Долгоденствие в грехах

Его ладонь проскользнула по макушке, спустившись к щеке. Почувствовав натяжение кровати, приготовилась к новой партии страданий, как он прилёг рядом, введя в замешательство.               Рукой заключив в объятия, убийца лишил меня дыхания от шока. – Это… такой заботливый жест... – от отчаяния заревела пуще прежнего, не в силах сдержать эмоций.               Прижав теплой ладонью голову к своей груди, он будто хотел извиниться. Бешенное мужское сердцебиение внушало какое-то чувство спокойствия.               Он перемешал всё естество моё внутри с ног на голову одним лишь поцелуем в макушку, вызвав сердца трепет до покалывания в кончиках пальцев.               На этом не остановившись, Иврэн нагнулся ближе, поцеловав в губы. Я, словно брошенный и изголодавшийся по нежности и любви котенок, приобняла убийцу, прижимая к себе. Горячее дыхание, язык, мягкие губы – весь поцелуй заставил, содрогаясь, тело отрадно ликовать. Изредка тихо шмыгая носом, старалась унять панику, расслабившись.               Но, только чуть приподнявшись, он в миг посеял раздор между разумом и сердцем, утопив в страхе своим бездушным холодным взглядом. – Сейчас начнётся... Снова начнёт жестоко иметь, избивая из-за каждого стона... Не хочу… – зажмурившись, выдавила новые слезы. – Ив... П… пр...ости меня... Прошу, прости... – тихо с запинками умоляла, еле подавая голос, стараясь не всхлипнуть, чтобы ненароком не разозлить.               Уткнувшись в страхе в грудь, дрожа, уповала на милосердие. Убийца поднял мне лицо, держа за щечку, и нежно поцеловал. Трясясь, целовала в ответ. – Ив... Я скучаю... Мне так больно... – сипло и тихо высказалась ему.               Отодвинувшись, он смиренно обвел меня глазами, хоть как-то обнадеживая. – И... в... рэн... П... Прости... – испуганно оглядела парня, сжимая черную кофту на груди.               Протянутые руки зажали моё холодное дрожащее беспомощное тело в объятиях, поглаживая за затылок. Вновь коснувшись губ, он одарил меня спокойствием. Сейчас его поцелуи – самый дорогой подарок.               Поразмыслив, именно сейчас поняла, что, когда убегала от него, тяжесть на душе вызвал не страх, а предательство. Он предал доверие и чувства, что вызвал к себе, но тогда ещё я не осознала, что чувствовала, списав на тревогу. – И... Ив... рэн... П... Прости меня, молю... Я не хотела... Я н... не хотела... с... с-сделать тебе больно... и уходить... Я н.... не хотела уходить от тебя... – заикаясь, шептала парню.              Прижав к своей груди, он снова поцеловал в макушку. – Нами... Прости меня...               Я раскрыла глаза в шоке, ни коем вариантом вероятного будущего не ожидав такого поворота действительности. – Нами... Не держи на меня зла... – парень уткнулся лбом в лоб, затем поцеловав в щечку.               Силы кончались. Я истощалась на глазах. Когда он в последний раз коснулся губ, я тут же вырубилась.               Проснувшись в полудохлом никаком состоянии выдохшейся рыбы в прежней тёплой и уютной комнате, а не в страшной холодной обшарпанной, с голыми стенами и кроватью, каморке душевнобольного человека, чуть приподнялась, хотя встать попить.               В комнату резко и неожиданно зашла Ирген с тазиком в руках, что также, как и я, растерялась, переглянувшись взглядом. – А? Мисс…? Господин, она проснулась! – крикнула горничная, развернувшись и покинув комнату.               Появившийся на пороге комнаты Иврэн, пробудил лихорадочную панику. То ли от испуга, то ли от волнения сжала одеяло в руках, учащённо дыша. Подойдя ближе, он обвел меня смиренным взглядом, полным вины, а после присел подле моих ног, положив оголённую руку на мою, поцеловав в щеку. Жар его тела переходил мне, навивая тоску. Я заплакала, завидуя себе прошлой, которой уделялось столько любви и тепла, кажется, сойдя с ума. От приложенной руки к щеке, что пальцем стерла стекающую слезинку, по коже пробежали мурашки. В страхе перед ликом убийцы, не могла открыть глаз, боясь вновь увидеть бездушное безразличное, хладнокровно приносящее страдания. – И... Иврэн... Прости... Меня... – жалобно стонала, держа мужчину за грудь.               В мыслях было только одно – задобрить маньяка, чтобы больше не терпеть кошмара тех дней, хоть как-то выжив. – Я больше не злюсь на тебя, Нами... – Ив прикоснулся к моему лбу своим, приобняв. – Хн… Х… – шмыгнув, стерла слезы с щек.               Наклонившись, он аккуратно и трепетно поцеловал меня, медленно облизывая сначала верхнюю, а затем нижнюю губу, как котенок. Это… Казалось чем-то иным, отличным от предыдущих раз, словно… Меня целовал другой человек. – Ив... Иврэн... Я... Прости... Я не хотела... Хочу вернуть всё как было... – горячо вздыхая, сжимала кофту парня, в слезах уткнувшись ему в грудь.               Ив крепко обнял меня, поцеловав в щеку. – Прости, что был так жесток... Я просто хотел показать, как на самом деле заботлив с тобой. – извиняясь, он гладил меня ласково по голове. – Ты сделала мне очень больно, и я взбесился. Я не хотел делать всё это... Мне невыносимо тяжело видеть, как ты плачешь, хрипишь и кричишь... Но… чтобы ты ощутила тепло, надо показать, как бывает холодно… Каждый удар по тебе отдавался режущей болью в моё сердце. Каждая твоя слезинка… заставляла чувствовать себя такой мразью... После той… того раза… что сотворил с тобой, понял, что не испытываю наслаждения и уж тем более не считаю правильным, как поступаю... Это было мучение… – Иврэн понурил голову, – Каждый раз смотря на твои страдания, страдал сам. Ты так дрожала и содрогалась, как только я входил, и начинала надрывно плакать, сдерживая боль внутри. Это разбивало сердце в дребезги. Я ощущал себя монстром… Заставлять рыдать и мучиться, убивая своё солнышко… я не мог больше… – Ив, сочувствуя, приложил ладонь к моей щеке. – Теряя сознание от бессилия после изнасилования, твоё трясущееся, истощенное, побитое, израненное тело в синяках и крови вызывало во мне чувство отвращения к самому себе, непрерывно окутывающее с головой всё сильнее. Но ни прокусанные губы до крови, ни израненные руки не могли заглушить душевной боли, вызывающей бурлящий вихрь неведанных ранее чувств, что породила любовь к тебе. – он виновато опустил голову мне на плечо, приобнимая. – В одно мгновение ощутив тишину вместо сбивчивого, дрожащего и хриплого дыхания, которое так ненавидел, сразу подорвался, осознав, что ты перестала дышать. Страх охватил тело, я так боялся открыть дверь и застать свою любовь мёртвой… Измученное лежащее на дне ванны тело чуть не забрало мою душу… Внутри все чувства смешались, я впал в истерику… Но я так счастлив, что успел тебя спасти… – Ив приложил ладонь к моей левой щеке и прикоснулся лбом ко лбу. – Тысяча мыслей промелькнули тогда… Осознав, что повёл себя как последний мудак, не хотел попадаться на глаза... Никогда более не принимал поражения, всегда считая себя правым, никогда до этого и мысли не пропускал, что мои убеждения неверны, но… Подняв хрупкое, легонькое и бессильно тельце на руки, параллельно вспоминая какую боль причинил, послал все убеждения к черту. Кому сдалась эта правота, если любовь всей жизни будет страдать, увядая на глазах? Зачем доказывать своё отношение через мучения…? Я… не знал, что можно иначе… Только когда увидел тебя в воде, задумался… Одна мысль, что ты мертва, что больше не увижу своё солнышко, погрузила в отчаяние. Я был готов разорваться... Мне ничего больше не нужно… кроме как видеть свою жизнь рядом с твоей. – отодвинувшись, он посмотрел на меня таким тёплым и добрым взглядом, наполненным любовью и лаской, что слёзы вновь с новой силой потекли по щекам. – Нами?! Что стряслось? Прости... Забудь всё, что сказал и причинил тогда… Знаю, что многого прошу, это будет сложно… но… Я сделаю всё, что только будет в моих силах, правда… Только попроси… Нами… Я очень люблю тебя, любимая. Не верь моему гневу, я не ненавижу тебя, я просто идиот. Все слова, поступки делал стиснув зубы. Нами… – Ив прижался, дрожащими руками приобняв меня к ненормально стучащему громкому сердцу. – Я люблю тебя... Я люблю тебя... Я люблю тебя... – безостановочно шептал он мне на ухо.               От него снова исходила такая ласковая забота и нежность, что обволакивала как горячий шоколад орешек в форме для конфетки. – Ив... Я люблю тебя... – подняв радостный взгляд, тихо шепнула на ушко в ответ.               Дыхание его вдруг участилось, сопровождаясь сильными ударами сердца, хорошо ощутимых моими руками. Дрожащие ладони сжали мне запястья в какой-то панике, и горячее дыхание окатило плечо. – Нет… – он покачал головой, смотря куда-то вниз.               Я вопросительно оглядела убийцу, чуть испугавшись. – Не ври мне! Не ври! Не ври! Не смей мне врать! – Иврэн истерично закричал, закрыв лицо руками. – Этого не может быть! Ты решила поиздеваться? Глупо полагать, что ты сможешь влюбиться в такого ужасного, ублюдковатого, жестокого, равнодушного, безжалостного урода и деспота вроде меня после тех страданий и пережитого ада! Даже после заботы и ласки ты и глазом не повела в мою сторону! Думаешь, я настолько туп?!               Я смотрела на него забитыми и измученными глазами, полных разочарования и тлена. Когда он чуть повысил голос, то тело автоматически задрожало, повинуясь инстинктам. Я привыкла, что, если убийца злится, будет больно. Ноги сами прижались к телу, сжимались от страха и пальчики. Всё тело окутала тряска и дрожь. – Ив...? – пропищала, нервно заикаясь.                Удивившись, явно не ожидая такой реакции, он протянул руку. От непонимания причины жеста испугалась, рефлекторно зажмурившись. Я боялась… боялась той боли… боялась, что он сдавит моё горло и начнёт жестоко насиловать, боялась, что убийца ранит, изувечит или ударит, вгоняя в мандраж. – Нами…? Прости… Я не хотел тебя напугать… и в мыслях не было… – приложив тёплую ладонь к щеке, Ив неожиданно нагнулся, страстно поцеловав, развратно орудуя язычком. – М-м-м...?! – стонала, не понимая, что происходит.               В нежных объятиях прижав к себе, не отпускал минут семь. Слюны стекло так много, что ощущения мокрой после ванны одежды на груди вернулись вновь. Повалив на подушку, он принялся облизывать шею, расцеловывая. – Нами… прошу, прости меня… Прости меня... Прости... Прости за боль... Прости... Я не хотел... Я вовсе не хотел так с тобой поступать, ведь люблю так сильно, как никогда никого и близко подобно не любил. Прости, Солнце... Прости... Я не знаю, как мне... – извинялся Ив, как вдруг притих. – Тебе не стоит лгать о своих чувствах, чтобы задобрить меня. Я хочу сам влюбить тебя… не нужно всего этого. – отодвинув волосы с моих глаз, с улыбкой оглядел он меня. – Иврэн... – всё ещё опасаясь, тихо ответила, шмыгая носом. – Бедненькая моя… – Ив прижался с такой силой, что в конечностях стало больно. – Твои раны до сих пор болят, так ведь? – Да... У меня всё тело очень болит... – Прости... – опустив голову, извинялся он, затем подняв на руки и понеся к ванной.               – Сейчас тебе станет гораздо лучше... – опустив меня на дно ванны, Иврэн включил набираться воду, сам сев на табурет рядом. – О-отвернись… – попросил он меня, тыкнув пальцем в лоб.               Я не поняла смысла просьбы, но повиновалась. В тишине сбоку уши уловили томные вздохи, вызвав замешательство. – Что ты…? – чуть повернулась, увидя краем глаза, как убийца, опершись одной рукой о бортик ванны, второй удовлетворял себя. – Для лекарства нужно моё семя, подожди чуть-чуть. – не отвлекаясь от дела, отвечал он. – Ив, я могу помочь... – поднялась из воды, оголив перед ним грудь. – Нами, я же говорил, не стоит пытаться задобрить меня, к тому же, ты устала, ранена и истощена. Помощь нужна лишь тебе. – мотал тот отрицательно головой, хмурясь.               Но, не дожидаясь разрешения, протянула руку вниз, сама толком не отдавая отчет своим необдуманным поступкам. – Нами...! – завозникал парень, взяв за запястье. – Я хочу ещё раз ощутить то... как с нежностью ты обращался со мной тогда... – приблизившись ближе к лицу, ощутила рукой, как друг-то заметно задёргался.               Не важно какими средствами, но нужно свернуть так, чтобы удалось вернуть былые отношения. И пускай ради этого придется повести себя как шлюха, но ради выживания пойдешь и не на такие жертвы. – Нами... Дурочка… – парень, непривычно открыто смутившись, прикрыл рукой лицо, второй, приложив на макушку, придвинув к себе.               Я, предварительно облизав, приступила к ублажению. Ив нахмурил бровки, томно вздыхая с закрытыми глазами и прикрытым ртом рукой. Поглаживая голову, иногда помогал с темпом, подгоняя. – Да... Как же этот минет отличается. Я делаю его с полным удовольствием, получая максимум любви взамен. – размышляла, находясь в какой-то эйфории. – Солнце, помойся, пока... Я сам продолжу... – со смущением на щеках поглаживал меня парень по щеке.               Опустившись обратно в набранную ванну, чуть расслабилась, закрывая глаза. Иврэн, доведя желаемое до конца на мою грудь, наклонился, поцеловав в макушку. – Не смывай пока...               Подойдя к шкафчику, он отобрал необходимые небольшие склянки с различными травами, поднеся и высыпав в горячую воду. – Размешай всё и погрейся в этой воде полчаса. Я потом вернусь за тобой, отдохни. – чмокнув в лоб, он распрощался со мной, затем удалившись.               Сделав наказанное, разлеглась, закрыв довольно глаза, со спокойной душой на спинке ванны. Находясь, словом не передать, словно на седьмом небе от счастья, что наконец помирились, чуть ли не пищала, сжимая кулачки. – Да, я странная, но побывали бы вы на моём месте, может, поняли бы. И… ещё немного смущает тот факт, что его семя сейчас в воде… Интересно… не забеременею ли я? А можно ли залететь от демона, как он о себе отзывается…               Постучав, он предупредил, что заходит. Никак не отбросив на меня, сидящую в ванне, и толику внимания, повесил на вешалку полотенце и вышел, за дверью пояснив, чтобы сама обтерлась и вышла, когда закончу. – А-а… Я… – выйдя, укутанная в большое полотенце, в комнату, неловко увела взгляд в пол. – Ты, наверно, изнываешь от голода. Твоё тело так исхудало. – Ив, поднявшись с кресла, подошел и чмокнул в лоб. – Поужинаешь? – отойдя в сторону, он обвел накрытый стол всякими вкусностями и деликатесами рукой, предлагая пройти к кровати и начать трапезу. – Я очень провинился перед тобой, любимая. Кушай досыта. – улыбнулся тот максимально не свойственно себе. – А-а… Если позволишь…               Сев позади и нежно обняв, Ив уткнулся виновато лицом в мою шею, терясь как котик. – Прости... Я просто хотел преподать тебе урок...               Я не вслушивалась в его бормотание, наслаждаясь едой, аппетитно причмокивая. – О, да.... Этот вкус еды... Он прекрасен... – Я люблю тебя.... всей душой люблю... Прости, что так обошелся с тобой… – Ив, аккуратно наклонившись, поцеловал сначала в щечку, а потом, долго рассматривая личико, не выдержал, поцеловав невинно в губы. – Ты сладкая. – облизнулся он, тепло прищурившись от радости. – Это… джем…! – смущаясь, отвечала ему.               После ужина, улегшись в постели, не сразу смогла расслабиться из-за осевшего в сердце недоверия, отойдя ко сну только через минут двадцать от излишнего переутомления в мышцах и голове.               Сквозь сон уловила негромкие отрывки беседы из коридора: – Ир… Я сломал её… Сломал мою хрупкую розу… – Господин, не отчаивайтесь. Я уверена, что мисс не будет держать обиду на вас. – Нет, Ирген… я видел её лицо… Видел, как она смотрела… Какой ужас и страх сковал её тело… Ир… теперь Нами точно никогда в меня не влюбится… что же я наделал…?  – Господин, не корите себя, это ничего не изменит. Вы не имели опыта в любви и отношениях, впервые с подобным столкнувшись. Я уверена, мисс проникнется к вам, быстро пойдя на поправку. – Ах… Не понимаешь ты…, я не хотел подобного…, всё пошло совсем не по плану… Нужно загладить вину…, завоевать доверие… Ир…, мне нужна её любовь!                Отчаянные слова потерявшегося Иврэна плотно осели в голове, всю ночь крутясь в мыслях, долго не отпуская, этим не позволив уйти в сон обратно.