Резонанс

Прямоугольное, выпуклое пространство облегает серая плитка, к коей прислонены розового цвета туалетные кабинки, несколько зеркал и раковин с железными кранами, отливающими на свету грязным серебром. Запах пота, крови и каких-то тошнотворно сладких духов заполнил эту комнату, кажется, доверху, отчего дышать ствновилось в разы труднее, нежели обычно. Хотя, когда в твой рот залезает чужой жадный и колкий язык в попытке высосать все соки из организма, это неудивительно. Ки Хун прихватывает зубами настырные губы, слегка кусает нежную плоть и рефлекторно сжимает морского цвета полурастегнутую кофту, под которой в такт движениям, играюче перекатываются сильные мышцы. Их владелец, поддев руками застегнутую кофту, залезает ужом под спортивного кроя футболку, чтобы прохладными ладонями огладить талию. 456-ой открывает рот шире и выдыхает, опаляя разгоряченным дыханием полость рта 001-ого, чем тот умело пользуется, сплетая их языки в слегка лихорадочном танце. Ки Хун встречается с потемневшим на оттенок взглядом мужчины и уже хочет прижать его спиной к стене, как слышит звук распахнувшейся двери сартира. Тихий скрип и характерное шуршание отрезвляют двух возбужденных людей и заставляют здравый смысл вернуться к ним обратно. 456-ой отстраняется на расстояние в несколько милиметров и, замерев, хмурится, когда замечает на чужих припухших губах хитрую, довольную ухмылку: Ён Илю в данной ситуации следовало хотябы капельку напрячься из-за вероятности быть застуканным за "непотребством", (ради него он, собственно, и зашел сюда), или испугаться, но точно не начать веселиться. — Что-то случилось? Ты напряжённый.. — Почти невинно, шепотом произносит 001-ый, за что 456-ой прикладывает ладонь к его губам, призывая к молчанию. О Ён-иль лишь щурится, спускаясь уже к резинке штанов, чтобы в отместку оттянуть её и отпустить, создавая не шибко тихий шлепок. Третий игрок размеренно проходит в глубь помещения, шаркая кроссовками, и внезапно останавливается перед одной из кабинок. Они находились в самом дальнем углу, но он либо просто задумался над чем-то своим, либо все-таки смог уловить этот звук, показавшийся ему шибко подозрительным. Черт. Ки Хун моментально сжимает руки мужчины, пытаясь отодрать те от себя, но терпит неудачу: Ён Иль оказывается в этот раз абсолютно безучастным к его сопротивлению, непоколебимо сохраняя прежнее положение конечностей и тела. Черт, вот же мерзавец. Мужчина с негодованием и еле сдерживаемым раздражением стреляет в него таким взглядом, мол: «Какого хрена?». 001 в ответ щурится и точно так же молчаливо отвечает: «Сам ведь согласился». Неизвестный человек, стоящий по другую сторону закрытых кабинок, еще несколько секунд раздумывает, перед тем как юркнуть в одну из них, закрыв розовую дверцу. И Ён Иль, слегка улыбнувшись, одновременно с чужими действиями, чмокает плотно сжатые губы и поднимается пальцами к груди Ки Хуна, чтобы бесцеременно оттолкнуть его, а сам приземляется на крышку унитаза, которая прогибается под неожиданно обрушившимся сверху весом. Игрок под номером 456, замечает, как в ореховых глазах 001-ого, вальяжно развалившегося на незамысловатом "троне", появились огоньки бегающих с вилами бесят, а красивая улыбка на лице стала только шире, когда его ладони приглашающе хлопнули по коленям. Зубы Ки Хуна скоро начнут хрустеть, если он продолжит их стискивать. Брюнет хмурится, но не может не подчиниться и, сделав один единственный шаг, аккуратно приземляется сверху на мужчину: всё-таки желание получить хоть какую-то разрядку в этом убогом, ужасном месте и азарт оказались сильнее каких-то там принципов, осторожности и самого Сон Ки-хуна. — Значит, сдался. — Тсс, тихо.. Хочешь, чтобы нас заметили? — Думаешь, ему есть какое-то дело до парочки людей, обжимающихся в туалете? — Ягодицы моментально соприкоснулись с твердой, обжигающей, даже сквозь свободные штаны, поверхностью чужих бедер, когда мужчина ерзает и сдвигается вперед, ближе к паху. Он кладет на него руку и сжимает её, заставляя Ён Иля, исследовавшего шероховатыми пальцами слегка выгибающуюся поясницу, издать приглушенный вздох и ущипнуть кожу. — Я так не думаю.. — Шепчет на грани слышимости Ки Хун в чужую ушную раковину и кусает её край. — Просто... — Боишься. — Хочу, чтобы это осталось только между нами, — учтиво поправляет 456-ой, когда отстраняется, встречаясь с чужими глазами, отливающими под тусклым освещением двух ламп черным шоколадом. — В таком случае, он уже бы нас заметил, если бы имел желание и не был настолько тупым, господин Сон Ки.. Хун. — Ён Иль совершает короткую заминку, произнося имя собственного напарника, намеренно потершегося возбужденным членом о его. Он не успевает подавить ухмылку, больше подходящую на оскал, и облизывается, улавливая в чужом взгляде вспыхнувшие раздражение и похоть. — Ки Хун? Я, кажется, перестаю тебя понимать.. — Мужчина уже было хочет сжать зазудевшими от желания пальцами сочную задницу, посмевшую так нагло дразнить его, но почувствовав руки на шее, замедлился, решая повременить. — Ты можешь замолчать? Раздражает. — О, ради этого Ён Иль, а точнее Ин Хо, скрывающийся за маской добродетели и лживой невинности, был готов помолчать, даже несмотря на то, что игрок под номером 456 раздражал его не меньше. Этот мужчина, строивший из себя героя, "спасителя невинных душ, обреченных на страдания", отважился сыграть в игру еще раз и пойти против правил. Против его правил. Поражает и одновременно заставляет смеяться над столь очевидной глупостью. Но в один момент, (Хван и сам не понял в какой промежуток времени, то ли в конце первого сезона игр с участием мужчины, то ли в начале второго: данное событие вылетело из головы вместе с тем, когда они решили перейти с вы на ты), за Ки Хуном стало довольно интересно наблюдать, причем, до такой степени, что ведущий решил подчиниться. Решил подчиниться лишь для того, чтобы в конце-концов увидеть, как другой начнет упиваться собственной властью и превосходством, надежда и вера в лучшее уйдут из выражения его лица, а добрым взглядом овладеет равнодушее, способное надломился лишь от вида чужих страданий и крови. Сон окажется не лучше грязных чиновников и олигархов, сидя рядом с ним на диване из итальянской кожи и распивая дорогое вино в стеклянных бокалах. Почему-то, Ин Хо был уверен, что Ки Хуну нравится полусладкое, что он сломается и, действительно, пойдет на это, хотя осуществление в реальность последнего было мало вероятно. Всё же мужчина скорее выпустит ему пулю в лоб, нежели сделает нечто подобное, но мечтать не вредно, пусть, даже о настолько безумных идеях как эти. — Рад это слышать. — Подставной Ён Иль ловко зарывается в угольные локаны на его затылке пальцами и резко тянет за них вниз, вынуждая их столкнуться носами и зубами. Ки Хун в знак нескрываемого возмущения надавливает на открытую шею, пережимая одно из струящихся под кожей сплетение вен.

Кто-то на балконе повис,

Кто-то быстро вверх, потом вниз.

Я пока рисую мосты,

А ты? А ты? Кто ты?

Где-то на заднем плане, включив кран и выпустив из него поток прохладной воды, Минсу, по великой случайности зашедший в туалет, чтобы поразмышлять над ужасами недавних игр и хотябы немного успокоиться, начал тщательно мыть свои руки, а затем и лицо, до сих пор пребывая в задумчивом состоянии. Спустя несколько секунд он выключает кран и выпрямляется, встречаясь с отражением в зеркале: сквозь стекло на него моментально уставились наполненные тревогой большие черные глаза, на которые спадала точно такая же, но мокрая челка. Парень устало поджимает губы, уже собираясь уходить, как вдруг слышит подозрительные шорохи и тихий полустон полувздох в противоположной стороне комнаты. Он разворачивается и с любопытством пытается выглядеться в их источник, но с такого расстояния четко разглядеть ничего не удаётся.. Минсу отходит чуть влево и старается тихо, на цыпочках шагнуть вперед. Он было хочет нагнуться, но вовремя себя останавливает, понимая, что переходит черту, и вспыхивает от смущения. Его пальцы нервно сжимают края кофты, пока разум лихорадочно пытается решить, что предпринять в данной ситуации: просто уйти или же окликнуть? И если нужна помощь, то помочь... Но безопасно ли это вообще для него? Парень не был до конца уверен, а потому и мешкался, словно находился меж двумя огнями. Ён Иль мог бы выдрать чужие короткие волосы с корнем и клочками красного мяса, мог бы наотмашь ударить по лицу, а затем приложить головой пару раз о кафель любого, кто позволил бы себе такую вольность, но с Ки Хуном почему-то это сделать не выходило. Сколько бы он не пытался, тело его точно переставало слушать с каждой секундой нахождения здесь еще сильнее. 456-ой явно решил смухлевать, используя запрещенные методы: ну не мог же он и вправду быть настолько блядски дружелюбным и готовым к самопожертвованию ради других людей? — Невольно вытекли на подкорку головного мозга вызывающие слова. У Ин Хо иногда складывалось такое впечатление, что этот чудак из Ссанмундона уже давно просек, кем является Ён Иль на самом деле и играл с ним в игрушки лишь из вежливости, чтобы в один из дней молча взять в ладонь горсть блестящего желтого песка и бросить ему тот в открытые глаза со словами: «Ты стал слишком скучным». У Хвана даже появлялось фантомное ощущение боли и сухости в глазницах, но он, моргнув, быстро прогонял лишенные какой-либо логики мысли прочь из головы и возвращал себя под узду контроля, и в образе собравшегося с силами бороться за справедливость семьянина, одаривал игроков ободряющей улыбкой и спокойным выражением лица. Мог. Ещё как мог. Этот чертов Ки Хун заставлял его холодный и расчетливый разум заполняться противоречивыми эмоциями, создавая в тщательно выстроенных планах и стратегии дальнейших действий путанницу, а облитое ядом сердце трепыхать, благодаря подпитывающей его живительной энергии. Настоящий резонанс, подаренный.. Любовью? Нет, Ин Хо не мог любить. Он уже давно забыл ощущение веса этого слова на собственном языке. Он отказался от него ещё тогда, когда столкнулся в первый раз с Ильнамом в живую, лицом к лицу. 001-ый, особо не медля, яростно вгрызается в чужие губы, одной рукой ероша волосы на голове их хозяина, а другой сжимая правую ягодицу. Ки Хун протестующе царапает шею ставшего слишком уверенным Ён Иля и, расматривая его сверху вниз, замечает огоньки озорства, замельтишившие в темной радужке глаз. И неспроста. В следующую секунду нога первого игрока отодвинулась влево и, нащупав край небольшой урны, нарочно пнула ее, вынуждая с грохотом завалиться на бок, предварительно соприкоснувшись со стеной. Вся гадость и использованная туалетная бумага высыпалась наружу, теперь украшая кафельный пол второсортными хлопьями снега. Брови Ки Хуна настолько близко были сведены сейчас к переносице, что начинало казаться, будто кожа не выдержит, треснет, и они испытают ту же участь, что и ведро секундой раннее. Забавно. Сон посмотрел на мужчину как на сумасшедшего и попытался было отпрянуть, но Ён Иль, предчувствовав дальнейшее развитие событий, схватил отпустившие шею руки, заключая в стальном захвате пальцев и не давая права на какую-либо капитуляцию. Он знал, что 456-ой далеко не слаб и легко сможет выбраться и надавать ему по лицу, но пока эффект неожиданности действует, давая прикрывающемуся обычным человеком ведущему возможность насладиться процессом в полной мере. — Ээй.. все в порядке? — Из вежливости неуверенно спрашивает у пустоты третий игрок, судя по всему успевший выйти из своей кабинки и заметить данный инцидент. Малость ошеломленный выходками обычно сдержанного напарника, Ки Хун пытается хоть как-то извернуться и ответить на чужой вопрос, но всё оказалось тщетным: 001-ый охватил его буквально с двух сторон, удерживая в нужном положении волосы и тонкие запястья, а напористыми движениями губ и языка выбивал последнюю почву из-под ног. Игрок под номером 456 внутренне напрягся, видимо осознавая свое шаткое положение: он находился в шаге от того, чтобы задохнуться из-за нехватки воздуха, либо оказаться раскрытым весьма пикантном положении с другим мужчиной. — Вы.. Меня слышите? — Еще и какой-то паренёк стал проявлять к ним назойливое внимание. Ки Хун ещё раз дергается и, наконец, вырвавшись из медвежьего захвата, сглатывает кровь с вязкой слюной, скопившейся в горле, полусевшим голосом произнося: — Да-да..Прошу прощения.. — Он прочищает горло, не спуская глаз с самодовольного Ён Иля, что, прищурившись, глядел на него в ответ. Его наглые руки потянулись обратно к талии, но 456-ой предупреждающе ударил по ним, заставляя их временно остановиться, исчезая. — Я уберу. — О, вы.. Кажется, Господин Сон Ки-хун, да? — Приглушённо звучит по другую сторону двери голос того самого парня, заставляя упомнятного еле слышно то ли удивлённо, то ли вымученно вздохнуть. — Да, всё верно.. — Слова Ки Хуна внезапно обрываются, когда Ён Иль, дотянувшись до его шеи, касается кожи своим юрким языком и присасывается к коже губами, вознамерившись оставить засос. Мужчина рвано выдыхает и требовательно дергает паршивца за волосы назад. — Вам, должно быть, нелегко сейчас. Я... Я вас понимаю... Простите! — Ки Хун и Ён Иль улавливают сначала спешный стук обуви о пол, а затем два дверных хлопка, и они остаются снова в полной тишине, нарушаемой лишь дыханием, и уединении. 456-ой смутно предположил, что неизвестным являлся Минсу или всё же не он, но сейчас это было совсем не важно. Его интересовал иной аспект. — Ён Иль, что ты себе позволяешь? — Не вижу здесь ничего такого. Даже наоборот, риск быть замеченными в какой-то мере заводит. — Ки Хун сжимает губы, борясь с очевидным желанием отвесить Ён Илю пощечину, который всё это время внутренне упивался каждой чужой эмоцией, переходящей от точки гнева к страху, а сейчас выглядел как кот, объевшийся сметаны и оставленной без присмотра еды на хозяйском столе. И побить нельзя, и ругать тоже, потому что это будет абсолютно бесполезно. Хотя, признаться честно, в его словах мелькала доля истины. — Не так ли? — Нет, не так. — Ворчит Ки Хун, все ещё сидящий на чужих коленях, но теперь со скрещенными на груди руками. — Ты сказал мне, что в это время здесь обычно никого не бывает. — Реплика звучала по-детски глупо, но мужчина не мог ее не озвучить. Возбуждение под натиском событий упало на несколько градусов вниз — Я не слежу за игроками, Сон Ки-хун.. — Произносит подставной Ён Иль, пряча за лёгкой улыбкой ехидство, ведь в реальности все обстояло как раз-таки наоборот, и нежно проводит пальцами по чужому колену, чтобы привлечь внимание. «За тобой особенно», —Эти слова, собравшиеся на кончике языка, так и просятся наружу, но вместо них игрок озвучивает в слух совсем другое: — Откуда мне было знать, что кому-то ещё понадобится сходить ночью в туалет? Ты виноват сам, да и тем более, если он и заметил, то никому не скажет..— Брюнет пронизывающе вглядывается в очертания худого лица Ки Хуна, в конце-концов восстанавливая зрительный контакт, и доверительно заканчивает: — Минсу не похож на сплетника. — Пожалуй, ты прав.. — Спустя недолгую паузу соглашается 456-ой, положив руки на чужие мускулистые плечи, и несильно сжимает те. — Но больше так не делай, договорились? — 001-ый замечает во взгляде напротив железную серьезность и невольно издает смешок: —.. Этого уже не могу обещать. — Ён Иль! — Названный снова наклоняет его голову к себе и, коротко поцеловав в губы, мажет языком по разгоряченной скуле, приблизившись чуть ли не к самому уху. — Может, оставим разногласия на потом? Я хочу тебя.. — Игрок шепчет последние слова, мягко прихватывая губами мочку: за несколько дней, проведенных в одной комнате с Ки Хуном, он знал, что ему нравится сильный контраст. Сона вело от грубых, ненасытных поцелуев и нежных прикосновений пальцев к коже и наоборот. Ин Хо получал от этого наблюдения какое-то особенное удовлетворение, в существовании которого не признавался даже самому себе. — И ты меня. — Он нащупывает чужой бугор в штанах, накрывая его ладонью, от чего Ки Хун выдыхает и слабо подмахивает бедрами навстречу. —.. Нам стоит сменить положение, не так ли? Без какого-либо сопротивления и лишних слов 456 тут же соскользнул с ног мужчины, поднявшегося следом. Ки Хун сначала глядит на него тяжелым взглядом, перед тем как, надавив на плечи, мягко повернуть в сторону и прижать спиной к соседней плиточной стене. Ён Иль, готовый в любую секунду взять все в собственные руки, если ему что-то не понравится, послушно касается горячей кожей прохладной плитки и не без любопытства приподнимает бровь. 456 отвечает на немой вопрос нежным поцелуем; он кладет ладонь на чужой подбородок, и требовательно тянет вниз, вынуждая его губы, на удивление, легко приоткрыться. Сон проникает внутрь языком, исследует им нёбо, белые зубы и проникает настолько глубоко, что создаётся впечатление будто он хочет съесть оппонента. У 001-ого скручивает низ живота в тугую петлю, а в глазах чуть ли не взрываются звезды от позабытых ощущений: мужчина привык к сдерживанию эмоций, грубости, страсти, боли, и ему до чёртиков не хватало этой нежности, которую мог подарить только один человек в этой жестокой игре. Недруг. Сон Ки-хун. — Ки Хун.. — Растягивает имя притворяющийся обычным игроком Ин Хо, когда вдруг распахивает глаза. — Что бы ты сделал, окажись я на месте Ведущего? — Он слизывает с собственных губ чужую кровь и слюну, с обманчивой терпеливостью спокойно приспуская штаны до низа колен: его движения зеркалит 456-ой, пока не слышит вопрос, и, остановившись на половине пути, слегка хмурится. — Мм.. К чему это? — Просто ответь. — Ён Иль секундно наблюдает за тем, как чужая одежда с шорохом падает к белой обуви, а затем поднимается выше, на лицо Сона, что задумчивым взглядом настороженно бегал по нему в ответ. — Думаю, нашел бы доказательства и сдал полиции. — Ки Хун проводит кончиками пальцев по чужой щеке, смещаясь к изогнувшимся в лукавой улыбке губам. — А вытрахать всю дурь? — Ён Иль бросает голодный взгляд вниз, на их сочащиеся предэякулятом члены: У 456 он был на несколько сантиметров короче, но в разы толще, что отлично компенсировало длину. Но долго любоваться творением природы не удается — Ки Хун несильно ударяет его в грудь, закатывая от раздражения глаза. — Придурок, мы говорим сейчас о серьезных вещах. Да и... я не могу представить тебя на месте ведущего, — он, надавливая, поглаживает нижнюю губу, что моментально открывается и пропускает внутрь один из длинных пальцев. — Ты не похож на него.. Ён Иль. — 001 неотрывно молча наблюдает за искренне открывшимся Ки Хуном и, не сдержавшись, обхватывает оба члена рукой, чтобы окончательно прижать их друг к другу. Даже несмотря на не шибко приятные ощущения сухой кожи, они оба довольно выдыхают — Ён Иль проводит по солоноватому пальцу языком, смачивая кожу слюной, на что 456 прикусывает внутреннюю сторону щеки, добавляя внутрь еще несколько. — Ки Хун, почему ты такой, блять, хороший? — Севшим голосом произносит первый игрок, выпуская блестящие от слюны пальцы из рта, и, перехватив запястье, ведет их по собственной шее к вороту морского цвета кофты. Ки Хун сглатывает, неожиданно краснея, и неуверенно улыбается, с намеком толкаясь в остановившийся внизу кулак. — Приму это за комплимент. — Мужчина склоняется над ним, и выдернув руку, дальше продолжает сам. Он, вжикнув молнией, расстегивает кофту и задирает футболку до верхней части натренированной, твердой груди, соприкасаясь с нею влажной поверхностью руки. 001-ый невольно покрывается мурашками и потирает кончик чужого члена большим пальцем, дразня уздечку: губы Ки Хуна приоткрываются из-за прерывистого вздоха; в его глазах мелькаеют отблески наслаждения, довольно резко притупляемые грустью и сожалением. — Как бы я хотел встретить тебя при других обстоятельствах. — Кажется, они оба не ожидали услышать таких слов сейчас, а потому застывают, в коротком промежутке паузы пронизывая друг друга анализирующими взглядами. Ён Иль, моргнув, тихо усмехается. — Даже несмотря на то, что я, порой, слишком раздражающий? — Сон сжимает одну из обнаженных грудей зашипевшего мужчины, прохладными ногтями царапая затвердевший сосок. — Быстрее, Ён Иль.. — Фраза Ки Хуна, больше походящая на мольбу, покрывает его уши сладкой, теплой патокой, заставляющей оттаять еще несколько сантиметров ледяной коры, поглотившей сердце. 001 хотел бы подразнить 456-ого ещё немного, хотел бы опрокинуть на пол, хотел бы заставить корчиться на полу от удовольствия и задыхаться от боли, которая пронзила бы его затылок во время падения, но не стал. Вместо этого он несколько раз сплюнул себе на ладонь и в уже более быстром темпе начал двигать ею по обоим стоящим членам. Скольжение получалось всё еще плохое, но всяко лучше, чем на сухую. В апартаментах Ин Хо была нормальная самзка, и он бы с превиликим удовольствием взял ее, если бы не строгие правила и рамки, выставленные и придуманные не без его участия. Да и тем более, как бы Хван объяснил это Ки Хуну, являясь простым и отчаявшимся мужчиной? 456, словно услышав его мысли, проводит вспотевшими, подрагивающими пальцами уже по талии, залезает на спину, ощупывая позвонки, и жарко выдыхает куда-то в шею. Ён Иль кусает нижнюю губу из-за электрической волны, прокатившейся по и без того наколившимся чуть ли не до самого предела нервам, изредка потираясь в ответ о нуждающийся пенис партнёра. Кажется, еще чуть-чуть и кто-то точно из них сорвется, бесстыдно застонет, оглушая сартир еще более похабными звуками. Сон Ки-хун не выдерживает первым, когда, страстно поцеловав его губы, громко замычал, толкаясь в чужой, слегка дрогнувший кулак. 001 сплетает их языки вместе и коротко стонет, заглушаемый другим ртом: он тоже уже находился близко к оргазму. Руки 456-ого щекочат тазовые косточки игрока и, несдержанно схватившись за ягодицы, притягивают того ближе к себе, от чего штаны скатываются немного ниже, запутываясь в ногах. Ён Иль моментально делает укус в губу за проявленную вольность, но движений не прекращает: Ки Хун тихо стонет и отстраняется, рвано дыша. И если внимательно присмотреться, то можно заметить, как их рты соединяет тонкая красная нить, что, натянувшись, довольно скоро разрывается, когда один из мужчин запрокидывает голову и на хриплом выдохе изливается в кулак: другой следует за ним, покрываясь дрожью от нахлынувшей волны высшего наслаждения. Ён Иль прижимается затылком к стене, не скатываясь по ней вниз только благодаря своей выдержке, и лениво наблюдает из-под полуопущенных ресниц за усталым и вспотевшим Ки Хуном, который осел на крышку унитаза, тоже приходя в себя. Мужчина поднял до сих пор дрожащую ладонь, безбожно испачканную в семени двух придавшихся страстям людей, и раздвинул пальцы в стороны, наблюдая за тем, как белесая субстанция разрывается между фалангами, маленькими каплями скатываясь с кожи на пол: это в какой-то мере завораживало. — Нужно принять душ. — Он сипло, на выдохе констатирует факт. — Зачем? Можно просто слизать это или помыть руки в раковине в конце-концов. — Ён Иль поднимает на медленно одевающегося Ки Хуна удивленный взгляд и приподнимает правую бровь. — О.. Я не думал, что ты захочешь попробовать..— Тянет он в ответ. — Но я имел ввиду другое. Мы же грязные от пота. — Ки Хун заливается краской, от чего первый издает смешок, явно забавляясь ему лично предоставленной картинкой. — Чёрт, я не так тебя понял.. — Из его горла вырывается неловкий смех, а глаза опускаются с лица Ён Иля на грудь, что ситуацию не улучшает, а скорее даже ухудшает. — Всё в порядке, но если хочешь, то.. — Он с намеком протягивает ему липкую ладонь, от которой Ки Хун отмахивается и толкает его локтем, вставая. — Сам вылизывай..! — Бурчит Ки Хун себе под нос и выходит из кабинки. Ён Иль провожает дьявольски горящими глазами мужчину и прячет свою самодовольную улыбку, поправляя внешний вид и выходя следом за ним.