Я — Шимура Данзо!

Глава 378.

На поверхности Луны Два различных потока, окрашенных в лазурный цвет, сталкивались на изрытой кратерами лунной поверхности, порождая оглушительный грохот. В чернильной пустоте космоса расходились невидимые воздушные волны, подобные кругам ударной волны — уничтожая обломки камней и рассеивая метеориты на своём пути. Грохот! Сопровождаемый звуком, способным разорвать барабанные перепонки любого шиноби, Данзо рухнул на лунную поверхность, подняв огромное облако пыли. А потомок Хамуры, окутанный светло-зелёной чакрой, пылающей словно пламя, парил в космосе, сдерживая своё тело с помощью Шаров Поиска Истины. Его руки были вытянуты вперёд, а перед ним выстроились в ряд чёрные энергетические шары, похожие на нить жемчуга. Затем с небес обрушился ослепительный серебристый вихрь, поглотивший облака пыли, звёздный свет и тьму. Он пронзил лунную поверхность, поглотил только что поднявшегося Данзо и вбил его в глубины Луны. «Серебряное Колесо Перерождения!» Это была высшая техника гравитации Тенсейгана, способная превратить в космическую пыль любую материю, как осязаемую, так и неосязаемую, попавшую в её воздействие. Но противником был обладатель Ринненгана — глаз того же уровня, что и Тенсейган. Гул-гул-гул! Раздался невероятно глухой звук колебаний земли, и со всех сторон поднялось нечто, что невозможно описать словами — подобно вратам, разделяющим небеса и землю. Их держала рука божества-воина, покрытая бледно-зелёной бронёй с тёмно-фиолетовыми узорами. Эта рука твёрдо сдерживала Серебряное Колесо Перерождения, затмевающее небосвод, прорвав внутренние слои Луны и постепенно поднимаясь, чтобы сформировать воина-защитника в полной форме. «Сусаноо!» Древняя земля раскололась, и в пяти кристаллах, возвышающихся над головой полностью сформированного бледно-зелёного божества-воина, появился Данзо. К этому моменту он уже вошёл в состояние Совершенного Отшельника. Облачённый в доспехи, он скрестил руки на груди. Природная энергия, которую никогда прежде не собирали и не использовали на Луне, образовала вихрь, окруживший его и почти километрового воина-защитника. Подобно небожителю, ступающему по облакам, увенчанному небесным сводом и попирающему землю, Данзо парил в воздухе. В его зрачках непрерывно вращался узор Мангекё Шарингана. После насыщения тела чакрой отшельника, оставшаяся природная энергия хлынула в Сусаноо, покрыв изначальные тёмно-зелёные кристальные доспехи тёмно-фиолетовыми узорами силы отшельника. «Три великих старейшины почувствовали пробуждение небывало огромной чакры». «Если мы не выдержим в этот раз, боюсь, это будет конец мира шиноби». «Божественное древо снова вырастет и полностью поглотит жизненную силу нашей планеты». Три принцессы, хотя и были призваны без лишних слов и сразу слились с Данзо, не забыли передать наставления Белого Змея Отшельника. «Кажется, из-за слишком большого расстояния я почти не могу ощутить присутствие Рьючидо». Данзо чувствовал себя как никогда могущественным. Ринненган и режим Отшельника, казалось, дополняли друг друга — благодаря этой сильнейшей технике глаз его чакра отшельника стала ещё более огромной и концентрированной. Но даже при этом, чёткое присутствие Рьючидо в его сознании здесь, на Луне, превратилось лишь в прерывистую нить. «Три святых места существуют благодаря связи с миром шиноби. Луна — особое место. Хозяин, ты смог призвать нас только потому, что бабушка откликнулась из мира шиноби. Иначе мы трое не смогли бы ответить на твой зов». Услышав эти слова в своём сознании, Данзо выглядел озарённым пониманием. «Выходит, даже если этот старик разберётся с потомком Хамуры, я не смогу использовать обратный призыв, чтобы мгновенно перенестись на поле битвы в Скрытом Облаке?» «Хозяин, это же Тенсейган, и его носитель — из клана Оцуцуки. Его нельзя сравнивать с тем любителем Пейном из Акацуки». Ичикишима-химе недовольно шевельнула правую ногу Данзо. Видит небо, три принцессы откликнулись на призыв и прибыли на Луну, готовые пожертвовать собой ради выживания трёх священных мест. Мерцая светло-зелёным пламенем, потомок Хамуры, вошедший в режим чакры Тенсейгана, хоть и не мог использовать природную энергию, но мог черпать силу из накопленной за тысячелетия энергии глаз гигантского Тенсейгана своего клана. По энергетической мощи он превосходил даже Данзо в режиме Совершенного Отшельника. Перед его вытянутыми руками снова выстроилось кольцо чёрных энергетических шаров, превратившихся в серебряный ураган, охвативший небеса диаметром в целый километр. Этот ураган полностью окружил Сусаноо, усиленное техникой отшельника, которое даже в глазах Орочимару выглядело как божество, сошедшее из мифов. Серебристый свет, подобный лезвиям, постепенно разъедал и разрушал крылатого воина-защитника, созданного из природной энергии и техники Инь. «Быстрее уходи...» Данзо ощутил колебания пространства-времени в малом доспехе, и Ичикишима-химе уже собиралась увести его, но была остановлена хозяином. «Не беспокойся, мы непобедимы». После этих уверенных слов узор Вечного Мангекё Шарингана начал быстро вращаться, почти сливаясь в сплошное чёрное сияние. Тагори-химе почувствовала, как собранная ею чакра отшельника была мгновенно вытянута и влилась в правую руку Сусаноо. «Техника Отшельника: Сусаноо: Небесная Скала: Четырёхстороннее Запечатывание!» Техника Шисуи в этот момент превзошла пределы самих божеств прошлой эпохи. Под натиском сильного противника Данзо полностью овладел всей своей силой. Шесть Путей Ринненгана, запретные техники Мангекё — всё это составляло мириады явлений мироздания. Сусаноо с огромной силой ударило кулаком по лунной поверхности. Божественное оружие Аме-но Ивато, наполнившись чакрой отшельника, превратилось в четверо жёлтых врат, заслоняющих небо и касающихся земли. Они поднялись с четырёх сторон света — востока, юга, запада и севера — и идеально окружили серебряный ураган диаметром в километр. Врата постепенно закрывались, захватив врасплох даже потомка Хамуры, образуя огромный барьер, закрывающий небо и касающийся земли. Эта техника была вершиной творения Данзо после его прибытия в этот мир — сплав знаний из прошлой жизни с техниками глаз, ниндзюцу, техниками запечатывания и искусством отшельника. Четверо врат Аме-но Ивато, сомкнувшись в воздухе, превратились в полупрозрачную жёлтую пирамиду. Под непрерывным притоком природной энергии она сжималась, становясь всё меньше. Когда казалось, что пирамида уже поглотила Серебряное Колесо Перерождения и вот-вот раздавит потомка Хамуры в точку, в его руке вспыхнул ослепительный золотой луч, подобный божественному мечу, рассекающему небеса. Он прорубил всё на своём пути. Пирамида была разрублена, четверо врат Аме-но Ивато, образующих «Небесную Скалу», разбились, и когда Данзо перестал вливать в них чакру отшельника, они рассеялись как дым. «Неплохо. Такой противник действительно достоин того, чтобы этот старик выложился на полную». Глаза Данзо сверкнули, Сусаноо рассеялось, а он схватил меч на поясе, медленно вытащил его и направил на вырвавшегося потомка Хамуры. «Прекрасно, пришло время испытать техники Ринненгана!»