Arknights: Павший

      Время — 9:37, день и месяц неизвестны, 1093 год.       Место — Окрестности Рим Биллитона.       Событие — Интерлюдия: Ирма.       Однажды один из первых Великих Архитекторов сказал, что «даже безжизненная земля может страдать не хуже обычного разумного»...       К сожалению, я, не способная уснуть уже третий час подряд, слишком часто на своей шкуре убеждалась в правдивости этой фразы...       Неожиданно, подобно грому среди ясного неба, вся восточная Терра столкнулась с «Яростью природы». Так обычные разумные называли сезоны погоды, отличающиеся огромным количеством Катастроф и аномальной температурой...       И зима среди них являлась худшим вариантом.       Снежные бураны, метели и штормы; землетрясения, способные разломать и «проглотить» целый боевой корабль, а также аномальные зоны, от нахождения в которых седели даже умудрённые жизнью ветераны — всё это обрушилось на многострадальную почву, видевшую сотни и тысячи лет истории...       А я, чувствуя многочисленные толчки, всё ворочалась и ворочалась внутри спальника, являющегося громадным тёплым мешком.       Моя отработанная годами землянка надёжно защищала от холода и буйства стихий, но при этом была и великолепным «проводником».       Ненавижу такие моменты. Из-за высокого уровня Колдовства прекрасно всё ощущаю, без возможности «выключить» это, а отвлечься не на что...       Моя рука дотронулась до давно зажившего шрама на левой щеке.       Мда. Насколько же грамотно тогда Вампирши подловили...       Никто не ожидал нападения внутри Каздела, из-за чего удар был невероятно внезапным и эффективным...       Меня спас лишь богатый опыт, вкупе с привычкой держать ситуацию под контролем. Но даже это, вкупе с мощными умениями, не уберегло от ран...       Надеюсь, что та сука, вспоровшая кровяным резаком мою щёку, в итоге умерла от пробитой насквозь грудной клетки.       Моё лицо, учитывая чистокровные признаки Горгулий, такие как чёрные глаза и общая «строгость», никогда не было невероятно привлекательным. Да что там — за всё время «высеченная из камня» лишь Фантому искренне понравилась. Просто повезло встретить разумного, который не воспринимает тебя словно одноразовое развлечение...       И почему же именно нам так чудовищно не повезло?       Как «любителю истории», вынужденному из-за семьи осесть в Казделе, так и мне, давшей присягу Комиссии из-за нужды где-то обосноваться на время, пока запад не станет более спокойным.       Будто бы недостаточно настрадались по жизни...       Мало кто из «нового поколения» знает, но раньше, пока был мир и обе стороны носили милые «культурные» маски, «договор» о службе заключался на чёткий и конкретный срок...       Который лично у меня закончился в 86 году. Ровно, блять, через неделю после начала боевых действий, автоматически приостанавливающих «демобилизацию»...       Вплоть до их окончания.       Насколько мне было в тот момент обидно — словами не передать.       Много раз, после Войны 4 Императоров, я слышала в свой адрес реплики вроде «лентяйка», «лодырь», «безответственная» и так далее...       Идиоты, что с них взять. Зачем нужно утруждать себя ненужной работой? Привлекать к себе лишнее внимание, повышая шансы, что именно на тебе станут возить воду и запрягать дополнительной работой...       Всё равно все лучшие посты заняты Вампирами и Нахцерерами, а напрягаться ради копеек...       Увольте.       Вот поэтому я, занимая пост командира отряда военной полиции, не рвала жилы, дабы не плодить лишних конфликтов. Надеялась, что гражданская война начнётся позже...       А когда, из-за отсутствия реальных рычагов давления, на моё место поставили Корна, подумала, мол: «Отлично, пусть Павший со всем разбирается...»       Зря. Судьба будто решила пошутить — послала «трудоголика» на мою бедную голову...       Приходится терпеть. Вон, на улице ещё мороз, термометры аж -25 показывают. После тёплой весны и аномально жаркого лета, видя такую зиму, все адекватные командиры максимально старались прекратить любые операции, дабы подчинённых банальная сезонная простуда не свалила. Тем более подвоз боеприпасов и провианта в таких условиях сильно усложнялся...       Зато один, сука, лучший, непревзойдённый отряд его «крутейшества» майора Корна «Охотника» уже третий месяц не то что Каздела — Лайфбоуна в глаза не видел.       Всё петляем и петляем по глубокому тылу Вавилона, получая указания из редких сеансов радиосвязи и монотонно прочёсывая склады, аванпосты и дозорные точки, раз за разом зачищая их...       И не переубедишь никак Павшего «поумерить пыл». Просто не поймёт...       Да и, честно говоря, страшновато.       Вот что у него в голове сейчас творится? Одни Ревенанты знают.       Он и до смерти Перо всегда был... специфичным разумным.       А уж сейчас — тем более.       Нет, разумеется, мне было жаль замученного снайпера, встретившего тот конец, которого она явно не заслуживала...       Но... все мы смертны. Рано или поздно земля заберёт в своё лоно даже самых сильных, умных, хитрых или стойких...       Проблема была в подсознательном ощущении, что атака Роуз Ривербанка что-то поменяла глубоко внутри Корна. Возникло ощущение, будто перед тобой стоит «старый» разумный...       И в то же время абсолютно незнакомый индивид.       Как минимум это выражалось в... пределе допустимого для победы над Вавилоном.       Атаки под видом гражданских, установка невообразимого количества ловушек возле трупов, специально оставленных медленно умирать тяжелораненых и вещей, которые было не унести с собой...       А один раз вообще смог вызвать артиллерийский удар Вавилона... по их же позициям, пользуясь неразберихой и удачно сымитировав голос случайного капитана.       И всё это — вкупе с непрекращающимся поиском Вампирш из Роуз Ривербанка.       Нет, ни капли жалости к Башне я не испытывала, но... и так рвать жилы, спя по 3-4 часа в сутки, заставляя мозг работать на полную — тоже нехорошо.       В такой ситуации было бы замечательно, найдись авторитетный разумный, который помог бы Павшему слегка остановиться и успокоиться...       А такого в наличии не имелось.       Из-за своей репутации хоть сколько-то открыто общался Корн лишь со своим отрядом, Тенью, сыскарем и, наверное, учителем, про которого упоминал. Последние две особы никакой проблемы не видели; W, грамотно «привязанная» сладостями и заботой, даже в ответ на расстрел нейтральных гражданских, лишь поаплодировала бы со словами «Вперёд, командир!»; Либери пожала плечами, выдав: «Смирись, он не поменяется»...       А мне в лицо он сказал: «Хватит лениться. Ты дала присягу — так следуй ей до конца».       Мда...       Думаю, командование Башни уже успело 10 раз пожалеть о включении Перо в список целей...       В прошлую Каздельскую войну было 6 великих героев... И точно неизвестно, сколько будет в эту...       Но точно знаю благодаря шепоткам и тихим разговорам — Корну уже пророчили место среди них.       Вздохнув, я попыталась поудобнее устроиться в спальнике.       По крайней мере плюсы от такого командования есть — все необходимые вещи выдавались качественными...       Но всё равно сон не идёт.       Через полуприкрытые глаза я аккуратно осмотрела нашу землянку, коробку площадью около 15 метров, с примитивной системой вентиляции в виде извилистых «нор».       В мерном, оранжево-жёлтом свете Оригиниумного обогревателя, взятого с зачищенного два дня назад поста дозорных, было хорошо видно всех «несчастных», кого судьба свела вместе в этой войне.       Синеволосая Либери, Тень, закутавшаяся в свой тёплый плащ, сосредоточенно мешала карты и с усмешкой смотрела на W.       Подрывник же, сидящая за столиком в одной чёрной футболке, недовольно хмурилась, скрестив руки под грудью.       Мда. Хоть подросла до 1.6 метра — а играть так и не научилась...       Справа от них, ворочаясь во сне, спал новый член отряда, Нахцерер Мор.       Вот трупоеду, кстати, хотелось посочувствовать больше всего... Чистейший «продукт» своей расы.       «Мелкого» зеленоволосого правнука самого Неззалема, по совместительству являющегося одним из многочисленных сыновей крайне сильной и ублюдочной особы, благодаря мощной и подходящей форме Колдовства засунули в самое пекло...       С формулировкой: «Пусть поучится у Охотника».       Чего ещё ожидать от Двора под управлением Бога Войны? Гули в целом никогда не заморачивались с «чистокровностью», отчего были сильны и весьма многочисленны...       «Благородная кровь»? «Линия наследования»? «Бастарды»?       Неа, у трупоедов был лишь первобытный, но эффективный расчёт, как и принцип: «Кто выжил и сильный — тому почёт и уважение».       — Аам...       Зевнув во сне, он крепче приобнял массивный чёрный арбалет, после чего опять затих.       Хорошо, что сейчас глаз не видно. В отличие от своих соплеменников, Мор, одевающийся во вполне обычную наёмническую одежду, не закрывал своего лица.       Как сам говорил, «не хочу следовать глупым традициям»...       Мда. Зато окружающим невероятно «приятно» видеть эти «фонарики» — чёрные, с ярко-зелёным, скорее даже кислотным зрачком...       Брр.       Что самое ироничное, на поверку он оказался вполне нормальным и открытым парнем...       С поправкой на воспитание и условия жизни.       Плюс трупы ест, включая падаль, что позволяет серьёзно экономить провиант...       — Чего ворочаешься?       Мой взгляд перешёл ещё правее, на сидящего за широким земляным столом Корна, одетого в привычный «походный» комплект: тёмные штаны, высокие ботинки и серую футболку, поскольку «парадный» китель остался в Казделе, а для куртки «было жарко».       Сидя на простом стуле, обложившись кипой бумаг и карт, он методично чертил какие-то линии, не отрывая от них взгляда.       Через несколько секунд тишины на его лице появилась улыбка.       — Брось, знаю ведь, дочь земли — не спишь.       — ...Сон не идёт.       — Сочувствую, — пожав плечами, он продолжил, — однако, советую тебе уже не ложиться. Как Катастрофа утихнет, сразу двинем к нашим целям.       — Они ещё тут?       — 2.4 километра к юго-востоку, нас не заметили. Если карты местности и воспоминания Вампиров не врут, раньше здесь был мелкий подземный схрон для перетяжек. Метров 7 по площади, зато сделанный добротно... Так что «милой» двойке никуда не деться.       От интонации, с которой было произнесено слово «милой», меня слегка передёрнуло.       — А потом?       — Потом... Хм...       Почесав лоб, Корн открыл портсигар и достал сигарету.       — Блин. Почти закончились...       Закурив, он посмотрел на меня своими мёртвыми чёрными глазами, которые, казалось, смотрели в никуда... одновременно рассматривая твою душу.       — На Лайфбоун рванём. Передышка нужна короткая, плюс генерал Манфред сказал, что какое-то задание будет...       Затянувшись, он размял шею.       — W.       — Да, командир?       — Гранаты?       Пока подрывник только открыла рот, Корн уже опустил глаза в бумаги, теряя интерес к разговору.       — Отлично, как и думал...       — Э... 3 осколочных. Я всегда с запасом беру.       — Да, ты большая молодец.       Стряхнув пепел в пустую консервную банку, он замолчал, снова погружаясь в работу, пока улыбнувшаяся W вернулась к игре.       Вот ещё одна вылезшая проблема — это такие странные диалоги, начавшиеся где-то с месяц назад.       Не знаю, умел ли и раньше Павший так точно «анализировать психоэмоциональный отклик», узнавая ответ, о котором догадывался, лишь задав простой вопрос...       Но это сильно выбивало из колеи и вводило в ступор.       С другой стороны, ради Фантома, оказавшегося в безопасности вместе со своей семьёй...       Можно и потерпеть.       ...Что ещё остаётся?       

***

      Через почти 2 часа, когда звуки снежной Катастрофы начали сходить на нет, командир отложил в сторону ручку и встал на ноги, потянувшись.       — Собираемся. Нам ещё дистанцию сокращать...       Тень с W, кивнув, начали прятать посуду, пока я принялась сворачивать спальник в небольшой цилиндр...       А вот Мор продолжил беззаботно спать, широко открыв рот и раскинув руки в стороны...       Видя это, Корн усмехнулся, а через секунду в его руках появился бледный и размытый сгусток Колдовства, который, при большой натяжке, можно было бы принять за нож...       — Подъём. Good morning, Каздел!       Получивший в грудь заклинание, сравнимое по болевым ощущениям с сильным ударом кулаком, Нахцерер... лишь открыл глаза и приподнялся на руке, обведя всех сонным взглядом.       — Э? Уже утро?       — Да. Вставай, через 10 минут выходим.       Мор быстро встал и начал складывать свой спальник.       — Так точно, командир.       На секунду прервавшись, он почесал голову.       — А, получается, мы их догнали?       Оскалившись, Корн закурил, параллельно застегнув рюкзак.       — Ага. Загулявшая «роза» и с ней хрен знает кто. Сигнатуру такую не помню... По крайней мере отчётливо.       Задумавшись, он пристегнул к поясу с висящим на нём клинком ещё один холодняк — длинный, не меньше 20 сантиметров, тонкий кинжал, чьи старинные чёрные ножны были покрыты множеством красных линий.       — Надо вернуть «заблудившуюся овцу» своей родне...       Когда время на сборы истекло, командир потушил бычок и взял в руки автомат.       — Готовность?       Все покивали, и я ответила:       — Готовы.       — Это хорошо... Открывай.       Мои руки прикоснулись к холодной стене землянки.       Ну что же... Пора.       Сосредоточившись, я слегка надавила. Руки немного кольнуло, и земля, внимая моему Колдовству, послушно начала двигаться вперёд, слой за слоем разрушаясь и расходясь в стороны.       Спустя несколько секунд перед нашими глазами возникла дыра, ведущая наверх, в царство льда и холода.       Машинально сформировав примитивные ступени, я, пригнувшись, вышла наружу, вдохнув морозный воздух.       Свежо...       — А погода прямо радует...       Поднявшийся за мной командир оглядел округу, прикрыв глаза от яркого солнца.       Большой диск, практически вошедший в зенит, своим светом освещал давно «спящий» лес, состоящий из покорёженных, зачастую поваленных стволов деревьев, давно не имеющих листвы. Низкий кустарник был погребён под толстыми слоями снега, равно как и всё окружающее нас пространство...       Тц. Опять дорогу прокладывать, работая снегоуборщиком...       Это ещё стоит сказать «спасибо», что эпицентр Катастрофы был левее нашей землянки, не оставив вокруг кучу активного Оригиниума.       — Да ладно, Ирма, не расстраивайся — снег свежий и не успел заледенеть.       Улыбнувшись, Корн повернулся в нужную сторону, начав источать небольшие клочки чёрного смога.       — Его все равно надо убирать.       — Могу попросить Вавилонцев не забираться в такие дебри.       Поймав мой взгляд, он пожал плечами.       — Чего? Я говорю без иронии... Жаль, что не послушают, но попытка... Ха! Не пытка... И вообще, пошли. Мор, в этот раз работаем аккуратно, своей гнилью не разбрасывайся.       — Есть.       Гуль, закутавшийся в тёплую куртку, козырнул.       

***

      Путь сквозь лес был максимально унылым и вгоняющим в настоящую тоску.       Ненавижу работать со снегом — рыхлый, из-за чего приходилось работать внимательней, ещё и норовит забиться в каждую щель и складку одежды...       Голая земля в этом плане намного удобнее.       Пока я швырнула в сторону очередной поваленный ствол дерева, W спросила:       — Командир, мы же их живыми захватываем?       — Да. Максимально стараемся, особенно Вампиршу...       — А не сбежит?       В ответ на вопрос Мора Корн усмехнулся, посмотрев на гуля.       — Поверь, от меня сбежать сложновато...       Помолчав и жестом скорректировав маршрут, он продолжил:       — Не Энтелехия ведь, чтобы прыгать туда-сюда...       Через 15 минут пути мы вышли к абсолютно ничем не выделяющемуся холму, покрытому толстым слоем снега.       Страшное умение — сенсор...       Не обладая таким, гарантированно прошли бы мимо чужого убежища...       — Здесь...       Выдохнув облачко пара, Корн повернулся к нам.       — Тень, W, Мор — будьте наготове.       Либери и подрывник кивнули, взведя пушки, а гуль поудобнее перехватил арбалет.       — ...Ирма, делай «мелкого».       — Который с руками?       — Да... И побыстрее.       — Так точно...       Опустившись на колено, я разгребла снег и коснулась руками промёрзлой земли. В ладонях возникло ощущение, будто их ударило током, а почва зашевелилась и начала вытягиваться вверх, формируя аляповатый манекен, изображающий низкого разумного.       Самая ненавидимая мной форма — в отличие от простых конструкций, здесь приходилось работать очень внимательно и аккуратно.       Пятипалая рука, способная на простенькие манипуляции — не грубые кулаки, на «раз-два» такое не сделаешь...       После завершения голема, когда Колдовская «кукла» встала на ноги перед командиром, он пихнул в её кисть грязный кинжал, чьё лезвие было полностью покрыто засохшей кровью.       — Нож воткни в грудь кровососа, левее сердца.       — Поняла... А что это?       — Хрень, временно запечатывающая способности Вампиров...       Моя рука начала жестикулировать, а порождение Колдовства слегка пригнулось, двумя конечностями перехватив железку.       — По моей команде «вскрывай» холм, они внутри.       Склонив голову чуть набок, Корн, хмыкнув, ударил Колдовством по спрятанной двойке.       Понятно это стало благодаря пришедшему ощущению невообразимой грусти и ужаса, будто вблизи появилась дыра, высасывающая всё хорошее и светлое из твоих недр...       Мои глаза перешли на остальных.       W и Тень, давно привыкшие к этому, лишь тихо о чём-то переговаривались, а вот Мор сильнее сжал рукоять арбалета.       Ничего — рано или поздно «окончательно втянется», как любил говорить Павший...       — Ирма, не спи — бей.       Вздохнув, я отправила вперёд голема, подойдя поближе.       Ладони опять кольнуло, а холм раскололся надвое, будто орех, обнажив небольшую подземную нишу, внутри которой лежало двое разумных, находившихся без сознания.       Одна, в удобном походном комплекте, с чёрными волосами и длинными вытянутыми ушами, точно являлась Вампиршей, через секунду получившей удар кинжалом...       А вот вторая, Фелине с красными ушами и коротким грязным хвостом, знаков Вавилона на своей одежде не имела. Зато на ней висел серый плащ, в руках был зажат странный металлический посох с толстым набалдашником, а на лбу находились массивные солнцезащитные очки.       — Не понял...       Подошедший поближе Корн цепким взглядом осмотрел небольшой шкаф, пару спальников, и валяющихся на земле разумных.       — Ирма, подними-ка големом правый рюкзак.       Порождение Колдовства послушно зашло внутрь и взяло в руки... скорее огромный чемодан, к которому приделали две лямки для переноски.       — И кто это?       Пока командир аккуратно осматривал посох, я почесала затылок.       На солдата Вавилона или наёмника не похожа — одежда скорее для длительных походов рассчитана, нежели для валяния в грязи...       — Посланник Катастроф? Я что-то даже оружия у неё не вижу, кроме ножа на поясе. Вон, даже у кровососа копьё короткое есть.       — А ты права... На датчик атмосферного давления смахивает.       Вздохнув, он открыл портсигар и постучал сигаретой по металлическому дну, задумчиво рассматривая то Вампиршу, то Фелине.       — Ладно... W и Мор — пока маршрут мне рассчитайте до одиннадцатой точки.       — Есть.       — Так точно.       Козырнув и взяв вытащенные из рюкзака Корна карты, два Сарказа начали разглядывать бумагу, тихо переговариваясь.       — И... зачем?       Держу пари, что ты всё давно продумал...       Вместе со «вторым», «запасным», «резервным» и «последним» планами.       Сильно затянувшись, Павший с улыбкой пожал плечами.       — Пусть учатся. Потом ошибки расскажу... Тень?       — Да?       Вставшая справа от нас Либери хмыкнула, глядя на Вампиршу.       — О, нашёл-таки...       Лицо Павшего исказилось в жутком оскале.       — Рано или поздно каждую блядь отыщу... Но лучше скажи мне — Фелине узнаешь?       — Нет. Откуда я должна её знать?       Корн и Тень забавно переглянулись, смотря друг на друга вопросительным взглядом.       — Не понял... Кто из нас тут Исполнитель?       — Я напомню тебе, грешник, что я не ходячая база данных, а лишь несчастная Либери, вынужденная торчать в этой дыре.       — Я ведь ужасный преступник, забыла? Твой долг — вести меня к исправлению.       — Тебя лишь могила исправит...       Она закатила глаза.       — Вон, у меня все знакомые и Фиа... подруга уже полмира повидали. Виктория, Лейтания, Колумбия, Урсус, Саргон... Лишь я, как дура, сижу на одном месте.       Додумав, Тень с грустной усмешкой добавила:       — Хоть бы раз для приличия попытался правила нарушить...       — И дать тебе повод пафосно начать цитировать Закон? Зачем?       — Правильно мелкая говорит...       — Эй, тот месяц давно прошёл!       Проигнорировав возмущённую W, Тень продолжила:       — ...злой ты...       — И я так не говорила!       — ...Но, если тебе моё мнение интересно — это однозначно Посланник Катастроф. Данные собирала для анализа будущих бедствий, они же постоянно пытаются их маршруты составить...       — Вот и я так думаю... Растормоши, пожалуйста, её.       Тень кивнула, присев возле Фелине, а Корн, вздохнув, зло сжал горло Вампирши.       Через пару секунд её тело неестественно выгнулось, и открыв глаза, она с ужасом уставилась на Павшего.       — Нет-нет-нет, прошу, пожалуйста...       Чёрный, будто бы пожирающий окружающий свет нож воткнулся в её голову, опять лишая сознания.       — Сангвинарха и Сову будешь молить о пощаде...       — Н-э...       Очнувшаяся Фелине, мутными глазами осмотрев окружающих её разумных, затряслась от страха, когда чёрные глаза Корна вперились в неё.       — В-в-вы...       Дуло автомата упёрлось прямо в её небольшой лоб, пока аура командира «раскрылась», принеся ощущение скорой смерти.       — Я. Знаешь моё имя?       — К-корн, О-ох... Охот...       Ха... Вот что мне никогда не нравилось в войнах — это такие «сцены», обязательно появляющиеся вместе с затягиванием конфликта...       Любой неизбежно сталкивается с тем, когда сохранять последние остатки «благоразумности» не то, что сил не остаётся...       Просто пропадает желание.       — Верно. Я Охотник. А знаешь, за что меня так прозвали?       Клубы чёрного смога уже почти полностью скрыли его лицо, начав «облизывать» Фелине, которую натурально тошнило, пока её глаза стали мокрыми.       Попытавшись безуспешно отползти назад, она неловко стукнулась спиной об земляную стенку, после чего часто закивала.       — Рад, что мы нашли общий язык. Рассказывай. Чётко, ясно и по делу — кто такая и почему...       Он сильно пнул Вампиршу в живот.       — ...Ты рядом с ней оказалась?       Через несколько секунд тишины Корн шумно вздохнул и присел, слегка отодвинув автомат в сторону.       — Давай. Открой уже рот и скажи мне. Твоё имя?       Выдыхая облачка пара и заикаясь, Фелине медленно начала говорить:       — Т-т-т-таймер. Я... П-посланник Кат-тастроф...       — Очень хорошо, начало положено... Здесь что делала?       — С-снимала п-показания с прошедшей К-к-катастрофы...       — По заказу Вавилона?       — Д-да...       — ...Понял.       Встав на ноги, Корн повесил автомат обратно на плечо и начал разминать шею.       Так и не дождавшись, Таймер аккуратно приоткрыла глаза.       — Хорош реветь, можешь вставать... Я чту принципы. Посланники Катастроф неприкосновенны.       С лицом, будто бы её шею вытащили из петли виселицы, Таймер шумно сглотнула и медленно поднялась на ноги.       — То есть... я... могу идти?       — Ага. Пиздуй уже отсюда. Только...       Вытащив из рюкзака ручку с чистым листком бумаги, он быстро что-то написал на нём, после чего сунул послание в руку Фелине.       — Вот это передай любому офицеру Вавилона.       Его пальцы показали на чёрные глаза.       — Желательно — кому-то из Вампиров. Пусть знают — найду каждую.       Побледневшая Таймер быстро закивала, аккуратно взяв в руки лист бумаги.