберусь.              Землю сотряс очередной взрыв, и рёв Хаоса показался болезненным. Пингвин толкнул Ка Мина в сторону, и на том месте, где он сидел, приземлился покрытый черно-зелёной жижей кусок плоти. Ка Мин не мог перестать смотреть на это: кусок отрубленной морды Хаоса, размером с автобус. Будто кто-то размозжил ему голову и откололся черепок с челюстью и глазом.              Ка Мина замутило от смрада сырости и гнили. Он смотрел в остекленевший красный глаз, ощущая сокрытую в нём силу. Жизнь покинула эту плоть, а мёртвый взгляд всё ещё устрашал.              Игнорируя пихающего в ноги пингвина, Ка Мин всмотрелся в зрачок Хаоса — что-то в нём было. Оно сияло и переливалось, привлекая внимание.              — Там… что это? — спросил сам себя Ка Мин, позабыв о страхе, и подошёл поближе.              Глаз был вдвое больше Ка Мина, и когда зрачок двинулся, Ка Мина прошиб холодный пот. Этот глаз наблюдал за ним.              — В нём кристалл, — сказал Фремине, всё ещё толкая его в сторону. — Он двигает глаз по инерции. Оставь его.              — Но это же ценный ресурс? Тебе такое нужно?              Сердце Ка Мина стучало в горле. Он почувствовал дрожь в руках от воображения того, что собирался сделать.              — Ну… да, оно всем нужно…              — Тогда мы это заберём.              Ка Мин поднял кусок металла, оставшийся от руки робота, и подошёл к глазу. Его не покидало ощущение, что Хаос смотрел на него и видел насквозь. Зажмурившись, Ка Мин замахнулся остриём и вонзил в роговицу. Под аккомпанемент чавкающих и хлюпающих звуков, он расковырял кристалл, подглядывая одним глазом, пока тот не выпал на землю. Ка Мин снял толстовку и завернул в него кристалл, побоявшись обжечься, как было со слюной птиц.              — И это прихватим, — пискнул Ка Мин, взяв под мышку две небольшие птичьи головы.              После этого он побежал так, словно за ним уже гналась стая Кошмаров. Он чувствовал, как жжёт руки птичья кровь, но продолжал бежать, пока не выпрыгнул из портала на арену.              — Имя! — сразу перехватила его девушка с бейджем «организатор» на груди.              — Фре… Фремине! — сипло выкрикнул Ка Мин, кидая ей под ноги головы и свою куртку              Он стоял на четвереньках, пытаясь отдышаться. С него капал пот, от него несло джунглями и затхлостью, а на руках не было живого места — кожу покрывали волдыри и кровавые ссадины. Он должен был радоваться, что выбрался, но всё, о чём мог думать Ка Мин:              «Ещё».              Заезд был ещё не окончен. Он хотел вернуться назад и притащить ещё несколько голов, ещё раз сесть за управление и посмотреть, как дерутся опытные рейсеры. Лёгкие жгло изнутри, но Ка Мину казалось, что это его сердце горело от предвкушения.       Отец всегда говорил: «людям не сравниться с Существами, если перед тобой Существо - уступи, целее будешь». Ка Мин уступал, сколько себя помнил, даже когда сгорал изнутри от желания выйти вперёд. И здесь, на арене переполненной существами, которых он никогда не сможет превзойти, его сердце разрывалось от безумной мысли, охватившей дрожью всё его тело:       «Я хочу победить».              — Слышь, мелкий! Ты куда мой глаз утараканил?              Ка Мин обернулся: за ним возвышался всадник на механическом коне. Он спрыгнул на землю и стянул шлем. Под ним оказался тот самый рыжий парень — третья голова Цербера. Ка Мин перевернулся и разлёгся на арене, сипло рассмеявшись.              — Кто… Фух, кто успел — тот подобрал, — беззлобно хихикнул он, с вызовом глядя сопернику в глаза.              Парень приосанился и ухмыльнулся.              — Ах ты вон какой! Значит, не робкого десятка. А ну, подымайся — сойдёмся на кулаках…              — Разойтись!              Всадника в сторону толкнула низкая женщина, едва доходившая парню до пояса, и остервенело осмотрела каждого на арене. Как только её взгляд упал на Ка Мина, она указала на него пальцем.              — Хватай его!              Не успел Ка Мин пикнуть, как его подхватили за обе руки и потащили в неизвестном направлении.       

1.2

      Ка Мина несколько минут тащили с мешком на голове под перебранки женщины, которая открыла на него охоту, и нескольких других нервных голосов. Ка Мин перебирал в голове, какими Существами могли оказаться его похитители: он уже видел сегодня фей, оборотней, эльфов, на глаза попадались и маги. Он нервно сглотнул, когда его шею задела аномально холодная рука — вдруг среди них были и вампиры?              Мысль о вампирах взбудоражила Ка Мина, он дёрнулся, оценивая, насколько крепко его держат.              — Будь паинькой, и я буду к тебе ласкова, — промурлыкала ему на ухо более спокойная женщина.              Ка Мин задрожал всем телом от ощущения её губы через ткань мешка, и потёрся ухом о плечо, словно это могло стереть отпечаток её слов.              — Дэхья, посади его на диван, — раздавала указания маленькая крикунья. — А вы все, быстро сюда. И притащите мне, наконец, Хайтама, где бы он там свои крылья не проветривал.              — О, госпожа Дори, не нервничайте, — беспечно проговорила Дэхья, делая акцент на титуле. — Это же человек, он никуда не денется. Посмотрите на него — он как из мясорубки вышел.              — Вот именно, — процедила сквозь зубы госпожа Дори. — Если он на нас заявит, мы все тут раком встанем. Где Хайтам?! Приведите мне сюда этот нарост на теле лингвистического института! Кавех, позвони ему. Или иди сам притащи его волоком.              — Я тут вообще причём? С меня взятки гладки — небо не упало, стены не посыпались, траса не кривая. Свою работу я выполнил.              — Конечно, как архитектор ты идеально выполнил работу, — елейно пропела Дори, а после её тон сменился на рык. — А как руководитель, который контролирует работу этого тунеядца, ты в полном дерьме!              — Как я должен контролировать код, который он пишет, если я не лингвист? — возмутился Кавех.              — А что, так сложно было включить смекалку и свериться с техническим заданием по пунктам?              — Ну так сверялся! Ты же сама рядом стояла и слышала.              — Я вела телефонные переговоры со спонсором и делегировала проверку на уполномоченного сотрудника! Кавех, проверишь остальное? — Она спародировала свой же будничный голос, а после изобразила карикатурно бодрый голос Кавеха. — Конечно, Дори, мы в процессе!              — Фееричное фиаско, — вставила Дэхья, усевшись рядом с Ка Мином.              Судя по тому, как все замолчали, ей бросили несколько злобных взглядов.              Внезапно с Ка Мина стянули мешок, и он сощурился, хотя свет был приглушённый. Комната напоминала кабинет: посередине стоял рабочий стол и шикарное офисное кресло с мягкой обивкой, вдоль стены тянулся шкаф с архивными папками. Перед Ка Мином стояла Дори, грозно глядя на него снизу вверх, даже когда он сидел на диване — её карликовость и золотые глаза выдавали в ней либо гоблина, либо гнома. Она была одета, как карикатурный ростовщик из фильмов про гангстеров: чёрный жакет, который сидел на ней, как мешок, деловые ботинки и кепка восьмиклинка, из-под которой торчали розовые волосы.              — Полегче с ним, — взволнованно сказал Кавех. — Я позвал Тигнари, чтобы он осмотрел его, но он вытаскивает кого-то в рифте.              Кавех беспокойно мерил шагами комнату, продолжая попытки дозвониться до игнорирующего его абонента. Ка Мин вспомнил его — тот самый механик, с которым они пересеклись у лавки торговца. В этот раз он был в чистой будничной одежде: зелёная рубаха, заправленная в джинсы. Его светлые волосы больше не топорщились, а были аккуратно причёсаны в хвост и подколоты невидимками, открывая длинные вытянутые уши. Ка Мин бы не признал его эльфом, ведь они отличались крайне высоким ростом, чего не скажешь о Кавехе — Ка Мин отставал от него на пару пальцев.              — Хэй, крошка, — позвала Дэхья. — Расскажи-ка нам, кто прислал тебя?              У неё было пугающе мускулистое тело, которого она совершенно не стеснялась, а скорее демонстрировала своё превосходство, надев столь короткий и откровенный топ. Дэхья непринуждённо сидела рядом, раскинув руки на спинку дивана, но её пальцы мягко постукивали Ка Мина по плечу, давая понять — она контролировала своим зорким кошачьим глазом каждое его движение. Маленькие чёрные уши на её голове двигались в такт звукам в комнате. Ка Мин не сразу рассмотрел их на фоне её тёмных волос: её уши были округлыми и едва заметными, похожими на уши пантеры.              Оборотни кошачьих видов, по слухам, были довольно вспыльчивы. Ка Мин не стал играть с судьбой и перечить, как было с парнем на арене, и быстро выпалил:              — Никто не присылал, честно! Я случайно не туда зашёл. У меня должна была быть встреча с друзьями… — Ка Мин пошарил в карманах, игнорируя зудящие ожоги. — Ой, мой телефон, наверное, остался где-то в рифте, извините. Но это правда! У меня в мыслях не было вас беспокоить.              — А ну в глаза мне смотри, — взяла его за ворот Дори, наклонив к себе. — Работаешь на Хараса? Пульхру? Они тебя наняли?              Ка Мин выставил руки перед собой, испуганно покачав головой:              — Нет-нет-нет, честное слово! Я впервые слышу о них.              — Как ты зашёл к нам? — с подозрением прищурилась Дори. — У нас вход только по спискам.              — Меня… меня просто пропустили? — неуверенно пробормотал Ка Мин, вспоминая своё общение с охраной — Я думал, что есть в списке, потому что друзья внесли меня… но получилось какое-то недоразумение! Я просто смотрел, что продают, а потом я пошёл за толпой и… и вот мы все здесь. Думаю, тут нет моих друзей. Они тоже люди.              Дори кивнула Дэхье на свой компьютер, и та поднялась, деловито виляя длинным чёрным хвостом — невероятно высокая женщина, она бы не уступила в росте эльфам. Ка Мин вряд ли доставал ей хотя бы до плеча. И вместе с таким внушительным ростом она носила высокие каблуки.              — На меня смотри, — рыкнула Дори, умерив восхищение Ка Мина, и добавила, не оборачиваясь: — Посмотри, говорит ли он правду. Выглядит он как наивный простофиля, но может, просто хороший актёр. Где, фейская пыль ему в зад, этот треклятый Хайтам? Я ему зарплату на три части поделю.              В дверь постучали. Кавех поспешил открыть засов, и в комнату вошёл довольно широкий в плечах парень с абсолютно безразличным выражением лица. Ка Мин позавидовал его телосложению, казалось, этот парень не вылезал из тренажёрного зала и был эпицентром женского внимания, будучи воплощением холодной мужественности с его рельефным стройным телом и точёными чертами лица. Если бы не полупрозрачные стрекозиные крылья, выглядывающие из-за его спины.              «Это же чем кормили этого фея в детстве, что он так вымахал?» — подумал Ка Мин, и до него донёсся смешок. Дэхья наблюдала за ним и забавлялась реакциям.              — Хайтам! — Дори отпустила Ка Мина и всплеснула руками. — Ты что, на своих двоих сюда летел? Почему так долго?              Хайтам даже бровью не повёл на замечание — его крылья и правда были маловаты даже для среднестатистического фея. А такое большое накаченное тело они и подавно вряд ли поднимут.              — Слишком много шума для отсутствия проблемы, — Хайтам спустил на шею наушники.              — Вот это, — Дори указала на Ка Мина, — не выглядит для тебя, как проблема?              — Для меня? Нет.              Хайтам подошёл к Ка Мину, сидящему на диване, и уставился на него. Они играли в гляделки до тех пор, пока Хайтам не махнул рукой в сторону.              — Подвинься, пожалуйста.              Ка Мин прижался к подлокотнику. Только сейчас он заметил, что у Хайтама в руках была сумка для ноутбука и небольшой чемоданчик, из которого он достал квадратное сооружение с десятком разных разъемов. Надев очки, Хайтам со знанием дела включил несколько проводов в устройство, соединил их общим адаптером и воткнул в свой ноутбук. Над устройством образовалась небольшая полупрозрачная воронка из блестящей зелёной дымки, в которую стягивалось пространство, а на экране ноутбука открылось несколько окон с крючковатым шифром.              — Ты, может, сразу ему весь код покажешь, чтобы он всё слил? — саркастично спросила Дори и шугнула Ка Мина. — Ну-ка зенки от экрана убери!              — Даже если я покажу ему весь код, у него не появится понимание в глазах, — ответил Хайтам, не отрывая взгляда от экрана. — Меня не пугают люди без понимания в глазах.              Несколько минут в комнате царила гнетущая тишина. Дэхья со скучающим видом щелкала мышкой, Хайтам клацал клавишами, а Дори нервно притопывала ногой. Казалось, только Кавеху было нечем заняться, и он просто стоял, словно охранник, подпирая спиной дверь.              — И? — Дори нетерпеливо оглядела всех в комнате. — Хоть кто-то мне уже объяснит, через какую щель этот сосунок залез на мою арену?              — Ну-у-у… — протянула Дэхья, повернув монитор в комнату. — Судя по камерам, он и правда просто зашёл. Через дверь.              — А кто его пустил через дверь? — с нажимом спросила Дори. — Ты же наняла новую охрану две недели назад, ты сказала они лучшие. И что? Не прошло месяца, а на арене бродит человек! Ладно на арене, у меня в рифте слоняется человек. Если бы я захотела заказать прикормку для Кошмаров, я бы вас предупредила, чтобы вы собирали по улице всякий сброд, который хотя бы искать не будут.              Казалось, что гнев Дори пугал только Ка Мина. Хайтаму её слова были абсолютно безразличны, он делал вид, что один в комнате, Кавех просто казался утомлённым, а Дэхья зевала уже который раз, обозначая свою скуку. Ка Мин позволил себе расслабить плечи — в конце концов, правда была на его стороне.              — Тебе есть что сказать в своё оправдание? — обратилась Дори к Хайтаму. — Ты нашёл дырку в барьере?              — При всём уважении, — Хайтам деловито поправил очки и повернул экран ноутбука к Дори. — Мой барьер безупречен и сделан в точности в соответствии с запросом.              Теряя терпение, Дори двумя руками указала на Ка Мина, едва не пища сквозь зубы:              — Человек. На моей арене.              — Логично, — парировал Хайтам. — Для людей запрета на проход нет. Во всяком случае, для самых обычных людей.              Бровь Дори нервно дёрнулась от этих слов. С напускным спокойствием она сцепила руки в замок и с театральной милостью спросила:              — И почему же у обычных людей нет запрета?              — Потому что в ТЗ этого не было.              Дори яростно топнула ногой по полу и закричала, схватившись за голову:              — А почему такую очевидную вещь я должна была указать тебе отдельно?! — Она подошла к стеллажу с архивом и с первого раза достала нужную папку. — Здесь же чёрным по белому написано: пункт восемь подпункт три. Все лица, входящие на территорию арены, подлежат немедленной идентификации посредством встроенных магических и техномер… метр… тьфу! технометрических систем. В случае обнаружения присутствия Магического Существа без надлежащего пропуска, системы безопасности обязаны автоматически активировать внутренний протокол оповещения охраны и инициировать соответствующие меры пресечения несанкционированного проникновения.              — Это Магическое Существо?              Такой спокойный на фоне крика Дори вопрос был подобен выстрелу, после которого в комнате повисла гробовая тишина, в которой Ка Мин, сжавшийся на краю дивана, слышал отчётливый бешенный стук собственного сердца. Хайтам вдруг повернулся к Ка Мину и спросил:              — Ты Существо?              — Н-нет, — заикнулся Ка Мин, нервно поглядывая на ошарашенную Дори.              — Какой ты расы?              — Человек, — увереннее ответил Ка Мин.              Хайтам повернулся к Дори и многозначительно выгнул бровь:              — Вопросы?              Они долго смотрели друг на друга: Хайтам с непробиваемым спокойствием и Дори с закипающей злостью. У неё на шее и висках взбухли вены от того, как она сдерживалась.              — Ты сейчас серьёзно хочешь мне сказать, — на последних нотах спокойствия процедила Дори, с каждым словом говоря всё громче и яростнее. — Что я плачу тебе за каждую запятую и пробел, за каждую сраную строчку мы заключаем новые ДС, которыми я буду подтираться год, если в мире кончится вся туалетная бумага, и ты ни разу, стрекозиный ты сын, не сказал мне, что на мою арену могут зайти обычные люди, как к себе домой?              Хайтам пожал плечами, откинувшись на спинку дивана.              — Что в ТЗ не заказано — в коде не указано. Прошу отметить, что во время составления акта приёмки все пункты, заявленные в ТЗ были выполнены.              Дэхья решила разрядить обстановку:              — Вообще, люди тусуются в северных клубах Лимбо. На юг никто не суётся, потому что не хочет сталкиваться с чернухой магии. А мы, по сути, чернухой занимаемся.              Дори взвыла в потолок и устало плюхнулась на диван, втиснувшись между Ка Мином и квадратным механизмом Хайтама.              — Ко мне ещё есть вопросы? — деловито спросил он.              — Иди вон с глаз моих, — Дори уставилась вверх куда-то сквозь комнату и вдруг обратилась к Ка Мину: — Ты, человек. Как тебя?              — Ка Мин.              — Ка Мин, — повторила Дори, она наклонилась вперёд, уперевшись локтями в колени и потёрла переносицу. — Сейчас составим договор. Ты внимательно его прочитаешь и подпишешь, чтобы мы с тобой друг другу проблем не делали. Ну-ка, дай посмотрю.              Они взяла притянула к себе поближе руку Ка Мина за уцелевший участок и тяжело вздохнула.              — Дэхья, — уныло позвала Дори. — Иди притащи сюда Тигнари. Надо оценить ущерб… и позови юриста. Обсудим компенсацию.

1.3

      — Ага, конечно, пошёл бы ты! Меня отметелили, потому что вы трубку не брали. Так что я пошёл домой, — раздражённо договорил Ка Мин и сразу сбросил звонок.              Он выключил звук у назойливо жужжащего телефона и убрал его в карман. Стоило сказать спасибо, что телефон вообще не поленились найти и вернуть. Правда, теперь придётся сносить его в сервис на чистку от грязи, забившейся во все разъемы.              — Ты ещё здесь?              Из кабинета госпожи Дори вышел Тигнари — врач-оборотень, который осматривал раны Ка Мина. Ка Мин никогда прежде не видел оборотней с такими длинными вытянутыми ушами, но постеснялся спросить, к какому виду относится Тигнари. По пушистому хвосту и форме ушей Ка Мин сделал предположение, что это волк или лиса.              — Чего домой не идёшь? — спросил Тигнари. — Не знаешь, куда идти?              Пока Тигнари проявлял к Ка Мину больше искренней заботы, чем все, кого он тут встретил. Его голос был спокойным и приветливым, и сам он вёл себя очень участливо: интересовался самочувствием, задал несколько вопросов о жизни Ка Мина. Он первый, кто спросил в начале разговора имя Ка Мина, а не уточнил где-то в середине, чтобы не обращаться к нему как к «эй, ты».              — Я кое-кого хочу найти здесь, на самом деле, — решил попытать счастья Ка Мин. — Не знаете, где может быть Фремине? Он механик. Он очень помог мне в рифте и проиграл из-за меня… я хотел поблагодарить его лично. И извиниться.              Тигнари пожал плечами:              — В гаражах, наверное, как и все остальные, — он сверился с часами на своём запястье. — Надеюсь, он там собирается домой. Его время уже подходит.              — Сегодня ещё какой-то заезд? — не понял Ка Мин.              — Да. У Фремине персональный заезд домой, чтобы я не отскребал его от пола, тратя свои ресурсы, — беззлобно проворчал Тигнари, и осторожно развернул Ка Мина за плечи в нужном направлении. — Я провожу тебя. И оставлю следить, чтобы он свинтил с арены в течение получаса.              — Я могу, эм, проводить его? Для верности.              Тигнари смерил его недоуменным взглядом и усмехнулся.              — Вызови ему такси. Этого будет достаточно.              Они больше не выходили на арену. Со знанием дела Тигнари петлял по коридорам, пока не вывел их в широкий тоннель. Уже здесь чувствовался резкий запах сварки и мазута и доносились приглушённые звуки резьбы по металлу. Тигнари привёл их к стальной двери и с усилием толкнул её.              Дверь оказалась очень толстой и неприятно скрипела. Несколько человек обратили на них внимание и поприветствовали Тигнари: кто-то свистнул, кто-то звал по имени и махал рукой.               — Где Фремине? — громко спросил Тигнари, но никто не ответил. — Куки, видела Фремине? Куки!              Девушка, варившая два стальных листа, вздрогнула, когда услышала своё имя, и подняла защитный экран. Половину её лица всё равно закрывала респираторная маска, от чего голос был приглушённый.              — Уходил куда-то, но вроде в коморку вернулся. Спроси Лайлу, она тоже его искала. Там у Скары порт треснул, и он заезд пропустил, мы его даже обратно к экзоскелету прицепить не можем. Фремине единственный, кого он не убьёт на входе.              Тигнари усмехнулся:              — Ну, придётся повисеть ещё две недели на зарядке. Фремине пора домой.              — Угх, — скривилась Куки, будто съела кусок лимона. — Может, ты сам ему об этом скажешь?              Отмахнувшись, Тигнари пошёл дальше:              — Сами развлекайтесь, — когда они отошли достаточно, Тигнари добавил. — Я что, похож на самоубийцу? Меня дома ребёнок ждёт, я так рисковать не буду.              — У вас есть дети? — оживился Ка Мин, поравнявшись с ним.              — У меня есть дочь. В этом году пойдёт в старшую школу              Тигнари выглядел довольно молодо, как и все здесь, но Ка Мин вдруг понял, что это было обманчивое первое впечатление. Существа старели иначе, и все, кого он встретил, вероятно, уже взрослые и давно состоявшиеся в жизни люди. Возможно, и Фремине тоже был мужчиной средних лет, а не молодым парнем, каким показался по голосу.              — Извините… — неловко начал Ка Мин. — А Фремине, ну, сколько ему лет?              — Не сычуй, он твой ровесник, — Тигнари ободряюще похлопал Ка Мина по плечу. — Слышал, может, стереотип, что оборотни, это раса, которая объелась в начале времён молодильных яблок? Отчасти, это правда. Так что, не думай, что я с вами в одной лодке, если молодо выгляжу. Где ты видел двадцатилетних с медицинской лицензией? Я, лично, таких гениев не встречал. О, Фремине! Я уже увидел тебя, а ну иди сюда.              Ка Мин заозирался по сторонам, как восторженный щенок, пытаясь проследить за взглядом Тигнари. Из-за двери с табличкой «инженерная» краем глаза кто-то выглядывал.              — Давай-давай, — поманил рукой Тигнари. — Я привёл тебе твоего нового друга, который проследит, чтобы ты сел в такси и уехал домой. Мне с твоей матерью проблемы не нужны.              Из-за двери вышел парень, чуть выше самого Ка Мина. У него были аномально тонкие ноги — скинни джинсы сидели на нём свободно, и обычное черное худи висело на нём мешком. Фремине и правда был болезненно бледным, почти серым, торчащие из-под капюшона светлые соломенные волосы казались тонкими и ломкими. Весь его вид кричал о том, что он был нездоров, и от этого сердце Ка Мина разрывалось.              Радость от встречи поутихла, но Ка Мин усиленно улыбался, чтобы это не отразилось у него на лице. Фремине поглядывал на его с опаской, вжимая голову в плечи, и смущенно натянул капюшон пониже.              — Эм… я поправил порт Скарамуччи. Но я уже одет. И иду домой.              — Уверен, Скарамучча бы не обломался повисеть недельку другую в воспитательных целях, — строго сказал Тигнари и подтолкнул Ка Мина вперёд. — В общем, общайтесь, но много не обнимайтесь. Его рукам сильно досталось.              Ка Мин столкнулся взглядом с Фремине и почувствовал, как кровь приливает к лицу. Он замахал перебинтованными руками перед собой.              — Конечно, никаких объятий. Ну, только если ты не захочешь… то есть. Да. Без рук. Буквально. Ха-ха. У меня их почти не осталось.              Посмотрев на них поочерёдно, Тигнари вздохнул.              — Дети в наше время такие скованные, — на старческий манер фыркнул он и пошёл по своим делам.              Они остались вдвоём в аккомпанементе чужих голосов и треска сварки. Ка Мин немного подался вперёд, в надежде разглядеть лицо Фремине получше, но обзор закрывала длинная чёлка, спадающая Фремине на лицо. Он казался именно таким, как о нём думал Ка Мин, слушая его голос: робкий и взволнованный. Он не смотрел Ка Мину в глаза, но осматривал его раны. Фремине заговорил первым:              — Твои руки… сильно пострадали?              — Мелочи, — отмахнулся Ка Мин с чрезмерной беспечностью. — Возьму пару отгулов на работе, делов-то. Кстати! Головы! Их засчитали? А камень, который я принёс? И твой робот… блин, он же поломался.              — Я сделаю нового, — тихо сказал Фремине, перебирая пальцы. — Кристалл… у меня никогда такого не было. Ты увёл его у Тартальи. Он… спрашивал о тебе. Но я объяснил ему, что случилось. Он сказал, я могу оставить кристалл себе. Хаотический кристалл… с ним очень много можно сделать. Я даже не знаю… за что взяться.              — Наверное, для начала, за робота, которого я сломал, — неловко рассмеялся Ка Мин. — С этим кристаллом круто получится? Хаотический — это же хорошо?              — Ну… либо с ним у меня получится двигатель для мека в два раза больше, либо… либо я взорву несколько гектар леса в рифте. Но это того стоит.              Ка Мин усиленно кивал, чтобы Фремине продолжал говорить. Видимо, вопросы о роботах и кристаллах смущали его меньше, чем попытки поговорить друг о друге.              — Мек — так звали робота?              — Эти роботы… они так называются. Меки — это роботы с пилотами. Здесь они не популярны, но для меня… мне нравится их собирать. Здесь я могу их собирать и использовать. Наверное… только здесь и могу.              У Фремине запершило в горле, и он закашлялся, его плечи задрожали. Ка Мин сразу забыл о границе между ними, оказавшись рядом, и взял его за плечи, чтобы придержать от падения. Ка Мин бережно погладил его по спине, как в детстве делала мама, когда он сам болел. Приступ кашля Фремине быстро успокоился.              — Нормально? — спросил Ка Мин. — Пойдём сядем. Я вызову тебе такси.              — Меня… кхем, увезёт Тарталья. Он сказал подождать его у входа.              — Погнали вместе подождём! У меня ещё так много вопросов… ой, кстати, меня зовут Ка Мин. А то мы так и не познакомились…              — Я знаю, — прервал его Фремине и осторожно убрал руки Ка Мина с себя. — Про тебя здесь говорят.              — Оу, надеюсь, что-то хорошее…              Фремине двинулся вперёд, и Ка Мин последовал за ним, на ходу задавая вопросы:              — А вам тут платят?              — Вообще… не всем. С некоторыми госпожа Дори заключает контракт, чтобы всегда были участники. Если ты показал себя… она будет платить. У меня очень маленький контракт, всего пятьдесят тысяч за заезд…              — Всего?! — ужаснулся Ка Мин, и Фремине вздрогнул, обернувшись к нему. — Да я столько в месяц на двух работах получаю!              — Ну… мне особо не нужны деньги, — пожал плечами Фремине. — У меня есть деньги. Я хочу ресурсы. По контракту я… эм, забираю часть необходимых мне ресурсов для развития транспорта.              — Хотел бы я так жить, чтобы деньги были не нужны…              Ка Мин был так поражён, что не находил слов. Его семья была не бедной благодаря отцу и его железной хватке в ведении бизнеса. Отец не переставал работать, даже когда они купили хороший дом и накопили семейный капитал. Он всегда говорил, что деньги не бывают лишними и нужно продолжать работать, даже если их сейчас хватает.              — Тебе… нужны деньги? — спросил Фремине, толкнув дверь, и они оказались на улице.              — Не то, чтобы я нищий, но, вообще, очень нужны, — честно сказал Ка Мин. — Моего отца сильно подставили инвесторы и сейчас у нас большой долг перед компанией. Я помогаю ему, чем могу. Взял, вот, академ в университете в этом году, и устроился на пару подработок. Пятьдесят тысяч за один день… это конечно какая-то сказочная цифра для меня.              Они вышли с другого входа, это была более южная часть Лимбо: Ка Мин узнал её по вывескам, которые проходил, когда только приехал сюда. Здесь было рукой подать до остановки — если выйти с парковки, на которой они были сейчас, остановка Ка Мина будет прямо за углом.              Фремине сел на узкую скамейку рядом с дверью, подальше от курящей компании рядом с забором. Ка Мин опустился рядом с ним и спросил, не подумав:              — А люди могут быть рейсерами? Ну, обычные. Как я.              Удивлённое лицо Фремине уже было ответом.              — Теоретически… они могут, но им будет плохо. Они даже не ходят в этот район… и атмосферу рифта люди не выдерживают. Я не знаю, почему ты ничего не почувствовал. С тобой… точно что-то не так, но я не знаю, что.              — Но я обычный человек, честно-о, — проныл Ка Мин. — Почему никто мне не верит? Это реально настолько странно, что я зашёл в рифт?              — Очень. Там… большое количество эфирных частиц в воздухе. Простые люди неустойчивы к магии.              — Моя мама была исследовательницей магических карманов, — предположил Ка Мин. — И она в них заходила. Их даже тренировали, чтобы они могли дольше там находиться.              Фремине задумался, тронув пальцами свой подбородок.              — Тогда… это имеет смысл. Может, тебе передалась её устойчивость.              — Значит, я могу быть рейсером? — воодушевился Ка Мин. — Твоим, например? У тебя же нет рейсера. Мне деньги, раз они тебе не нужны, а тебе все ресурсы. И со мной будет легче! Я буду всё делать за тебя.              — Но… — Фремине растерялся. — Ты сегодня чуть не умер. Ты же видел, что бывает в рифте, ты… ты хочешь после этого быть рейсером?              — А что там было-то? Ты же сам сказал, что внутри ничего не было оборудовано под пилота, да и я в первый раз вообще сел управлять меком — конечно, у нас ничего не получилось. Но ты мне всё покажешь, я потренируюсь, и всё будет супер! Конечно, первые места не займём, но мы очень постараемся.              Стушевавшись такого энтузиазма, Фремине поёжился. Он взялся за верёвочки на капюшоне своего худи и начал играть с ними, обдумывая предложение.              — Тебе не страшно? — спросил Фремине, бросая на Ка Мина обеспокоенный взгляд.              — Немного страшно, конечно, — признался Ка Мин, поежившись от воспоминаний, — но работа есть работа. И… только никому не говори, ладно? — Он наклонился к Фремине и продолжил шёпотом: — Мне понравилось быть рейсером. Это было просто нереально круто! Я как будто… стал частью кино.              Ка Мин выпрямился и продолжил обычным голосом.              — И деньги мне правда нужны. Я слушал, о чём говорили госпожа Дори и Дэхья, пока меня латали. Заезды несколько раз в месяц. И даже турниры бывают. А ещё мы составляем договор по компенсации ущерба за мои руки… я могу попросить допустить меня к гонкам и заключить со мной контракт.              Фремине хотел что-то сказать, но промолчал. Пока он думал, Ка Мин усиленно надеялся, что тот согласится. Весь сегодняшний день был большим приключением с возможным летальным исходом, но взгляд на лица других участников дал понять: участники здесь находили отдушину. По каким бы причинам они не были рейсерами, они делали что-то невероятное, когда неслись навстречу Хаосу и другим Кошмарам с широкой улыбкой на лице. Сердце застучало быстрее от воспоминаний, как адреналин подстрекал мыслить быстро и двигаться по инерции. В поисках этого чувства Ка Мин поступил на цирковое направление: он хотел восхищать, делая невозможное. Ему сказали, что на арене нет людей, это было невозможно. Для Ка Мина это звучало, как вызов доказать обратное.              Он уже сделал это возможным. Осталось лишь добиться в этом успеха.              Новизна в жизни, которая последние несколько месяцев лишала его кислорода, казалась слишком заманчивой, даже если была опасной. И механик, которого он встретил в рифте, казался подарком судьбы, за который должно было вцепиться, как в выигрышный лотерейный билет. Ка Мин хотел бы узнать о Фремине больше: почему он собирает меков? Из какой он семьи, раз деньги для него не важны? Чем он так сильно болен? Какие у него были друзья на арене? С кем ещё он хотел познакомиться, кроме глубокоуважаемой мастера Фарузан?              Фремине казался тем типом людей, которые оставались в жизни надолго. Ка Мина привлекали люди с блеском в глазах. Фремине был застенчив, но его голубые глаза переливались, как гладь горного озера на родине Ка Мина. Фремине выглядел слабым и больным, но на фоне серости его кожи, глаза как никогда выдавали, сколько в нём теплилось жизни.              К таким людям Ка Мин тянулся. Он легонько пихнул Фремине в плечо, напоминая о себе, и поиграл бровями. Фремине немного покраснел, насколько позволяла его бледность, и случайно потянул за шнурки, закрывая себя в капюшоне.              Ка Мин рассмеялся, глядя, как тот растерянно пытался найти пальцами отверстие в капюшоне и открыть его. Лёгким движением руки Ка Мин высвободил его из этой ловушки и, воспользовавшись моментом, скинул капюшон с головы Фремине.              — Пленник освобождён, — посмеиваясь сказал он, поправляя волосы Фремине.              На ощупь они и правда оказались, как солома — колючие и хрупкие. Ка Мин бережно пригладил его чёлку и замер.              — У тебя…              Он сдвинул чёлку Фремине быстрее, чем успел подумать, и его сердце пропустило удар. Он одёрнул руку, и прикосновения к холодной коже Фримене фантомным жжением остались на кончиках пальцев. Глаз Фремине, закрытый чёлкой, был ярко красным, и уже не был похож на горное озеро. Скорее, на бокал кроваво-красного вина.              Догадка заставила руки Ка Мина дрожать. Он нервно сглотнул, отодвинувшись на скамейке подальше, пока не упёрся в подлокотник. Он всматривался в потрескавшиеся приоткрытые губы Фремине, пытаясь разглядеть его зубы. С каждой секундой тишины страх поглощал Ка Мина.              Он сохранял самообладание, когда в его памяти взыграли картинки тёмных улиц и пронзительный крик. Плечо прострелила ноющая боль, будто старый шрам разошёлся и по новой начал кровить. Голос отца эхом зазвучал в голове:              «Мы презираем таких тварей».       «Они коварны и только ищут выгоды».       «В любом возрасте они могут сожрать тебя».       «Хочешь ещё раз стать для них кормом? Гуляй ночью и дальше».       — Ты, эм, ты… — пролепетал Ка Мин, сглотнув. — Какое ты Существо?              — Вампир, — тихо ответил Фремине, испугавшись такой реакции. — Что-то… не так?              Ка Мин подскочил с лавочки, как ужаленный. Его сердце было готово проломить рёбра, он больше не различал голос Фремине в какофонии мыслей. Фремине казался обеспокоенным, когда поднялся и неуверенно шагнул к Ка Мину, протягивая руки, но всё, что мог видеть Ка Мин — клыки, выделяющиеся на его зубах.              Ка Мин убежал с парковки так быстро, что догнал отъезжающий автобус. До самого возвращения домой он не мог начать дышать нормально. Только когда он закрыл дверь на все замки и забился под одеяло, смог выдохнуть и провалиться в тревожный сон.              «Вампирам нельзя доверять»